Полная версия
А когда девочка поняла, что её крупно поимели, причём не только в интимном смысле этого слова, её решили заткнуть.
Уверена, спиной о скалы она не сама ударилась. Почему не добили – вот вопрос.
Хотя чего уж проще: если добить сразу, могут вопросы возникнуть, разбирательства там всякие. А кому оно нужно? Так жёнушка сама помрёт, потому как драконы без ног не летают, а без крыльев не живут. Нежные какие.
Зато к муженьку никаких претензий.
У меня претензии были. Вспоминая всё, что мне рассказала Адалин, у меня волосы дыбом встали. Её. Рыжие.
Эта Пакость не просто девочку обокрала. Он её шанса на счастье лишил.
А дело обстояло так.
В этом мире к драконам привыкли настолько, что считали их обычной расой. Ну, подумаешь, в ящериц превращаются временами. У всех свои недостатки. Маги вон то демонов призывают, то сами после своих экспериментов шерстью обрасти норовят.
А вот что отличалось, так это то, что эти ящерицы несчастные образовывали по-настоящему моногамные союзы. Как императорские пингвины — один партнёр и на всю жизнь. У них присутствовало такое понятие, как истинная пара.
Нет, девственность здесь, слава богам, была ни при чём. И активировалась эта встроенная моногамность и не в первую брачную ночь, а по каким-то другим, неведомым мне причинам.
Но все просто знали, что у драконов есть некто, предназначенный судьбой, к которому стремится душа, магия и вторая сущность.
И якобы только обретя свою истинную пару, эти ящерки могут быть не просто по-настоящему счастливы, но и иметь сильное потомство.
Нет, от не истинных тоже драконята рождались, но крайне редко. И уровень силы у них, насколько я поняла, нельзя было сопоставить.
Одним словом, хочешь сильное потомство — изволь найти свою судьбу. А иначе рождаться будут хилые задохлики, которые стакан воды до родителя не донесут.
Конечно, далеко не все находили свою истинную пару. Ведь вторая половинка могла умереть, причём даже не дождавшись встречи со своей судьбой. Или просто могли разминуться. А может быть, никогда и не встретиться. Мир-то большой.
Так что в целом драконы заводили семьи и не с истинными. Это никого не удивляло. Но не в таком юном возрасте, как Адалин!
Ей нужно было, как всем нормальным драконам… Вот что за словосочетание, конечно! В общем, ей нужно было посещать все балы, приёмы и другие места скопления себе подобных, чтобы попытаться найти истинную пару. Ведь где-то она, наверное, была.
Но эта бедняжка решила, что раз за то время, когда были живы её мать и брат, ей не удалось «почувствовать зов», то уже и не удастся.
Её, конечно, можно понять. Девочка совсем одна осталась, разбитая, потерянная. Самая желанная жертва аферистов. Таких либо на бабки разводят, либо в секты втягивают.
Вот и эта попалась.
Хотя я так говорю «девочка», словно она младше меня. А на самом деле Адалин, прямо как её тёзке из одноимённого фильма, паспортных лет было намного больше, чем казалось на первый взгляд. За полтинник перевалило.
Для дракона это сопливая юность. Так-то ящерки жили по полтысячелетия, некоторые, говорили, и до тысячи могли дотянуть. Что тоже радовало, конечно. Срок жизни повысился и даже без пенсионной реформы.
Можно выпить за здравие. Моё.
Я оказалась лет так на пятнадцать младше «бедной девочки» Адалин.
Да, перед смертью мне как раз тридцать пять стукнуло. А я даже не отметила эту дату толком. Глянула в календарь и записала ещё две встречи, чтобы уж точно себя работой загрузить.
Эх, обе дурёхи мы с Адалин. Только каждая со своего разворота.
А теперь мне нужно что-то делать со всей этой ситуацией.
Я бы предпочла овдоветь, конечно. Ибо разводы, как оказалось, здесь приемлемы, но только в случае, если встречаешь свою истинную пару. А я не верила, что мне так повезёт.
Я, вообще-то, даже не полноценный дракон. Признаков наличия второй ипостаси не наблюдалось, укусить девственниц за бочок тоже не хотелось.
И вообще, где раньше этот истинный Адалин шлялся? Почему не пришёл, почему позволил так над девочкой издеваться?
Нет, надеяться на кого-то – себе дороже. Тем более на какого-то гипотетического мужчину. Вот уж всю жизнь от них одни проблемы были. И не только у меня, но и у красавицы Адалин.
Разбор полётов прервала уже знакомая служанка. Она пробралась ко мне в комнату, когда стемнело. Наверное, чтобы остальные не заметили.
— Добрый вечер, госпожа, — поклонилась девушка.
— Добрый, добрый, — подозрительно протянула я. — А скажи-ка мне, Мия, почему ты мне помогаешь?
Наверное, я спросила что-то не то. Такие вопросы не могли прийти в голову драконицы, госпожи, избалованной богатством девочки. Потому что служанка смотрела на меня очень странно. Как будто я сказала какую-то глупость.
— Адалин говорила, что здесь поменялся весь штат слуг. Тебе вроде бы не за что меня любить.
После моих слов глаза девушки стали как рублёвые монеты… времён Екатерины.
Ах да, я же о себе, получается, в третьем лице сейчас говорила.
— Прости, — покаялась я. — Шизофрения.
Мия тоже не знала, что это за зверь такой, и, кажется, уже была полностью уверена, что я от горя и правда повредилась рассудком.
— Так почему ты мне помогаешь?
— Слуг новых наняли, это правда. И нанимали не отсюда. Многих господин Паксон с собой привёз. Некоторых в городе нашёл. Мы несколько лет назад туда перебрались. А до этого в деревне здесь неподалёку жили. Ваша семья всегда была добра к нам. И мне матушка наказывала о вас заботиться, когда я сюда работать отправлялась.
— И тебя взяли, учитывая, что ты из деревни?
— У меня не спрашивали, где я раньше жила, а я не говорила.
М-да, мотив слабоват, но возможен. Допустим.
Да что там! Мне действительно придётся довериться этой девочке. Выбора-то всё равно нет. Я сама не смогу ничего. Даже до туалета дойти. А это, кстати, снова становилось насущной проблемой.
Мия помогла мне, практически перенеся в ванную комнату, которая у меня, слава богам, была личной. И сегодня мне удалось даже помыться в большой ванне.
Уже когда я устроилась обратно в кровати и уплетала ужин, который принесла Мия, поинтересовалась:
— Скажи, тут в деревне есть кузнец?
— Конечно, госпожа.
Если Мия и удивилась, то не подала вида. Неудивительно. После шизофрении удивляться интересом к кузнецу как-то даже стыдно.
— Это замечательно, — сказала я и задумалась.
— Вы что-то хотите у него заказать?
— Хочу. Вопрос в том, как с ним расплатиться.
Денег у Адалин было более чем достаточно. Настолько, что она о них никогда не думала. И, разумеется, не имела при себе наличных никогда. За неё всегда расплачивались сопровождающие.
А теперь доступ к деньгам заблокирован. Попробуй сказать, что мне содержание нужно выделить! Мало того что муженёк только рассмеётся мне в лицо, но ещё и неладное может заподозрить. А я не хотела привлекать внимания к некоторым сторонам своей активности.
По крайней мере, не сейчас. Сначала нужно мистера Пакость до определённой кондиции довести, а потом уже деньги с него трясти.
— Если позволите… Я могу попробовать продать кое-что из ваших вещей.
— Драгоценности?
— Нет, что вы. Просто безделушки. Драгоценности здесь никто не купит, это в город нужно ездить. А шпильки красивые, как у госпожи, многие захотят.
— Не подозрительно будет распродавать такое? Тебе не влетит?
— Нет. Многие видят, что я к вам хожу. Я говорила, что это не возбраняется... Ну, как бы. Не запрещают, просто работой нагружают, чтобы времени не оставалось. Но это неважно. Главное, что никто не удивится. Я просто скажу, что вы мне подарили свои безделушки в благодарность. А вы подтвердите, если что.
— Ну и замечательно. Тогда постарайся побыстрее свою распродажу устроить. И с кузнецом свяжись уже сейчас. Может, ему тоже шпильки нужны. Или вон, пусть подсвечник забирает. Такой красоты не жалко.
— А что вам нужно от кузнеца, госпожа?
— Ходунки и костыли.
Глава 5
Адалин могла считать своё положение безнадёжным. Я же отказывалась в это верить. Пока есть возможность бороться, я буду двигать лапками. Даже если они упорно отказываются двигаться.
Нужно признаться, надежда у меня вспыхнула небезосновательно.
В период, когда я уже жила в столице и вовсю раскручивала соцсети, пытаясь стать не просто швеёй, хоть и со своей клиентской базой, а стилистом, я встречалась с одним парнем.
Он быстро перестал меня устраивать во всех отношениях, поскольку был не амбициозен, довольно глуп, а ещё имел флёр бытового инвалида. Но дело не в нём. Как раз в моменте, когда у нас ещё в разгаре был роман, его мама упала и сломала позвоночник.
Запомнилось мне это очень хорошо, потому что тот интересный парнишка почему-то решил, что я должна бросить работу и ухаживать за его мамой.
Женщину мне было по-человечески жалко, но сиделкой работать я не нанималась. Встретившись один раз с ней, я поняла, что она об инициативах сыночки ни сном, ни духом.
Закончилось всё тем, что я оставила ей денег на первое время, а её сына благополучно бросила.
И самое интересное в этой истории было в том, что через год я её снова увидела. Столкнулись в налоговой.
Она была на своих двоих. Просто шла, как будто не было никакого перелома позвоночника.
Тогда-то она мне и рассказала о своей травме: компрессионный перелом. Подробностей я, конечно, не запомнила. Но суть уловила.
И теперь у меня теплилась надежда на то, что у этого тела было нечто похожее. А тут ещё и Адалин постаралась, пустив свои драконьи способности на регенерацию.
Из медицинского образования у меня были только восемь сезонов «Доктора Хауса». Но даже с таким необъятным багажом знаний я понимала: парализованные не чувствуют свои ноги вообще. У меня же ситуация была другой.
Может быть, если моя несостоявшаяся свекровь смогла справиться с переломом позвоночника, то и я смогу?
Хотя бы на костылях ходить, волоча за собой ноги. Благо руки у этого тела достаточно сильные.
Инвалидных кресел тут не дождёшься, а мобильность нужна. Ой, как нужна!
Вроде бы, в самом начале нужен покой. По крайней мере, Ирина Олеговна какое-то время лежала, не вставая. Иначе с чего бы её сын решил меня сиделкой к ней устроить забесплатно? Но недолго. Меньше недели.
Ну, тут я, считай, заранее условие выполнила. Адалин лежала всё время до моего прихода. То есть до своей смерти.
Здесь можно ставить галочку.
Далее шёл период реабилитации. И единственное, о чём я знала, — это лечебная физкультура и массажи. При этом я понятия не имела, как всё это нужно делать, и подозревала, что могу навредить себе.
А, плевать! Хуже, чем есть, всё равно не сделаю!
Эх, и чего Адалин ящеркой родилась? Ну, то есть, драконом.
В этом мире была магия. И исцеляющая тоже. Я не знала, могла ли она срастить позвонки, но подозревала, что да.
Вот только крылатые рептилии, прямо как в сказках, были не очень восприимчивы к магии, особенно к целебной. Шкурка толстая, заклинания слабенькие. Да и не нужно было это драконам. Они вообще-то ребята крепкие.
Мне вот понадобилось. Но единственное, что оставалось доступно — разные зелья и микстуры. Но здесь, увы, не научились отварами трав переломы лечить.
Конечно, я подозревала, что что-то сделать можно, просто бедная Адалин, в силу своей изоляции от внешнего мира, не подозревает об этом, а муженёк не спешит просвещать.
Но мне это что-то сейчас тоже не грозит. Мистер Пакость скорее камзол свой безвкусный сожрёт, чем мне врача вызовет.
Ну и ладно. Будем работать с тем, что есть.
Размышляя, я начала действовать. Сначала попробовала помассировать ноги. Особого эффекта не увидела, но не всё же сразу.
Потом перевернулась на живот и начала вытягиваться, пытаясь растянуть поясницу.
Дальше пошли подъёмы ног. Ну как подъёмы. Лёжа на спине, я подтягивала колено к животу. С помощью рук, разумеется.
И так раз за разом. Одно, потом второе. Потом круговые движения стопами. Ну, или попытка такого упражнения.
В общем, я могла придумать тысячу способов, как разработать свои нечувствительные ноги и поясницу.
Я не была физиотерапевтом, и тренировки в спортзале, на которые я периодически ходила, пока не нашлось дел поважнее, тут мало чем помогали.
Но при этом понимала, что мне нужно укреплять мышцы спины и, наверное, живота. Постепенно увеличивать двигательную активность. Даже просто напрячь мышцы и удержать их в таком состоянии несколько секунд — уже польза и огромный задел на будущее.
Промучилась я минут пятнадцать, и под конец у меня по лицу градом катил пот. Хорошо, что Мия оставила в новенькой прикроватной тумбочке всё, что нужно для относительно комфортной жизни в заточении: запас продуктов, писчие принадлежности, полотенца и многое другое.
Даже книгу какую-то притащила, чтобы мне не было так скучно.
Я осмотрела её как нечто токсичное. Любовный роман. Я и раньше такого не читала, предпочитая детективы, а уж сейчас размениваться на любовную любовь и вовсе глупость.
Нужно будет попросить её завтра притащить талмуд по юриспруденции. Местное законодательство знать надо. Из тех сбивчивых объяснений, что дала мне Адалин, составить внятную картину не получалось. Так что придётся всё самой.
Благо читать на местном языке я могла. И писать, очевидно, тоже. В общем, повторяла весь объём навыков носительницы.
Это не могло не радовать. Если бы мне пришлось ещё и язык учить, тут бы кирдык и пришёл. Мало того что спалили бы в моменте, как подростка с сигаретой за гаражами, так ещё и выучить тот самый язык я имела достаточно призрачные шансы.
Будучи достаточно хваткой, общительной и в основном быстро усваивающей новую информацию особой, я имела избирательную тупость на языки. Ну, не давались они мне.
Английский учила с кровавыми слезами и пятью репетиторами, три из которых от меня отказались.
И то, в итоге получилось так себе. Слова знаю, грамматику знаю, а говорю на уровне «Лондон из э кэпитал оф Грейт Бриттан». Да-да, именно с тем кошмарным акцентом, который нарочно иногда не сделаешь.
В общем, знание местного языка радовало. Оставалось только получить возможность беспрепятственно пользоваться библиотекой. Желательно, на своих двоих. Хоть и с ходунками.
Так что давай, Вика, не ленись. Раз-два, раз-два.
Зарядку я собиралась делать три раза в день. Больше боялась — вдруг перегну.
А так, вроде бы, должно пойти неплохо. Главное — регулярность. Ну и вера в то, что получится.
Глава 6
Утро у нас, по обыкновению, началось не с кофе. Взвесив в руке массивный поднос — брата-близнеца вчерашнего, погибшего смертью храбрых в схватке со стеной, — я решила не швыряться им, а действовать хитрее.
Взяв поднос в одну руку и стандартную оловянную ложку в другую, я просто начала бить по нему, словно это был бубен, а я заделалась шаманом, призывающим дождь.
Нужно признать, эффект был феерический.
Какой-нибудь православный батюшка умывался бы слезами умиления, смотря на меня в этот момент.
Жаль, муженёк не разделял его чувства. На этот раз он ворвался в мою комнату уже без вчерашнего растерянного выражения на лице.
Ему не нужно было гадать, по ком звонит колокол. Мистер Пакость знал, что он звонит по нему.
— Ты меня достала! Совсем страх потеряла? Забыла, как себя вести нужно?
— Угу, провалы в памяти. А ещё деменция, камни в почках, геморрой и шизофрения. Ну, про неё я тебе вчера ещё рассказала.
Полёт нормальный. Товарищ призадумался. По крайней мере, орать перестал.
— Если ты решила попробовать отравить мне жизнь, то зря. У меня для этого куда больше возможностей.
— Ой, ну и что ты сделаешь? Спину мне сломаешь?
Не оценить иронию в моём голосе мог только полный имбецил. К сожалению, мистер Пакость им не был.
— Ты правда думаешь, что это худшее, что может с тобой случиться?
Бертран подошёл ко мне, брезгливо скривившись, и взял за горло, перекрывая доступ кислорода.
— Я советую тебе, дорогая жёнушка, сидеть тихо и не отсвечивать. Если хочешь умереть не сломленным куском мяса.
Задыхаясь, я пыталась расцарапать руку мужчины. А ещё лучше — глаза. Увы, моя внезапно обретённая сила не шла ни в какое сравнение с ним.
В этом мире женщины тоже уступали мужчинам в этом показателе. Даже если относились к роду крылатых ящериц.
Когда начало казаться, что я и правда задохнусь, он разжал хватку.
— Будь хорошей девочкой и скажи, что поняла.
— Поняла, — просипела я. — Можешь душить дальше.
— Ты и правда умом тронулась!
— Ну так сдай меня в богадельню, — скривилась я. — Как твоя секретутка вчера предлагала. Что? Не нравится идея? Ещё как не нравится. Там ведь я могу сболтнуть лишнего, правда?
Муженёк начал закипать и готов был снова обеспечить мне неправильный БДСМ, поэтому я поспешила продолжить, пока у него гнев окончательно не отключил мозги.
— И убивать ты меня не будешь. Слишком много мороки, расследование может начаться. А вот подождать, пока сама помру — очень даже. Удобно, не хлопотно, гарантировано. Так что да, можешь душить. Надеюсь, мою смерть расследуют как положено. А учитывая, что я последняя в роду, не сомневаюсь, что так и будет.
Мистер Пакость зарычал, но ручки свои шаловливые к моему горлу больше не тянул.
— И с каких пор ты такая умная стала?
— Шизофрения помогла. Но это не важно, супруг мой драгоценный. Я к чему всё это говорю… Вот тот сценарий, когда ты меня жестоко убиваешь, а потом сам отвечаешь по всей строгости закона — крайность. Я понимаю, что долго не проживу. И я согласна не портить тебе жизнь, хотя стоило бы, конечно. Но только в обмен на кое-какие преференции.
— Что ты хочешь?
Слово «сволочь» повисло в воздухе, но нужно отдать муженьку должное: он его не произнёс.
— Служанку. А лучше несколько. Одну личную, несколько для подручных дел.
— Не жирно ли?
— Ничего, потерпишь лишний раз без прислуги. Или ещё найми. На мои ведь деньги, не на свои. А я не хочу тут в дерьме лежать. Если уж сделал из меня калеку, будь добр хотя бы достойный уход обеспечить.
Я видела, какая внутренняя борьба шла у него внутри.
Вроде бы ничего такого не прошу. Ну действительно, не сжигать же потом комнату, если здесь всё в негодность придёт из-за того, что к жене никто лишний раз не заглядывал.
А с другой стороны, не хотелось. Ой, как не хотелось хоть в чём-то мне потакать.
— Второе. Я хочу несколько часов в день выходить в гостиную. Или в библиотеку.
— Для чего это тебе?
Муженёк подозрительно прищурился. Наверняка думал, что кого-то из прислуги буду просить отправить телеграмму в полицейский участок.
Ну, при условии, что здесь есть телеграммы и полицейские участки, конечно.
— Мне нужно хоть иногда покидать свою скорбную обитель. А то ещё уверую, уподоблюсь монахиням, молиться начну. Кто знает, до кого мои молитвы потом дойдут.
— И как ты себе это представляешь?
— Как обычно. Пара крепких парней взяли кресло и понесли. Так и буду кататься, — пожала я плечами, показывая, что ничего особенного в таком способе передвижения нет. — Ну и третье.
— Ещё и третье?
— А ты как думал? Всегда есть три условия. Это же негласное правило любого фэнтези. Знать надо! Так вот, я хочу сумму на своё содержание. Хотя бы небольшую.
— Это ещё зачем?
— Затем, что я хочу иметь возможность послать служанку на ярмарку за какой-нибудь приятной безделушкой. Что, неужели деньги в сокровищнице закончились? Так быстро? Я приятно поражена. Потратить всё за такой короткий срок — это талант нужно иметь.
— Заткнись.
— Ну вот и распыляйся потом на комплименты, — буркнула я.
— И почему ты решила, что я на всё это соглашусь?
— Потому что тебе это выгодно. Позволь мне умереть достойно: не в собственном дерьме, не в забытой всеми пыльной комнате, а как хозяйка этого дома. Мы оба знаем, что долго я не проживу. Но нервы тебе подпортить смогу, можешь не сомневаться.
Он долго сверлил меня злобными, налитыми кровью глазами. В какой-то момент показалось, что я выбрала совсем неверную тактику и меня сейчас просто изобьют до полусмерти.
Поджилки тряслись на протяжении всего разговора. Особенно после совсем не эротичного удушения со стороны муженька.
И эта его драматическая пауза… Я держалась из последних сил, чтобы не зажмуриться и не втянуть голову в плечи.
— Демоны с тобой! Выделю я служанок. И пару конюхов тоже, чтобы тебя таскали по дому. Только не мозоль глаза мне и Иветте. И чтобы больше никаких сцен по типу вчерашней. И сегодняшней.
— Без проблем. Сцены ревности точно устраивать не буду, не переживай. Вы с Иветтой можете любить друг друга до посинения. А лучше – до смерти.
— И язык свой прикуси, — зарычал муженёк, — пока я его тебе не вырвал.
Я жестом показала, как застёгиваю рот на замок, выкидывая ключ. Он не понял, но суть, очевидно, уловил. И больше пререкаться тоже не стал.
Ну и чудно. У меня теперь будет минимальный комфорт и даже возможность иногда выходить из спальни. А остальное приложится.
Глава 7
Смотрины служанок устроили уже через час. Ко мне просто пришли около пятнадцати девушек в одинаковой униформе и выстроились в ряд. А мне осталось только указать на тех, кто мне больше нравился.
Я выбрала двух достаточно молодых девушек, которые на вид показались мне самыми незлобливыми. Ну и третьей шла Мия. Её я сразу назначила своей личной служанкой.
Даже если мистер Пакость заподозрит, что это неспроста, плевать. Уверена, при необходимости он и так мог узнать, что эта девушка мне помогает.
В итоге этот день я провела в относительном комфорте. Проблем с туалетом больше не возникало. Я ещё раз приняла ванну, переоделась в чистую рубашку при помощи служанок.
А потом наблюдала из кресла, как меняют постельное бельё, выметают пыль из-под кровати, из углов. Ну, собственно, руководила процессом уборки.
Девушек, которых я выбрала себе в служанки, звали Алисия и Софи. Ну, ничего так имена, нормальные. Не зубодробительные.
Или это у меня парадокс попаданки — они все общаются на языке, состоящем исключительно из согласных, а я слышу как родную речь, ещё и имена адаптирую под что-то родное?
Нет, тогда была бы Алиса и Соня. А Мия явно представилась какой-нибудь Машей. Отпадает теория.
Сильно в конспирологию я решила не углубляться. И без того голова пухла.
— Госпожа, я кое-что узнала, — сказала мне та самая Мия, когда остальные девушки ушли.
— Что?
— Я не уверена. Но так говорили…
— Мия, не тяни кота за яй… за то самое. Смелее.
Девушка действительно была очень стеснительной. В моём присутствии часто млела. А учитывая ещё и круто изменившийся характер, так вообще иногда двух слов сказать не могла.
— В общем, через два месяца здесь будет помощник Верховного судьи. Он должен остановиться в замке.
— Та-ак. А это хорошо для нас или плохо? И что этот помощник здесь забыл?
— Не знаю, правильно ли я расслышала…
— Подслушивала?
— Ну…
Девушка вконец засмущалась, поэтому я только махнула рукой. Мол, продолжай.
— Он будет проездом в этих местах. Но, насколько я поняла, заодно проверит, как у вас дела. Вы не появлялись на приёмах с тех пор, как умер ваш брат. А ведь истинную пару вы до сих пор не нашли. Да, вы теперь замужем, но всё же.
