Трое в лодке, не считая гитары

Лена, сама не веря в то, что делает, посеменила в кухню.

— Получается, не одна я страдаю скопофильными наклонностями? — низковатым грудным от недавнего пробуждения неразработанным голосом поинтересовалась она, доставая кружку с полки, налила в неё молока и подставила под капучинатор.

Пока молоко взбивалось, она стояла спиной к своему собеседнику и не видела, какую реакцию на его лице вызвали её слова. И зачем она снова поднимает эту тему, словно нарываясь на конфликт? Но вместо того, чтобы услышать агрессию или презрение в его голосе, она услышала усмешку:

— Какая ты пассивно-агрессивная натура, — Лена обернулась, чтобы одарить его неприветливым взглядом, но увидела, как он, качая головой из стороны в сторону, с иронией оглядывает её с головы до ног и обратно. — Сама мне «выкаешь» стоишь, вся такая подчеркнуто вежливая после того, как вчера «тыкала» мне, не стесняясь, а сама думаешь, как бы укусить побольнее. Да, я очень люблю слышать и слушать, но ещё я люблю, когда говорят по делу, без лишних церемоний, и, возможно, иногда это кажется невоспитанностью. Но как по мне, гораздо хуже, когда человек усиленно притворяется воспитанным, тая внутри себя кучу всякого… кхм… яда. — Он сделал из кружки крупный глоток.

— Как Вы мастерски только что романтизировали хамство! Это просто брависсимо, — с показной наигранностью «восхитилась» Лена, подливая в только что взбитое молоко подогретый кофеваркой кофе.

Она обошла остров, вставая напротив невозмутимо и даже вызывающе спокойно попивающего свой кофе мужчины, и, слегка раздражённо отвинтив крышку, тонкой струйкой влила в кружку кленовый сироп, размешала. Сделала глоток.

— Только вот насчёт «говорить по делу» — это Вы себя переоцениваете. «Логорея» — Ваше второе имя.

Виктор на мгновение поднял брови в удивлении и тут же их опустил. Было заметно, что он немного обескуражен. Лене даже показалось, что под его чёрной густой короткой бородой немного заиграли желваки.

— Самое время сказать «о’кей, Гугл», — с явной насмешкой добавила она, делая ещё один крупный глоток.

— Где же была вся твоя бравада, когда вместо того, чтобы зайти в репетиционную в своей коротенькой маечке, ты предпочла подслушивать под дверью, как маленькая трусливая мышка? — Лене стоило огромных усилий не допустить того, чтобы поперхнуться своим кофе от услышанного.

Что он, на хрен, только что сказал?

Виктор с вызовом взглянул ей в лицо и, как будто предоставляя ей время на обдумывание следующего хода, уселся на высокий барный стул подле себя.

Лена же, будучи совсем не готовой к тому, что по какой-то причине она всё-таки оказалась застуканной, готова была провалиться сквозь землю и даже не пыталась подобрать достойный ответ этому невоспитанному субъекту.

Поэтому она, залпом допив свой кофе, пошла к раковине, чтобы помыть кружку за собой, только бы не столкнуться взглядом с явно чувствовавшим себя победителем мужчиной.

Зашумела вода, и Лена зажмурилась от облегчения оттого, что гнетущая тишина была прервана этим шумом. В груди отчаянно скакало сердце, и она была взволнована так, будто вот-вот провалит экзамен, от которого зависит красный диплом.

И, когда она выключила воду, Виктор решил сам прервать повисшее в воздухе молчание, поинтересовавшись странно негромко и осторожно:

— Тебе-то хоть понравилось?

Уж чего-чего, а такого вопроса она не ожидала. Она медленно развернулась и, стараясь не задерживать надолго взгляд на его лице, быстро пробежала по нему взглядом, отметив серьёзность выражения его глаз, и ответила:

— Понравилось. Даже выразительнее, чем у «Апокалиптики»3, получилось.

Ей показалось, что уголки губ Виктора едва вздёрнулись, чтобы изогнуть губы в удовлетворённой улыбке, но это движение было настолько эфемерным, что она даже не могла быть уверенной на сто процентов, что оно действительно было.

Вместо этого Виктор с лёгкой усмешкой ответил:

— В следующий раз возьму с тебя деньги за билет. Впрочем, чем короче наряд, тем больше скидка. — Он откровенно засмеялся своим чуть хрипловатым низким голосом.

Лене шутка смешной не показалась. Она была смущена до безобразия.

Весьма нестандартно начавшееся утро стало каким-то откровенно склизким.

— Расслабься, я пошутил, не обижайся. Просто не забывай, что в репетиционной полно зеркал. Как и в баре.

Лена выдохнула. Было как-то душновато, и ей хотелось поскорее покинуть это место.

— До свидания, Виктор, — сказала она, взяв оставленную у стены сумку с ноутбуком, сама не зная, зачем присовокупив к прощанию его имя.

Мужчина, кажется, тоже услышать от неё своё имя не ожидал и растерянно отозвался:

— До свидания, Лена.

Его прощание она слышала уже за своей спиной и, поспешно надев куртку и ботинки, покинула квартиру.

Глава 10

ЗА БАРРИКАДАМИ

Лена не шла, а полубежала к метро. Несмотря на то, что до пар оставалось чуть больше часа, она не могла совладать с собственными ногами, которые настойчиво уносили её прочь от этого странно-притягательного, но такого неприятно-волнующего дома.

Несмотря на то, что она не сделала ничего откровенно плохого, её не покидало ощущение, что что-то идёт не так, как должно было бы идти. В её жизни открылась такая волнующая, приятная, сладкая глава: Денис буквально затащил её в какой-то новый мир, о котором раньше она имела лишь схематичное представление. Но сейчас её охватило чувство нахождения на грани того, что её вот-вот затянет в какую-то трясину.

Этот мужчина со своим странным, вызывающим и будто провокационно-заинтересованным поведением, который с самого своего появления, как сорняк, как кусок грубой бечёвки, врос в ещё не до конца сотканную канву её романтических отношений с Денисом и своим присутствием в ней сводил на нет всю воздушность этой истории, её первой по-настоящему волнующей истории! Денис, который был таким лёгким, тактильным и, как Лене показалось, несмотря на внешнюю непосредственность и невозмутимость, втайне ранимым и чувствительным, давал ей ощущение, что всё возможно, что всё в этом мире легче, чем кажется, стоит только открыться новому и не слишком сопротивляться своим чувствам. Ей кружило голову ощущение того, что ей не нужно добиваться ничьего расположения, не обязательно быть ни для кого хорошей, оправдывать чьи-либо ожидания. Ей было удивительно, как за такой короткий срок Денису удалось вызвать такие метаморфозы в её сознании.

Но Виктор непонятным образом стал ложкой дёгтя в этой сладкой истории. Ему что, делать больше нечего, кроме того, чтобы оценивать девушку своего младшего брата? Тем более, что, судя по его же комментариям, она — далеко не первая? Неудивительно, что с таким раздражающим фактором все предыдущие стали бывшими. Хотя, собственно, если задуматься, почему он так её напрягает, что он сделал такого, из ряда вон выходящего? Он ведь сродни той самой бабке на лавке из её детства, но та ведь не заботила Лену настолько, чтобы она до такой степени впадала во фрустрацию, как сейчас — давно с ней не было такого, чтобы ноги сами уносили её, безустанно контролирующую свою жизнь, куда глаза глядят. А может быть, она и вовсе преувеличивает степень внимания этого мужчины к себе? А может быть, ей просто хочется думать, что это внимание существует?..

Эта мысль, как молния, ударившая на пути, заставила её ноги резко остановиться. Так-так-так, а вот это уже очень интересно. Лена зажмурилась на секунду и, помотав головой из стороны в сторону, стремясь прогнать из неё это нелепое предположение, огляделась и поняла, что уже давно прошла мимо своей станции метро. Впрочем, это её, обожающую центр Питера, не слишком расстроило. И потому Лена, достав из кармана беспроводные наушники, заткнула ими уши, чтобы хорошей музыкой предупредить дальнейшие возможные глупые мыслишки, и наушники, восприняв это как команду к действию, автоматически запустили последний прослушанный трек. Это были последние аккорды какой-то баллады, и буквально через пару секунд томительно и призывно зазвучала виолончель — так начиналась её самая любимая из всей современной музыкальной индустрии композиция4.

В Лениной груди сжался горячий комок, и от него по телу растеклось горячее волнение. Чертыхнулась про себя, но трек не переключила.

***

— Ты чего такая хмурая? — ткнула Лену в бок сидевшая слева от нее Женька.

Алина сидела справа и, особо не интересуясь ничьими делами, увлечённо вела конспект лекции.

— Да всё норм. Устала просто, домой уже хочу, — коротко отозвалась Лена, у которой руки упорно сопротивлялись конспектированию лекции в ноутбуке.

Ей действительно хотелось домой: принять душ, выпить чашку ароматного чая, ни с кем не говоря и ни о чём не думая.

— Ладно, как скажешь, — пожала плечами рыжая подруга, прекрасно понимая, что сосредоточенную на чём-то Ленку вряд ли удастся разговорить.

И хотя Жене не терпелось узнать, как же провела эту ночь в гостях её иногда темпераментная, но при этом иногда совершенно невозмутимая соседка, она не стала форсировать события.

Алина ни о чём не расспрашивала, будто уже всё и так знала — и Лена уже смогла прочувствовать первое «неудобство» от отношений с другом парня своей подруги: до подруги новости об этих отношениях могли доходить куда раньше, чем была готова делиться какими-либо новостями она сама.

Этот день был крайне непродуктивным — ничего из запланированного сделано не было, и Лена чувствовала, что это давит на неё, но никак не могла заставить себя сделать хоть что-то. Такое состояние для неё, обычно активной и дисциплинированной, было в диковинку.

Вечером пришла смс от Дениса: «Я расстроен, что не застал тебя дома сегодня днём(»

Лена легонько улыбнулась в экран смартфона и набрала ответ: «Не грусти, а то грудь не будет расти)»

В ответ она получила смеющийся смайл и игривое: «Значит, мне повезло связаться с очень весёлой девчонкой?»

«Это только на первый взгляд», — отозвалась она, закусив нижнюю губу, с волнением понимая, что их беседа сворачивает куда-то не туда.

«Если он будет долгим и внимательным, думаю, я точно всё пойму даже с первого», — вот тут кровь уже мгновенно прилила к её щекам, и ладони вспотели от волны этого жара.

«Ты смутил меня, в следующий раз сто раз подумаю перед тем, как отпустить подобную шуточку», — ответила она, и ей ощутимо полегчало.

Правда всегда облегчала ей жизнь — именно поэтому Лена никогда не имела постыдных секретов. Она практически никогда не делала ничего такого, за что ей было бы стыдно, узнай об этом её окружение. Ей было чуждо ханжество и всегда хватало сил признаться себе в своих слабостях — она старалась не хранить секретов в первую очередь от себя самой. И потому весь сегодняшний день воспринимался ею как дурацкий «сбой в программе», в котором она обязательно разберётся в полной мере. Когда у неё будут на это время и силы.

«Я просто очень хотел увидеть тебя», — прочла она и улыбнулась.

«Сегодня уже поздно, а завтра у меня встреча с подругой, в пятницу — вечеринка с однокурсниками, в выходные уезжаю в гости к родителям, поэтому свободна только в четверг. Эта неделя — очень насыщенная», — ответила она Денису и выпрямила подтянутые к груди ноги, откинувшись на подушку.

«Блин, в четверг у меня репа перед пятничным выступлением. Но если это единственный шанс нам увидеться на этой неделе — приходи на репу. Можно без пиццы:)», — написал в ответ Денис, и Лена, широко улыбнувшись, ответила ему согласием, после чего они распрощались, пожелав друг другу сладких снов.

Следующим утром Лена вышла из спальни и в кухне наткнулась на Алину, которая уже допивала чай и доедала завтрак.

— Доброе утро, — поздоровалась Лена и подошла к столешнице налить чаю и себе.

— Доброе, — отозвалась Алина. — Как дела? — ну, наконец-то она соизволила поинтересоваться чьими-то делами, кроме своих собственных.

А то Лене уже начинало казаться, что подруга за что-то на неё в обиде, поскольку она совершенно равнодушно вела себя вчера, будто бы вовсе не замечая их с Женькой присутствия рядом.

— Знаешь, неплохо, — улыбнулась Лена, открывая дверцу холодильника.

— Я догадалась, — усмехнулась она в ответ. — Раз уж всего через неделю после знакомства с парнем ты уже ночуешь у него дома.

Лена в недоумении приподняла одну бровь, но сдержала своё неудовольствие от этого комментария.

— Не думала, что мне потребуется оправдываться за это перед тобой, — сделала на последнем слове акцент она.

— Да я, на самом деле, не удивлена. Дэн всегда так действует на девушек. Просто не думала, что ты настолько легко окажешься под влиянием его обаяния, — ответила Алина с явной иронией в голосе.

Лена, делая себе бутерброд, отозвалась:

— Если у тебя есть какие-то претензии ко мне или Денису, то скажи, пожалуйста, о них прямо, без едких намёков. Если претензий нет, или ты не готова их озвучить — давай поговорим о чём-нибудь другом, пожалуйста. Очень не хочу ссориться, правда.

Алина молчала несколько секунд, затем сказала:

— Согласна. В чём пойдёшь на пятничную вечеринку?

Несмотря на то, что подруга исполнила её просьбу, облегчения Лена не почувствовала.

— Ещё не придумала, но сегодня вечером прогуляюсь с Леркой по магазинам, может, что-то и подберу.

Лера была школьной Ленкиной подругой, которая училась в Питере на заочном отделении, оставшись жить в Колпино, где они обе выросли и учились вместе с самого первого класса, и периодически приезжала в Питер потусоваться, сдать контрольные, экзамены и посетить установочные лекции. Виделись они нечасто, но всегда поддерживали контакт, и сегодня как раз планировалась их очередная встреча.

И, после пар встретившись с звонкоголосой блондинкой с карими глазами-угольками, вечной искательницей приключений Леркой, Лена отправилась в торговый центр.

Проведя вечер в приятной компании подруги, с которой они нашли-таки идеальный прикид для грядущего Ленкиного «экватора» и выпили по чашечке кофе в кофейне в центре, Лена проводила подругу до вокзала, откуда та уезжала вечерней электричкой домой.

Решив немного прогуляться, она не спустилась в метро на ближайшей станции и неторопливо побрела по Невскому.

Она не стала вставлять в уши наушники, потому что хотела насладиться шумом вечернего города. Он действовал на неё успокаивающе и, несмотря на небольшую суету торопящихся домой прохожих, даже убаюкивающе. Жёлтые фонари ненавязчиво и осторожно освещали ей путь, и Лена медленно брела по городу, засунув руки в карманы и слегка поджав плечи, кутаясь в воротник зимнего пальто, разглядывала витрины, афиши, провожала взглядом рассекающие по проспекту автомобили и вдыхала влажный холодный ночной воздух, как магический эфир, наполняющий её гармонией, спокойствием и мудростью.

Но состояние это длилось недолго — буквально через десяток минут её расслабленный взгляд укололся о висевшую на рекламном баннере афишу, с которой своим холодным пронизывающим взглядом на неё смотрел человек, который буквально вчера пошатнул её душевное равновесие всего парой колких фраз. И одной мелодией.

«Симфорок от VMP & Co», — гласила заглавная надпись на афише, где были перечислены несколько дат и указано место — «Филармония имени Д.Д. Шостаковича». На фоне лица Виктора, напечатанного на афише крупным планом, было ещё несколько человек с музыкальными инструментами в руках — их Лена рассматривать не стала, для этого пришлось бы останавливаться у афиши и всматриваться в неё пристальнее, а этого она себе намеренно решила не позволять.

Пройдя мимо афиши, она ускорила шаг и спустилась в метро на ближайшей станции.

***

Весь четверг Лена была занята учёбой, на парах она усиленно старалась не забивать себе голову всякой ерундой и только ближе к вечеру, в начале последней пары, позволила себе зайти в мессенджер, чтобы списаться с Денисом насчёт сегодняшней репетиции. Договорившись о том, что подойдёт к ним к семи вечера, она вернулась к лекции, но спокойно дослушать её ей не дала Женя.

— Ты сегодня что вечером делаешь? — ткнула Лену в бок кудрявая подруга.

— Я сегодня к Денису на репетицию, — шепнула Жене в ответ Лена.

— Блин, а я так надеялась, что ты составишь мне компанию в поисках маленького чёрного платья, — вздохнула Женька с обречённым видом.

— Не могу, Женьк, я ему обещала ещё позавчера, это единственный вечер, который мы можем с ним провести вместе до конца недели. — С извиняющимся видом пояснила Лена. — Но я могу составить тебе компанию на обратном пути до дома, можем встретиться около половины одиннадцатого у метро и вместе поехать домой или, вообще, сначала немного прогуляться. — Улыбнулась она.

Женя немного воодушевилась:

— И то дело. Как раз обсудим ваше с ним свидание, — подмигнула она и тряхнула рыжими кудряшками, смахнув копну волос с плеча.

— Сомневаюсь, что это будет свиданием, но надеюсь, несмотря на это, тема для обсуждения найдётся, — широко улыбнулась Лена и сдула со лба уже слишком длинную светлую чёлку, которая начинала навязчиво лезть в глаза.

В семь вечера Лена уже заходила в парадную дома братьев Панфиловых. Разумеется, вчера вечером она загуглила, как расшифровывается аббревиатура в названии коллектива этого надменного виолончелиста. Оказалось, что Виктор Михайлович и Денис Михайлович Панфиловы оба были представителями династии музыкантов, начинающейся ещё с их прадеда-скрипача, который во времена ВОВ, находясь уже в весьма почтенном возрасте, ездил и давал концерты в воинских частях советским солдатам для поддержки духа отважных бойцов в составе оркестра и даже в одиночку.

Между делом она нашла в соцсетях своего ухажёра, до поисков которого в минувшую неделю просто не доходили руки, и решила перед отправлением заявки в друзья дать себе время изучить его страничку повнимательнее. Несколько тысяч друзей, пара тысяч аудиозаписей, мало постов — много лайков и комментариев. Фотографий тоже не слишком много, да и те, что есть — довольно старые. Ничего, за что можно было бы зацепиться и сложить какое-то оформленное впечатление. И слава Богу. Страницу Виктора в сети она намеренно не искала. Она запретила себе вообще лишний раз думать об этом человеке и старалась как можно меньше своего внимания уделять его персоне — слишком уж вязкое впечатление каждое своё появление в её поле зрения оставлял этот человек.

Когда Лена подошла ко входной двери, она была уже открыта, и на пороге её ждал светловолосый парень с очаровательной улыбкой на лице. И увидев его, Лена осознала, как ей не терпится оказаться в кольце его больших и нежных рук. Ей так нравилось это ощущение: в его объятиях было уютно и трепетно. И стоило Лене переступить порог, как её желание сбылось. Денис заключил её в свои объятия, осторожно и медленно склонился к её лицу, и от пробежавшего по Лениному лицу взгляда его голубых глаз её щекам стало щекотно. Денис нежно прикоснулся своими губами к её губам, и Лена прикрыла глаза, всем телом почувствовав сладость этого невесомого поцелуя. Его руки потянулись к пуговицам на её пальто, и Лена не без удивления почувствовала, как они расстегиваются без её участия.

— Воу-воу, полегче, — услышала она насмешливый голос Антона где-то слева от себя. — Ребят, снимите номер.

Денис убрал руки от пуговиц, и Лена, тоже открыв глаза, аккуратно прерывая этот сладкий поцелуй, заметила неприличный жест, посылаемый Денисом своему коллеге по цеху, и поджала губы в сдерживаемой усмешке.

Денис, даже не оборачиваясь на Антона, взглянул на Лену и сказал:

— Я очень хотел поцеловать тебя подольше, поэтому пришлось совместить это со снятием с тебя пальто, ведь мы уже должны быть внизу, работы много. Вот такое вот неправильное свидание получается, — погладил он одной рукой её по плечу, другой помогая снять пальто.

— Замени «неправильное» на «нетривиальное» — и больше не поднимай эту тему, — улыбнулась Лена самой обворожительной из своих улыбок.

Знал бы этот парень, насколько велик её энтузиазм к подобного рода времяпрепровождению — ему бы и в голову не пришло посчитать такое свидание «неправильным».

Денису, очевидно, пришёлся по вкусу её ответ, и он, взяв её ладонь в свою, потянул девушку за собой по коридору в направлении репетиционной.

Глава 11

РЕАЛЬНА ТОЛЬКО МУЗЫКА

Репетиция шла полным ходом, Лена сидела на горчичного цвета угловом диванчике прямо напротив музицирующей «Арривы». Ребята выдавали хит за хитом, и Лена, сидя, пританцовывала, с наслаждением наблюдая за рабочим процессом. Они перешучивались, иногда дурачились: Антон иногда заменял слова песни на звучащую в рифму смешную отсебятину, а Денис выделывал финты с барабанными палочками, и Лене даже мерещилось, будто весь этот концерт — лично для неё, потому что она сидела прямо напротив них, словно в зрительном зале.

Репертуар у группы действительно был богатый и разноплановый — это Лена заметила ещё на их концерте в «Космонавте», но сейчас она снова убедилась в этом: сегодня она слышала множество других композиций в исполнении ребят.

Это были песни и из репертуара «Зверей», и «Кино», и The Cranberries, и даже МакSим и Sia. Удивительно, но мужской вокал Антона добротно ложился на каждую из композиций. А обилие музыкальных инструментов, собранных в этой комнате, две стены из которой были отделаны зеркалами, поражало её воображение.

И поэтому, когда ребята через полтора часа решили сделать перекур и перекус, для чего собирались подняться наверх, Лена спросила, может ли она ненадолго задержаться внизу и полюбоваться вдоволь всем этим богатством. Денис кивнул ребятам, тем самым давая им понять, что те могут идти наверх, а он присоединится к ним позже.

Антон, Влад и Никита уже пропали из виду, выйдя за дверь, а Денис повернулся к Лене и, легонько улыбнувшись, заговорщическим тоном спросил:

— Ты когда-нибудь сидела за ударной установкой?

У Лены замерло сердце в предвкушении:

— Нет… — Её голос звучал взволнованно и заинтригованно.

Она стояла, сложив руки на груди от лёгкого смущения. Денис подошёл к ней ближе, протянул к её рукам свою руку, взял её ладонь в свою, разрушив эту крепость, и легонько потянул за собой в направлении стоявших у противоположной стены барабанов.

— Я рад, что твой первый раз будет со мной, — он крепче сжал её ладонь, отчего ноги у Лены мгновенно стали ватными, и она плелась за ним, будто безвольная кукла.

Он усадил её на табурет, встал позади неё, и Лена, почувствовав, как кровь застучала в висках, облизнула пересохшие от волнения губы и вытерла взмокшие ладони о чёрные джинсы. Если бы кто-то ещё пару недель назад сказал ей, что совсем скоро она возьмёт в руки барабанные палочки и будет стучать ими по ударной установке — она ни за что бы не поверила этому сказочнику. И Лена, полная предвкушения и волнующего энтузиазма, обернулась и взглянула на лицо Дениса, возвышавшегося над ней и протягивавшего ей пару барабанных палочек. Она широко улыбнулась ему, и по выражению её лица парень понял, что этим своим неожиданным предложением побарабанить попал в довольно чувствительное местечко её души.

— Главное — расслабься и доверься мне. Сядь ровно, локти опусти вниз, параллельно туловищу, — он положил одну руку ей на поясницу, а вторую ладонь — на грудную клетку чуть ниже ключиц, расправляя её спину, затем провёл ладонями по плечам, располагая их как нужно, и Лена чувствовала, как под кожей пробегают колючие горячие мурашки.

Этот процесс, очевидно, заводил ее. И Лене казалось, что Денис чувствует её трепет, несмотря на то что находится не настолько близко, насколько это возможно.

— Палочки держи ладонями вниз, — он положил свои ладони поверх её и расположил палочки в её руках, как нужно, отчего его грудь касалась её спины, а голос его звучал возле правого уха девушки, обдавая её шею горячим дыханием. — Это так называемый немецкий хват, симметричный, для новичка в самый раз. Ты — правша?

Лена кивнула.

— Правую ногу поставь на педаль возле большого барабана. Это бас-бочка. Прямо перед тобой — малый барабан, по нему играть будем левой рукой, правой будем по тарелкам фигачить, — услышала она полный энтузиазма голос Дениса и окончательно расслабилась.

Его руки фактически обнимали её, и он добавил:

— Я не буду сейчас тебя грузить теорией и терминологией, поэтому твоя задача — на счёт «один» и «три» нажимать на педаль бас-бочки, а ручками твоими сегодня поуправляю я, если ты не против.

Лена слышала в его голосе какой-то азарт, и ей было жаль, что она не видит выражения его лица. Но его обжигающее дыхание на её шее, которое запускало целую стаю мурашек куда-то вниз по спине, заменяло ей сейчас даже самую горячую искру, которую она могла бы увидеть в его глазах.

— Я очень даже за, — вкрадчиво отозвалась она, и Денис, улыбнувшись, ответил:

— Тогда поехали. Я считаю доли, а ты бьёшь ногой по бас-бочке. О руках не думай, просто смотри и удивляйся тому, как они когда-нибудь смогут вжаривать, если ты будешь прилежной ученицей, в чём я, собственно, не капли не сомневаюсь.