Трое в лодке, не считая гитары

— Суровый у тебя отец. Умеет отрезвить одним взглядом, — она немного грустно усмехнулась.

— Отец? — улыбнулся Денис. — Жаль, что ты не назвала его так в его присутствии, может и его бы, наконец, хоть кто-то «отрезвил».

— Если он тебе не отец, то кто? Дядя? — Лена продолжала гадать, но чувствовала, что ответ лежит немного глубже.

— Снова мимо, — засмеялся Денис, — но реально, жаль, что не назвала. Это Виктор, мой брат. Он вернулся с гастролей раньше, чем я ожидал, думал, что он возвращается только в понедельник.

— Брат? — вскинула брови вверх Лена, укутываясь потеплее в воротник куртки свободной рукой, так как другая покоилась в ладони Дениса. — Господи, сколько же ему лет? Без обид, но на вид он будто восставший из небытия динозавр. — Закатила глаза девушка и улыбнулась в воротник.

Денис заметно развеселился и со смехом ответил:

— Ему тридцать пять. Когда я родился, ему было четырнадцать, так что да, между нами целая пропасть. — Он шумно выдохнул в морозный воздух, а затем задумчиво добавил: — Хотя и общего тоже довольно много.

— Пришли, — остановилась Лена у входа в метро и повернулась лицом к своему спутнику, прищурив глаза от раздражавшего их морозного ветра. — Спасибо тебе за этот вечер. Сюрприз был действительно впечатляющим, я даже немного растерялась, — с улыбкой добавила она.

— Я рад, что смог тебя удивить. Спасибо и тебе, своей пиццей ты просто меня обескуражила, честно говоря. — Денис говорил тихо и как-то не похоже на то, как он общался с ней раньше.

— Ты серьёзно? Пиццей? — Лена была очень удивлена этим откровением.

— Ну не конкретно пиццей, конечно. Заботой. Обо мне уже очень давно не заботились. И я чертовски сильно хочу тебя поцеловать.

Он взял её за талию, резко притянул к себе, согрев горячим выдохом её губы, и прижался своими губами к её губам всего на несколько секунд, после чего отпустил и сказал:

— Ты очень замёрзла, иди уже скорее в своё метро.

Глава 5

ВМЕСТЕ ВЕСЕЛО ШАГАТЬ

Скинув девочкам смс о том, что она в порядке и уже едет домой, Лена спустилась в метро. Села в вагон и, чувствуя, что уже такой привычный шум поезда начинает её убаюкивать, прикрыла глаза. Вагон был почти пуст, и Лена вальяжно развалилась на сидении.

Удивительно, как легко сегодня ей удалось позабыть о течении времени. Несмотря на небольшое внутреннее напряжение, в котором она всё-таки пребывала в течение вечера, чувства, которые он оставил после себя, были очень приятными. Ей нравилась та лёгкость, с которой Денис протоптал дорожку в её жизнь за такой короткий срок — и Лену, безусловно, подкупала его непосредственность, хоть и слегка обескураживало то, насколько ему легко даётся публичное проявление чувств — ей это давалось в разы тяжелее, несмотря на всю её коммуникабельность и открытость. Ну и, конечно же, не укрылась от её внимания и та разительная перемена, произошедшая в нём, стоило обрубить воздушность этого вечера появившемуся внезапно неприветливому «клетчатому» брюнету.

Лена даже представить себе не могла, насколько тяжёлым может стать взгляд этого «рубахи-парня» при виде собственного же вроде как родного человека. Из этого она сделала очевидный вывод, что отношения у них явно так себе. Однако причина подобных отношений стала для неё довольно интригующей загадкой. Хотя, конечно, с таким маловоспитанным великовозрастным братцем, который не утруждается даже поздороваться, в принципе, и удивляться нечему. Так что, возможно, никакой загадки тут и нет: как говорится, как аукнется — так и откликнется.

Дома её встретила только Женя. Алина, очевидно, осталась у Андрея, и рыжая соседка в одиночестве цедила чай на кухне, сидя в единственном мягком кресле, которое было в их квартире, поджав под себя ноги. По какому-то негласному правилу их дома в этом кресле всегда оказывалась та из девушек, которой сейчас было грустнее всего. Почему-то никому из девчонок не приходило в голову занять это кресло у кухонного стола первой, если свободны обыкновенные стулья.

— Что случилось? — обеспокоенно спросила Лена, даже не поздоровавшись, едва повесив на крючок в прихожей слегка присыпанную снегом куртку.

Женя оторвала взгляд от телефона, в который только что напряжённо всматривалась, и легонько улыбнулась подруге, поправив рукой огромную копну мелких рыжих кудряшек, рассыпавшихся по её бледным округлым плечам:

— Да ничего, — и прихлебнула из кружки чай, оглядывая заинтересованным взглядом прикид своей только что явившейся подруги. — И откуда это мы такие нарядные?

— Ты мне зубы-то не заговаривай, — безапелляционно заявила Лена, усаживаясь на свободный стул. — Если ничего, то что ты делаешь в «страдалесле»?

— Надо поменять ему название, — засмеялась Женька, — а то уже и присесть в это кресло без страданий как-то неловко. Серьёзно, ничего не случилось. — Женя повернула телефон экраном вниз, показав этим подруге, что теперь её внимание целиком и полностью принадлежит ей. — Рассказывай, давай, где тебя носило, потому что с кем тебя носило, я, ясен пень, догадываюсь и так.

— Я была у Дениса дома, — будничным тоном отозвалась Лена и тут же встала со стула, решив и себе заварить чайку.

Женя картинно «поперхнулась» чаем и звучно поставила кружку на стол.

— Че-е-его? Вы точно голубки, а не кролики?

— Что ты несёшь, — засмеялась Лена, разворачиваясь к ней с уже налитым в кружку чаем, и оперлась пятой точкой о столешницу, сделала глоток. — У него дома находится репетиционная база «Арривы», и он приглашал меня на репетицию. Там и остальные ребята из группы были.

— Тю, блин, — разочарованно протянула Женя. — То есть, совсем никакой романтики?

Лена замешкалась на секунду. Она провела чудесный вечер дня Святого Валентина в приятной компании, Алина проводила его с Андреем, а Женя одиноко просиживала его дома на кухне в обтянутом голубым велюром «страдалесле», и Ленино волнующее романтическое повествование сейчас было, пожалуй, совсем не к месту.

— Ничего сверхъестественного, — расплывчато ответила она и снова прихлебнула из кружки. — Зато вот познакомилась с его старшим братом. Ну, или типа того.

Женя заинтересованно вскинула брови:

— Типа того — это как?

— Ну, это типа я знаю, как его зовут, хотя он не представлялся, а он видел меня, но не интересовался моим именем, да и даже поздороваться не соизволил, – с небольшим неудовольствием ответила Лена.

— Ну и невежа, — неодобрительно покачала головой подруга.

— Да вообще, какой-то Доктор Зло, — усмехнулась Лена. — Взгляд такой колючий, знаешь, как будто проткнуть им хочет. Синеглазый клетчатый монстр.

— Это же насколько внимательно ты его рассматривала, что умудрилась разглядеть цвет его глаз, — прищурилась Женя, отпивая чаю, и взяла печенье из вазочки.

Кружка в руке Лены замерла на полпути к губам. Она и сама не отдавала себе отчёта в том, что действительно довольно внимательно его рассмотрела, и только сейчас, когда об этом сказала Женя, осознала это.

— Полегче что-нибудь спроси, — растерянно отозвалась она, поспешив отгородиться от лишних мыслей всё-таки донесённой до губ кружкой.

— А почему клетчатый? — нахмурила брови Женя, спустив, наконец, ноги с кресла, и нырнула ступнями в мягкие мохнатые тапочки.

— Костюм у него такой был, из шотландки, знаешь, в клеточку, — хорошо, что хоть на этот вопрос у неё был вполне обоснованный ответ.

— А во что был одет Денис? — задала Женя вопрос, который показался Лене достаточно странным.

Какая ей разница, во что он был одет? А ведь и правда, во что?

Лена напрягла память.

— Эмм, в толстовку, кажется. Серую. Ну и джинсы. А что?

— Да ничего, — отправила Женя в рот очередное печенье. И уже жуя его, добавила: — Пойдём-ка спать. Может, утречком созреешь и что-нибудь ещё интересненькое расскажешь, — устало улыбнулась она, и Лена смущённо улыбнулась в ответ:

— Пойдём.

***

Воскресенье выдалось на удивление солнечным и морозным, снег сверкал на парапетах мостов так, что слепил, будто миллион рассыпанных мелких бриллиантов. Сегодня девушки решили провести день вместе — сходить в кино, а затем в уютную кофейню в центре города. И вот, они уже покинули кинотеатр и шагали по Невскому в направлении «Кофе Хауса».

Лена не особенно любила фильмы ужасов, но, когда она смотрела их вместе с подругами, хоррор каким-то чудесным образом превращался в комедию, и смотреть его было очень забавно. Именно поэтому они, находясь в весьма приподнятом настроении после сеанса, оживлённо обсуждали самые глупые сцены и хохотали, как ненормальные.

— Особенно смешно было, когда тот окровавленный тип с озверевшим взглядом взял топор и пошёл на тех трёх идиотов с ним, а они такие: «Тайлер, что ты собираешься делать?» Камин растапливать, блин, за дровами сейчас пойдёт! Ой, нет, простите, вместо дров подойдут ваши мясистые рёбрышки, — смеялась Алина.

— Ну а что, заодно и шашлычку бахнет, — поддержала шутку Лена.

— Что за тупость — спрашивать, что собирается делать тип, который идёт на тебя с топором? Вот потому я и не могу всерьёз воспринимать фильмы ужасов, они такие глупые, — покачала головой Женька.

— Это точно. Реальная жизнь может быть куда страшнее ужастика. Даже без окровавленного топора. В мире так много страшных людей, — поддержала подругу Алина.

Когда они сели за столик, было уже три часа дня. Заказали кофе, трубочки со сгущёнкой и поудобнее устроились в больших мягких креслах.

— Кстати, о страшных людях, — как бы между прочим сказала Женя, обращаясь к Алине, — тебе известно что-нибудь о старшем брате Ленкиного Дэнчика?

— Никакой он не мой, — хмыкнула Лена, почувствовав странное сосание под ложечкой, но Женя сделала вид, что не слышит её, и по-прежнему требовательно смотрела на Алину.

Алина метнула быстрый взгляд в Лену, а затем удивлённо уставилась на Женю:

— А откуда ты знаешь о Викторе, и зачем тебе информация о нём?

— Да вот Лена вчера с ним познакомилась, и он повёл себя как кусочек экскрементов. И мне прямо-таки стало интересно, как у такого обаяшки может быть такой невоспитанный брат. А то, может быть, и сам Дениска — латентный говнюк? За Леныча переживаю вот, — поджала губы Женя.

Зачем ей вся эта информация, Лена недоумевала, однако почему-то в душе была очень благодарна подруге за то, что та вдруг начала этот разговор.

Заметно было, что Алина крайне удивлена услышанным и немного растеряна от подобных вопросов. И ответ Алины был адресован не Жене, которая задала вопрос, а Лене:

— А как ты познакомилась с этим типом?

— Я вчера была на репетиции «Арривы» у Дениса дома. И его брат вернулся с гастролей раньше положенного. Вот так мы и познакомились. Ну, или типа того.

Лена сама немного стушевалась, чувствуя какое-то необъяснимое чувство вины. А за что — совершенно понять не могла. Возможно, допрашивающий тон Алины подействовал на неё подобным образом.

— Понятно. — Заметно было, что Алина была чем-то раздосадована.

— Так что там у нас насчёт брата-социопата? — напомнила о предмете разговора Женя.

Лена почувствовала ещё один прилив теплоты к Жене, которая, что называется, делала за неё «грязную работу», без стеснения допрашивая Алину. Лена бы так скоро и так настойчиво этого делать не стала, несмотря на снедающее её любопытство.

Алина вздохнула и ответила:

— Ну, собственно, ты сама дала ответ на свой вопрос. Он и есть кто-то типа социопата: не особо приветливый, даже немного грубоватый, замкнутый и отстранённый. Во всяком случае, он произвёл на меня именно такое впечатление, я видела его всего пару раз, когда мы были у Дениса в гостях. Я вообще сначала подумала, что это отец Дэна. — Она усмехнулась и продолжила: — Но потом от Андрея узнала, что Виктор — его старший брат, правда, от другой матери. У них общий отец. Мать Виктора умерла, когда ему было восемь. Через шесть лет отец женился снова, на забеременевшей от него предприимчивой студентке консерватории, в которой их отец преподавал в то время. Сам Денис как-то пошутил, что, видимо, был зачат под звуки живого оркестра из соседней аудитории, и потому так и не смог определиться, на каком инструменте хочет играть больше всего, из-за чего и поступил на продюсерский. — Завершила свой рассказ Алина, и официант как раз принес их кофе с трубочками.

Лена улыбнулась. Эта шутка, как ей показалось, вполне была в духе Дениса, и она с теплотой подумала о нём. Но к Виктору неприязнь тоже как-то немного сгладилась. Сложно испытывать её к человеку, который так рано потерял маму.

Больше об этой семье они не говорили, сосредоточившись на обсуждении грядущей вечеринки в честь учебного экватора и многом другом, что связывает трёх таких разных и, в то же самое время, очень похожих друг на друга девчонок.

Глава 6

ПОЛЕГЧАЛО

— Экономическая система нашей страны имеет не слишком надёжный базис — природные ресурсы. Ненадёжный потому, что природные ресурсы конечны и очень медленно восполняемы. А надстройка, формирующаяся на основе такого базиса, имеет целью его подкрепление и, к сожалению, эту машину можно перенаправить лишь весьма большим волевым политическим усилием. По факту, среди факторов производства сейчас серьёзный перевес имеет земля — а таким образом очень сложно формировать сбалансированную экономическую систему. Хочется верить, что высокий потенциал нашей экономики всё-таки раскроется в сферах, не настолько смежных с ресурсной, и её рентный характер будет переориентирован в высокоэффективное и высокотехнологичное русло с мощной социально-ориентированной политикой. — Завершила свою презентацию Лена.

Преподаватель «Актуальных вопросов экономической теории» кивнул головой и сказал:

— Что ж, ты отлично поработала над анализом современной экономической системы страны, и меня очень радует, что ты по итогу позитивно оцениваешь потенциал нашей экономики, — улыбнулся Сергей Михайлович. — У кого-то есть вопросы? — обратился он к аудитории.

Вопросов не последовало. Преподаватель оглядел аудиторию и добавил, обращаясь к Лене:

— Тогда я задам свой: какую сферу экономики ты считаешь наиболее заслуживающей внимания в нашей стране в настоящее время?

Лена задумалась всего на пару секунд и ответила:

— Космос, наверное, ну и, соответственно, компьютерная промышленность. Космическая промышленность, спутники, связь и цифровизация. Это то, что позволит обеспечить и оборонные, и интеллектуальные нужды, а также повысить эффективность всего производства и социального взаимодействия. Наличие собственного программного обеспечения, компьютеров и надёжных интернета и спутниковой связи — на мой взгляд, основа современной экономической, да и политической безопасности. — Лена сделала паузу, а затем добавила: — Ну и дороги уже нормальные сделать по всей стране надо, в конце концов. А то на ракете к бабуле в деревню не доберёшься.

Преподаватель улыбнулся.

— Принято. Садись, отлично, — ответил он, опустив глаза в журнал.

Лена забрала флешку из университетского ноутбука и вернулась на своё место между Алиной и Женей.

Алина ткнула Лену в бок и шёпотом сказала:

— Сегодня Андрей ночует у нас. Ну, точнее, у меня. Женьке я уже сказала, так что теперь говорю и тебе. На случай, чтобы никто из душа в одном полотенце не вышел, — со смешком добавила она.

— Понято, принято, — улыбнулась Лена в ответ. — Я вообще сегодня после пар подумываю в «Контакте» засесть. Не в том, что в Интернете, а в том, что на Садовой, — добавила она. — Так что буду поздно.

— Господи, опять будешь свои рефераты в баре писать? Что за странная привычка, — закатила глаза Алина. — В барах парней цепляют, а ты свои научные труды ваяешь.

— А где я, по-твоему, познакомилась с Денисом? — прошептала с сарказмом Лена.

Алина удивлённо вскинула брови и спросила:

— На концерте, разве нет?

— Нет, — загадочно улыбнулась Лена. — Это и был тот самый «Скорееда Чемнет», с которым у меня была назначена встреча в день концерта.

— Да ладно! — Алина изменилась в лице. Почему-то её взгляд стал напряжённым и немного растерянным. — Интересное кино.

— И что же в нём такого интересного? — спросила Лена, теперь уже сама будучи заинтригованной.

— Да ничего, — ответила она, явно удерживая себя от того, чтобы взять в руки мобильник. — Просто он оказался хитрее, чем я предполагала.

— Ты о том, что он обманом заставил меня прийти на концерт, попросив вас меня привести?

— Почти. Он не просил привести конкретно тебя. Он уже давно просил меня познакомить его с какой-нибудь моей подругой. И я сказала, что у меня две подруги, и вот, в день накануне концерта он попросил привести обеих. Я не знала, что с тобой он уже знаком. — Нахмурилась Алина и всё-таки взяла в руки телефон.

Лене показалась немного странной подобная реакция подруги на такую невинную хитрость парня, желающего удивить понравившуюся девушку. Но с Алиной часто так случалось — её реакцию не всегда можно было предугадать. Взрывной темперамент вкупе с острым язычком и живым умом делали своё дело: дружба с ней была яркой, но очень энергозатратной. И Лене, как человеку, который привык говорить, что думает, беречь хрупкий мир было достаточно непросто.

Всё воскресенье от Дениса не было ни слуху, ни духу. Сегодня тоже. Учебный день подходил к концу, а он по-прежнему молчал. Честно говоря, ей очень хотелось с ним пообщаться, но рука почему-то не поднималась самой написать сообщение или позвонить. Когда Лена вышла из университета, было уже шесть вечера. Она погрязла в мыслях и планах и, буквально на автомате, не замечая ничего вокруг, вошла в бар и направилась прямо к своему любимому столику.

Заняв стол, она заказала привычный латте с кленовым сиропом и, не открывая ноутбук, решила позвонить в клуб «Бохо», где в эту пятницу планировалась их студенческая вечеринка по случаю экватора, чтобы согласовать меню.

Только она набрала номер телефона и нажала кнопку вызова, как вдруг справа позади себя, со стороны барной стойки, услышала знакомый голос, от которого у неё почему-то резко похолодело в груди. Она осторожно обернулась, чтобы незаметно подглядеть и понять, не ошиблась ли она. Официант поставил на её столик кофе, но она совсем не обратила на него внимания.

За барной стойкой сидел Виктор в сером костюме, над воротом которого виднелся воротничок чёрной рубашки, а рядом с ним сидела довольно эффектная темноволосая женщина лет тридцати в обтягивающем платье, и одна рука мужчины покоилась на её бедре и поглаживала его, а второй он подносил к губам стакан с каким-то, судя по всему, горячительным напитком.

— Но я соскучилась, тебя не было почти три месяца, — канючила она.

— Я понимаю, но завтра у меня репетиция в филармонии с самого утра, в четверг презентация новой программы, а я ещё от смены часовых поясов не отошёл. Вряд ли я смогу сегодня позволить себе целую бессонную ночь, — его голос был бархатистым, но тон — не терпящим возражений. Этот голос вызывал колючий холодок на коже, и Лена молила Бога, чтобы Виктор не обернулся и не увидел её, сидящую за соседним столиком. Но оторвать взгляд от этой парочки было очень тяжело.

Женщина недовольно причмокнула пухлыми губами, взяла со стойки маленький клатч и, бросив:

— Я отойду на минутку, — встала с барного стула и направилась в сторону уборной, и путь её лежал, как назло, мимо Лениного столика.

Мгновенно осознав, что всё ещё пялится на эту парочку, она резко отвернулась и притихла в надежде, что Виктор не повернётся в её сторону и не заметит её присутствия. Но надежды её были тщетны.

— Я надеюсь, наш разговор представлял для Вас весьма высокую информативность, — услышала она насмешливый голос со стальными нотками и, зажмурившись на секунду и собравшись с духом, обернулась.

— Простите, Вы это мне? — столкнулась она с его ледяным синим взглядом и поняла, что этот разговор не сулит ничего хорошего.

— Если Вам так интересно покопаться в чужом белье — посмотрите какое-нибудь реалити-шоу, — он вальяжно расселся на барном стуле, попивая из низкого стакана что-то похожее на виски.

— Я не смотрю подобную чушь, — с пренебрежением отозвалась Лена, чувствуя, что не долго ещё у неё получится держать себя в рамках вежливости.

Но Виктор — брат Дениса, и нарываться на конфликт с ним, несмотря на его сложные отношения с братом, было не лучшей идеей.

— А стоило бы, с Вашими скопофильными наклонностями, Вам непременно бы зашло, — с явной насмешкой бросил он и отвернулся обратно к бару.

— Такие сложные слова знаете, а простое «здравствуйте» так и не выучили? — всё же не удержалась от укола ему в спину Лена, а сама тем временем уже незаметно заходила в Интернет на смартфоне, чтобы загуглить незнакомое словечко и не ударить в грязь лицом.

Виктор медленно обернулся и, глядя на неё бесстрастно, но в то же время внимательно, отозвался:

— Прошу прощения, не предполагал, что вашей персоне так необходимо моё скромное внимание, — он провел пальцами по густой бороде, обрамлявшей его скуластое лицо, и снова отхлебнул из стакана.

Лену наполнила волна подступающего гнева. Она почувствовала напряжение в глазных яблоках и ладонях и, пытаясь совладать с собой, медленно процедила:

— Вы слишком плохо меня знаете, чтобы понимать, что мне нужно, а что — нет. И одно из моих самых больших желаний за сегодня — чтобы Вы вообще не заметили меня и просто прошли мимо.

Виктор взглянул куда-то вдаль и вдруг встал со стула, сделал пару шагов в её направлении и снова приковал её серо-зелёные глаза к своим невидимой цепью. Лена инстинктивно слегка отодвинулась от края диванчика, на котором сидела, ближе к стене, но напряжённого взгляда от синих глаз не отвела.

И Виктор, находясь в паре шагов от неё, глядя сверху вниз, отчеканил:

— О, поверь, я знаю. Я таких как ты знаю как облупленных. Тщеславие, гордыня и извечные попытки привлечь внимание к своей персоне — вот твои вечные двигатели. Потому вы и липните к нему, как банный лист, пытаетесь откусить от этого пирога хоть кусочек и получить свои пять минут славы. А он и рад, ведь он и сам такой же, как и ты. Он упивается своей популярностью, и ты ему нужна ровно столько, сколько тебе хватит глупости восхищаться им. Поэтому — совет да любовь, птенчики. — Он ухмыльнулся с явным удовольствием от сказанного и с нетерпением посмотрел на наручные часы, а затем — на дверь уборной, за которой скрылась его спутница несколько минут назад.

Лена, переваривая сказанное мужчиной, на удивление не воспылала праведным гневом, а, напротив, как будто немного успокоилась. И даже тот факт, что он без «брудершафта» перешёл с ней на «ты», её почему-то не возмутил. И потому она сказала ему с лёгкой насмешкой во взгляде:

— Видимо, от тебя тошнит не только меня. Пойди, проверь свою подругу, если она ещё не сбежала через форточку в туалете. Ну а если она ещё там, может быть, хоть волосы ей подержишь, — а затем безмятежно откинулась на спинку дивана и, наконец, заметив свой кофе, взяла его и отпила через трубочку немного сладкого напитка.

Виктор метнул в неё уничтожающий взгляд и быстрым шагом покинул помещение бара, не дожидаясь своей визави.

Глава 7

ЭКВИЛИБРИУМ

Лена, отвлекшись на телефон, не заметила, как вышла из уборной спутница Виктора, и, сдвинув брови, читала о содержании термина «скопофилия». Ну какой же беспардонный кретин! Так уж выходило, что по жизни ей нередко «везло» на дерзких и хамоватых собеседников: чего только стоила одна соседка по многоквартирному дому, в котором она выросла, живя с родителями и братом.

Эта женщина часто позволяла себе абсолютно беспардонные комментарии о внешности Лены, манере одеваться, воспитании её и брата, взаимоотношениях её родителей и прочем. Семья у Лены была вполне благополучной, но отец так часто бывал в разъездах из-за работы, что её маму воспринимали чуть ли не как мать-одиночку, а Лену и брата — вечно недосмотренными и недовоспитанными беспризорниками.

Лену крайне возмущало такое отношение не столько к себе и брату, сколько к маме, потому что уж кто-кто, а она, много работающая и при этом успевающая дать тепло и любовь детям и редко появляющемуся дома мужу, уж точно не заслуживала подобных инсинуаций. Как раз таки достойное воспитание и нежелание выставить маму в неприглядном свете и не позволяли ей тогда дать словесный отпор этой старой грымзе.

И в один из дней, когда десятилетняя Лена, расстроенная своим бессилием от очередного нелестного комментария сидевшей на лавочке вечно недовольной жизнью женщины, пришла домой, мама заметила её подавленное состояние и спросила, что её так расстроило. Лена, не привыкшая скрывать от мамы свои тревоги, поделилась с ней переживаниями, и мама, улыбнувшись, отозвалась:

— В следующий раз, когда она снова тебя заденет, можешь просто послать её в жопу.

— Мама! — округлила глаза Лена в ответ на такой неожиданный мамин совет. — Она же только укрепится во мнении, что я дурно воспитана!