Пламя страсти

— Ах, это, наверное, деревенские охотники заглядывали. В местных лесах полным-полно дичи, вот они порой и заглядывают.

Старик протянул дрожащую руку, чтобы забрать бумагу.

— Вот как?! — советник явно не поверил в его слова, но настаивать не стал. — Ну тогда держите, — отдал он лист. — Раз все в порядке, значит мне и правда стоит поспешить. Уже смеркается, а дорога до замка не так уж и близка.

— Счастливого вам пути, Ваша Светлость, — отозвался Юзус, с нетерпением ожидая, когда мужчина займет свое место в карете.

Как только лошадь тронулся в обратный путь, маг ощутил нарастающее волнение. В его руках подрагивал ключ от входной двери, который казался слишком тяжелым. Руки его ходили ходуном, будто бы под воздействием заклинания, и он никак не мог попасть в замочную скважину. Каждый миг тянулся бесконечно, и лишь мысль о том, что время уходит, придавала ему сил. Наконец, после нескольких неудачных попыток, он с трудом справился с задачей и, словно ветер, влетел в дом, заперев за собой дверь.

Сердце его колотилось так, словно пыталось вырваться из груди, отзываясь болезненными толчками под ребрами. Внутри него бушевали эмоции: страх, тревога и надежда смешивались в неразберихе. Харвидс вытер пот с лба, используя платок, который когда-то принадлежал его учителю. Это напоминание о прошлом лишь усиливало его напряжение.

«На рассвете твоя семья будет неподалеку от северного въезда в Мирвуд. Но учти, если хоть одна живая душа узнает о случившемся, мы сотрем в порошок и тебя, и их…» — значилось в коротком послании.

Юзус прекрасно понимал, что эти люди не шутят, и их намерения были очень серьезными. Он смотрел на бумагу с недоумением и тревогой, прекрасно осознавая, что их сердцах не было ни капли сострадания. Да и какие они люди? Скорее, звери, лишенные всякой человечности, с холодными сердцами и жестокими душами. В такие моменты Харвидс четко ощущал, что у него нет другого выбора: нужно спасать свою семью. Мысль о том, что его близкие могут страдать, терзала его душу. Даже если им и удастся сбежать, в чем Юзус сильно сомневался, без единой монеты в кармане они точно не доберутся до дома, а оставаться здесь и просто ждать было крайне опасно.

Старик быстро осмотрелся вокруг, стараясь не упустить ни одной детали. В его голове роились мысли о том, что нужно собрать все необходимое для долгого пути. Он спешно собрал немного еды: несколько корок хлеба, немного соленой рыбы и пару овощей, которые остались от последнего сбора. Сердце его сжималось от тревоги — он переживал, что его близкие могут испытывать голод, и, если они не смогут поесть, это может стать для них настоящей катастрофой.

Не мешкая, маг вышел из своего жилища, с сердцем, полным решимости. На улице его ждала худощавая кобыла, которая, казалось, тоже чувствовала напряжение своего хозяина. Он быстро запряг её в телегу, стараясь не тратить ни минуты, ведь каждая секунда могла стоить ему жизни. С трудом справившись с упряжкой, Юзус тронулся в путь, его мысли были только о семье.

По дороге он внимательно прислушивался к звукам леса, стараясь не упустить ни одного шороха. Вокруг царила тишина, прерываемая лишь треском веток под копытами кобылы. Юзус понимал, что ему нужно быть на чеку. Он вспоминал о том, как много раз его семья поддерживала его в трудные времена, и теперь он должен сделать всё возможное, чтобы вернуть их в безопасность. Каждый шаг давался магу с трудом, но он не мог позволить себе сдаться.

— Лишь бы они не обманули… — повторял он едва слышно всю дорогу. — Лишь бы не обманули… Я все сделаю во благо своей семьи…

Солнце медленно клонилось к зениту, окрашивая облака в ярко-алый цвет, будто кто-то щедро пролил на небо сочные краски. Этот удивительный закат напоминал о том, как быстро летит время, и как каждый день приносит что-то новое. Легкий ветерок, словно игривый дух, трепал солому, на которой сидел Юзус. Он чувствовал, как нежные порывы ветра касаются его лица, принося с собой свежесть и легкую прохладу, что так контрастировала с жаром уходящего дня.

Маг, обладая не только силой, но и терпением, периодически подгонял свою бедную лошадку, которая еле плелась по ухабистой дороге, изрытой дождями и временем. Ее шаги были медленными, но уверенными, и Харвидс не спешил, понимая, что иногда важно наслаждаться каждым моментом. Он знал, что впереди его ждет столица, полная жизни, но для него куда важнее было отыскать жену и сыновей.

Добравшись до северных городских ворот к ночи, Юзус остановился, чтобы полюбоваться величественными башнями, которые поднимались в небо, словно стражи, охраняющие покой столицы. Огни, мерцающие в окнах, создавали атмосферу уюта и тепла, контрастируя с холодным ночным небом. Он вспомнил о своих целях и желаниях, которые привели его в этот город.

— И куда дальше? Где их искать? Где, а главное, когда их отпустят? — вслух проговаривал он, оглядываясь по сторонам.

Громкое уханье совы раздалось где-то над головой, словно предвещая что-то важное. Ночь окутала землю своим темным покрывалом, и до рассвета оставалось еще много времени. Юзус, стараясь не привлекать внимания служителей порядка, немного отъехал к ближайшему лесочку. Здесь, среди деревьев, он привязал свою лошадь к крепкому стволу и, устроившись на соломе в телеге, погрузился в ожидание утра. Вокруг царила тишина, прерываемая лишь шорохом листвы и звуками дикой природы, что добавляло атмосферу уединения и спокойствия.

Неожиданно Харвидс, который быстро уснул, проснулся от громкого ржания лошади. Он не заметил, как его глаза закрылись, и теперь, оторвавшись от своих мыслей, быстро вскочил с телеги. В его ушах все еще звенело от сладкого сна, и маг попытался собраться с мыслями. Вдалеке послышался скрип колес и топот копыт, что привлекло его внимание. С любопытством он выглянул из-за края телеги и увидел, как неподалеку пронеслась ничем не приметная повозка, скрываясь в темноте.

Эта повозка остановилась на самом въезде в город, где тусклый свет фонарей едва освещал дорогу. Дверца открылась, и из нее вывалились сначала знакомая фигура –– Берта, а затем и дети, которые, казалось, были напуганы до полусмерти.

Как только семья мага оказалась на пыльной дороге, повозка тронулась с места, издавая звук, напоминающий громкий треск. Она мчалась вперед, оставляя за собой клубы серой пыли, которые медленно оседали на землю, словно покрывая ее легким туманом. Берта, заботливая мать, прижала своих сыновей к себе, стараясь успокоить их в этот момент волнения. Она огляделась вокруг, заметив, как привычные улицы города постепенно исчезают из виду, и, чмокнув детей в их вихрастые макушки, взяла их за руки.

Сыновья, хоть и были напуганы, чувствовали тепло и безопасность рядом с матерью. Женщина направилась к городским воротам, которые были величественно украшены резьбой, рассказывающей о былых подвигах местных героев.

Тем временем Юзус торопливо отвязал лошадь от дерева, стараясь не упустить ни секунды. Он знал, что время играет против них, и поспешил нагнать семью, спеша к ним с легкой улыбкой на лице. Счастье мага не знало границ.

— Родная, — спешившись, обнял супругу, а затем прижал детей. — Как же я волновался за вас.

— Все хорошо, милый. Мы в порядке.

— Они вам ничего не сделали?

— Нет. На удивление, с нами обращались весьма гуманно.

— Ты запомнила их? — деловито уточнил Юзус.

— Они скрывали свои лица, да и имен не называли. Вообще старались не говорить с нами. Хорошо хоть детей не обидели, да голодом не морили, — рассказала женщина, занимая место в телеге рядом с детьми. — Поедем скорее домой, там все и обсудим.

— С возвращением домой придется переждать. Для начала я должен встретиться с королем и рассказать ему всю правду, — возразил маг и стукнул поводьями по бокам кобылы.

— Нет! — едва ли не закричала Берта. — Никуда ты не пойдешь! Юзус, ты с ума сошел на старости лет? Узнай Его Величество правду, тут же прикажет тебя арестовать. И это в лучшем случае! А то и вовсе казнит без разбору. О себе не думаешь, подумай хотя бы о сыновьях. Сиротами сделать их хочешь?

— Не говори глупостей! Пойми, мой обман может дорого стоить Его Величеству.

— А признание дорого обойдется нам! — не согласилась супруга. — Не пущу тебя!

— Берта…

— Я сказала, не пущу! — Маг устало покачал головой. — У короля полный замок стражи. Они его всегда защитить смогут. А нас защитить некому. Да и похитители, узнав о твоем признании, нас точно не пощадят.

Юзус стоял перед непростой дилеммой. Аргумент, который привела его супруга, был убедительным, и у него не оставалось контраргументов. Маг не боялся последствий для себя; готов был принять любое наказание, даже самое строгое. Однако мысли о детях Берта, которые могли пострадать из-за его необдуманных действий, заставили его задуматься. Харвидс понимал, что рисковать их будущим ради своей гордости или желания проявить храбрость было бы крайне неразумно. В конце концов, жизнь детей — это не игра, и их безопасность должна быть на первом месте.

Собравшись с мыслями, Юзус повернул свою кобылу в сторону дома. Он не хотел испытывать судьбу и рисковать еще больше. Телега, неспешно катящаяся по неровной дороге, издавала монотонное скрипение, которое, казалось, подчеркивало его внутренние переживания. За спиной у него на соломе мирно спали дети, их лица были спокойны и безмятежны, что лишь усиливало его тревогу. Он знал, что их беззаботный сон может быть нарушен в любой момент, если он примет неверное решение.

А рядом, обнимая его, сидела его любимая супруга. Её присутствие придавало Харвидсу сил, и он чувствовал, как тепло её тела успокаивает его. Берта была его опорой, и он знал, что вместе они смогут преодолеть любые трудности. Юзус понимал, что их жизнь полна испытаний, и сейчас, когда они ехали домой, он осознал, что важнее всего для него — это семья. Он не хотел рисковать их счастьем ради мимолетного момента героизма. В этом мире, полном неопределенности, он предпочел бы выбрать путь, который принесет мир и безопасность его близким.

Каждый скрип телеги напоминал ему о том, что они движутся к дому, к месту, где их ждет уют и тепло. Он мечтал о том, как они соберутся все вместе за столом, как будут смеяться и делиться историями о прошедшем дне. Эти простые моменты были для него настоящим счастьем, и он не собирался их терять. В конце концов, именно ради этого он и готов был на все — ради любви и безопасности своей семьи.

Казалось, вокруг царила полная тишина и покой, но внутри мага бушевали тревожные чувства. Под кожей, словно мелкие насекомые, зудело нечто неуловимое, не давая покоя. Это ощущение беспокойства нарастало с каждым шагом старой кобылы, пока они возвращались домой. Юзус чувствовал, как его сердце стучит быстрее, а разум наполняется мрачными предчувствиями. Ему казалось, что кто-то невидимый, но очень близкий, следит за ним, прячась в тенях деревьев.

Несмотря на то что он постоянно оглядывался, чтобы убедиться в отсутствии преследователя, ни разу не смог заметить ничего подозрительного. Дороги были пусты, и лишь ветер шевелил листья, создавая иллюзию движения. Однако внутренний голос не утихал, подсказывая, что причина его беспокойства может быть глубже, чем просто страх за семью. Возможно, это было следствием недавних событий в их жизни.

Наконец, Харвидс пришел к выводу, что, возможно, это всего лишь пережитое волнение, вызванное заботой о близких. Но в глубине души оставалась тень сомнения, что опасность может быть ближе, чем он думает.

— Знаешь, — вдруг проговорил он, когда телега свернула к лесу, — я думаю, что тебе с детьми лучше будет уехать.

— Что? — удивилась Берта. — Это еще зачем?

— Боюсь, как бы эти негодяи снова не объявились. Лучше переждать какое-то время подальше отсюда.

— И не подумаю! Я тебя одного не оставлю! — решительно заявила ему жена, сведя сурово бровки к переносице. — Никуда я не уеду, даже не мечтай!

— Да я ж о вас тревожусь, — продолжил настаивать Харвидс.

— Нечего попусту тревожиться. Или прикажешь всю оставшуюся жизнь по углам прятаться?

Маг покачал головой.

— Думаю, они будут действовать быстро и воплотят свои планы в жизнь в кратчайшие сроки.

— Тем более! Пусть об этом лучше Его Величество печется, а не ты, — недовольно проворчала Берта и, стоило телеге подъехать к дому, первой спрыгнула на землю и пошла к крыльцу.

Харвидс, проводив жену усталым взглядом, принялся будить сыновей.

Глава 7

— Ты здесь карауль, а я в замок, — скомандовал один из мужчин, притаившихся в зарослях, когда старик со своей семьей скрылся в доме.

— А если он отправится куда? — уточнил второй, кивнув головой в сторону хижины.

— А «если», то ты следом отправишься. И глаз с мага не спускай! Упустишь — оба головы лишимся.

— Да понял я, понял, — проворчал недовольно вояка, потирая ручищей шею, словно над ней уже нависал карающий меч.

— Я туда и обратно, — добавил первый и скрылся в кустах.

Весь путь до замка он был полон волнений и ожиданий. Конь, словно чувствующий тревогу своего всадника, рвался вперед, спотыкаясь о камни и корни деревьев, которые встречались на его пути. Служивый, облаченный в простую, но аккуратную одежду, без усталости подгонял своего верного спутника, спешившего донести важные известия. Стража у северных ворот, которые издавна предназначались исключительно для слуг и низших чинов, заметила всадника еще издалека. Они, зная о его важной миссии, с готовностью отворили массивные створки, позволяя ему быстро въехать на территорию замка.

Внутри замка царила тишина, нарушаемая лишь отдаленными звуками, доносящимися из двора. Служивый, стараясь не привлечь внимание высокопоставленных обитателей замка, направился в одну из сторожевых башен. Эта башня, построенная много лет назад, служила не только для охраны, но и как место для тайных встреч и обсуждений. Стены ее были пропитаны историей, а окна, выходящие на окрестности, позволяли следить за движением врагов.

Поднимаясь по узкой лестнице, он ощущал, как сердце стучит в груди от волнения. В его голове крутились мысли о том, какова будет реакция начальника охраны, когда он узнает о последних событиях, которые могут повлиять на судьбу всего королевства. В башне он нашел небольшую комнату, где можно было укрыться от посторонних глаз. Здесь он смог немного перевести дух, прежде чем отправиться к Лизрету. В воздухе витал запах старого дерева и пыли, а свет, пробивающийся через узкие окна, создавал атмосферу напряженности и ожидания.

Он глубоко вдохнул, собравшись с мыслями, и затем, наконец, направился к двери, готовый передать важные известия, которые могли изменить ход событий.

— Доброго дня вам, господин Лизрет, — поприветствовал он начальника королевской охраны.

— Вернурс, ты уже здесь? Не ждал тебя так рано. Какие вести ты принес?

— Вы были абсолютно правы, — довольно ответил подчиненный. — Маг, стоило ему вернуться к себе домой, как только отъехала карета советника, рванул обратно в столицу. Всю ночь караулил у околицы. На рассвете появилась повозка, из которой вытолкали его семью, — торопливо поведал он.

— Занятно… Кто это сделал? Удалось проследить?

— Наши люди тут же отправились следом за повозкой. Она остановилась в одном из трактиров. Двое пассажиров в длинных черных плащах с капюшонами вышли из нее и скрылись внутри. Пока мы добрались до заведения, они успели сбежать.

— Что?! — взревел Лизрет, стукнув кулаком по столу, за которым сидел. — Как вы могли это допустить?

— Мы не знали, что в трактире черных ход есть… — попытался оправдаться служивый.

— А что с извозчиком? — немного смягчив свирепый тон, спросил начальник королевской охраны.

— Его наняли здесь же около часа назад. Заплатили, чтобы часок поработал. Как пояснил, женщину с детьми посадили к нему не сразу. Вывели их из заброшенного дома неподалеку от городских трущоб. Извозчик лишних вопросов не задавал, да и заплатили ему щедро.

— Сейчас где маг?

— Домой вернулся с семьей. Я оставил там Осверда для слежки.

— Вот и сам возвращайся. И чтоб ни одна муха мимо вас не пролетела! — прорычал Сайрен, прожигая подчиненного свирепым взглядом.

— Слушаюсь, господин Лизрет, — поклонился служивый и поспешил выполнить приказ.

Сказать, что Сайрен был зол — это не просто преувеличение, это было состояние, которое охватывало его с головой. Он чувствовал, как гнев разгорается внутри, словно огонь, который невозможно потушить. Взгляд его был полон недовольства, когда он вспоминал заверения мага, которые звучали так убедительно, но не вызывали у него никакого доверия. Внутреннее чутье, которое не раз выручало его в сложных ситуациях, вновь подтвердило свою точность. Он знал, что в этом деле кроется нечто большее, чем просто магические трюки.

Но что делать дальше? Доверять окружению короля было крайне рискованно. Каждый из них мог оказаться предателем, готовым продать свою душу за власть или золото. Сайрен, как начальник королевской охраны, знал, что его подчиненные — это надежные люди, проверенные временем и множеством испытаний. Он сам лично отбирал их и проводил тщательные проверки, чтобы убедиться, что они верны короне. Однако, если в замке действительно произошла афера с королевским магом, то это подрывало его уверенность в безопасности всего королевства.

Решительно поднявшись, он вышел из своего кабинета и направился в сторону приемной залы. В его голове крутились мысли о том, как важно предупредить Его Величество о возможной опасности. Сайрен был уверен, что если бы у кого-то действительно были намерения убить короля, то они бы действовали быстро и безжалостно. Но появление Алиссии Лэндон в замке вызывало у него настороженность. Почему она здесь? Какова ее истинная цель? Сайрен знал, что скоро сможет вывести ее на чистую воду, и это было его единственным утешением.

Алиссия, с ее загадочной улыбкой и манерами, была не просто новой фигурой в королевских кругах. Она обладала харизмой, которая могла легко манипулировать людьми. Лизрет чувствовал, что за ее безобидной внешностью скрывается нечто большее. Возможно, она была частью более сложного плана, который мог угрожать самому основанию королевства. В его голове возникали образы различных сценариев, в которых Алиссия могла бы сыграть свою роль.

С каждым шагом к приемной зале его решимость возрастала. Он понимал, что должен действовать быстро и осторожно. Возможно, ему придется собрать своих лучших людей и провести собственное расследование, чтобы выяснить, кто стоит за этой загадочной девушкой. Сайрен знал, что на кону стоит не только жизнь короля, но и судьба всего королевства. Время не ждет, и он был готов сделать все возможное, чтобы защитить то, что ему дорого.

В замке царила тишина, и повседневная жизнь продолжалась в своем привычном ритме. По длинным коридорам, украшенным гобеленами, изображающими героические сцены из истории королевства, размеренно шагали стражники в блестящих доспехах. Их тяжелые сапоги отдавались эхом в каменных стенах, создавая ощущение надежной защиты. В то время как стражники неустанно патрулировали, прислуга, одетая в скромные, но аккуратные наряды, торопилась по своим делам. Они убирали, наводили порядок и следили за тем, чтобы в каждом уголке замка царила чистота.

Однако начальник королевской стражи был погружен в свои мысли. Его ум был занят важными делами, и он не замечал повседневной суеты, окружающей его. Он уверенно миновал лестницу, ведущую на второй этаж, и прошел мимо роскошной гостиной, где на стенах висели портреты предков короля, запечатлевшие в своих глазах историю династии. Здесь царила атмосфера величия и благородства, но его это не отвлекало.

С каждым шагом Лизрет чувствовал нарастающее напряжение. Взгляд его был устремлен вперед, к рабочему кабинету короля. Этот кабинет, обставленный массивной мебелью и украшенный кожаными обивками, был местом, где принимались судьбоносные решения. В воздухе витал аромат свежезаваренного травяного отвара и старинных книг, хранящих тайны прошлого.

Когда начальник стражи наконец достиг двери кабинета, он глубоко вдохнул, собираясь с мыслями. За этой дверью его ждали не только король, но и множество вопросов, касающихся безопасности королевства.

— Доложи Его Величеству о моем визите, — обратился он к придвернику.

Тот молча склонил голову и скрылся за двустворчатыми дверями. Спустя минуту вновь появился перед начальником охраны.

— Его Величество ожидает вас, — распахнув створку, приглашающим жестом указал Лизрету следовать в кабинет.

— Что привело тебя? — приподняв одну бровь, осведомился правитель. — Только не нужно опять твердить о твоих беспочвенных подозрениях.

— Увы, Ваше Величество, они не беспочвенны, — сообщил начальник королевской стражи и поспешил поведать о том, что ему и его людям удалось выяснить.

— У тебя есть подозрения, кто может быть предателем? — деловым тоном спросил король, дослушав доклад Сайрена.

— Пока нет. Каждый обитатель замка сейчас под подозрением. Поэтому, я прошу вас пока никому не говорить о том, что нам стало известно. В кратчайшие сроки я постараюсь выяснить все.

— Значит, девушка тоже замешана?

— Нельзя утверждать точно, но скорее всего да. Неспроста она здесь появилась. Либо ее отправили в замок для отвода глаз.

— А вот это вполне вероятно — пока мы проверяем ее, заговорщики могут реализовать свой план, — согласился Эрвуд Первый. — Боюсь, как бы от девушки не избавились.

— Не стоит все же сбрасывать ее со счетов. Кто-то ведь прислал ее сюда. Я бы все же присмотрелся к ней повнимательнее…

— Тогда займись этим. Может, стоит ее вовсе отослать из замка?

— Этого точно делать не надо, иначе вызовем подозрения. Пусть считают, что мы поверили им. Можно ее даже приблизить к себе, скажем, пусть вашей личной горничной потрудится или еще кем, — предложил Лизрет.

— А если убить попытается?

— Не думаю. В любом случае я и мои люди всегда рядом, да и днем она на такое не решится. Вот ночью все же подальше от нее держитесь. Я же к вашим покоям на это время дополнительную охрану выставлю.

Глава 8

После аудиенции у короля, начальник королевской стражи направлялся обратно к своим обязанностям. Он был погружен в мысли о предстоящих задачах, когда, проходя мимо панорамных окон коридора, его внимание привлекло нечто необычное. Остановившись, он взглянул вниз во внутренний двор замка и увидел, как две девушки-горничные, одетые в строгие платья, весело выбивали пуховые подушки. Их смех раздавался по всему двору, создавая атмосферу легкости и радости, которая резко контрастировала с его серьезной работой.

Лизрет не мог не заметить, как они, словно забыв о своих обязанностях, были поглощены простым удовольствием. Одна из них, с длинными светлыми волосами, энергично колотила подушку, а другая, с кудрявыми черными локонами, подбадривала ее смехом. Их лица светились счастьем, и в этот момент Лизрет почувствовал, как его собственная напряженность немного ослабела. Он вспомнил, что даже в королевском замке, полном интриг и забот, есть место для простых радостей.

Вдруг он осознал, что его собственная жизнь, полная ответственности и строгих правил, иногда нуждается в таких простых моментах, как смех и радость. Он задумался, насколько важно находить время для отдыха и расслабления, даже в самых напряженных ситуациях. Сайрен решил, что, возможно, стоит иногда отвлекаться от своих обязанностей, чтобы не забывать о том, что жизнь – это не только работа, но и моменты счастья, которые делают её более полной.

Лишь узнав в одной из горничных Алиссию Лэндон, начальник охраны опомнился, про себя отмечая, что строгое черной платье с белым передником и таким же светлым чепцом ей весьма к лицу.

Алиссия вдруг ощутила, как на нее падает чужой взгляд. Это было настолько настойчиво, что она резко обернулась в сторону окон. В этот момент ее глаза встретились с проницательным взглядом начальника охраны, и улыбка на ее лице мгновенно исчезла, словно кто-то выключил свет. Сайрен, наблюдая за ней, не мог не отметить, как Алиссия была прекрасна, когда улыбалась. Он с досадой вздохнул, осознавая, что такая улыбка, полная тепла и искренности, могла бы осветить даже самые мрачные уголки их мира.