Офицерат. Магия в нашей крови

Начальником вивария уже много лет назначали представителя ментальной модификации — телепатические способности куда лучше помогали управляться с животными. В первый же день после назначения Максимусу представили начальников всех вспомогательных служб, в том числе и Бруно Глиссона, заведующего фауной, как аналитики называли виварий. Огненно-рыжий, низенького роста и до неприличия толстый, подвижный как ртуть Бруно меньше всего походил на мозгоправов, как правило, почти бесплотных и неторопливых. Он заверил Максимуса, что относится ко всем своим подопечным как к детям, даже если у них восемь мохнатых лап и жвала, и приглашал зайти на экскурсию.

Кажется, настало время принять его предложение. Максимус отправил запрос на встречу, просто чтобы не оказалось, что Бруно куда-то уехал, дождался положительного ответа и вышел из кабинета.

Глава 6

И все-таки Джинджер была напугана. Как ни уговаривали ее конюхи вивария, приехавшие вместе с фургоном, зайти в него она согласилась только с Джонатаном. Он отправил Гаса в Офицерат своим ходом, а сам поехал с Джинджер. Желая показать свою благодарность, кобыла всю дорогу простояла, уткнувшись лбом ему в плечо, лишь ненадолго опуская голову, чтобы взять пучок сена.

До денника она уже шла совершенно спокойно, следуя за до безобразия довольным Гасом. Тот прилетел намного раньше, успел стащить с себя седло и уздечку и теперь разгуливал по коридорам вивария с видом законного хозяина. В какой-то степени так и было. Коню почтительно уступали дорогу и даже не пытались закрыть его денник на засов или магнитный ключ.

И речи быть не могло о том, чтобы разместить Джинджер где-то, кроме денника по соседству с жильем Гаса. Прежде чем кобыла зашла на место, Гас самолично обследовал помещение, нервно фыркая.

— Мы все понимаем, не хочешь ударить в грязь мордой перед подругой, — успокаивающе сказала Энн, дежурный конюх. Джонатан знал, что она тайком подкармливает Гаса специальными леденцами. Вообще-то, это было не по правилам, но коню не грозило ожирение с таким-то метаболизмом, зато у Джонатана был человек, способный позаботиться о Гасе. Пару раз уже случалось, что он возвращался с операции не сидя в седле, а лежа, из последних сил держась за лошадиную шею, и потом пару суток приходил в себя. В первый раз Гас все это время так и простоял нечищенным, потому что просто не подпустил к себе никого. Джонатану пришлось срочно “отключать” обоняние, когда он взялся за щетку — вонь от перекисшего лошадиного пота в деннике стояла невыносимая.

Перегородку, установленную над не слишком высокими внутренними стенками денников, убрали, и теперь Джинджер и Гас могли тереться друг о друга мордами и чесать друг другу шеи.

— Если все будет в порядке, внутреннюю стену можно будет совсем убрать, — сказала Энн, улыбнувшись. — Не сейчас, — добавила строго, когда Гас встрепенулся. — И решать не тебе, а леди.

— Вот уж точно, — подтвердил Джонатан. — Поумерь аппетиты, брат.

Гас фыркнул, дернул хвостом и по экрану замельтешили точки.

“завтра,” — появилось сообщение.

— Услышу то же самое от нее, уберем, — все так же строго сказала Энн и показала на подобие пульта, расположенного возле кормушки Джинджер. Всего две большие кнопки, так чтобы было удобно нажать носом — красная и черная. “Да” и “Нет”. — И не дави на нее, дай отдохнуть с дороги.

Гас недовольно прижал уши, но склонил голову, признавая правоту человека. Джинджер лишь насмешливо фыркнула, наблюдая за этой пантомимой.

— Так что? — Энн обернулась к Джонатану. — Уже нашли, кто хотел ее украсть?

— Не знаю, — Джонатан, конечно, не верил, что Блейну уже удалось что-то нарыть, но чем черт не шутит? Насколько он знал, ищейкой тот был первоклассной. — Пойду к Патрону, спрошу. Если будут новости, обязательно тебе расскажу, — он улыбнулся девушке.

— Кажется, новости сами идут к вам, — улыбнулась Энн, глядя Джонатану через плечо. — Пожалуй, я пойду. Джинджер, будь как дома.

И она поспешно ушла к дальним денникам, откуда раздавалось многоголосое фырканье. Джонатан был уверен — все население конюшни сейчас бурно обсуждает новенькую.

Обернувшись, он увидел идущего к нему Блейна. Кажется, Главе Офицерата срочно требовалась чашка омерзительно-сладкого горячего шоколада: лицо у него осунулось, под глазами залегли тени. Мысль о еде тут же отозвалась урчанием в животе, и Тибериус понял, что и сам ничего не ел со вчерашнего обеда. Белковые батончики в счет не шли, это была чистая подпитка мышц.

— Хреново выглядите, шеф, — приветствовал он Блейна. — Надеюсь, новости получше, чем ваш вид.

— Смотря что интерпретировать как хорошие, — Блейн не среагировал на неуставное обращение, и это определенно было плохим знаком. Кажется, он смертельно устал. — Я не нашел ни единой причины, почему могли похитить Лесли. Значит, надо работать с версией Джинджер. Как она? Нормально перенесла дорогу? — он с искренним любопытством посмотрел на денник.

— Да, все хорошо… — Джонатан поколебался немного, а потом предложил: — Пообедаем? Сегодня я угощаю, — он хмыкнул: еда в Офицерате была бесплатной.

— Тогда я забронирую столик, — неожиданно поддержал шутку Блейн — столы никак не были закреплены за людьми или отделами. — Можно я посмотрю? — Джонатан явно услышал почти детское предвкушение в голосе. — Мешать не буду, понимаю, ей нужно время освоиться.

— Вот ее можно гладить спокойно, — невольно улыбнулся Джонатан. — Разум развит намного больше, чем у обычной лошади, но юридически это все же животное.

Гас возмущенно фыркнул, явно посчитав такие слова оскорблением своей супруги.

— Пожалуй, пока не стану, — улыбнулся Блейн, разом скинув добрый десяток лет. — Гас, надеюсь, всем остальным ты доволен? — спросил, снова став серьезным и занятым начальником. Его, казалось, совершенно не смущало, что он общался с лошадью. Магически модифицированной, но тем не менее. Джонатан поймал себя на мысли, что ждет, как Блейн предложит Гасу выдать свои замечания в письменном виде. — Идемте, есть и вправду очень хочется, — сказал Глава Офицерата, видимо, совершенно позабыв, что у него сегодня выходной, и он мог пообедать в хорошем ресторане, а не толкаться у раздаточной линии в столовой.

“спасибо”, — появилось на экране Гаса, а Джинджер нажала носом на кнопку “да”.

— Думаю, это можно счесть пожеланием приятного аппетита, — хмыкнул Джонатан.

При мысли о еде он невольно ускорил шаг и был вынужден принудительно себя замедлить — при желании он мог идти так быстро, что Блейну пришлось бы бежать бегом.

***

Максимус понадеялся, что хозяин расположенного неподалеку от его дома ресторана простит, что сегодня он не придет на обед и забронированный столик останется пустовать. Но ему действительно надо было как можно скорее поесть, да и неплохо выспросить, не увидел ли Тибериус чего интересного во время транспортировки Джинджер.

Сегодня в столовой было почти пусто: как никак выходной — в Офицерате остались только дежурные смены. Но раздаточные линии, как и обычно, были полны еды. Максимус взял себе холодный салат с булгуром, суп с лапшой и большую порцию рыбы в конверте из слоеного теста.

Тибериус занял тот же стол, что и вчера. И на нем снова не было свободного места, за исключением крохотного уголка, явно оставленного для тарелок Максимуса. Мясо соседствовало с курицей и бобами, грибами и тофу.

— Мозг ест меньше, чем мышцы, — прокомментировал он безо всякого стеснения и тут же набросился на еду.

— Это точно, — согласился с ним Максимус. За годы службы в Офицерате он привык к тому, как много ели адаптанты, но аппетит Тибериуса выделялся даже на их фоне. Наверное, для кого-то это было бы сущим везением — ешь сколько влезет и не думай о лишних килограммах. Но для Максимуса еда была не только топливом, но и источником эмоций. Он “расщеплял” вкусы, анализировал тона и оттенки ароматов специй и исходных продуктов. А о каком вкусовом наслаждении можно говорить, когда надо втолкать в себя килограмм говядины?

“Два килограмма, — поправился он мысленно, еще раз оглядев стол. — Три!”

— Удалось что-то выяснить? — спросил Тибериус, когда большинство тарелок Максимуса опустело. — Я еще раз осмотрел местность. Запаха крови нет нигде.

Максимус знал, что адаптанты “разгоняли” обоняние почти до уровня нюха животных, и все равно его неприятно покоробила мысленная картинка, как Тибериус, встав на четвереньки, водит носом по земле, собирая запахи. Хотя… не собака же он, в самом деле. Скорее всего, он просто дышал, и лишь маг-аналитик мог заметить изменение глубины вдохов и их частоты и как едва заметно подрагивают крылья носа. Этот образ отторжения не вызывал, наоборот, Максимусу хотелось бы узнать, как далеко Тибериус может унюхать кровь или запах разложения.