Истинная женатого дракона

Я сжимаю кулаки так сильно, что они начинают пульсировать от боли.

– Так что, Селин, – он делает шаг ко мне, – тебя сначала проверят столичные целители. Если не больна, я возьму тебя. Если больна – будешь лечиться.

– Всё сказал? – выдыхаю сквозь зубы, глядя ему прямо в глаза.

Он резко подаётся вперёд и впивается пальцами в мой подбородок. Боль вспыхивает, и я невольно зажмуриваюсь.

– Советую тебе не дерзить, Селин, – его горячее дыхание опаляет мои губы. – Я могу наказать. И, поверь, тебе наказание не понравится.

С трудом разлепляю глаза и глухо спрашиваю:

– А мы точно истинные?

– Ни тени сомнений, малышка, – хрипло отвечает он. – Мой дракон почувствовал тебя сразу, как только я оказался в том поганом городишке. Но если думаешь, что я обрадовался находке, то ты ошибаешься. – Его пальцы скользят по моим волосам, и меня передёргивает. – Такое и врагу не пожелаешь – обнаружить свою истинную в грязной, вонючей темнице, где держат отбросов общества.

Он отпускает подбородок, и я делаю рваный вдох.

– Я узнал о тебе всё, Селин, – Морвел делает шаг назад. – Твоё имя. Подноготную. Абсолютно всё.

– И что? – хмуро спрашиваю я.

– Как что? – притворно удивляется. – Знание – оружие. Попытаешься выкинуть чего-нибудь, и я убью всех тех, кто был тебе дорог. Догадываешься, о ком я говорю?

Он блефует. Он не мог узнать о братьях... Или мог? Если да, то как?

Мерзавец. Какой же он всё-таки мерзавец...

– Веди себя хорошо, Селин.

С этими словами он резко разворачивается и шагает к двери.

– Подожди, – зову его, спрятав дрожащие ладони за спину.

Он медленно поворачивается, вопросительно приподнимая бровь.

– Зачем я тебе?

Морвел прищуривается и едва заметно улыбается:

– Разве не догадываешься?

Затаив дыхание, отрицательно качаю головой.

– У тебя только одна функция, Селин. Быть рядом, когда я этого потребую. Особенно по ночам. В будущем подаришь мне детей. На этом всё. Любимая женщина у меня уже есть.

Каждое его слово, как пощёчина.

– Что? – насмешливо тянет он. – Не понравился ответ? Но это правда, малышка. Ты должна радоваться, что стала моей истинной. Такая уличная побирушка, как ты, должна светиться от счастья: отныне тебя будут кормить и одевать.

Мне стоило неимоверных усилий, чтобы не накинуться на него с кулаками.

Как же хочется расцарапать его лицо... Чтобы аж кровью умылся.

Он подмигивает и снова идёт к двери. Но у порога резко останавливается:

– Приду за тобой через час. – Он смотрит на массивные часы на стене. – Будь готова. Перенесу нас домой.

Когда дверь за ним закрывается, я ещё долго стою с повисшими вдоль тела руками, не зная, куда себя деть.

Жестокие слова Морвела не погрузили меня в пучину отчаяния по одной простой причине – я уже барахталась в ней.

И всё же лить слёзы и истерить – не моё. Если проклятый дракон думает, что я стану его покорной подстилкой, то он ошибается.

Одна надежда на его жену.

Женская ревность горы крошит. Надеюсь, супружница закатит ему такой скандал, что мерзавец захлебнётся собственной слюной.

Через час дракон вновь явился в мои покои. Молча открыл портал прямо в центре комнаты, схватил меня за руку и грубо толкнул в чёрное марево.

Через пару секунд я оказываюсь в огромном золотистом холле.

Высокие потолки, колонны, резные стены.

Крутить головой с открытым ртом мне не позволили. Раздаются лёгкие шаги, и я взглядом нахожу её. Его жену.

Красивая до абсурда. Светлая кожа, волнистые серебристые волосы до пояса, раскосые глаза цвета неба. На ней пышное платье, делающее её похожей на фарфоровую статуэтку.

– Сардар, ты вернулся, – её мелодичный голос прокатывается эхом по холлу.

Алые, пухлые губы растягиваются в радостной улыбке.

Скосив взгляд на зверя, замечаю, что и на его морде расцвела ответная улыбочка. Впервые за всё время нашего знакомства я вижу, что он искренне улыбается.

– Это Селин. Моя истинная.

Эльфийка переводит на меня взгляд. Улыбка тут же меняется, превращаясь в оскал. Её глаза впиваются в мои, и холодок пробегает по спине.

Кажется, слюной подавлюсь именно я, потому что передо мной не просто женщина, которую предал тот, по кому она сходит с ума. Передо мной хищница, умеющая расправляться с теми, кто встал у неё на пути.

Напрасно я надеялась на скандал, в котором этому кобелю голову проломят.

Скандала не будет.

В системе координат таких женщин, как стоящая передо мной эльфийка, муж не виноват. Виновата наглая тварь, посмевшая появиться рядом с её любимым.

Краем сознания доходит простая мысль: я не жилец.

Глава 5

Морвел запер меня в покоях, которые для меня подготовила его супруга – Вэйлиэль.

Она та ещё фанатичка: любит мужа так слепо, что, кажется, готова холить и лелеять даже женщин, которых он приводит в дом.

Она прекрасно понимала, какую роль мне отвёл её благоверный. И, разумеется, решила оформить всё «как положено».

Комната размером с наш дом, в котором мы с братьями ютились. Светлая, дорогая, обставленная так, будто здесь должна жить принцесса. И только решётки на витражных окнах выбивают всю эту иллюзию роскоши.

Стоило мне увидеть толстые железные прутья, как иголки страха стали острее. Казалось, я попала в красивую, но смертельно опасную клетку, стены которой с каждым моим вздохом подбираются всё ближе.

Я ложусь на кровать и сворачиваюсь клубочком.

Во рту снова привкус крови. Морозит. А сердце бьётся так сильно, что, кажется, будто вот-вот остановится. И хоть мысленно я себя успокаиваю, считая, что обязательно что-нибудь придумаю, но... от этого трястись не перестаю.

Лейр, Керт и Барнаби, наверное, сходят с ума. Представляю, как носятся по кладбищам, рвут траву с корнем и роются в склепах, пытаясь найти свою непутёвую сестрицу… даже не догадываясь, что её похитил дракон.

Но даже если бы и догадались, что это меняет?

Ничего.

Мы не из той лиги, чтобы бодаться с Сардаром Морвелом.

Мой похититель – воплощение зла. Властный, богатый и жестокий. И как же мне не повезло попасться ему на глаза.

Его дракон, видите ли, почувствовал меня… А я – ничего. Но разве эта связь не должна быть двусторонней?

Я не то чтобы жажду испытывать к этому мерзавцу тёплые чувства, просто хочу понять, как работает эта прогнившая «истинность», если с моей стороны есть только страх, отвращение и желание убежать так далеко, чтобы ни один дракон меня больше не учуял.

Перевожу взгляд на браслеты. Пальцы немеют и выглядят так, будто по ним долго и методично били молотком.

Закрываю глаза и тянусь к магии – пусто. Её будто выкачали из меня до капли. Ни единой искорки.

И всё же… под этим проклятым замком что-то тлеет. Я ощущаю, как где-то глубоко внизу томится нежить. Несколько разлагающихся тел.

Я резко распахиваю глаза.

Так… а вот это уже интересно.

Насколько я знаю, драконы не владеют некромантией. Да и вообще некромантия – редкая, грязная магия. А уж эльфы её терпеть не могут, в любых проявлениях.

Тогда откуда здесь нежить?

В качестве охраны? Но кто тогда ей управляет?

Я резко сажусь на кровати и ледяными пальцами приглаживаю волосы.

В груди вспыхивает маленькая искра надежды. Если здесь есть нежить, значит… я смогу себя спасти.

Теперь главное – снять с себя эти проклятые браслеты.

Но как это сделать?

Стук в дверь заставляет меня вздрогнуть и распахнуть глаза.

Квора входит спиной, таща огромный поднос с едой.

– Добрый вечер, леди, – бормочет она, протискиваясь ко мне. – Лорд Морвел сделал меня вашей личной горничной. Если вы не против, конечно.

– Не против, – сиплю и опускаю взгляд на поднос.

Когда я в последний раз ела? Больше двух суток назад. Но глядя на миску густого супа и тёплые пирожки, голод так и не просыпается. Желудок будто сжался в комок.

Есть всё равно пришлось. Силы понадобятся.

Квора уносит поднос и спустя несколько минут возвращается с охапкой цветастых платьев.

– Это ваш новый гардероб, – говорит она, бросая платья у шкафа. – Леди Морвел подготовила.

Меня передёргивает.

Как же всё это странно: муж привёл в дом истинную, а жена ему помогает. Удивительная семейка.

После еды меня резко накрывает слабость. Голова будто треснула пополам, тело охватывает озноб. Зубы стучат так, что болит челюсть.

Квора мечется рядом, отпаивая меня то чаем, то зельями, но толку – ноль. Я то выныриваю из темноты, то снова проваливаюсь в неё.

А потом появляется он.

Морвел подходит к кровати и садится рядом, не спрашивая разрешения. Тёплая ладонь ложится мне на лоб, и я едва не дёргаюсь. Хотела оттолкнуть, выдохнуть «не трогай», но сил не оказалось. Руки ватные, голова кружилась. Всё, что могла – порывисто дышать.

Он гладил меня по волосам, держал за руку и что-то шептал на ухо.

Разлепив глаза, увидела, как в мутном мареве сверкают беспокойством его синие глаза, и тут же снова погрузилась в небытие.

Проснулась в шесть утра. Привычной головной боли нет, что уже хорошо.

Перевожу взгляд в сторону окна и холодею.

Морвел сидит в кресле и смотрит на меня исподлобья. Пальцы стискивают подлокотник до побелевших костяшек. Под глазами тёмные круги. Волосы взъерошены. В вороте помятой рубашки мелькает загорелая грудь.

Выглядит непривычно. Почти по-домашнему.

– Тебе лучше? – хрипло спрашивает.

Медленно киваю, мысленно перебирая события минувшей ночи. Мне было плохо, а он сидел рядом. Самое странное – создавалось впечатление, что ему действительно не всё равно.

– Отлично, – выдыхает он, прикрывая глаза. – Тогда мне пора, – цедит сквозь зубы, поднимаясь. – Буду к ночи.

Я натягиваю одеяло до подбородка, всё ещё не понимая, как на это реагировать.
Когда он вышел, дышать сразу стало легче. Его властная аура давит так, будто на грудь кладут тяжёлый камень.

– Как вы, леди? – Квора появляется мгновенно, будто ждала за дверью. – Вас знатно лихорадило. Целители приходили. Температуру сбили только к шести утра…

Она что-то ещё говорит, но я уже не слушаю.

На пороге стоит эльфийка и улыбается мне так, что в горле пересыхает.
Высокая причёска, алые губы, девичий румянец. На ней белое платье, сидящее по фигуре, как вторая кожа, и длинные перчатки.

В детстве я мечтала о фарфоровой кукле. Могла часами стоять у витрины игрушечной лавки, пока торговцы не прогоняли меня мётлами.

Во взрослой жизни уже, разумеется, не мечтаю. Но это не помешало судьбе-злодейке столкнуть меня с ожившей куколкой.

Глава 6

– Вам лучше, Селин? – мелодичным голоском осведомляется Вэйлиэль и, шурша платьем, делает шаг.

Я медленно киваю, наблюдая за тем, как она плывёт в мою сторону.

Иголочки страха привычно впиваются в кожу.

– Сардар сказал, что вам было плохо, – вздыхает эльфийка, опускаясь в кресло рядом с кроватью.

Жена дракона мне не нравится. Нутром чувствую исходящую от неё тьму.

– Мне лучше, – выдавливаю я, приподнимаясь и устраиваясь удобнее.

Какое-то время её голубые глаза буравят мою щёку.

– Я хочу, чтобы вы чувствовали себя как дома, Селин, – яркие губы эльфийки растягиваются в улыбке. В слишком широкой улыбке, от которой становится не по себе.

– Это невозможно, – глухо произношу я, сцепив пальцы. – Ваш муж…

– Погодите, – она поднимает перед моим лицом узкую ладонь. – Не нужно громких заявлений, – усмехается, и в уголках её глаз проступает сеточка мелких морщинок.

Я прищуриваюсь, вопросительно глядя на неё.

– Во-первых, не нужно строить из себя жертву, – она наклоняется вперёд, и я инстинктивно отодвигаюсь. – Вам несказанно повезло обрести истинного в лице такого благородного и родовитого дракона, как Сардар, – вкрадчиво говорит она, сверкнув льдистыми глазами.

Кажется, кое-кто с головой не дружит.

– Повезло? – потрясённо выдавливаю я. – Вы сейчас серьёзно? Вы правда считаете, что мне повезло встретить женатого мужчину?

– Не перебивайте, – цедит сквозь зубы, и её черты лица становятся хищными.

Я тут же умолкаю, поджав губы.

Наш с ней разговор напоминает танец со змеёй в закрытом помещении, где я выступаю в роли человека, которого бросили умирать.

– Во-вторых, истинная пара для дракона становится всем, – продолжает с воодушевлением Вэйлиэль, теребя жемчужные бусы. – Нахождение вдали от избранницы для него невыносимо. Он начинает дышать ею, – Вэйлиэль едва заметно морщится.

– И вы с таким хладнокровием обо всём этом рассказываете? – не выдерживаю я. – Он ведь ваш муж!

Лицо Вэйлиэль снова меняется. Приторная миловидность исчезает, будто её и не было.

– И что? – выплёвывает она, скривив губы в презрительной усмешке. – Думаете, я не знала, за кого выхожу замуж? – она стискивает в пальцах жемчужину с такой силой, что та... трескается и осыпается прахом.

Пока ошарашенно смотрю, как её бусы падают на пол и громко скачут по паркету, эльфийка даже не моргает.

– Я всегда знала, что Сардар рано или поздно встретит истинную, и была к этому готова. Потому что он дракон. А у драконов бывают истинные пары. Редко, но всё же встречаются те, кто создан именно для них.

Я поднимаю на неё взгляд.

Каждое её слово – как ледяной удар под рёбра.

– Напрасно вы думаете, что меня задевает ваше появление в моём доме.

Мои брови ползут вверх, грозясь выползти на макушку.

– Надеюсь, вы не считаете, что Сардар был мне верен? – она усмехается, но уголки её губ ползут вниз. – К вашему сведению, – она переводит на меня взгляд, и я вижу слёзы, застывшие в её глазах, – у него три официальных любовницы. Две в императорском дворце. Другая живёт по соседству.

Ком застревает в горле, и я гулко сглатываю, продолжая потрясённо пялиться.

У этого мерзавца есть любовницы, а его жена так спокойно об этом говорит...

Неужели она и вправду душевно больна?

– Мы с ним женаты почти одиннадцать лет, – сухо добавляет, повернув голову в сторону окна. – Девять из которых он мне изменяет.

– Вы так спокойно об этом говорите, – шепчу я, отодвигаясь. – Как вы вообще...

– Я его люблю, – перебивает она, посмотрев на меня исподлобья. – Люблю настолько сильно, что дышать без него не могу.

У меня заныло сердце. Как же тяжело всё это слушать.

Женщина не только с головой не дружит – похоже, чувство собственной ценности у неё давно утонуло в омуте её одержимости.

– И я давно смирилась с тем, что он мне неверен. В конце концов, – она вздыхает и, положив дрожащие ладони на колени, начинает разглаживать складки на платье, – он мужчина. К тому же не последний в империи. В его руках сосредоточена власть. Я прекрасно понимаю, что такому, как Сардар, время от времени нужно… – она на секунду умолкает, будто подбирая слова, – сбрасывать напряжение.

– А вы не думали обратиться к менталисту? – я скрещиваю руки на груди. – Ну, к целителю, который помогает наводить порядок в голове? – я откидываю от себя одеяло.

Эльфийка, полностью проигнорировав мой вопрос, продолжает:

– Когда он рассказал мне, что встретил истинную, я обрадовалась.

– Почему? – спрашиваю, впиваясь пальцами в простыню.

Боже, да что не так с этой женщиной?

Вэйлиэль поворачивает ко мне голову и спокойно говорит:

– Потому что с истинными легче завести потомство. А я, Селин, очень хочу ребёнка. Хочу ребёнка от Сардара. К сожалению, я не могу подарить ему детей, но вы…

Красная пелена возникает перед глазами.

Больше не в силах слушать этот бред, я резко вскакиваю с кровати.

– Уходите, – раздражённо машу я рукой в сторону выхода.

Эльфийка с приклеенной улыбкой грациозно поднимается, поправляет платье и медленно шагает к двери.

Уже у самого выхода она оборачивается и с улыбкой, растягивая слова, произносит:

– У вас с Сардаром обязательно будет ребёнок, Селин. Но в глазах общественности он будет моим ребёнком.

Я прикрываю глаза, ощущая, как каждая клеточка тела наполняется яростью. Ещё немного, и я кинулась бы на эту сумасшедшую с кулаками. И будь что будет.

– Знаете, чем истинная отличается от любимой жены? – насмешливо продолжает она, явно испытывая моё терпение.

Я даже не пытаюсь ответить, смотрю перед собой и сжимаю-разжимаю кулаки в жалкой попытке успокоиться.

– Истинную любит дракон. А жену – его человеческая ипостась.

С этими словами она уходит, а я подбегаю к окну и распахиваю створки.

Как у меня получилось не сорваться – загадка. Наверное, просто поняла: нападение на хозяйку дома – не лучшее решение.

Прохладный утренний воздух тут же врывается в комнату.

Я сжимаю руками железные прутья и прикрываю глаза.

Всё даже хуже, чем я представляла.

Меня пленил не просто дракон, а дракон с сумасшедшей женой, которая мечтает о ребёнке. И оба они, похоже, решили негласно превратить «истинную» в удобный сосуд для вынашивания.

Противно. Мерзко. Но… ожидаемо.

Пора выбираться отсюда.

Когда в покои возвращается служанка, таща очередной поднос, доверху забитый едой, я встаю с кресла и тихо спрашиваю:

– Скажите, Квора, вы когда-нибудь теряли близких?

Всё, что угодно ожидала, но точно не того, что служанка, поставив поднос на столик, спрячет лицо в широких ладонях и громко разрыдается.

Так. Игра началась.

Глава 7

– А вы точно сможете оживить его? – напряжённо спрашивает Квора, взирая на меня красными от слёз глазами.

– Не оживить, а поднять, – тихо говорю я, поставив чашку на стол. – Справлюсь.

Служанка кусает губы и начинает нервно хрустеть пухлыми пальцами.

На свой страх и риск я предложила Кворе оживить её внука, которого убили в подворотне несколько дней назад, и она, похоже, вот-вот согласится.

– Леди, вы совсем не похожи на чёрного мага, такая хрупкая и... вежливая, – выдыхает она.

Морщусь и оттягиваю ворот платья.

Маленькая чёрная звезда на коже – не просто татуировка, а знак принадлежности к запрещённому ордену чёрных магов.

Белёсые брови Кворы резко взлетают вверх. Она бледнеет и испуганно открывает рот.

Её реакция меня не удивляет. Стоит только услышать об ордене – люди начинают паниковать. У ордена дурная слава: его члены промышляют вещами, от которых волосы встают дыбом.

Разумеется, орден запрещён на территории империи, а его члены вне закона. И тем не менее этот факт не мешает обществу головорезов процветать и вербовать таких, как я.

К слову, вступила я туда всего неделю назад. Ну как вступила… выбора мне не оставили. Поставили перед фактом: либо я с ними, либо против них. Я выбрала первое. Мне набили татуировку и предложили стать постоянным членом. Проще говоря – цепным псом для грязной работы. Я отказалась, согласившись только еженедельно платить взносы.

Сейчас, конечно, жалею. Будь я под их защитой, не сидела бы здесь, в золотой клетке. Хотя… всё ещё можно исправить. Главное – выбраться отсюда.

– Он… он будет в сознании? Узнает меня? – едва слышно спрашивает служанка.

Медленно киваю.

Она делает глубокий вдох и прикрывает глаза, будто собираясь с мыслями.

Я и не жду, что она быстро согласится, всё же на кону хлебная работа. Она поможет мне, я ей, но проблемы будут у нас обеих.

Знаю, что играю грязно, пользуясь тем, что женщина раздавлена горем, но… я действительно готова ей помочь. Ненадолго. Люди, которые пребывают в глубокой печали, часто хватаются за любую надежду.

– Что от меня требуется? – сипит она, вытирая слёзы.

Я вытягиваю вперёд синие запястья.

– Но… я не знаю, как их снять, – растерянно произносит она, скользя лихорадочным взглядом по моим браслетам.

– Не волнуйтесь, я знаю. От вас требуется всего ничего – делать то, что я скажу. Для начала расскажите мне об этом месте, о хозяйке и… – я делаю глубокий вдох, – о лорде Морвеле. Хочу знать их быт: как живут, чем занимаются.

К вечеру я знала об этом месте всё.

Как устроен этот проклятый дворец. Кто живёт здесь. Где стража стоит сутками, а где халтурит. Где окна открываются, где заклинены намертво. Кому здесь доверяют, а кого терпят лишь потому, что заменить некем.

В общей сложности у сумасшедшей фарфоровой куколки около полусотни людей, скрашивающих её существование. Там и фрейлины, и знатные леди, и даже её родственники. Помимо свиты, во дворце ещё куча стражи.

Что касается Морвела… он появляется здесь раз или два в неделю. Заночует и снова испаряется в неизвестном направлении.

Квора уверяет, что он всё время торчит в императорском дворце.

Правда это или нет – не знаю, но мне даже на руку, что этот мерзавец редко бывает дома. Больше пространства для манёвра, так сказать.

С эльфийкой справиться проще, чем с её мужем.

К слову, что бы она ни говорила, но на любимую жену не тянет. С любимыми расставаться не хочется, не то что жить порознь. Так что нет. Эльфийка кто угодно, но не любимая жена.

Её мужик ей изменяет, разве это не яркий показатель «нелюбви»?

По мне, даже если бы Морвел был холост, я бы всё равно на него не взглянула.

На это много причин. Начиная с того, что он жестокий дракон, ненавидящий чёрных магов, заканчивая тем, что в его понятиях женщина стоит где-то между украшением интерьера и постельной принадлежностью.

Я человек простой, неприхотливый и изворотливый. Я не благородная леди и уж точно не честолюбивый маг, поэтому разрушить этот кукольный домик будет для меня... может, и не простой, но точно не морально истязающей задачей.

Я долгие годы жила на улице и через что только не прошла.

Неужели они правда думают, что я позволю себя держать, как собаку на цепи?

Ровно в семь вечера на пороге комнаты снова появилась Вэйлиэль.

Надела красное платье, собрала волосы в высокую причёску и наколола сбоку маленькую шляпку.

Ну кукла же. Прям вылитая.

Но наряжается она, увы, не для себя, а для Морвела, который плевать на неё хотел.

– Как себя чувствуете? – тоненьким голоском осведомляется, невинно хлопая небесными глазами.

– Знаете, – со вздохом начинаю я и, сцепив за спиной руки, делаю шаг в её сторону, – мы не с того начали наше знакомство. Я... – я поднимаю на неё честный взгляд, – искренне хочу с вами подружиться.

Глаза эльфийки победно засверкали.

Жертвы бывают двух видов. Первый – те, кто садится в угол и ноет без перерыва.
И второй, к которым я себя спокойно причисляю, – те, кто сначала немного пострадает, а потом вытирает слёзы, сжимает зубы и ищет выход.

Через час я сидела за длинным столом, полным еды, в окружении жены ненавистного дракона и её прихлебал.

Они щебетали, смеялись, обсуждали какие-то балы и драгоценности, а я сидела ни жива ни мертва, делая вид, что тоже часть этого «блистательного общества».

Моё липовое самообладание лопнуло, стоит взгляду скользнуть к девушке, сидящей напротив.

Сияющие серебристые локоны. Розовые щёки. Блеск на пухлых губах. Даже дыхание видно – лёгкое движение грудной клетки.

Но она мертва.

Это я чувствую сразу.

Сердце падает куда-то вниз.

Она сидит, разговаривает с соседкой, моргает, как нормальная женщина… но под её кожей нет тепла.

Я смотрю на Вэйлиэль, аккуратно прикусывающую зефир.