Мерзавец Высшей Академии

– И это ты мне говоришь об осторожности? – зловеще усмехнулся он, а после остановился, приблизившись вплотную.

Отступать было некуда. Позади меня оказалась дверь в ванную, а впереди – сексуальный мерзавец, который сегодня ночью явно поссорился с головой.

Блэквуд внимательно вглядывался в мое лицо, прижимая к двери, пока его ладонь занимала привычное положение у меня над головой.

– Я ничего не сделала… – судорожно ответила, чуть вздернув подбородок, отчего наши губы стали еще ближе.

Господи, что я творю?!

Лоренс опустил взгляд, а после коснулся моего подбородка свободной рукой, и по телу пробежала дрожь.

– Прекрати, – прошептала на выдохе, на мгновение закрыв глаза.

Сегодня днем мы уже совершили ошибку, едва не став разоблаченными, и больше не должны ее повторять…

Но вот он здесь, в моей комнате, непозволительно близко…

Решил наказать меня за инцидент со сферой? Разве я не достаточно расплатилась кровью?

Сколько еще он будет мучить меня, отравлять мою жизнь?!

– Я пришел сказать, чтобы ты держалась от Габриэля Мейза подальше.

Что?

От удивления мои губы приоткрылись, и Блэквуд зачарованно коснулся их, сминая подушечкой пальца.

– Сначала ты просишь держаться подальше от тебя, теперь от нашего ректора?

– Верно, – невозмутимо ответил он, и его пальцы скользнули ниже, невесомо очерчивая изгибы моей шеи, отчего становилось трудно дышать.

– Ты говорил, тебе нет дела…

– Я передумал, – твердо перебил он, и внутри что-то взволнованно колыхнулось, отзываясь опасным трепетом.

6.2

Я не знала, как на это реагировать, растерянно вглядываясь в надменное лицо.

В любом случае…

– Ты надышался маг-химикатов, если решил, что я стану слушать тебя, – прошептала, незаметно прикусив щеку изнутри.

– Станешь, – властно ответил он, подавшись вперед, и от нахлынувших эмоций у меня едва не потемнело в глазах.

Его близость опьяняла. Дыхание обжигало губы. Я чувствовала его горячее твердое тело и проклинала за то, что он ворвался в мою комнату посреди ночи, возомнив себя центром вселенной.

– С чего вдруг я должна это делать? – поинтересовалась скорее для того, чтобы хоть как-то отвлечь свои мысли, взявшие неверный курс.

– С того, что он опасный человек, и тебе следует держаться от него подальше.

Опасный?

Я судорожно выдохнула, не отводя глаз от лица Блэквуда. Он продолжал пристально смотреть на меня, ожидая утвердительного ответа. Вот только…

Что значит «опасный»?

Он бесспорно сильнейший и очень своенравный маг, но он не станет вредить своим ученикам. Слова Блэквуда вызывали во мне противоречивые чувства.

Это крайне странно.

– И еще потому… – вдруг задумчиво продолжил он, и мое сердце пропустило удар. – Что ты только моя, Фрэйз, моя игрушка!

Игрушка?!

– Только я могу издеваться над тобой, мучить тебя, унижать и использовать.

Рука сама взметнулась для пощечины, но этот подонок перехватил ее в воздухе прямо у своего лица и надменно усмехнулся.

– Иди к черту, Блэквуд… – с ненавистью прошептала я, ощутив, как на глаза наворачиваются слезы.

Как же я ненавидела его, как же презирала…

И как мне было больно слышать эти слова.

– Я тебе не игрушка для битья… – произнесла, едва узнавая свой хриплый голос. – И не стану плясать под твою дудку!

– Даже опомниться не успеешь, как сыграешь на ней губами, – пошло усмехнулся он, и я покраснела от злости и стыда.

– Мерзавец… – успела лишь произнести, и его губы неожиданно смяли мои в безумном пылком поцелуе, отчего я на мгновение перестала дышать.

Он вжимал меня в дверь, целуя так порывисто и самозабвенно, что разум сдавался в его плен, наслаждаясь грубой лаской.

Немыслимо…

Его поцелуй оказался губительней любого яда, не давая мне и шанса на сохранение самообладания.

Пальцы Блэквуда жадно впивались в мои бедра, слегка прижимая к себе, пока я боролась с собой.

Нет…

Это надо прекратить. Прямо сейчас.

С невероятным трудом я отстранилась, уперев ладони в его полуобнаженную грудь.

– Нельзя… – пылко прошептала, вглядываясь в невероятные голубые глаза, затуманенные поволокой страсти. – Это больше не должно повторяться.

Я вновь повторила его слова, желая напомнить ему о том, что произошло, и остановить это безумие.

– Я же сказал, что передумал, Фрэйз… – вкрадчиво произнес он, блуждая красноречивым взглядом по вырезу майки на моей груди. – Я не хочу это прекращать. Я хочу пользоваться тобой, раз никто больше не может подарить мне эти ощущения. К тому же, тебе самой это нравится не меньше меня.

Вот же…

Я для него просто вещь!

В душе что-то болезненно надорвалось, и меня одолело странное чувство, которое я не могла подпустить близко к сердцу.

– Блэквуд, черта с два, ты…

Внезапно в коридоре послышались шаги, и Лоренс рывком потянул меня на себя, а после втолкнул внутрь ванной комнаты, прижимая меня спиной к обратной стороне двери - и все это за считанные секунды, пока я учащенно дышала, застыв от ужаса.

В комнату кто-то вошел, и я вдруг услышала взволнованный голос Дэбры.

– Лан, я верну… – она оборвалась на полуслове, заметив, что меня нет. – Ушла куда-то?

Я зажмурилась, словно все это был страшный сон.

Блэквуд пристально смотрел мне в глаза, а его ладони лежали на моей талии. Он прижимался ко мне настолько тесно, что я отчетливо почувствовала его член, упиравшийся мне в живот сквозь ткань его шелковых брюк.

– Дэб, я в ванной… – громко произнесла я, и Лоренс многозначительно склонил голову, убивая меня взглядом. – Решила душ принять перед сном!

– Я все равно буду весь вечер изучать манускрипты, поэтому не торопись, – раздался ее приглушенный голос, и я вновь досадливо закрыла глаза.

Все плохо. Очень плохо.

Она не собирается ложиться спать.

Что делать?!

Блэквуд осторожно потянулся к замку на двери и закрыл его одним касанием, высвободив ману. Теперь никто не мог открыть эту дверь кроме него.

Предусмотрительно, но…

Внезапно он круто развернул меня, и я оказалась у противоположной стены прямо под лейкой душа, и с ухмылкой мерзавца открыл кран. На меня сверху хлынула прохладная вода, отчего я громко вскрикнула.

– У тебя там все в порядке? – послышался встревоженный голос Дэбры, и я со злостью уставилась на Лоренса, который явно издевался надо мной.

Ему что, совсем не страшно?!

– Воду неудачно настроила, – отозвалась, сверкнув уничтожающим взглядом.

Все и так было слишком, а он еще больше усложнял ситуацию.

– Ты что делаешь? – изумленно прошептала, ошарашено наблюдая, как Блэквуд раздевается, скидывая на каменный пол всю свою одежду.

– Помогаю тебе принять душ, – язвительно ответил он, а после его руки стали грубо меня раздевать.

Он спятил…

Совершенно точно спятил!

Заниматься этим здесь, пока за дверью находиться Дэбра, равносильно самоубийству, моему самоубийству.

Нас разоблачат!

Я едва не задохнулась, когда его ладони приподняли меня за обнаженные ягодицы, а мощное тело припечатало к холодному кафелю стены.

– Ты будешь играть по моим правилам, Лана… – хрипло прошептал он, а после одним рывком вошел в меня до предела, предусмотрительно зажав мне рот ладонью. – Все будет, как я захочу.

7.

Мы вновь делали это.

Вопреки всем запретам и здравому смыслу.

Я прогибалась в пояснице, подстраиваясь под глубокие толчки Лоренса Блэквуда, ритмично вбивающегося в мое тело.

Вода больше не казалась холодной. Все тело горело огнем. Прозрачные струи быстро стекали по нашим обнаженным телам, омывая каждый сантиметр кожи.

Я смотрела на Лоренса из-под опущенных ресниц, украдкой рассматривая мокрые пряди, прилипшие к его красивому лицу и делающие его взгляд еще более безумным, страстным и диким.

Он погубит меня…

Погубит нас.

Я непроизвольно вонзила ногти в его широкие плечи, оставляя следы, и до моих ушей донеслось страстное шипение.

Мне понравился этот звук!

Его влажная кожа призывно блестела, и мне вдруг захотелось коснуться ее губами, пройтись по ней кончиком языка, очерчивая рельефные мышцы груди, пресса, а после опуститься ниже и…

Нет, нельзя.

Я сходила с ума. Видела, как страсть искажает его лицо, как он приоткрывает свои чувственные губы, запрокидывает голову назад.

Он был великолепен в своем желании!

Я хотела его и ненавидела одновременно, проклиная за то, что он вообще появился в моей жизни.

Внезапно он перевел на меня свой испытующий взгляд, словно прочел мысли, а после наклонился ниже к моему лицу и тихо прошептал:

– Не кричи.

Он убрал ладонь, что все это время лежала на моих губах, приглушая сладострастные стоны.

– Иначе ты будешь виновата в том, что нас застукают.

Его вторая рука опустилась ниже, обхватывая мое бедро. И приняв более удобное положение, он усилил толчки.

Черт…

Он насаживал меня на себя с такой яростью и страстью, что у меня темнело в глазах.

Прохладные капли воды и гладкий кафель за спиной играли на контрасте разгорячённой кожи, усиливая возбуждение. Я кусала губы, сдерживая стоны, что против воли вырывались из горла под напором этого сексуального мерзавца, которому вновь не сумела отказать.

Слишком страстно, горячо…

Непостижимо!

Блэквуд неотрывно смотрел в мои глаза, пока в его взгляде играли голубые всполохи.

Внезапно я вздрогнула от резкой боли, почувствовав металлический вкус во рту. И Лоренс резко подался вперед, целуя мои раненые губы, а когда отстранился, я увидела на его губах каплю крови, что тут же смылась быстрыми струями воды.

Эта была настолько безумная, необъятная и всепоглощающая страсть…

Она напрочь лишала рассудка, гранича на острие безумия.

Трепетная дрожь пронизывала насквозь, пальцы Блэквуда до боли впивались в ягодицы, и мне это нравилось.

Я хотела, чтобы он не останавливался, чтобы продолжал так же грубо и неустанно вбиваться в меня, заставляя сходить с ума.

– Ты будешь моей, когда я захочу… – властно шептал он. Его губы искажались в злорадной улыбке, а по красивому лицу стекала вода. – Ты будешь стонать для меня, когда я попрошу.

Он шептал это, словно одержимый.

– Нет… – выдохнула, запрокидывая голову назад, и его пальцы чуть сильнее сжали мои ягодицы, тем самым слегка раздвигая их.

Мы оба были не в себе.

Но я смогла найти в себе силы, чтобы отказать ему, несмотря на то, что сейчас была готова на всё.

Моя ненависть, обида и боль оказались сильнее.

Я не могла проиграть ему и стать игрушкой, дешевой шлюхой для утех.

– Никогда, – прошептала на выдохе, озвучивая свои мысли, и он резко вышел из меня.

Голые ступни коснулись холодного пола, и я едва не застонала в голос.

Нет, нет…

Пожалуйста!

Одним рывком он развернул меня лицом к стене, раздвинув мои ноги коленом, а затем вошел сзади с невероятно хриплым стоном.

У меня закружилась голова.

– Да-а… – едва слышно прошептала, желая почувствовать его еще глубже.

– Ты станешь моей шлюхой, Фрэйз… – угрожающе прошипел он мне на ухо. – Хочешь ты того или нет!

А после продолжил вбиваться в меня с такой силой, что меня припечатывало грудью к стене, отчего чувствительные соски ритмично терлись о холодный кафель.

Его руки обхватывали мою талию, движения мощных бедер становились все более быстрыми, резкими, агрессивными…

Волна сокрушительного оргазма накрыла с головой, и Блэквуд успел зажать мне рот ладонью, пока я содрогалась в его пагубных объятиях, ощущая, как подкашиваются ноги.

– Тише, Фрэйз… – хрипло произнес он, обжигая дыханием шею сзади, а после убрал ладонь и продолжил свои движения, пока я с закрытыми глазами прижималась к стене, сходя с ума от наслаждения и эйфории.

Пару минут - и он кончил в меня с глухим рычанием.

Я чувствовала, как его член приятно пульсирует во мне, и слегка поерзала бедрами, отчего с его губ сорвался очередной тихий стон.

И вдруг поняла…

Ему это нужно больше, чем мне. А значит, посмотрим, кто кого использует, Блэквуд!

7.2.

Мы так и стояли под струями воды, не в силах отстраниться друг от друга и что-либо сказать.

Удары сердца становились тише, дыхание выравнивалось, мысли прояснялись.

Мы снова совершили ошибку…

Второй раз за день.

Блэквуд наконец-то отпрянул от моей спины, и я посмотрела на него через плечо.

Струи воды по-прежнему стекали по его лицу и шее, очерчивая обнаженную грудь, линии пресса, уходящие косыми мышцами вниз живота к внушительному достоинству, что все еще призывно стояло, приковывая взгляд.

Красив, словно демон.

На его губах внезапно отразилась надменная ухмылка, и я вдруг вспомнила, кто сейчас стоит передо мной…

Мерзавец высшей академии!

Неожиданно он протянул руку и развернул меня к себе лицом, отчего я неловко пошатнулась на подкашивающихся ногах. Затем взял мочалку, твердое мыло и стал вспенивать их в своих руках, бросая на меня заинтересованные взгляды.

Что он собирается делать?

Не успела я что-либо понять, как он прижал меня к себе за талию и начал нежно водить по моему телу мягкой губкой, растирая по коже ароматную пену.

Я застыла от изумления, не в силах отстраниться.

Было крайне непривычно ощущать проявление заботы от этого надменного аристократа.

Но, кажется…мне это нравилось.

Он блуждал по каждому участку моей кожи, следуя взглядом за мочалкой, при этом уделяя особое внимание ягодицам и бедрам, смывая следы бурного оргазма.

– У тебя красивое тело, Фрэйз… – вдруг произнес он, и я заглянула в его глаза, чувствуя, как сердце ускоряет ритм. – Соблазнительное, гладкое, нежное.

Он все это говорил, а я пыталась найти подвох.

Мочалка поднялась выше, медленно скользя по очертаниям моей груди, и вдруг неожиданно остановилась, пока Блэквуд задумчиво смотрел на мои губы.

– Но этот рот… – прошептал он, и подушечка его пальца коснулась моей раненой губы, с которой совсем недавно стекала кровь. – Принадлежит стерве, невероятно острой на язычок.

Я чуть вскинула подбородок, ощутив жгучую ненависть, что подобно возбуждению разливалась по венам, прожигая изнутри.

– Убирайся из моего душа, – яростно прошипела я, и он надменно усмехнулся.

– Прямо сейчас? – уточнил он, склонив голову набок. – Не боишься, что твоя подружка увидит меня? Или хочешь предложить ей присоединиться? Она красотка.

Вот же…

Я сжала губы, поморщившись от боли, что слегка привело меня в чувство, а Блэквуд отстранился, начиная намыливать себя.

Опершись о стену, я старалась держаться подальше, и тайком разглядывала его со стороны.

Лоренс имел прекрасное телосложение: тугие мышцы, рельефный пресс, узкая талия и стройные бедра делали его объектом вожделения всей женской половины нашей академии.

Невероятно хорош собой, вот только нрав его оставлял желать лучшего.

Я словно зачарованная смотрела, как мочалка скользит по его гладкой коже, желая выхватить ее из его рук и самой сделать всю работу, наслаждаясь ощущениями…

Ну, уж нет.

Я не стану его подстилкой, как другие девушки до меня.

То, что сегодня произошло – помешательство рассудка. И я, в отличие от него, не собираюсь это продолжать.

Блэквуд кинул мочалку на пол, а после закрыл глаза и подставил лицо под струи воды, словно наслаждаясь моментом, пока пена стекала с его сексуального стройного тела, утекая в слив.

Красуется, гад.

Я отстранилась от стены и встала под душ, желая подвинуть этого мерзавца и смыть с себя мыльные разводы, но он даже не двинулся с места.

Ладно.

Я подняла руки и стала торопливо промывать свои волосы, стараясь не обращать внимания на обнаженного красавца в моем душе. Вот только грудь предательски касалась набухшими сосками его кожи, и меня словно простреливало искрами, а взгляд Блэквуда делался темнее.

– Будешь здесь всю ночь сидеть, пока Дэбра не уснет, – мстительно произнесла я, а после отошла и взяла большое полотенце с вешалки, окутываясь им со всех сторон. – К слову, спать она ложится не раньше пяти утра.

Блэквуд нахмурился, угрожающе сжимая пальцы в кулаки, и я игриво подмигнула ему, чувствуя себя победителем.

Я развернулась и готова была уже уйти, оставив этого мерзавца одного, но он внезапно схватил меня за запястье и прижал к себе.

– У меня есть идея получше.

Что?

– Я выйду из этой ванны прямо сейчас.

8.

Он шутит?

Я растерянно смотрела в его пронзительные голубые глаза, пытаясь найти подвох.

Но, кажется, этот мерзавец говорил серьезно.

– Хочешь, чтобы нас обоих исключили? – произнесла под звуки струящейся воды, заглушающей наш разговор. – Это ты пришел ко мне, и это из-за тебя мы попали в эту ситуацию.

Блэквуд усмехнулся в привычной для него манере, и мне захотелось стереть с его лица эту надменную ухмылку.

– Ты не сильно-то возражала… – ответил он, и я сжала пальцы руки, которую он держал за запястье.

Подонок…

– Сейчас ты выйдешь из этой ванны и выпроводишь свою подружку из комнаты, – вкрадчиво проговорил он, продолжая сжимать мою руку. – Поняла меня, Фрэйз?

Я с ненавистью смотрела в его глаза, желая шарахнуть по нему запретным заклинанием, а после избавиться от тела, закопав где-нибудь в саду академии.

Немыслимая наглость…

Приперся ко мне посреди ночи, загнал в этот душ, перешел все возможные границы, а теперь еще и условия мне ставит?!

В голове вдруг возник коварный план.

Я могла бы согласиться сейчас, а после выйти из ванны и лечь спать, не сказав Дэбре ни слова, пока этот напыщенный кретин сидел бы здесь всю ночь, боясь высунуть свой аристократический зад.

Вот только это было чревато последствиями.

Что, если Дэбра зайдет в ванную, решив умыться перед сном? Или он как-нибудь выдаст свое присутствие здесь?

В любом случае, придется действовать так, как хочет он.

Ненавижу.

Все это время я неотрывно вглядывалась в лицо Блэквуда, судорожно размышляя о том, как поступить, но идеи не приходили в голову.

– Ладно, – покорно ответила я, подавшись слегка вперед. – Но если ты еще раз явишься в мою комнату, разгребать последствия будешь сам.

– Я в этом сомневаюсь, – иронично ответил он, и я на мгновение закрыла глаза, борясь с нахлынувшим гневом.

Лоренс отпустил мою руку, и я вновь одарила его уничтожающим взглядом.

– И поторопись, – командным тоном велел он, касаясь пальцами замка и снимая чары. – Не люблю ждать.

Он стоял передо мной абсолютно голый. Прозрачные капли воды соблазнительно переливались на его светлой коже, отражаясь в тусклом свете магического светильника.

Даже сейчас продолжает указывать мне, подчинять, преобладать надо мной…

Вот только времени на притязания не осталось.

Если Дэбра узнает о нас, то в скором времени может узнать и кто-то еще. Я не могла так рисковать, не могла допустить, чтобы о нашей связи стало кому-нибудь известно.

– Выключи душ, – прошептала я, и он сделал это щелчком пальцев, высвободив элементарное заклинание.

Я вышла из ванной комнаты, проклиная этот день и одного самовлюбленного, надменного и чересчур заносчивого аристократа, которого желала придушить.

Дэбра, как обычно, сидела возле своей кровати, разложив на полу старые манускрипты на совершенно непонятном мне языке. Порой она так сильно увлекалась всей этой «писаниной», что никого не замечала вокруг.

Вот только вряд ли она не заметит полуголого парня, выходящего из нашей ванны.

Так, надо собраться и все это прекратить. Мне нужно как-то выпроводить ее из комнаты.

В голову пришла лишь одна единственная мысль.

– Лана, уже вышла? – вяло поинтересовалась подруга, не поднимая головы.

– Да, – невзначай ответила я, присаживаясь на край своей постели, что располагалась в другом конце комнаты прямо напротив нее. – Знаешь, кажется, я все еще не пришла в себя.

Я начала издалека, и Дэбра подняла на меня вопросительный взгляд, отчего я невольно стушевалась, поправив края полотенца на своей груди.

– Ты выглядишь неважно, – задумчиво произнесла она, вынуждая меня до боли прикусить щеку изнутри. – И у тебя такое красное лицо. Лан, а что с губой?!

Каждое ее слово словно сжимало меня в тиски, заставляя потеть и оправдываться.

Врать оказалось непросто.

– Прикусила случайно, – быстро нашлась я с ответом, нелепо улыбнувшись.

Какой бред…

– Но вот голова ужасно болит. Ты не могла бы сходить к девочкам в соседнюю комнату и попросить у них какой-нибудь настой для меня?

Я умоляюще взглянула на нее, сжав пальцы на своем полотенце до побелевших костяшек.

– Конечно, – добродушно согласилась она, и я незаметно выдохнула, невольно покосившись на дверь в ванную комнату, из которой сочился свет.

Черт, Блэквуд!

Обычная маг-сфера реагировала на чье-либо присутствие и сейчас ярко светила в ванной комнате, безмолвно сообщая о том, что там кто-то есть.

Я молилась богам и рукописям Дэбры, чтобы она не обратила на это внимание.

– Вот только они, наверное, уже спят… – задумалась подруга, явно подыскивая альтернативу в своей голове.

– Шутишь что-ли? – нервно вырвалось у меня. – Они же учатся на маг-медицинском, а значит, никогда не спят. Вечно с учебниками и с синяками под глазами.

– Точно, – тихо рассмеялась она, а после поправила края своей мятой юбки, из-под которой виднелись стройные ножки в ажурных чулках, и направилась к выходу из комнаты.

Ну что за ангел?

Отправилась мне за лекарством, бросив все дела.

Стало невероятно стыдно перед Дэб.

– Скоро вернусь, – махнула она изящной ручкой, пока я неподвижно сидела на кровати.

Как вдруг резко остановилась напротив двери в ванную комнату, обернувшись через плечо, и я, кажется, перестала дышать.

– Хочешь чего-нибудь вкусненького? – заговорщицки произнесла она, и у меня на лице непроизвольно отразилась улыбка.

– Очень хочу, – искренне ответила я, и Дэбра очаровательно мне подмигнула, выходя из спальни.

За это ее «подмигивание» любой парень нашей академии отдал бы душу, а мне еще и пирожные достанутся в подарок.

Дэбра любила пробираться в буфет, где всегда оставалось что-нибудь вкусненькое, и таскала оттуда булочки. Мне нравилась эта ее странность. И я в очередной раз убедилась в том, как мне повезло с соседкой.

Как только дверь за ней захлопнулась, из ванной вышел Блэквуд, пронзая меня многозначительным взглядом.

Он уже был одет в свою шелковую одежду, а его белые волосы продолжали блестеть от влаги, напоминая о случившемся между нами в душе.

– Прочь, – четко произнесла я, и он иронично усмехнулся.

– Еще увидимся, Фрэйз, – кинул напоследок, и у меня по коже пробежала трепетная дрожь.

– К сожалению… – ответила я, прожигая взглядом его спину, которую так страстно царапала ногтями пару минут назад.

9.

Лоренс Блэквуд

Я не мог найти себе места.

Ярость клокотала, вырываясь наружу. Чувства собственности, злости и раздражения обострялись.