4 свадьбы вслепую, или Как снять проклятье

— Это специальное средство поможет тебе выдержать всех нас, — похоже, разговаривают со мной. — Как спалось?

Вроде уже столько всего неприятного и разного пережила за последние пару суток, но мне все равно было дико неловко лежать распластанной и раскрытой перед мужчинами. Словно в мужской гарем попала или монастырь. Они еще и массаж мне делают. Очень странно и смешно. Особенно если представить их в рясах и совершенно серьезных. Сидят вокруг обнаженной девушки и старательно не смотрят, куда нельзя.

— Спасибо, хорошо спалось, — неверным со сна голосом, очень вежливо ответила и не удержалась от улыбки. — А как поняли, что я проснулась.

— Ты покраснела, — весело ответил Перс, он дошел до подмышки и зачем-то втирал масло туда. — Улыбка тебе очень идет.

Он перебрался к лицу, профессионально нашел все массажные линии, был нежен и аккуратен. Мужчины, те, что снизу были уже в опасной близости от самого нежного местечка и иногда вскользь касались. Не сомневаюсь, что специально.

Я, как и просили, старалась расслабиться и получить удовольствие. В конце концов, ничего плохого мне не делают. А даже очень и очень приятно.

Напомнила себе в который раз, что взрослая давно, и про контракт тоже упомянула, так, для верности. Ведь неправильно все это: между людьми для стадии интимных отношений должна родиться любовь, а не деньги. Если не любовь, то хоть какие-то чувства должны быть. Теплоту, уважение, доверие. Мне казалось, что жениха своего, который лишил меня девственности, я любила, но он оставил после близости с собой омерзение, страх, стыд и боль.

Эти мужчины вызывают другие чувства. Смущение, нежность, желание, страсть. А уж таких неприятных ощущений, как омерзение и желание содрать с себя кожу в душе, у меня точно нет. Они будто выводят меня из зоны комфорта, желая раскрепостить меня, расширить мои горизонты, раскрыть во мне скрытую женщину: красивую, уверенную и желанную.

Кто-то добрался до груди и нежно ее массировал, тело стало, словно нехотя отзываться редкими приятными искорками, а там, где масло уже нанесли, нагревалась кожа. Кто-то кружил ладонями по животу. Пуховка куда-то делась. А потом меня перевернули и снова начали с конечностей.

Перс перешел на спину, а, наверное, Дем, занялся ягодицами, положив под живот подушку, чтобы попа выше была. Он их долго разминал, тер и разводил в стороны, это смущало больше всего, так как еще мужчина касался ануса и несколько раз кружил вокруг него, проводил ребром ладони вверх-вниз.

— Тебе нравится, Силайн?

После долгой, расслабленной тишины вопрос застал врасплох, но я тут же ответила:

— Да, мне приятно, — я уже практически не смущалась, а прислушавшись к ощущениям, добавила, — кожа нагревается и покалывает в некоторых местах.

— Так и должно быть, вскоре тебе станет жарко.

— Рей, займись своим десертом, а потом я снова попку разомну. Зажимается она сильно. Возбуди ее максимально, чтобы наша леди совсем расслабилась. Ты же постараешься, Лайна? — так же мое имя сокращали родные.

— Да, — хотела ответить уверенно, а получилось жалко.

Мне казалось, я расслабилась, но, видимо, недостаточно.

— У меня ладонь так и чешется хорошенько отшлепать тебя. Не доводи меня, девочка. Поворачивайся на спину и раздвинь пошире ноги. Рей тебе интимный массаж организует, он у нас спец.

Я выполнила все в точности. После отповеди напряжение возросло. Кто-то взял мою руку и стал разжимать пальцы. Я мигом расслабила руки, не заметила, как сжала их в кулаки.

— Ну точно, отшлепаю.

— Извините, просто кожу сильнее жечь начинает. И вы обещали меня не бить.

— Отлично, значит, Рей в нужное время в нужном месте оказался, — голос говорившего был довольным.

Рей начал с лобка, круговыми движениями, спускался ниже. Его пальцы были скользкими и горячими. Он нежно гладил мои интимные складочки, кружил вокруг клитора и входа. От этого массажа я сдалась на милость телу. Он так приятно скользил по интимному местечку, что я действительно растеклась по кровати и дышала уже гораздо тяжелей.

— Ну вот, смотрите, ей нравится. Губки набухли, стали сочные и потекла наша киса.

Двумя пальцами он сжал клитор, и стон сорвался с губ, в это время сначала один палец проник в меня, потом еще один. Я хорошо чувствовала крышесносное растяжение. Это что-то невероятное.

— Ммм, какие звуки, — он специально смущает меня, озвучивая такое. — Мне очень нравится.

Становилось не просто жарко, хотелось прикосновений, поцелуев и, возможно, большего. Лежать спокойно не было мочи, и бедра сами стремились навстречу пальцам, и тому удовольствию, что они дарили.

— Ден, может, позже попку обработаешь?

— Нет, сейчас. Встань на четвереньки.

Рей уже испарился, а мне очень не хватало его горячих и волнующих прикосновений. Внизу все горело и ныло. Выполнив приказ, замерла в ожидании. Мне надавили на поясницу.

— Прогнись, ноги шире. Хорошая девочка. Главное, не напрягайся, и тебе даже приятно будет, а если мы везунчики, то кончить сможешь, анально.

И его руки легли на ягодицы. Краем сознания я ощутила, что меня гладят вдоль позвоночника и массируют затылок. Но все остальное внимание было сконцентрировано на том, как пальцы скользят по анусу. Гладят ягодицы и замирают на них, а большие пальцы, упираясь в дырочку, ходят кругами, иногда надавливая. Это продолжалось долго. Настолько долго, что я настолько расслабилась, что не сразу осознала проникновение в попу.

А этот любитель уже что-то довольно мурлычет. Его палец спокойно ходит туда-сюда, вызывая чувственный зуд. Зуд желания насадиться на эти пальцы сильнее, для увеличения остроты ощущений. Я еле удерживалась на месте. Прикосновение к клитору было как удар током. А потом меня подняли и усадили верхом, сразу насаживая на возбужденный член Дема, к счастью, не попкой. Это было ошеломительно приятно. Я вскрикнула и замерла в эйфории. Но меня стали подгонять, крепко удерживая за бедра.

— Двигайся крошка, ты такая горячая и сочная внутри, что кончу я быстро. Двигайся так, как тебе понравится. Я помогу, — голос звучал напряженно.

Мужчина приподнимал меня, и сам двигал бедрами навстречу. Вверх-вниз, и я послушно скакала на нем. Каждый раз проникая глубоко в лоно, Дем будто задевал заветную кнопочку под названием "сладкое удовольствие". Потом он показал мне, что можно просто скользить вперед-назад. Так стало еще приятнее. Меня пронзало сладкой молнией, и я сама задавала темп, поскуливая от невыносимого наслаждения. Сильные руки притянули меня вниз для поцелуев жарких, страстных, глубоких. Я же продолжая скользить, чувствуя, как нарастает нечто огромное и бушующее внутри меня, ускоряла темп и сама жадно льнула к губам любовника.

— Какая ты сладкая, Лайна.

Про остальных я и не вспоминала до тех пор, пока Дем, приподнимая бедра навстречу моим движениям, не застонал по-особенному. Его семя жаркими толчками разливалось внутри. Внутри меня что-то взорвалось, я чувствовала пульсацию в теле. По животу, ногам и всему телу растекались волны невероятной истомы.

Я еще не отошла от полета, когда меня быстро переместили, снова поставив на четвереньки. Сзади оказался, как позже выяснилось, Гай. Ему тоже хватило минут пятнадцати, но за это время мужчина успел поменять с десяток поз, и делал это так ловко, что ни разу не выскользнул из меня.

Остальные были более консервативны в позах. Рей предпочел поставить меня на пол. Руками я упиралась в кровать, а Перс уложил на спину, а сам устроился сверху. Долго целовал меня, а потом не разрывая поцелуя, заставил мои ноги сомкнуться у него на пояснице. Только после этого он медленно вошел. Его движения были неспешными, глубокими и очень приятными. Я тихо млела, постанывая от удовольствия и сил на встречные движения у меня уже не было. А так хотелось ловить эти ощущения на пике, в глубине. Он целовал мне шею, и я целовала в ответ туда, куда могла дотянуться, то в ухо, то в волосы.

Зато руками я с удовольствием осязала крепкие мужские плечи, руки, спину и ягодицы. Вся кожа горела, любые прикосновения вызывали новую волну желания. Я сама себе казалась оголенным нервом и отдавалась этим мужчинам без остатка. Вот и Перс закончил тяжело дыша. А мне хотелось еще. В тот момент, когда он пульсировал внутри, я чувствовала, что сама на грани, но по какой-то причине не смогла перешагнуть ее, будто чего-то не хватало. Разочарованный стон сам собой сорвался с моих губ.

— Не расстраивайся, милая. Нас много, и мы не оставим девушку в беде, — весело балагурил довольный голос Рея.

И правда, не оставили. Подхватили на руки и понесли в душ. В душевой кабинке были трое я, Рей и, вроде бы, Гай. Рей, стоя за спиной, намыливал меня спустя рукава. Этот балагур больше ласкал там внизу, а Гай доказывал, что целуется лучше всех из четверки, его руки бродили по телу изучающе. Вскоре я снова почувствовала ту грань и задышала чаще. И тогда Рей вошел в меня, оставив клитор чутким пальцам Гая. Это было слишком. Сильные, резкие толчки вызывали искры восторга, а касания пальцев к набухшим и крайне чувствительным складочкам очень быстро скинули в пропасть. От удовольствия я привстала на носочки, опираясь на Гая, а Рей все продолжал толчки, вызывая все новые и новые искры удовольствия.

Ноги мои ослабли, и я на ком-то повисла. Благо все “Псы” сильные и висеть на них можно долго. Меня высушили полотенцем и унесли в кровать, простыни оказались чистыми и аж скрипели подо мной.

— Пить будешь, крошка? — голос Перса, и к губам прикоснулось прохладное стекло бокала, а в нем был сок с освежающей и бодрящей кислинкой.

— Ты умница, справилась, — он погладил меня по голове, как маленькую. — Мы боялись затягивать процесс, а в итоге тебе оказалось мало. Предстоит приноровиться и изучить друг друга.

— Перекусим? — это бодрый голос Рея.

Губ коснулось что-то влажное, и я открыла рот. Ягода. Клубника ароматная и сладкая.

— В следующий раз, — это уже Дем, — я опробую твой очаровательный зад, куколка.

Вот же любитель! Далась ему моя попа. Пусть сегодняшние ласки были довольно приятны, но все же это противоестественно.

— Не морщи свой очаровательный носик, сначала мы его хорошо подготовим, благо время есть. Я не хочу сделать тебе больно. Но ты — малышка умная, если не захочешь себе навредить, то и сопротивляться не станешь.

Глава 8. Неприличные эксперименты

21.03.3003.

Следующий день начался с нежных поцелуев. Кажется, я начинаю привыкать к своему гарему. Улыбнулась в ответ своим мыслям. Прислушалась к ощущениям. Чувствовала себя удивительно хорошо. Выспалась, в теле блаженная легкость, однако это было до той поры, пока я не пошевелилась. Мышцы вроде и не болели, но не очень-то слушались, что не удивительно: такой нагрузки у меня никогда не было. Замерла и постаралась прислушаться к дару. Так, двое в соседней комнате вроде бы готовят завтрак, их выдали запахи и звуки. Двое со мной, целуют. И это Рей и Гай. Лиц почти не вижу, то есть вижу иногда, но смутно и не могу сосредоточить внимание. Они будто плывут и не хотят быть четкими и понятными.

— Просыпайся, соня! — мурлыкал мне на ушко Рей, поглаживая спину от плеч до нижней границы ягодиц, так как лежала я на животе.

Гай тоже не испытывал ровным счетом никакого стеснения, оглаживая обнаженные полупопия, а еще проходился ладонью между ножек, касаясь нежного и жаркого местечка.

— Рей, у тебя важное дело есть, прямо сейчас, — выгонял того с кровати Гай.

— Ладно, ладно, ухожу, наслаждайтесь, но завтра уйдешь ты.

— Что это было? — поинтересовалась я, когда поняла, что парень все-таки ушел.

— Мы решили, чтобы не пугать тебя, по утрам будем у тебя по одному. Кинули жребий.

Больше он не говорил, был нежен и напорист, долго целовал и ласкал меня прежде, чем перейти к основному действу. А мне к тому времени уже не терпелось, хоть я и старалась скрывать свои желания. Новые ощущения удивляли и радовали меня. Значит, я нормальная женщина, способная возбуждаться и получать удовольствие в постели. А не только быть “фригидным бревном”, как говаривал жених.

Мой жених ничего подобного не делал, не был таким предупредительным и нежным. Сейчас я горела в руках Гая, без их волшебного масла. Мне понравилось, очень. Настолько все понравилось, что позже, в душе, я напевала, а потом с удовольствием разглядывала себя в зеркале. Видела улыбку на своем лице. Да, настроение мне подняли профессионально. Осталось выйти к завтраку, где с меня скинут полотенце, без него мне все еще неуютно. Только сердечко выбивает дробь уже не от страха, а от волнительного предвкушения. Что еще они придумают для меня? Я менялась и чувствовала это.

Стоило посвежевшей мне выйти из ванной в новой повязке на глазах и неизменном полотенце, как меня за руку подвели к дивану, коленки уперлись в мягкое сиденье.

Кто-то поймал вторую руку и потянул на себя.

— Сядь-ка ко мне на колени, — я устроилась боком, как же трудно ориентироваться в пространстве, когда ничего не видишь и даже не знаешь, как и что расположено. — Вот держи.

Мне в руки дали продолговатый предмет длиной и шириной с мой большой палец, будто бархатный на ощупь. Он имел небольшое утолщение, с одной стороны, и заканчивался плоской округлостью, может, подставкой, с другой стороны. Пока я пыталась понять, что за странный предмет у меня в руках, мне пояснили:

— Это анальная втулка. Сегодня она будет радовать твою попку, — руки дрогнули, и штуковина выпала у меня из рук. — Нет-нет, это совсем нестрашно. Больно не будет, обещаю, — Дем стал целовать мне шею и искушающе шептать. — Будет сладко, будет откровенно неловко, когда я раскрою твою попку и аккуратно, нежно вставлю в нее вибратор. Тебе ведь уже стыдно? Вижу, как светятся ушки. Мы любим анальные игры, так что привыкай. Ну, не трясись ты так, — последние слова прозвучали приказом.

Меня действительно стало колотить. Раньше никогда не интересовалась такими забавами, но где-то слышала, что в попу больно и вот результат. Интересно, если Дему то же самое сказать, он сильно обрадуется? Представить такое мой мозг отказался, и я решилась довериться. И вообще, где там во мне раскованная женщина. Нда, пока она, где-то очень глубоко.

— Что нужно делать? — набралась я смелости.

— Умничка. Мне нужно, чтобы ты, сладкая Силь, легла ко мне на колени, — сильные руки помогали устроиться. — Вот так, я держу. Нет, животом вниз, на моих коленях должна оказаться твоя задница. Тебя ждет нечто интересное. Помни, главное настрой, а еще расслабь мышцы, дыши глубоко. Мы тебе поможем.

Это их завуалированное “расслабься и получай удовольствие” уже оскомину набило, ррр. И почему мне захотелось его стукнуть?

И ведь, действительно, помогли — полотенца лишили, очередного. Клептоманы.

Когда легла, как сказали, попой кверху, кто-то заботливо подложил мне под голову маленькую подушечку, только все равно, поза казалась неуютной. Короче, “каком кверху”. И где я такое слышала? Не помню. От этих глупых мыслей захотелось глупо хихикать, но я сдержалась и старалась следовать инструкциям, подобно послушной обезьянке. Ужасаюсь сама себе.

— Мы заметили, что массаж тебя хорошо расслабляет. Поэтому Рей и Гай будут на подхвате, — я поняла, что молчаливый Гай сидел прямо на полу, рядом с диваном и гладил мне спину, шею, размеренными движениями.

Рей сел на диван и уложил ступни себе на ноги, колени мои при этом упирались в диван.

— Ты уже различаешь нас по голосам? — спросил Дем.

— Да, различаю, почти всегда.

— Это радует. Сейчас смажем гелем твою дырочку, он прохладный. А теперь не сжимайся, дыши спокойно.

Он неспешно выводил круги несколько минут. Я морально готовилась к вторжению инородного тела. Почувствовав попытку проникновения невольно напряглась, почти сразу постаралась расслабиться. Чьи-то пальцы стали касаться клитора и влажных складочек, отвлекая этим, и вскоре вибратор занял, а точнее, заткнул меня с той стороны. Некстати подумалось о естественных надобностях организма. Я вздохнула. Руки мужчин продолжали меня поглаживать.

— Вот и отлично, теперь встань на ноги и скажи, что чувствуешь.

Это штучка сильно мешала и отвлекала, и я то и дело замирала, прислушиваясь к ощущениям, но в итоге все же выпрямилась.

— Ощущаю дискомфорт.

— Но тебе интересно?

— Немного, — ответила осторожно, боюсь я их экспериментов.

— Отлично, теперь можно и позавтракать.

Меня вновь усадили на колени, да так, что я остро ощутила инородный предмет. Через некоторое время, к своему удивлению, поняла, что меня это возбуждает. Сильно. Бедрами ощутила выступившую влагу и сжала ноги плотней.

Кормили меня с рук. Похоже, парни считают, что сама я не смогу или, что более вероятно, им нравилось играть в меня, словно в куклу. На завтрак были блинчики, сок и фрукты. Когда я, наевшись, пила нечто прохладное с лимонной кислинкой и мятной свежестью, неожиданно заработал вибратор, который так и находился у меня в известном месте. От шока я окатила Перса, сидевшего передо мной, прыснув жидкостью, которую только что набрала в рот.

— Вот это эффект! — восхищенно протянул Рей.

Я испугалась наказания, замерла. Хотя уже знала, эти не станут свою злость срывать на мне. Рефлексы. Как их вытравить?

— Пойду в душ, — как-то обречено у Перса получилось.

— Тебе так понравился вибратор в заднице? Тогда я тоже хочу как-нибудь пристроить в тебя игрушку, Силь! — хохмил Рей, попутно вытирая то безобразие вокруг, которое я устроила.

Я снова пользовалась своими тайными умениями. Мутная тень двигалась у пола. Шуршание и шорохи вторили видениям. Гай продолжал расслабленно доедать завтрак.

— Крошка, раздвинь ножки. Я помыл пол вместо тебя, мне нужна компенсация. Хочу видеть тебя раскрытой. Ты там такая соблазнительная, — его голос сочился удовольствием. — Заодно посмотрим, как держишь в своей очаровательной попке пробку.

Они постоянно выводили меня из зоны комфорта. Я боялась пошевелиться, казалось, выроню затычку. Ну и самой раздвинуть бедра перед мужчиной, который сидит напротив коленей, было чем-то запредельным.

— Вообще малышка, — продолжил, будто размышляя, он, — один твой вид невинной беззащитности, вызывает дикое желание. Мы как весенние коты бродим вокруг тебя, изнывая от ломоты в яйцах, но не хотим пугать излишним напором. Потому как ты, итак, вечно напугана. Постарайся поскорее принять нас и доверься. Свои обещания мы сдержим. Мы делаем все, чтобы тебе было с нами комфортнее. Не так много времени в нашем распоряжении, так что давай не будем омрачать это время неприятными чувствами.

Да, мама часто говорила, что надо уметь радоваться жизни здесь и сейчас, а я давно забыла, как это делается. Буквально со дня их смерти, когда мне резко пришлось повзрослеть и стать серьезной, рассудительной. Тогда на меня навалились все проблемы разом. Все равно в то непростое время я с иронией взирала на жизнь. Рей прав, веду себя словно забитый котенок.

Я медленно раздвинула колени, позволяя ему смотреть на себя, испытывая, прилив крови к низу живота, боль острого желания. Больше всего чувствовался лишний предмет во мне, который уже несколько минут не подавал признаков жизни и чуть не выскользнул наружу. Пришлось с силой сжать мышцы.

— Ммм, какая красота! — восхищенно протянул Рей.

Я почувствовала, как его пальцы проникают внутрь, вызывая сладкий спазм мышц. Невольно выпрямилась и выгнулась на руках у Гая, хватаясь за его плечи.

— Замечательно.

Что именно понравилось Рею, не знаю. Он сделал несколько движений, вызывая дурманяще-приятные волны и неожиданно выскользнул. А мне захотелось немедленно вернуть его пальцы на место, но я подавила неуместный порыв.

— Ты уже наелась? — вдруг спросил мой мучитель.

— Да, — мой голос был глух, будто простужен.

— Отлично, — бодро откликнулся Рей, — тогда вместо полотенца давай накинем на тебя вот эту прозрачную штучку и пойдем на разведку, а после мы покинем тебя на три часа. Ты разомнешь свои ножки и глазки. Только обещай не делать глупостей, пока нас не будет.

Он помог одеть нечто невесомое на тонких бретелях, едва-едва прикрывающее зад. Мужчина повел меня вдоль стены, касаясь моей рукой под его ладонью гладкой поверхности.

Глава 9. Свобода и нападение

Мы ходили по дому, заходя во все комнаты, мужчина комментировал все, что видел, хохмил, старался разбавить мое напряжение. А я была на грани, не могла дождаться, когда они уже уедут и оставят меня одну. Может, от этого воздух густел, с трудом попадал в легкие, и я почти не вникала в слова Рея. Я предвкушала.

— Это снова наша гостиная, — мы вернулись в комнату, где обычно ели, и мои пальцы почувствовали препятствие. — Здесь выход на улицу, двери всегда открыты, — мужчина переместился ко мне за спину и обнял за талию руками, тесно прижав к себе. — Почувствуй себя дома, осмотрись, на кухне есть чем перекусить. В общем, не скучай. И еще. Мы оставим тебе мнем, у него есть связь со спутником, и мы можем позвонить тебе. Так что сегодня не уходи далеко от дома. Можешь купаться, загорать, только давай без этих тряпочек, хочу, чтобы на тебе был равномерный загар. В ванной есть средства до и после загара, воспользуйся, нам не нужно, чтобы ты обгорела. Повязку, как и договорились, ты снимешь, но не вынимай затычку из попы, я сделаю это сам.

Блин, а если я в туалет захочу?

— Эээ, а как же физиологические надобности? — волнуясь спросила.

— Если уж приспичит, придется вынуть, но потом верни на место. Желательно, чтобы ты была очень возбуждена к нашему приезду.

Он замолчал. Просто стоял за спиной и тихо обнимал меня. Это было чем-то за гранью контракта. Веяло нежностью, теплом и тоской. Несколько минут и иллюзия схлынула, его руки ожили, мягко обхватили грудь, погладили и спустились к лобку. Одна рука осталась на талии, будто удерживая меня, другая скользнула по нижним губкам, раздвигая и снова погружаясь в меня.

— У тебя потрясающе красивая грудь! Готов вечность смотреть на тебя обнаженную. Как же я тебя хочу, — его хриплый шепот буквально обжег ухо, возбуждая, и я откинула голову ему на плечо, подставляя свое тело сильным рукам. — Ты сладкая, малышка, но нам пора, — он вынул пальцы из горячего лона, и я услышала его шумный вдох. — А как пахнешь!

— Повязку снимешь через пару минут, после нашего ухода.

Нет, я столько не выдержу, уже мечтаю сорвать с глаз эту, надоевшую до зубовного скрежета, тряпку.

Он подвел меня к дивану и усадил. Нежно поцеловал в губы быстрым, сочным поцелуем и отошел. Остальные трое тоже молча чмокнули меня кто куда и, наконец-то, ушли. Я смотрела им вслед, не глазами, конечно. Когда они скрылись за домом, откинулась на спинку дивана и расслабилась. Неужели я осталась одна и скоро смогу видеть. Решила быть сильной и послушной. У меня контракт, и я его не нарушу, как бы меня не подмывало воспротивиться.

Внезапный звук разрезал размеренный шум прибоя и редкие крики далеких птиц. Мне прислали сообщение, что все, я в одиночестве. Ура! Зачем было так громко включать звук? Сняла маску, но осталась сидеть на диване, не веря тому, что я одна. Прошло всего-то два дня, а ощущение, что целая жизнь. Глаза как раз привыкли к освещению, пора.

Я поднялась и пошла туда, где манил, призывно сверкая на солнце, океан. Оставила мнем лежать на столике, а сама выпорхнула из дома нетерпеливой птичкой.

Итак, я на тропическом острове в полном одиночестве. Кругом солнце, белоснежный песок и лазурная гладь воды. Столько света и цвета. Вон там, вдалеке виднеются скалы, а до них тропический лес, пальмы, какие-то разлапистые деревья и цветущие кусты. Слышны громкие крики и более тихие чириканья на все голоса разных птиц, цветное оперение которых то тут, то там виднелось в листве. Здесь хорошо, я улыбалась во весь рот, да что там рот, я душой улыбалась и впитывала в себя эту райскую красоту, старательно складывая в ячейки памяти, чтобы в горькие минуты одиночества вспомнить и улыбнуться.

Шагнула вперед и пальцами ног зарылась в горячий песок, улыбнулась шире и зажмурилась от удовольствия. Так, мальчикам нужен ровный загар, и я, скинув прозрачную тряпочку, бросила ее на пороге дома, а сама пошла к воде.