Смысл жизни

ГЛАВА 1

Вечером в пятницу в супермаркете было не пропихнуться. Огромный магазин гудел, как разворошенный улей. Запахи свежей выпечки смешивались с запахами бытовой химии, а многочисленные звуки – писк сканера, скрип колесиков тележек по полу и голоса покупателей – соединились в общую нестройную какофонию. Люди спешили наполнить свои корзины продуктами и поскорее добраться до дома, чтобы насладиться, наконец, двумя заслуженными после трудовой недели выходными.

– Интересно, а я понравлюсь твоим родителям? – Юля стояла у полки с тортами и водила пальцем по цветастым этикеткам на прозрачных пластиковых коробках.

– А почему ты должна им не понравится? – удивился Эдуард, стоящий чуть позади девушки в терпеливом ожидании, пока она определиться с выбором.

– Твоей маме нравится безе? Я так люблю «Графские развалины»! – Юля вытащила упаковку со стеллажа и изучала состав.

– Кажется, она любит «Наполеон», – почесал макушку ее спутник. – Но я не уверен…

– Ну, «Наполеон», так «Наполеон», – девушка обернулась и застенчиво улыбнулась ему. – Вот этот наисвежайший. Берем?

– Берем! – кивнул Эдуард и посмотрел на наручные часы. – Надо поторопиться. Мама терпеть не может, когда опаздывают.

– В этом ты весь в нее, Эдик! – хохотнула Юля, опустив торт в корзину. – На кассу?

Эдуард взялся за ручку, развернул тележку и воткнулся в длинную очередь. Юля пристроилась рядом, взяв его под руку.

– Так почему ты думаешь, что не понравишься моим родителям? – очередь двигалась бесконечно медленно.

– Да не думаю я так... Просто волнуюсь, – Юля уткнулась носом в рукав пиджака Эдика чуть повыше локтя. – Ты вон весь такой важный… Доктор наук… В университете преподаешь…

– Вообще, я еще не защитил докторскую. Только собираюсь, – поправил ее молодой человек.

– Да не суть, – отмахнулась девушка. – Боюсь, они решат, что я тебе не ровня…

– Не говори глупостей! – Эдуард ласково клюнул ее в макушку. – Я же тебя полюбил, значит и они полюбят.

– Все равно мне жутко страшно! – Юля поежилась, представив, что уже скоро родители возлюбленного будут изучать ее, будто под микроскопом.

– Поверь, тебе не стоит беспокоится! – постарался успокоить девушку Эдуард. – У меня мировые мама и папа. Они тебе понравятся. Я уверен!

– Ладно… Я постараюсь прямо сейчас взять себя в руки и перестать нервничать, – Юля развела руки в стороны, сделала глубокий вдох и громко выдохнула.

– Юля, люди же вокруг, – одернул ее Эдик.

– Ты иногда бываешь таким занудой, – девушка ущипнула его через пиджак. – О! Смотри! Вон там сейчас касса откроется. Бежим!

Девушка, распихивая уже успевших состариться в бесконечной очереди покупателей, рванула вперед.

– Простите, – какой-то мужчина охнул, когда она отдавила ему ногу.

Эдик едва поспевал за Юлей, катя перед собой тележку и раздавая извинения направо и налево.

– У вас только торт? – спросила удивленно полная женщина на кассе, когда молодые люди опустошили свою тележку.

– Еще пакет, – Юля сорвала один из-под кассы.

Пикнул сканер, затем терминал оповестил об оплате, и душный супермаркет, наконец, выпустил молодых людей из своих лап.

Машина Эдуарда влилась в стройный поток городской пробки. То тут, то там раздраженно гудели клаксоны, из открытых окон раздавались нервные окрики водителей. Все спешили по домам, сгорая от нетерпения в душном мареве майского зноя. Заходящее солнце, слепящее в лобовое стекло, растянуло длинные лиловые тени от домов, окрасив город в тревожные, предвечерние тона. Весна в этом году выдалась ранняя и жаркая.

Юля максимально отодвинула пассажирское кресло, закинула свои стройные ноги на панель, предварительно избавившись от босоножек, и окунулась в социальные сети на своем телефоне. Эдик недовольно покосился на девушку. Он терпеть не мог, когда она так делала. На начищенном пластике потом оставались разводы. Но увидев, как аппетитно при этом задрался подол платья, оголив бедро, плотоядно усмехнулся.

– Знаю, знаю… – проворчала Юля, поймав его взгляд. – Даже не начинай! Я отработала полную смену в кафешке. Ноги гудят просто от усталости!

– Я ничего не сказал, – попытался оправдаться Эдуард.

– Я услышала твои мысли, а твой взгляд едва не прожег во мне дыру! – парировала девушка.

– Ну… Возможно ты его неправильно истолковала на этот раз, – он протянул руку и погладил возлюбленную по обнаженной коленке. Кожа под его пальцами была прохладной и бархатистой.

– У кого-то игривое настроение? – Юля убрала телефон, сняла ноги с панели и подтянула их к груди. – Даже не верится, что мне удалось заполучить самого желанного холостяка во всем универе!

Она ласково прильнула к плечу Эдика.

– Прямо так и самого… – смутился молодой человек.

– Ты что?! – замахала руками Юля. – Да все девчонки только твою сексуальную задницу и обсуждают на переменах. Я сама слышала недавно в туалете. Одна такая говорит: «Эдуард Павлович такой красавчик! Дух захватывает, как он смотрит!».

Юля ущипнула Эдика через джинсы.

– Ай! – он едва не потерял управление. – Я за рулем вообще-то!

– А нечего студенткам глазки строить! – надула губки Юля. – Мне прямо хотелось в тот момент выскочить из кабинки и космы этой девахе выдрать!

– Юль, ну что за дикость? – нахмурился Эдуард. – Никому я ничего не строю. Не хватало еще, чтобы ты из-за меня драку в университете затеяла!

– Это ж я только так подумала, – успокоила его Юля. – Я прекрасно знаю, что о наших отношениях не должна знать ни одна живая душа в стенах ВУЗа.

– Потому что… – Эдик подтолкнул возлюбленную продолжить мысль.

– Потому что ты преподаватель, я студентка, и мы не можем встречаться, иначе тебя могут уволить. Бред какой-то! – фыркнула девушка.

– Это не бред, а профессиональная этика, – поправил ее Эдик. Он провел рукой по рулю, смахивая невидимую пылинку.

– Мы же не в школе! Мне двадцать три! Я взрослый человек. Могу спать, с кем хочу!

– Ты да, а я нет, – машина свернула, наконец, во двор многоэтажного дома. Старый двор, уютный и тесный, с разбитыми по периметру клумбами, где яркими пятнами полыхали первые тюльпаны. – Потерпи еще немного. Через месяц защитишь диплом, и можно будет больше не прятаться.

– Скорее бы уже! Мне прям не терпится рассказать девчонкам из группы, что мы вместе. А то бесит, что они на тебя слюни пускают, а я не могу с этим ничего поделать.

Эдуард закатил глаза и усмехнулся. Он аккуратно запарковал автомобиль на собственном парковочном месте во дворе и заглушил мотор. Тишина в салоне наступила внезапная, звенящая, нарушаемая лишь отдаленным лаем собаки.

– Бррр… – поежилась Юля. – Что-то мне страшно…

– Ну что такое? – обнял ее Эдик. – У меня абсолютно адекватные родители. Все будет хорошо.

– Я даже не представляю, как мне себя вести, что можно говорить, что нельзя…

– Единственное табу в нашем доме, это моя сестра. О ней лучше не спрашивать, а то мама начнет нервничать. На остальные темы можешь спокойно общаться.

– Ох, легко сказать… – прикусила нижнюю губу Юля. Она поправила складки на своем летнем платье, нервный жест, выдававший всю глубину ее переживаний.

– Просто будь собой и все! – он чмокнул девушку в макушку. – Идем?

– Идем, – тяжело вздохнула девушка и открыла дверь.

Эдик достал с заднего сиденья торт, поставил машину за сигнализацию и обнял любимую за талию. Его взгляд скользнул по окнам квартиры на третьем этаже, где он жил вместе с родителями, и заметил, что штора на кухне дрогнула. Тут же от нее метнулся темный силуэт. Мама, видимо, поняла, что ее заметили, поэтому ретировалась. Эдик чувствовал, что она волновалась сейчас не меньше Юли, ведь сегодня ее сын впервые за свои двадцать девять лет привел в дом девушку.

ЗНАКОМЬТЕСЬ С ГЕРОЯМИ

Эдуард (29 лет). Молодой преподаватель в университете, будущий доктор наук. Педантичный, правильный, умный и симпатичный. Живет с родителями в их большой квартире. Любящий сын, хороший парень. Мамина надежда и опора.

Юля (23 года), студенка, любимая девушка Эдуарда. Будущий адвокат. Молодая, симпатичная, активная, жизнерадостая, эмоциональная, непосредственная. Готовится к защите диплома, подрабатывает официанткой в кафе. Живет с подругой-одногруппницей на съемной квартире.

ГЛАВА 2

Вера не просто волновалась, она не находила себе места. Ее удивляло, как Павел мог оставаться спокойным в такой ответственный момент. Его совсем не волновала судьба сына или что?

– Павлик! – рявкнула она, заставив мужа вздрогнуть от неожиданности. – Что ты сидишь? Приехали!

Мужчина подскочил, сорвался с места и заметался по комнате. Жена по случаю знакомства с девушкой сына обрядила его в жутко неудобный костюм, который, кажется, стал ему маловат. Еще и галстук заставила завязать. К чему такой официоз? Он не понимал, из-за чего весь сыр-бор.

– Ну вот что ты мешаешься? – супруги едва не столкнулись лбами, услышав звонок домофона.

– Я не пойму, что мне делать? – обиделся Павел. – То не сиди, как истукан… То не путайся под ногами…

– Истуканом я никогда тебя не называла! Не привирай! – упрекнула Вера. – Не понимаю, почему Эдуард дверь своим ключом не открыл?

Женщина встала перед зеркалом в прихожей, разгладила невидимые складки на платье и поправила прическу.

– Чтобы предупредить тебя о приходе, что непонятного? – буркнул муж и ослабил узел галстука.

– Ну что вот ты делаешь? – Вера подскочила к нему и вернула все обратно, но, видимо, перестаралась, потому что Павел нечленораздельно крякнул и покраснел.

– Пусти! – отмахнулся он от нее, снова ослабляя удавку на шее. – Всполошилась на пустом месте. Зачем вот это все?

– Может тебя твой сын каждый день с девушками знакомит, а для меня это впервые. Я хочу, чтобы все прошло идеально! – Вера воинственно сложила руки на груди.

– Ой, делай что хочешь, – отмахнулся от жены Павел.

Он знал, что спорить с ней бесполезно. Ему, по крайней мере, выиграть еще ни разу не удавалось.

В общем с соседями тамбуре послышался шум – приглушенный голос Эдуарда и смешки девушки. Вера выдохнула, выпрямила спину, натянула на лицо самую радушную улыбку и пододвинула Павла за локоть поближе к себе.

– Не сутулься, – цыкнула она на мужа, и тот тут же вытянулся по струнке.

Входная дверь открылась. Эдик вошел первым. Высокий, красивый, статный. За его спиной маячила худенькая фигурка его подруги. Девица явно была моложе сына. Так, по крайней мере, Вере показалось на первый взгляд.

– Привет, мамуль, – сын клюнул мать в щеку. – Пап…

С отцом они ограничились лишь кивком головы.

– Добрый вечер, дорогие мои, – Вера приняла из рук сына торт, приподняла коробку и прочла название. – «Наполеон», какая прелесть! Ох, зря я полдня над «Медовиком» корпела.

Она хохотнула, махнула рукой и понесла угощение в кухню.

– Ты же сказал, что мама «Наполеон» любит, – шепнула Юля на ухо Эдуарду.

– «Медовик» тоже, – буркнул он едва слышно. – Мам! Ну куда ушла-то? Я же вас с Юлей еще не познакомил.

Вера оставила торт на столе и вернулась в прихожую.

– Растерялась совсем, – смущенно улыбнулась она. – Знакомь, сынок.

Эдуард выдвинул девушку из-за своей спины, и Вера, наконец, смогла ее рассмотреть. К сожалению, ничего примечательного она в ней не нашла. Тощая, угловатая пигалица. Волосы какого-то серого мышиного цвета, курносый вздернутый нос. Единственное, за что еще можно было зацепиться, это глаза. Большие, может даже слишком для ее лица, выразительные, ярко-изумрудные.

– Это Юля, – расплылся в улыбке Эдик. – Моя любимая девушка.

От слова «любимая» Веру передернуло. Сразу неприятно засосало под ложечкой, и где-то глубоко внутри начал формироваться панический ком.

– Здрасти, – пискнула девица едва слышно.

– Мой папа – Павел Сергеевич, – представил отца Эдуард.

Павел улыбнулся и бросился лобызать девицу в обе щеки.

– Очень приятно познакомиться, – расплылась в улыбке Юля, немного смущаясь.

– А это моя мама – Вера Эдуардовна, – Эдик обнял мать за плечи.

– Добро пожаловать в наш дом, Юлечка, – Вера сжала ладони девушки и легонько потрясла.

После знакомства все вдруг замолчали и в прихожей повисла неловкая пауза. Никто не знал, что говорить и делать дальше. Положение, как ни странно, спас Павел.

– Давайте за стол, молодежь! Ужин стынет! – обнял он гостью за плечи.

– Ванная у нас прямо по коридору, – направила Вера девушку.

– Да я бы сам показал, мам… – усмехнулся Эдик.

– Так, мойте руки и за стол! – скомандовала хозяйка, проигнорировав замечание сына. – Я в зале накрыла.

Вера с угощениями расстаралась. Стол ломился от яств. Вчера весь день она возилась с холодцом, с утра строгала салаты – оливье, селедку под шубой, крабовый с кукурузой. Таня, близкая подруга, подсказала рецепт нового слоеного – с жареными грибами и курицей. Его тоже сделала. На горячее в духовке румянилась утка с яблоками. И, конечно же, как садиться за стол без картофельного пюре?

Женщина придирчиво осмотрела сервировку, поправила покосившиеся, по ее мнению, столовые приборы и вцепилась пальцами в спинку стула.

– М-м-м… Как же вкусно пахнет! – Эдуард подошел сзади, обнял ее за талию и поцеловал в макушку. – Спасибо, мамуль. Обожаю твои праздничные блюда.

– Знаю… – Вера развернулась и погладила сына по щеке.

– Мать, мы есть-то будем? – у Павла от запахов заурчало в животе. – Весь день меня на сухом пайке держит, представляешь?

– Давайте садиться! – Эдик выдвинул перед Юлей стул, а затем услужливо задвинул, когда она села.

Сам он расположился рядом с девушкой, хотя Вера знала, что обычно Эдик любил сидеть на диване. Она помялась немного. Муж занял свое место, даже не удосужившись оказать ей знака внимания, поэтому она обижено поджала губы и села напротив.

За столом царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь звоном приборов о тарелки. Эдик пару раз попытался завести разговор, но брошенные им фразы так и остались висеть в воздухе, не найдя отклика. Только когда подали чай и разрезали торты, обстановка за столом слегка потеплела.

– «Медовик» превосходный, Вера Эдуардовна! – закатила глаза Юля. – Буквально тает во рту!

– Естественно, – улыбнулась одними уголками губ Вера. – Я пеку его уже тридцать лет!

– Если бы ты попробовала первые экземпляры, – хохотнул Павел, – то была бы другого мнения!

– Павлик! – одернула его жена. – У тебя тоже не все с первого раза получается!

– Прости… – покраснел он.

– А вот наш кондитер никак не может научиться печь! Складывается ощущение, что он свой диплом в переходе купил, – решила поддержать разговор Юля. – Не понимаю, зачем только хозяин его держит?

– А ты, Юлечка, в кафе работаешь? – Вера одарила девушку сына снисходительной улыбкой.

– Юля готовится к защите диплома, мам, – ответил Эдик. – И временно подрабатывает официанткой.

Он сделал ударение на слове временно, но при этом сам очень смутился.

– А какую профессию ты получаешь? – снова спросила у девушки Вера.

– Юля будущий юрист, мама, – снова ответил за возлюбленную Эдуард.

– Эдичка, у меня так-то язык есть, – с легким укором в голосе сделала ему замечание Юля. – Но вообще – да. Хочу стать адвокатом.

– Ой, – махнула рукой Вера. – Сейчас куда ни плюнь, попадешь в адвоката!

– Это раньше так было, мам, – рассмеялся Эдуард. – Сейчас все плевки попадают в программистов.

– Все одно! – Вера встала с места и подлила всем чаю. – А чем, Юлечка, занимаются твои родители? Надеюсь, это не слишком нескромный вопрос.

– Конечно, нет, – девушка покачала головой. – Мой отец фермер, мама помогает ему с бухгалтерией.

– Какая прелесть! – всплеснула руками Вера.

– Я вот тоже мечтал фермером стать, – задумчиво протянул Павел.

– Это когда же такое было? – окинула взглядом мужа Вера. – Впервые слышу!

– Просто ты меня никогда не слушаешь! – упрекнул жену Павел.

– Мам, пап… – одернул родителей Эдик. – Только не ссорьтесь, прошу вас!

– Ну а что она вечно начинает? – обиделся отец. – Сто раз говорил! Даже предлагал как-то квартиру продать, купить домик в деревне. Кур завести. Может даже корову…

– Ага, сейчас прямо! – фыркнула Вера. – Корову! А доить ее кто должен?

– Ты, конечно, – ответил с вызовом Павел.

– Только этого мне не хватало! – Вера вскочила со стула и принялась убирать грязные тарелки. – Вечно у тебя идеи какие-то бредовые возникают!

– Ничего не бредовые! – надулся Павел.

– Мам, пап… – закатил глаза Эдик. – Ну я же попросил. У нас ведь гости! Что Юля о нас подумает?

– Да все хорошо, – девушка улыбнулась и машинально погладила Эдика по плечу.

Вера уловила краем глаза этот жест и поджала губы. Она схватила стопку тарелок и вышла из комнаты.

– Давайте я вам помогу! – бросилась догонять ее Юля.

Вера мыла посуду, Юля стояла рядом с вафельным полотенцем, вытирала насухо тарелки и убирала в кухонный навесной шкаф.

– А как вы познакомились с моим сыном? – спросила Вера, не отрываясь от своего занятия.

Юля улыбнулась, погрузившись в воспоминания.

– Эдуард Павлович читал в нашей группе лекции на третьем курсе, – мечтательно произнесла она. – По нему тогда все девчонки с потока сохли…

– Так он что же – твой преподаватель? – перебила Вера и покачала головой. – Это ведь так неэтично, вступать в отношения со студенткой…

– Когда у нас все закрутилось, – хихикнула Юля, – я уже сдала ему экзамен. На отлично, кстати.

– Нисколько не сомневаюсь, – хмыкнула Вера.

Неподобающее профессиональное поведение сына ее удивило и расстроило. Разве так она его воспитывала?

– И давно у вас это, так сказать, закрутилось? – спросила она, выключив воду и повернувшись к девушке лицом.

– Уже два года, – развела руками Юля. – После экзамена Эдик нашел меня в социальных сетях и пригласил на кофе. Конечно же я согласилась! С тех пор мы вместе. Но вы не переживайте, в университете никто не знает, что мы встречаемся! – заверила она Веру.

– Да я не переживаю! – это прозвучало немного грубо. – Это ваше дело! Кто я такая, чтобы вас судить?

После ужина, пока Эдик переодевался в своей комнате, Юля попрощалась с его родителями, произошел формальный обмен любезностями, а затем последовало столь же формальное предложение повторить посиделки в самое ближайшее время.

– Я готов! – Эдуард вышел из спальни в светлых легких брюках и белой рубашке с закатанными до локтей рукавами.

– Ты тоже уходишь? – удивилась Вера, глядя на сына.

– Провожу Юлю. Может погуляем немного, – Эдик чмокнул мать в щеку. – Спасибо за ужин. Все было очень вкусно!

– Постарайся вернуться не слишком поздно, – поцеловала его Вера в ответ.

– Мам, я уже взрослый мальчик, – засмеялся Эдик. – Не волнуйся. Ложитесь спать, я открою своим ключом.

Едва за молодыми людьми захлопнулась дверь, Вера развернулась к мужу, оперлась о дверной косяк и схватилась за сердце.

– Павлик, это катастрофа! Эта девица совершенно не подходит нашему Эдику!

Павел ничего не ответил, только тяжело вздохнул. Никакой другой реакции от жены он и не ожидал…

ГЛАВА 3

– Кажется, я совсем не понравилась твоим родителям… – наконец, заговорила Юля, когда машина припарковалась у старенькой пятиэтажки в спальном районе города.

Всю дорогу девушка просидела молча на пассажирском сиденье, погрузившись в собственные мысли. Эдик же позволил ей побыть наедине с самой собой, поэтому особо с разговорами не лез. Выжидал.

– Глупости! Конечно, ты им понравилась, – постарался он развеять ее сомнения. – Папа вообще остался в полном восторге!

– Папа-то да… – вздохнула Юля. – А вот мама вообще не в восторге…

– Не обращай внимания, – притянул к себе девушку Эдик и прижал свой лоб к ее. – Она просто ревнует…

– Ты маменькин сынок! – пихнула его шутливо в бок Юля.

– Пока я не встретил тебя, она была единственной женщиной, которую я любил, – вполне серьезно ответил Эдуард. – Ну еще сестру…

– А потом? – подтолкнула его к продолжению мысли Юля.

– Сама знаешь, – Эдик ласково убрал упавшую прядку с ее лица.

– Ну скажи… – закапризничала Юля, уткнувшись ему в ключицу. – Мне так нравится, когда ты это говоришь…

– Ладно, – улыбнулся Эдик. – Так и быть… Ты самая большая любовь в моей жизни. Я даже не подозревал никогда, что смогу так чувствовать…

– Странно это… – задумчиво протянула девушка, перебирая пальцы на его руке. – Я вот сто раз влюблялась. Неужели до меня тебе никто не нравился?

– Нравился, конечно. И я даже думал, что это и есть та самая пресловутая любовь, – пожал плечами Эдик. – Но только встретив тебя, понял, что это была просто симпатия, влечение...

– Ты, наверное, однолюб, – заключила Юля. – Как же это романтично, Эдь… Всю свою жизнь любить одну и ту же женщину. Повезло тебе, что ты меня встретил!

Юля отпрянула от него, и в ее глазах загорелось внезапно посетившее озарение.

– А ведь я в самый последний момент решила в этот университет поступать! Сначала документы в педагогический подавала. Это что же было бы? Если б мы не встретились, ты бы так и не узнал, что такое настоящая любовь?

– Мы бы обязательно встретились, – притянул ее обратно в свои объятия Эдик. – Не в университете, так в каком-нибудь другом месте. В магазине, кафе, на проспекте… Да где угодно!

– И ты бы ко мне подошел? Заговорил бы? – подняла на него взгляд Юля.

– Обязательно, – заверил ее Эдик. – Я тебя, когда увидел в первый раз на лекции, у меня аж дар речи пропал.

– Я помню, – хихикнула Юля. – Ты тогда еще так смешно покраснел и начал заикаться.

– Я после этого больше ни о чем думать не мог… – признался молодой человек.

– И целый год ждал? – возмутилась девушка.

– Я ждал, когда ты перестанешь быть моей студенткой, – парировал Эдуард. – А после экзамена сразу пригласил на свидание.

– Какой же ты у меня милый! – Юля притянула его к себе и поцеловала. – Придется, наверное, тебя наградить…

Эдуард приподнял удивленно одну бровь и внимательно посмотрел на возлюбленную, которая позабыла обо всех мрачных мыслях и явно пребывала в игривом настроении.

– В машине? Серьезно? Тебе ж не нравилось…

– Вот еще! – Юля легонько хлопнула Эдика по груди. – Пока мы ехали, Светка смс-ку прислала. Укатила на все выходные с Кириллом на дачу.

– Так что же ты сразу не сказала? – Эдик аж подскочил на сиденье. – Сидим здесь, разговоры ведем! Пошли скорее! Я так соскучился.

Юля сексуально прикусила нижнюю губу и погладила возлюбленного по ноге.

– Ну идем… – ее голос стал томным и властным.

Они преодолевали один лестничный пролет за другим, не переставая целоваться. К тому моменту, когда добрались до квартиры, оба были настолько распалены желанием, что хотелось побыстрее сбросить с себя одежду, чтобы стать еще ближе.

– Ты ведь останешься ночевать? – шепнула Юля, пытаясь справиться с ремнем на брюках Эдика.

– Конечно… – он прижал девушку к стене в прихожей и запустил ладони под платье. – Сейчас только маму предупрежу. Чтобы не ждала и не волновалась… Иди в спальню, я быстро.

– Серьезно? – Юля оторопело подняла на него глаза. – Ты прямо сейчас собираешься это делать?

– Ну я просто не хочу, чтобы она позвонила сама и помешала нам, – прошептал он, доставая из кармана телефон. – Я быстро, правда. Одну минуту. Ты и не заметишь моего отсутствия.