Турбаза "Рубинная"

В лесу поймали связь. Мира поболтала с родными. А потом, исследовав все близлежащие кручи, девушки уселись на камень и решили выйти на связь с друзьями. Нервно шутя, рассказали о приключившемся в лесу. Умирая от смеха, вспомнили, как Таша «поблагодарила» Сэра за вкусный завтрак. Но как только стало смеркаться, они засобирались назад.

После ужина официант снова напомнил о себе. Мира и Таша заняли облюбованную беседку, когда он как из ниоткуда возник в соседней. Закурив сигарету, Сэр помолчал с минуту. И сказал:

— Да уж… тяжела, однако, жизнь.

Чтобы не захохотать, Мире пришлось прикусить щёки и сжаться. К счастью, она сидела по другую сторону от него. А вот у Таши его странное поведение вызвало не сиюминутное желание посмеяться. Вспомнив лихие годы, она включилась в игру. Театрально вздохнула:

— Да-а… тяжела-а…

Быстрый внимательный взгляд Сэра скользнул по ней, и парень снова, как ни в чем не бывало, глубоко затянулся дымом. Снова выдержал долгую, томную паузу. Таша подмигнула Мире, а она в ответ украдкой закатила глаза, но улыбнулась. По крайней мере, за тем, как Таша дурит, весело наблюдать.

Расценив его как безопасную цель, Таша принялась раскручивать разговор. Было любопытно узнать, во что выльются эти странные попытки, если дать им шанс. Мира тихо радовалась, что внимание парня направлено не на неё. Случись такое, никаких наблюдений и опытов не вышло бы. С Мирой не рисковали знакомится — слишком тяжелый, угрожающий взгляд карих глаз и скривленные в отвращении губы отпугивали любого наглеца. Особенно таких, как Сэр.

— Может, пройдемся вокруг базы? — спросил, задумчиво глядя вдаль, Сэр.

— Нам Лаура сказала после десяти тут не гулять, — посетовала Таша.

— Сегодня можно. Сегодня долго тихо будет.

Сэр наконец посмотрел на Ташу. Мира едва не поперхнулась, но сдержала смех. О, этот томный взгляд! Небрежный взмах руки, стряхивающей пепел…

— Ну… мне как раз хотелось взглянуть на звёздное небо, — ответила Таша. — Только я без подруги не пойду!

Словно только сейчас заметив Миру, Сэр взглянул на неё безразлично и пожал плечами. Молча поднялся и, не оборачиваясь, побрел к калитке. Мира и Таша переглянулись. Таша шепотом спросила у подруги, где перцовый баллончик, и та ответила:

— На месте.

Вечерняя прогулка вокруг «Рубинной» была… странной. Пригласивший Ташу Сэр не предпринимал никаких попыток завести разговор. А если заговаривал, то доводил Миру до слёз — так старалась она сдержать пробирающий смех. Таша держалась крепче и сама пыталась вывести Сэра на разговор. Не идти ведь в тишине, раз пошли! Но на любые личные вопросы Сэр отвечал нехотя, односложно.

— А сколько тебе лет? — спросила Таша беззаботно, почти отчаявшись. Мира шла чуть позади, сливаясь с вечерним мраком.

— Семнадцать.

— И давно тебе семнадцать лет?

Таша посмеялась над шуткой подруги, однако Сэр не счёл цитату забавной. Он фыркнул и, заметив огонёк телефона, — Мира взглянула на время, — решил высказаться:

— Люди такие странные… Пялятся в свои телефоны. И шагу ступить не могут без них. Даже вот на природе…

Скривившись, Мира спрятала телефон в карман и поудобнее взялась за перцовку. Больше всего её раздражали подобные Сэру люди.

«О, мы ещё посмотрим, кто кого, умник…» — подумала она. И твёрдо решила: пусть этот доблестный Сэр, строивший из себя загадку, даст осечку, — и она лихо осадит его красивым, литературным замечанием! Вот и для неё нашлось занятие в ночном обходе «Рубинной». Сэра срочно требовалось прижучить.

Она промолчала и только стала держаться ближе к Таше. Мрак её пугал. Но, пока не играла музыка, Мира была спокойна.

Не оставляя попыток, Таша попробовала выспросить у Сэра хоть что-нибудь интересное. Но тот либо упорно молчал, либо отвечал так, словно это они следили за ним и уговорили пойти ночью в лес. В последний раз, когда он предпринял самостоятельную попытку заговорить, он, ни с того, ни с сего спросил:

— Не боитесь вот так соглашаться на прогулки по лесу, с незнакомым мужчиной?

— Нас двое, и мы тоже тебе не знакомы, — беззаботно пожала плечами Таша, решив послать свои неудачные попытки общения к чёрту. — Мы старше и… вдруг, у нас с собой есть ножи?

Говорить такое было, несомненно, опасно. Но пока они тащились через лес, вдоль забора, Таша убедилась, что Сэр и впрямь побаивается их и не представляет угрозы. Позади пугающе захихикала Мира. Сэр побледнел в слабом лунном свете и замолчал насовсем.

Впереди блеснуло озеро. Мира и Таша переглянулись и, не сговариваясь, двинулись к нему. Сэру они ничего не сказали, но он сам побрёл следом. Хотя Мира и Таша дали ему прекрасную возможность сбежать от двух вооружённых женщин.

Стояла тишина. Озеро маняще переливалось бликами. Девушки замерли, запрокинув головы. Над ними раскинулось ночное небо. Млечный Путь и звёзды в темноте сверкали ярко, завораживали до слёз. Забылись странности, преследующие их в поездке. Забылась безумная пробежка прошлой ночью.

Таша и Мира умиротворённо молчали некоторое время, любуясь бесподобной красотой их прекрасного мира. Пока Мира не сказала, смеясь и указывая пальцем в небо:

— Смотри, это ковш Большой Медведицы…

Не успела Таша ответить, как голос подал Сэр:

— Это не Ковш, — пренебрежительно пробурчал он.

Магия развеялась. Мира скривила губы и уставилась на парня.

— А что это тогда?

— …

Он молчал, подняв глаза к небу. Мира пыталась отыскать язвительный ответ, но ничего не получалось. Что можно было ответить на такой странный упрёк?

— Да нет, ковш, — хмыкнула Таша, глядя на звёзды. — Что ж ещё?

— …

В том же странном, неестественном для людей молчании, они вернулись в «Рубинную». Неловко замерли посреди двора. Растерянные Мира и Таша, а напротив них — Сэр с непроницаемым лицом.

— Ну… спать уже пора, — сказала Таша тихо.

— Да, мы очень устали, — поддакнула Мира.

Сэр не спешил прощаться. Вскрикнула ночная птица. Мира улыбнулась и невзначай сказала Таше:

— Вот, слышала? Это сейчас сплюшка была…

— Да…

— Это не сплюшка, — перебил Ташу Сэр.

— Ну, а что это тогда?! — не выдержала Мира.

— …

Глава седьмая. Клыки и копыта

Тёмная фигура Сэра растворилась в ночи. Оставшись внизу, рядом с лестницей, Таша и Мира не поспешили подняться в комнату. Тёплая летняя ночь была слишком хороша для раннего сна. К тому же не хотелось, чтобы Сэр наверняка знал, куда они пошли.

— Хотя, он же и так знает, — хмыкнула Таша. — На столе в столовке написан номер комнаты.

— Точно, — вздохнула Мира.

Вместо возвращения в комнату, девушки достали пачку семечек и припасённых сладостей. Сели в беседку.

Как же сильно отличалась прошлая ночь от нынешней! Впервые с начала путешествия, они почувствовали безмятежную лёгкость и… безопасность. Даже странная прогулка с Сэром быстро забылась. Тихие разговоры перетекли в приятное молчание. Только Мира изредка шуршала пакетом, доставая конфеты.

Они даже не заметили, что в какое-то мгновение, сонная территория «Рубинной» пришла в движение. Зазвучали негромкие, весёлые голоса, разгорелся огонь в мангале. Мира удивлённо прищурилась, пригляделась. В самом деле — припозднившиеся постояльцы вернулись из лесу и теперь хозяйничали в беседке, на противоположном конце двора.

— Эх, шашлычок… — протянула Таша.

Заиграла музыка из колонок. Большая компания с трудом сдерживала взрывы смеха и шумные разговоры. То и дело кто-то шипел, призывая остальных к тишине, но помогало ненадолго.

Они выпивали и с явным нетерпением ждали шашлык. Иногда раздавались похабные шуточки. Мира и Таша понаблюдали за ними немного. Допили свои напитки и уже собрались вернуться в номер, как вдруг рядом с ними возникла большая тень.

— Девчата, а можно мне с вами немного посидеть? — умоляюще прошептал кто-то. — Эти хмельные дамочки меня замучают…

«Чем чёрт не шутит?» — усмехнулась Таша и кивнула, легко дав разрешение незнакомке.

Та беззастенчиво плюхнулась на пластиковый стул, напротив них и улыбнулась. Предложила сигареты.

Мира вглядывалась в её лицо, пока Таша заводила дружелюбную беседу. От незнакомки не исходила странная жуть, как от Сэра, но она невольно напряглась.

Спичка вспыхнула и осветила лицо, Мира ахнула. Узнала! Это она помогла Таше прошлой ночью. Мира не поверила своим глазам. Может, рассудок и впрямь помутился? Потому что теперь девушка выглядела совершенно нормальной. Ни странных заострённых ушей, ни жёлтых глаз… Вполне нормальная…

— Меня зовут Ло, — она протянула Мире руку, явно заметив её замешательство, и ухмыльнулась.

— Она помогла мне, когда тебе стало плохо, — уточнила Таша, и Мира напряжённо кивнула.

Разговор завязался изумительно легко. Дурацкая прогулка с Сэром не шла ни в какое сравнение. Ещё одна новая знакомая со странным именем — Ло — оказалась очень приятной.

«Да что со мной такое творится?» — думала Мира. Никак не получалось избавиться от проклятого чувства, словно что-то не так.

Ло была из тех немногих, редких людей, которые могут спокойно болтать с детьми, стариками, мужчинами и женщинами. Она шутила и смеялась в ответ, говорила и внимательно слушала…

Не заметив, как расслабилась, Мира откинулась на спинку стула. Свежий ветер скользнул по шее. Она прикрыла глаза и улыбнулась, слушая как Таша рассказывает Ло про их приключения в городе.

Колкое, беспокойное чувство прошло само собой. Мира не сдержалась и хохотнула с очередной пошлой шутки новой знакомой.

Время летело, а девушки того не замечали. Иногда, Ло убегала к своим «хмельным дамочкам», чтобы помочь им не испортить шашлык, а потом возвращалась, и снова лился бесконечный разговор.

Говорили обо всём и сразу. Ло переживала, когда Таша делилась тяготами учёбы. Мира и Таша сочувствовали Ло, когда она делилась с ними печалями и трудностями семейной жизни. Оказалось, что Ло была заведующей кафедры, и Мира нашла общую точку.

— То-то я думаю, с вами так легко говорить, — посмеялась Ло. — А мы-то все одного поля ягодки: два филолога да психолог!

— А сейчас я пишу книги и музыку сочиняю… — поделилась Мира.

Бесконечный разговор дал новый виток. Теперь Ло с радостью и восхищением слушала рассказы Миры и Таши о творчестве. Всё говорили и говорили… О первой юности, когда Таша и Мира только открывали в себе таланты. О простом и житейском. О высоком, культурном… Мира взглянула на закончившиеся напитки и сказала:

— У нас ещё есть. Я схожу, принесу.

— Мира-а-а, ты чудо, — протянула Таша. — Так хочу пить и так не хочу вставать!

Поднявшись из-за стола, позабывшая свои тревоги Мира шустро взбежала по лестнице. Заглянула в комнату, схватила из мини-бара бутылку пепси, и уже хотела выйти на улицу, но задержалась. Зашла в ванную.

Ополоснув лицо, она по привычке сделала глоток бодрящей холодной воды, а потом, вспомнив про наставления Лауры, скривилась. Плюнула остатки, а потом махнула рукой: «Ну что такого страшного в этой воде? Я и не такое в горах из ручьёв пила. И живая».

И, подхватив бутылку, выскочила наружу.

Снова потянулся разговор. Они рассказали Ло про странного Сэра, и та безудержно расхохоталась:

— Вот же вампирюга… ха-ха-хаа, — её так насмешила история о том, как Сэр отвечал на реплики Миры, что Ло едва не падала со стула. — Это он точно вас очаровать там пытался своей загадочностью. Вы поглядите… и в лес повел вечером, и то, и сё!

Мира и Таша не отставали. Шутили всё больше и больше, а Ло подхватывала снова и снова. Весь пугающий облик Сэра развеялся, и теперь девушки не могли удержаться. Смеясь долго, пока Мира случайно смахнула зажигалку Ло со стола.

— Ой… я сейчас…

Она шустро нырнула под стол и в полумраке нашла упавшую вещицу. Схватилась за белое пятнышко на земле и вдруг замерла. Копыта. Шерсть.

Мира завизжала, стукнулась со всего маху о пластиковый столик затылком и отлетела в сторону. Отдёрнулась от Ло, но та спокойно осталась сидеть на своём месте:

— Ты… Ты!

Знакомая — девушка ли, — улыбалась. Мира задышала чаще, выставила вперёд дрожащую руку. Черты лица преобразились и она совершенно ясно видела это. Ло странно махнула рукой: её глаза стали желтее, уши заострились, а на голове… На голове появились рога.

— Чур меня, чур меня! — воскликнула Мира.

Таша уставилась на неё во все глаза. А Ло, услыхав речи Миры, захохотала и только теперь поднялась с места. Она потянулась было к плечам Мира, пытаясь усадить назад, но та взвизгнула:

— Не трогай меня, чёрт! Изыди! — Мира испуганно дёрнулась, но налетела на стул.

— Тише, ведьма! — хохоча и оборачиваясь на своих друзей, прошептала Ло. — Присядь. Никто так нечисть не изгоняет уже с десяток веков. Что о вашем красивом ведьмовском облике подумают?

Ничего не понимая, Мира в ужасе уставилась на Ло. Она стояла перед ней, и вся её нижняя часть туловища была покрыта шерстью. Мира слышала, как цокали копыта, когда она переминалась с ноги на ногу. Но самое ужасное — Таша сидела на месте и недоумённо глядела на подругу.

— Ты что, не видишь?! — беспомощно воскликнула Мира. — У неё рога и… и!

— Мира-а, ся-ядь, — настойчиво потребовала Ло. — И я всё тебе объясню. Хорошо? Я и не чёрт вовсе, так что ничего дурного не сделаю. Вы ведь уже встречали главного чёрта в этих лесах. И ничего, живёхоньки! Шай вас, поди, не обидел…

Неведомым образом Ло удалось посадить Миру и заставить её замолкнуть на пару минут. Таша недоумевала, всё ещё не понимая, что подруга и их новая знакомая говорят всерьёз.

Прежде чем преступить к объяснению, Ло улыбнулась, взглянув на Ташу снисходительно. Спросила:

— Не веришь крикам Миры?

Таша ответила, что она, конечно же, не верит в существование чертей и видит перед собой не чудовище, а простую девушку. Ло помолчала, раздумывая, а потом предложила:

— У тебя в кармане лежит любопытная вещица. Достань-ка её.

— Там ничего нет, — напряжённо ответила Таша.

— Нет, есть, — Ло лукаво улыбнулась.

Сунув руку в карман, Таша выгребла маленькую горсть мелочи и два фантика.

— Вот видишь…

— Вижу, — улыбка Ло стала шире. — Это ведьмовская вещица, мне нельзя её касаться. Возьми эту «монетку». Вот… эту, с дыркой.

Искоса глянув на бледную как смерть подругу, Таша вздохнула и нехотя взяла в руки монету. Вопросительно приподняла бровь.

— А теперь посмотри на меня через неё.

По коже побежали мурашки. Таша прекрасно понимала, что не увидит ничего необычного через дырку в монете, но отчего-то стало не по себе. Мира с надеждой уставилась на неё, ожидая, что скажет подруга. Увидит ли?

— Господи боже! — Таша резко опустила монету, стоило ей посмотреть через неё. — Это что за хрень такая… Погоди, я вспомню. Иллюзии, да…

— В самом деле в первый раз нечисть видите? — Ло казалась изумлённой. Её улыбка стала менее уверенной. — Но вы же ведьмы, да к тому же такие взрослые!.. Что? Правда не видели?

Гробовое молчание было красноречивым. Ло покачала головой и сделала руками странное движение.

— Что ж… это будет трудно объяснить…

— Значит, ты фавна?

Выслушав Ло, девушки погрузились в долгое молчание. Наконец его прервала Мира:

— А мы, как ты утверждаешь, ведьмы. Этот отель «Рубинная» принадлежит мавке Лауре, и здесь отдыхает только нечистая сила? Мы ничего не замечали потому, что наше ведьмовское зрение не «прорезалось», и сейчас это случилось, потому что я напилась воды, зачарованной в это время года?

— Совершенно верно! — ответила Ло невозмутимо. — Видишь, как легко?

Иногда поглядывающая на неё через монету Таша вздохнула. У неё не сыскалось слов, чтобы объяснить эту ситуацию по-человечески. В её руках лежала обычная монета. А фавна перед ней была настоящая. Ло искоса взглянула на неё и ухмыльнулась:

— Сходи, глотни водички, Таш. Понятнее станет.

— Там галлюциноген, — вяло попыталась оправдать происходящее Таша.

— Никакого галлюциногена. Это просто Живая вода. Ну как тебе ещё доказать?

Недолго сопротивляясь, Таша пошла в номер и сделала несколько глотков воды, потому что этого требовала не столько Ло, сколько Мира.

«Вот заладили, — пристально разглядывая себя в зеркало, словно можно было увидеть следы ведьмовства, подумала Таша. — Не бывает никаких чертей, фавнов, мавок и всех остальных. И ведьм тоже не бывает».

Против воли вспомнились посты из дурацких сообществ про «ведьм» о том, как выглядят потомственные ведьмы. И глупые гадания, подходящие всем исключительно из-за эффекта Барнума. Но такой ли чушью были гадания накануне поездки в глушь?..

Ведь не было ничего такого в их с Мирой странной тяге к пламени костра и прыжкам через него? Ни о чём не говорило желание кружиться всю ночь напролёт, одетыми во всё белое, в длинных кружевных юбках до пола и венках? Да, не всем людям нравился терпкий запах степи и леса. Горький и вместе с тем такой приятный… Но что с того? И все, кто их знал, лишь шутили, что они колдуют по ночам…

«Антинаучная чушь!» — упорствовала Таша.

Но загадочные улыбки, одухотворённые лица говорили сами за себя. Снова вспомнились дни перед отъездом, когда они вернулись после гуляний у костра далеко в степи…

— Чушь! Всё чушь. И то гадание в прошлом году… всего лишь совпадение. Мы озвучивали то, что и сами понимали…

Умывшись и сделав для верности ещё один большой глоток воды, показавшейся удивительно вкусной, Таша вышла из ванной. И замерла на ступенях.

Взгляд упал на собравшихся в стороне женщин. Ло называла их «хмельными дамочками», и до этого мгновения Таша видела именно их: взрослых работящих женщин, получивших долгожданный отпуск. Но от них не осталось и следа.

Такие разные, пугающие и в то же время… прекрасные! Таша не отрываясь наблюдала за ними. Женщины в белых одеждах — рогатые, крылатые, мохнатые и длинноволосые, с зеленоватой и розоватой кожей — смеялись и щебетали, собирая в середине двора обрядовый костёр.

Едва сумев оторвать взгляд от чудовищных… или чудесных созданий, Таша в изумлении уставилась на бледную как полотно Миру. Подруга с надеждой глядела в ответ и вжималась в стул рядом с… рогатой Ло. Заметив Ташу на веранде второго этажа, она пристукнула копытами и помахала рукой.

— Ну что, ведьма, теперь веришь? Или будешь твердить, что твои собственные глаза врут?

Услышав задорный голос Ло, женщины, разводящие костёр, обернулись и ненадолго остановились: все как одна уставились на Ташу. Она сделала шаг назад и с изумлением обнаружила, что дело совсем не в страхе — Таша всего-то немного смутилась.

Где-то за столиком нервно выдохнула Мира. Больше всего она боялась, что сошла с ума. И когда Таша разглядела то же, что и она, сердце зашлось неровным боем.

«Значит, всё правда!» — затаив дыхание, подумала Мира. То, что стягивалось узлом в груди, наконец ослабло, и с небывалой честностью, Мира призналась: «Страшно. Но… так любопытно!»

— Вот, теперь съешьте это, — посоветовала Ло. — Так непринятие пройдёт быстрее.

С сомнением покосившись на крошечный пучок неприметных травинок в её руках, Таша строго спросила:

— Галлюциноген?

— Заладила… — вздохнула Ло. — Как с вампирюгой по лесу шастать, так вы смелые! А как себе муки облегчить, так сразу ах-ох, отрава, галлюциноген! — она передразнила их с улыбкой. — Изыди чёрт! Чу-ур меня!

— Ну, не дразнись, — Мира шутливо надула губы и приняла угощение, но сразу есть не стала. Боязливо покосилась на подругу.

Их уже ждали у костра добрые тётушки: мавки, дриады, духи леса, фавны и другие чудесные создания. Они хихикали и терпеливо дожидались, когда Ло поможет юным ведьмам настроиться. Шепоток о том, что девицы впервые прозрели уже обошёл круг. Но подтрунивать они не спешили — помнили, как Мира грохнулась в обморок.

— Ах и нежная нонче молодёжь пошла, — услышали они голос юной с виду девушки с бледной голубой кожей. — Вот во времена моей юности, ведуний из людского рода в леса отправляли испытания проходить… И испытания те были — ух… кровь стынет!

— Ну, что? Позволите себе разок поверить в сказку? — загадочно спросила Ло, сверкая желтыми глазами.

Таша и Мира смущённо переглянулись, не ведая, как сознаться, что хотят поверить в сказку не то, что вслух — хотя бы мысленно!

— Ладно, — вздохнула Таша, словно с ней говорила не фавна, а обычная знакомая, уламывающая на безрассудства.

Трава оказалась сладкой. И вместе с этой сладостью, таящей на языке, Таша и Мира вдруг поняли: нечисть больше не пугает и не смущает их. Они спокойны и радостны. Всё в душе стихло и унялось, будто целую жизнь подруги гнались за чем-то неуловимым и наконец догнали. Разгадали тайну.

Заиграла флейта, певшая им уже несколько ночей подряд. Невысокий мужичок, похожий на гнома, которого они не приметили сразу, с силой забил в большой барабан. Ритм ночи, прежде пугающий и жуткий, показался самым правильным и честным, что есть на свете.

Ло кивнула женщинам, и от них отделилась одна. Лаура! Девушки даже не узнали её в истинном обличье. Длинные волосы до пояса, белая кожа и горящие глаза. Чарующая улыбка… Она протянула им руки и поманила за собой. Ло двинулась следом. Заводили хоровод. Мира и Таша взялись за руки.

— Главное, чтобы эта нечисть была не как в твоей книге, — хихикнула Таша.

— Ты сказала, и мне на миг стало страшно, — успела прошептать Мира, прежде чем хоровод двинулся. — Но они совсем не похожи…

— Что, ведьмочка, очерняешь нас в своих книгах? — весело сверкая глазами, спросила Ло, занявшая место недалеко от них. — Ай-яй-яй!

— Вовсе нет! — покраснев, воскликнула Мира.

— Ну, смотри мне! — захохотала фавна.

Хоровод двинулся. Кошмар, лишивший их покоя, обернулся дивной сказкой…

Глава восьмая. Кошмар Вампира

Солнце ласково скользнуло по щеке и Мира улыбнулась сквозь сон. За окном заливались пением птицы. Она потянулась и, перекатившись на бок, встретилась глазами с Ташей. Улыбки стали шире.

Ночь неслышно ушла, но волшебство не рассеялось. Были и танцы, и песни. Во дворе должно быть, ещё тлел костёр, через который они прыгали так лихо…

На сердце потеплело. Волосы ещё пахли дымом, а ноги приятно гудели, напоминая, что дивная ночь им не приснилась.

Мира приподнялась и глянула в окно. Тонкие сосны покачивались на ветру, а по земле скакали солнечные зайчики. Ничего не изменилось, но почудилось, что мир стал приветливее.

«Не хочу терять это волшебство… — подумалось Мире. — Даже если это немного… безумно!»

Таша, обыкновенно неторопливая по утрам, резво встала и потянулась к потолку. Наклонившись влево и вправо, она натянула шорты. Мира тоже засобиралась. Тяжёлое одеяло шумно накрыло постель. Поправив подушку, Мира переглянулась с подругой.

Любопытство становилось всё сильнее. Наспех расчесавшись и умывшись, они бодро выдвинулись на завтрак. А когда вышли на террасу, поняли — до завтрака было ещё целых полчаса!

— Проснулись, ведьмы?

На длинной террасе притаилась Ло. Она курила, сидя за пластиковым столиком, довольно щурилась на солнце.

Мира хихикнула: фавна смотрелась забавно среди простой, знакомой обстановки.

Ночью волшебные создания что-то… наколдовали, и пообещали, что до конца путешествия зрение непосвященных ведьм останется острым. Новую знакомую они видели лучше некуда — и копыта, и нечеловеческий взгляд, и рога… Только страха совсем не осталось.

Скрипнул стул. Таша села напротив Ло и улыбнулась, а Мира подставила лицо тёплым лучам. Утренний воздух был ещё прохладным и свежим. Пахло лесом и немного табаком. Ло выдохнула дым, запрокинув голову.

— А где все эти милые женщины? — полюбопытствовала Мира.

Фавна поёжилась и покосилась на Миру. Она помедлила и выдохнула вместе с дымом:

— Спят. Хвала Творцу, большинство из них — существа ночные.

Таша и Мира обменялись улыбками. Ночью они убедились: причины, по которым Ло постоянно пытается сбежать от спутниц, совсем не надуманы. От неутомимых духов было трудно отделаться, а в очаровательной Ло они души не чаяли и постоянно тянули фавну в пляс.

— Разве ты не… — начала Мира, но поймав на себе испытующий взгляд Ло стушевалась.

— Нет-нет, спрашивай! — усмехнулась фавна.

Уже засомневавшись в своём домысле, Мира помедлила, но всё же спросила:

— Разве не вся нечисть любит… такие гулянки?

— Пф-ф! — Ло фыркнула и покачала головой. — Так и думала.

Но вместо насмешек или загадок, какими ночью говорила нечистая сила, фавна потушила сигарету и достала новую, и потом спокойно объяснила:

— Вот вы — обе ведьмы. И что-то я не видала, чтобы вы на мётлах летали или принцев в лягушек превращали… или какую ещё чушь люди себе навыдумывали?