Турбаза "Рубинная"

— А что, на мётлах не летают? — вставила Таша с усмешкой.

— С появлением всевозможного транспорта, мои знакомые ведьмы предпочитают автомобили. Но я вела совсем не к этому!

Сигарета тихо затрещала и Ло прикрыла глаза, поднимая глаза к небу.

— Люди разные, и те, кто по другую сторону, тоже разные. Фавне не обязательно в лесу прятаться, — я вот, хорошо в столице уживаюсь. Русалки и лешие тоже справляются. Вон, даже домовые приспособились… Короче, девоньки, мир меняется. И мы меняемся. Живём, но в места силы своей возвращаемся. А вы как думали?

Девушки задумались и притихли. Запел соловей и кто-то внизу хлопнул дверью. Ло полюбовалась их задумчивостью и повела разговор в другую сторону:

— Сегодня поведу тех, кто может гулять под солнышком на прогулку… — почти докурив, поделилась Ло. — Вас звать не стану, пощажу. А вот после обеда можем потусить…

Было странно слышать от фавны — волшебного создания — такие современные слова. Мира с Ташей непроизвольно переглянулись. Ло сразу смекнула и закатила глаза:

— Девы-ведуньи, изволят ли душеньки ваши, яко солнышко светлые, собраться с нами на грядущей вечере?

— Ладно-ладно, — Таша засмеялась. — Не делай так. Вечером ещё встретимся…

Незаметно подошло время завтрака. Девушки и фавна поднялись из-за стола. Спускаясь по ступеням вслед за ведьмами, Ло предложила:

— А может, проучить этого вампира-зазнайку?

— Как? — заинтересовалась Мира.

— Ну, он сейчас нам кашу принесёт, скажет: вот ваш завтрак. А мы ему: это не завтрак!

Хихикая, они зашли в столовую и заняли свои места…

День выдался жарким. В высокой траве стрекотали кузнечики, а стрекозы носились над головами.

Покружив немного по лесу вокруг «Рубинной», Таша и Мира попытались найти местечко для конных прогулок. Не теряя надежду, дошли до Поляны, там познакомились с очаровательной мавкой, пригласившей их разделить обед. Но, не обнаружив в округе ни одной лошади, они возвратились назад.

Турбаза погрузилась в привычную дневную тишину. Кто-то отсыпался после гульбы, другие — гуляли по лесу. Не сыскав приключений, Мира и Таша затосковали и устало развалились на пластиковых стульях во дворе.

— Скука! — протянула Мира.

— После такой ночки, конечно… — поддакнула Таша. — Надо было с Ло идти.

— Мы бы разнылись спустя полчаса пути. Это у них сил хоть отбавляй, а нам надо было больше спортом заниматься весной и зимой!

— Справедливо, — Таша вздохнула и, запрокинув голову, поглядела на ясное небо за макушками сосен. — Надо как вечера дождаться… Слушай!

Просияв, она резко выпрямилась и хлопнула по столу. Мира приподняла бровь в ожидании.

— Пошли на Сэра посмотрим. Он же на завтраке не появился. Настоящий вампир, любопытно же.

— А если укусит? — Мира усмехнулась и покачала головой.

— Да брось ты, он?

На базе не нашлось никого другого, к кому можно было бы пристать, кроме Сэра-вампира. Мира понаблюдала за подругой, гадая, в самом ли деле та взвесила все риски.

— Во-первых, уже бы укусил, если бы мог. Думаешь, Лаура бы стала рисковать и нанимать опасного нелюдя? Во-вторых… когда это ты стала такой боязливой.

— Кто бы говорил! — фыркнула Мира и нехотя поднялась следом за ней. — Только учти, я тут наблюдатель, сама с ним… решай.

Таша кивнула и решительно направилась к лестнице. И, пока Мира ещё плелась по ступеням, постучала.

Внутри номера послышалось тихое шевеление и недовольное бормотание, но никто не открыл. Таша занесла руку, чтобы постучать ещё раз, но Мира вздрогнула и потянула подругу на себя. Сэр бесшумно выскользнул из-за их спин. Весь мокрый и бледный.

От самодовольного взгляда, каким он окинул их, Мире поплохело, но она стоически сдержала смех и равнодушно отвернулась. Прежде чем идти к Сэру, они с Ташей поспорили: что вампир ответит на предложение поиграть в карты?

Сэр молча стоял и смотрел на них. Наконец Таша спросила:

— Я думала, ты в комнате. Не хочешь поиграть в карты?

Пропустив мимо ушей её вопрос, Сэр, несколько мгновений не моргая, таращился на Ташу. Потом молча обошёл её и захлопнул дверь.

Подруги изумлённо переглянулись, и хотели уже развернуться и уйти, как вдруг дверь снова отворилась. Мира разглядела второго официанта, обычно работающего на кухне. Он ползал по полу и, ругаясь, что-то собирал в чашку. Мира разглядела хвост с забавной кисточкой, а потом обзор перекрыли. Сэр-вампир замер в дверном проёме. Взглянул сначала на Миру, потом на Ташу и важно произнёс:

— Я таким… не занимаюсь!

И снова хлопнул дверью перед самым носом Таши. Мира не сдержалась и захихикала.

— Значит, я тебе покупаю мороженое, а ты мне. Обе в пролёте. Я никогда в жизни не додумалась бы, что он может ответить… вот так!

Мира предполагала, что Сэр согласится и всю игру будет вести себя как отстранённый аристократ. А Таша думала, что он начнёт фыркать, что «дурак» — слишком просто для такого, как он! Но такого исхода они не предполагали. И вернулись назад, в тень беседки, в одиночестве.

Но очень скоро они заметили, как из-за угла столовой за ними снова кто-то очень пристально наблюдает.

— Какой же он жуткий. Может зря ты с ним… — наклоняясь к уху подруги, сказала Мира. — Совсем не как в фильмах… и не как в книгах!

— Зато ты теперь сможешь описать правдоподобного, — хихикнула Таша.

Тень вампира-официанта исчезла. И снова появилась спустя некоторое время. Мира и Таша уже почти не замечали Сэра, пока он не покинул своего убежища и не подсел к ним за столик.

Он снова курил. И снова загадочно молчал. На этот рад Таша не стала заводить разговор. Ей было интересно: к чему всё приведёт?

Раздался шум компании. На территорию «Рубинной» вернулись мавки, полудницы и другие нелюди. Вместе с ними вернулась и Ло. Она тут же заприметила Сэра в беседке, мигом оказалась рядом. По-свойски плюхнулась на стул и для Сэра начался настоящий кошмар…

Потусторонние создания задумали ещё один вечер плясок и Ло носилась туда-сюда. К мангалам, к беседке, к костру… Мира и Таша мирно ждали в беседке и плясать с зазывающими их мавками не спешили. Они хорошо помнили, как ноги сами рвутся в пляс и как легко ускользает власть над собой. Ведьмы выжидали, когда сил у чудесных существ поубавится и с ними можно будет гулять без вреда.

Огонь взметал к небу длинные языки. В воздухе витала прохлада и приятный запах костра. Мира с упоением наблюдала за дивными существами и делала заметки. Ло, приметившая это, сначала посмеялась, а потом принялась поучать и надиктовывать писательнице тайны о нечисти, живущей совсем рядом с людьми. Даже привела за столик двух пьяных женщин — дриаду и наяду — и они невнятно, но охотно ответили на вопросы.

За всем этим весёлым балаганом Сэр-вампир наблюдал со стороны. И к изумлению девушек, не бросал странных попыток подсесть и заговорить. Сэр снова и снова, с непостижимым упорством, садился за их столик. А Ло вновь и вновь возникала рядом, стоило вампиру опуститься на стул. Цикл повторялся из раза в раз, начинаясь и заканчиваясь одинаково. И за всё это время вампир не произнёс ни слова!

Беготня начинала напоминать бесконечные серии детских мультфильмов и закончилась совершенно внезапно. Ло добилась своего и, не сказав ни слова, сумела закошмарить вампира так, что тот вернулся восвояси, оставив девушек в покое.

— Вы бы осторожнее с ним, — хмыкнула Ло как раз перед тем, как Мира и Таша собрались к костру. — Кошмарить его весело, но он всё ещё вампир… а вы люди, пусть и одарённые способностями к ведьмовству…

***

Следующим утром Ло объявила грустную весть: вечером, фавна и её спутницы возвращаются домой.

— Как жаль, — печально вздыхала Таша, ещё день назад не верившая ни во что, кроме науки.

— Да-а, — протянула Ло, затягиваясь дымом.

На веранде было хорошо. Гулял мягкий ветер, приносил трели птиц. Рядом мяукала кошка, не принявшая подношение в виде сосиски, но требующая внимания.

— Вы смотрите в оба. Прочует кровопийца, что я уехала, сразу к вам пожалует.

— А на них действуют «киношные» средства? — подняв голову к чистому небу, спросила Мира.

— Куда там, — Ло хмыкнула, стряхивая пепел в банку из-под гороха. Продолжила: — Нынешним вампирам не страшны осиновые колы и чеснок. Да и солнца наш Сэр избегает только потому, что боится загореть и испортить свою драгоценную белоснежную кожу.

— И как же быть? — удивилась Мира.

Ло призадумалась, глядя вдаль. Почесала затылок, придумывая, каким ответом удовлетворить любопытство ведьм. Наконец произнесла:

— Нынешние вампиры пьют кровь… скорее в переносном смысле. Нет, могут, конечно, и покусать… Есть куда более калорийный и полезный способ питаться — эмоции.

— Серьёзно? — Таша и Мира переглянулись. Знакомый термин заиграл новыми красками.

— Ага. Только не офигевайте так, — засмеялась Ло, глядя на их лица. — Люди всех подряд называют энергетическими вампирами. Чаще — простых говнюков… Но порой попадают в цель.

— Разве суть не в самой крови? — недоумевала Таша.

— Ну, кровь даёт им… сильное насыщение. Но кровь животных добывать безопаснее и она тоже прекрасно подходит. На людей охотиться, когда кругом камеры слежения… затея опасная, — Ло пожала плечами.

Докуренная сигарета слабо тлела в баночке, тонкий дымок плавно кружил в воздухе.

— А эмоции всегда — м-м… вкуснее. Ну, мне так знакомая рассказывала. Ими питаться даже приятнее, чем солёной кровью. К тому же столько дряни мы сейчас едим — кровь такое себе лакомство.

— Хм, — Мира задумалась. — А в этом есть смысл!

По случаю отъезда Ло, решили повеселиться и отведать вкусностей. Вот только запасы и у ведьм, и у Ло заметно исхудали. Приняли решение собраться и съездить в город.

Добрый час ушел на то, чтобы отыскать сначала Лауру и потом, объяснившись с ней, дождаться такси.

Машину нашли лишь чудом. Никому не хотелось ехать в глушь и забирать их с непонятной турбазы. Мира и Таша ругались на чём свет стоит — интернет утверждал, что крупных служб такси поблизости просто не было, а номеров местных водителей никто не знал. Лаура обзвонила каких-то знакомых… И, наконец, Ло и девушки загрузились в «машину».

Таша и Мира предполагали, что мавка попросит «кого-то из своих» подвезти постояльцев. Но реальность превзошла ожидания. К Рубинной подкатила необычного вида не то карета, не то крытая чёрная повозка, запряжённая не менее необычной лошадкой, с лазурной гривой и белоснежной шерстью.

Перебирая в голове всевозможные варианты, они пытались отгадать к какой эпохе относится транспорт, но ничего не приходило на ум.

— Ого, раритет! — Ло усмехнулась и подтолкнула ведьм к такси. — Я думала такие уже не содержат…

Небольшое транспортное средство казалось не слишком надёжным… Девушки осторожно заползли внутрь и с изумлением обнаружили, что сидится в странной колеснице приятно. Ло запрыгнула вперёд, к погонщику.

Ветер трепал волосы. Мира и Таша выглядывали из окошек, и охали на крутых поворотах. За окном проносился величественный лес.

Водитель оставался загадкой. Они не видели его лица, пока разглядывали повозку. И когда вышли в городе, рядом с магазином, он лишь молча спрыгнул с облучка, прислонился спиной к повозке и закурил толстенную сигару.

В магазине набрали ягод и фруктов, не забыли пополнить запасы. Ло купила себе ещё три пачки сигарет.

Потом молчаливый погонщик, прячущий лицо за полями широкой чёрной шляпы, щёлкнул кнутом в воздухе, и белоснежная лошадка снова поскакала по горной дороге. Снова зашумел ветер и замелькали высокие сосны…

— А со стороны обычную машину видят? — шёпотом спросила Мира у Ло.

— Конечно, — фавна кивнула, отсчитывая свою часть оплаты. — Хочешь взглянуть — возьми у Таши монетку с дыркой.

— Оно и в обратную сторону работает? — удивилась Таша.

Заинтригованные девушки по очереди поглядели на повозку через монетку, но несколько разочаровались. Сказочная колесница для человеческого взгляда оказалась обычной, видавшей виды «тойотой», а загадочный водитель — лысеющим мужичком…

— Сколько же интересного может прятаться за обычными неприметными вещицами? — воскликнула Мира.

— Ой, много, — охотно подтвердила Ло. — Ну, девчата, посидим напоследок? Скоро покину я наше местечко расчудесное…

Глава девятая. Наедине

Медленно и нехотя переставляя ноги, Таша плелась вслед за Мирой, выискивающей «то самое» место для утренней зарядки. Картина казалась немыслимой: солнце едва встало, а Таша уже была на ногах и выбралась на улицу для того… чтобы заняться спортом!

— Это было моё самое глупое решение, — пробормотала Таша, искоса глядя на утреннюю пташку Миру, подставляющую лицо лучам.

— Ну-у, ты только взгляни на мир вокруг! — улыбнулась та, раскинув руки в стороны.

Словно отвечая Мире и красуясь в ответ, лес зашелестел. На склоне заиграли блики, кусты повернулись поудачнее и показались красные ягодки. Таша усмехнулась. Лес, окружавший их, несомненно, был прекрасен. Нежное утреннее солнце и птичьи трели, тёплый ветерок… и свобода. Разве нужно было что-то иное для счастья?

— Лес-то мне нравится, — ответила Таша, становясь напротив довольной Миры и повторяя за ней круговые движения головой. — И нравится, что я могу сама выбрать утренний подъём на зарядку…

— Но? — Мира улыбнулась, растягивая шею и помогая себе руками.

Пряча удовольствие, Таша наклонилась к земле и потянула уставшую от гульбы спину. Мышцы мягко поддались, и боль прошла.

— Просто страдаю, что мы приняли такое решение ночью, на весёлой волне… Не подумав о нас «утренних». Наши тела наверняка в шоке!

— Ага: то гуляем и пляшем, то с Бесова озера несёмся со всех ног… — делая наклоны, согласилась Мира. Свою радость она совсем не прятала и едва не светилась: — Но я всё равно счастлива. Мне кажется, что мой день проходит лучше, если я сделаю зарядку… а утром заниматься, когда мир только просыпается, самое-то! А как хорошо встречать рассветы… Ах, ну что за благодать!

— Закаты не менее очаровательны, — заметила Таша с усмешкой.

— Ну всё, — Мира весело хохотнула. — Сама на это подписалась! Видят небеса, не заставляла!

— Знаю-знаю, — повторяя наклоны, посмеялась Таша.

Упражнения выполняли ответственно, самым честным образом. Даже Таша, для которой утренняя зарядка была чужда, наслаждалась этой тихой свободой.

Солнечный зайчик попал в глаз, и Таша усмехнулась. Мира старательно тянулась к земле, а на её шее болтался серебряный кулон в виде солнца. Поймав луч, он весь светился.

Сравнение с солнцем и луной, днём и ночью, давно перестало быть просто красивыми словами. Мира просыпалась рано, с восходом, а стоило вечером солнцу спрятаться — клевала носом. А Таша, как луна, могла быть замечена и днём, и утром, но всю её силу можно было оценить только в сумерках. Или, хотя бы, не в семь утра, а ближе к обеду.

Небольшая колонка притаилась среди травы, и весёлая, бодрая музыка на удивление хорошо сочеталась с лесом. Мира и Таша размялись, потянулись и даже успели побаловаться: проверили, сколько у них осталось от прошлых навыков. Они запрыгивали на камни с места и прыгали в длину.

Но отряхнувшаяся от сосновых иголок Мира вдруг предложила страшное:

— Ну, а теперь пробежечка?

В глазах потемнело. Не успела Таша сказать Мире, что та сошла с ума, и даже не успела опомниться, как уже бежала вверх по укрытому жёлтыми иголочками склону.

«Чёрт! И как это, блин, произошло?» — недоумевала она. Дыхание сбилось, и в боку притаилась колкая боль. Но в голове всплывали события прошедших десяти минут. Таша совершенно точно сказала: «Да!» По своей воле!

— Ладно, — сгибаясь пополам, прошептала Мира, убежавшая было вперёд, когда менее запыхавшаяся Таша, соблюдавшая темп, догнала её. — С пробежкой я, пожалуй, переборщила…

— Ага, пожалуй, — держась за бок, прошептала Таша.

— Отдохнём?

— Отдохнём…

Как бы долго девушки ни возмущались об утраченных силе и выносливости, пришли в себя они быстро. Но спуститься назад, к «Рубинной», не поспешили. Неожиданная пробежка завела их в красивое, живописное место с высокой каменной грядой, прекрасно подходящей для лазанья.

Утренняя вольная прогулка растянулась ещё на чуть-чуть. Таша уже успела позабыть о раннем подъёме. Она с улыбкой лазила по камням, вспоминая былое.

Слова не требовались, наедине они чувствовали себя непостижимо хорошо, даже в полной тишине.

Мира вытянула ноги на нагретом камне и шумно выдохнула. Сам собой с губ сорвался тихий напев. Таша прислушалась и подхватила. Над лесом потянулась мягкая песня. Поначалу тихая, она постепенно окрепла и вот уже задорное эхо катится с гор.

Мира и Таша пели, перескакивая с одной песни на другую, и рисовали в воздухе мягкие плавные узоры. Посмелев, они осторожно пританцовывали на камнях. Голоса подрагивали, когда они оступались и ловили равновесие. Из груди рвался смех…

Песни смолкли сами собой, и девушки не приметили, когда это случилось. Ещё миг назад они крутились среди камней, а теперь добрались до вершины.

— Чудесно здесь, — сказала Мира, когда они забрались на самый высокий камень гряды и притихли, глядя на ставшие родными земли.

— Чудесно, — прошептала Таша.

Плечом к плечу они сидели на уступе, свесив ноги. С высоты не было видно дорог, домиков и турбаз, только лес на склоне гор.

Вспомнив прощание с Ло и грустное обещание, что ведьмы всё забудут, когда заповедные земли останутся позади, Мира тихо, осторожно призналась:

— Мне немного грустно «забывать». Сказка совсем близко, но рядом с ней нельзя остаться. К ней не прикоснуться надолго… И мы не будем помнить, что дружили с фавной, а на вершине горы живёт и дожидается гостей Шай — настоящий дух озера…

— Мы вспомним однажды. Когда снова приедем сюда.

Таша мягко улыбнулась и, толкнув подругу в бок, положила голову ей на плечо. Помедлив, она добавила:

— Так будет… ценней. Сказка кончается там, где начинается повседневность. Хотя… наверное, ещё десяток лет мы точно будем всему удивляться, если останемся…

— Знаю. Не останемся.

— Не унывай, ты же не совсем забудешь, — заметив, что печаль Миры не отступает, Таша попыталась подбодрить её. — С тобой останутся заметки, которые вы с Ло собрали. Ты будешь думать, что просто решила по-новому взглянуть на известное о «нечисти», а потом, вернувшись в сказку, вспомнишь, что сама прожила эти истории.

Мира усмехнулась и подняла глаза к небу. Облака неспешно, лениво скользили в вышине. Слова Таши придали воодушевления и ей самой:

— Ты же станешь ещё более крутой писательницей, чем сейчас! Мира, пользуйся и пиши заметки, пока всё-всё помнишь!

И, вернувшись в номер, Мира принялась за дело…

Глава десятая. В сердцах

Сон был сладким, а утренний подъем и зарядка — бодрящими. И последний за это маленькое путешествие завтрак вкусным. Даже Сэр, сразу после отъезда Ло потерявший к девушкам интерес, не досаждал вниманием. Мира и Таша гадали, не пригрозила ли фавна несчастному вампиру, но гадали недолго: пришло время собирать вещи.

Мира задумчиво глядела на тетрадь с путевыми заметками и молчала. Брат подарил её прямо перед отъездом и наказал сделать много записей. Дома ждут возвращения и новых историй.

Она хорошо запаслась впечатлениями. Спортивная сумка едва застегнулась — и как все вещи поместились сюда перед отъездом?

Таша улыбнулась подруге:

— Грустишь?

— Уже нет, — честно ответила Мира. А немного помолчав, добавила: — Разве что совсем немного. Ну, а ты как себя чувствуешь?

Таша задумчиво глянула в окно. Лес ещё искрился невидимой магией. Такой же как всегда: в детстве, в юности и сейчас. И всё же, неуловимо другой. «Разве когда-то было иначе? — подумалось ей. — Раньше тоже искрил. Просто я не осознавала, а только чувствовала. Надо же…»

И когда Мира уже не ждала ответа, приняв за него долгое красноречивое молчание, Таша ответила:

— Конечно, грустно прощаться с лесом. С чудом… Но мы ведь не навсегда. Я приеду ещё. Много успела записать?

— До следующего раза хватит, — Мира усмехнулась и спрятала исписанную тетрадь в рюкзак.

— По твоим книгам сразу видно, что ты в лесу побывала, — Таша надавила коленкой на свою сумку, наконец застёгивая её. — Чары на страницы перескакивают…

Новая, полная лесной магии и свободы глава была прочитана этой ночью. Девушки переглянулись с улыбками.

Небольшая комнатка с тремя простыми кроватями и пледами, какие видел каждый, успела стать родной. Они неспешно навели порядок. Присели. До выезда ещё было время, Мира и Таша не торопились.

Разобравшись с вещами и поставив их у двери, ведьмы, ещё не потерявшие зоркость, вышли на прогулку. Не такую буйную и весёлую, как в прошлые дни. Они медленно брели по лесу, наслаждаясь солнечным днём, неповторимым запахом соснового бора, тихим шелестом и далёкими птичьими трелями.

Их голоса не нарушали лесной покой. Мира и Таша глядели по сторонам и старались точнее запомнить ускользающее волшебство. Сохраняли память о весёлом, ласковом и беззаботном времени. Лёгкая грусть отражалась в красивых, тихих улыбках.

Лес… прощался с ними. До следующей долгожданной встречи. Он радушно встретит и примет их, когда придёт срок и душа изголодается по волшебству. Пустит гостей и приоткроет путь в сказку, нужно будет только разглядеть дорогу.

Мира смотрела на свои ноги, шагающие по узкой лесной тропинке, уже представляя, как в холодные серые будни эти воспоминания будут греть и вдохновлять её.

«Я хорошенько опишу всё это, — думала с улыбкой она. — Столько новых глав смогу написать…»

А Таша ни о чём не думала. Она просто смотрела, как кучевые облака плывут за макушками огромных сосен по бескрайнему голубому небу Родины. Вдыхала запах хвои. И ей было хо-ро-шо.

— А всё-таки жаль… Вот бы снова, как в детстве, время ощущать. Пять дней показались бы двумя неделями. Или больше! — Мира задумчиво улыбнулась, вытягивая ноги. — Когда только приехали, казалось, что впереди целое лето… а путешествие пролетело стрелой. И вот, мы ждём свой автобус обратно.

Мира и Таша сидели на лавочке в окружении таких же путников, возвращающихся домой. Таша толкнула плечом подругу и усмехнулась:

— Грустишь.

— Грущу, — с печальной улыбкой ответила Мира. — Как же без этого.

Скользнув взглядом по тенистой аллее, Мира задержала взгляд на девушке с длинными белыми косами и полупрозрачной кожей. Нечисть улыбнулась двум ведьмам, тихо ожидающим свой автобус. Они улыбнулись в ответ.

Мысли то и дело тянулись к приятной, ласковой тоске. Они ещё не переступили порог, не покинули своё маленькое путешествие, но уже скучали по нему. И чудилось, всё случилось так непостижимо давно…

Над санаторием пролетел вертолёт. Раскатистый шум заглушил разговоры ожидающих путников. А когда звук двигателей затих, говорить Мира и Таша не стали.

Они выросли и стали спокойнее принимать то, что рано или поздно всё заканчивается. Но на замену неизменно приходит что-то иное…

Лесная сказка медленно и неумолимо отдалялась. Тянулась зелёная стена леса, мимо проплывали сосны и горы. Постепенно лес уступил власть бескрайней степи — жаркой, пахнущей полынной горечью, мёдом и солнцем. Но вопреки грусти на сердце было хорошо. В наушниках играла музыка.

Впереди, рядом с водителем, перешёптывались девочки-близняшки с милыми рожками. Длинные хвостики с кисточками метались из стороны в сторону, выдавая их. Старушка то и дело дёргала внучек, когда те пытались вскочить со своих мест. Обернувшись, она поймала взгляд ведьм и хитро подмигнула. Или…

Мира моргнула, пытаясь сосредоточиться на жёлтых глазах, но в глаза словно песка насыпали. Сердце испуганно вздрогнуло. «Померещилось?» — подумалось ей.

Она упорствовала и пыталась открыть глаза, но сон был сильнее. На плечо легла приятная тяжесть, и Мира не стала сопротивляться. Уставшая от жары и ранних подъёмов Таша задремала у неё на плече.

Мира уступила и прикрыла глаза. Им снились лес и дикие, невозможные встречи с обитателями страшных сказок. Эхо разносило задорный хохот по тёмным склонам, в танце стучали копыта, и огонь взметался к небу. Но почему-то они совсем не боялись дивных созданий… И были совсем не против погостить у их костра.

Лес отпустил гостей и тихо попрощался. В городе, полном суеты и событий, тоже было хорошо, просто по-другому. Там их ждали друзья и родные. Музыка, шум, смех и прогулки под фонарями по пустым улицам.

А заповедный лес из года в год будет ждать своих ведьм. Дивный сон останется рядом и будет греть холодными долгими вечерами.

Из красивых камней, чудом найденных на вершине, мастер сделает кулоны. И каждый раз, когда приятная тяжесть будет замирать на груди, на душе будет становиться теплее: приятное напоминание о том, что они снова покорили родную вершину.