Пираты Скарры

– Вынуть всех, – скомандовал адмирал.

Серые мундиры отдали оружие одному из сослуживцев. Затем слаженно, будто делали это далеко не в первый раз, начали вынимать из воды пиратов.

Мик всё же поднялся на ноги. Глаз не отрывал от жены, что не укрылось от светлого.

Свободные моряки один за другим оказывались на палубе. Кто-то из них пытался встать, другие оставались лежать без сил от пережитого ужаса. Морская вода мешалась с кровью и превращалась в бурые лужи. Двое последних, кого вытащили, признаков жизни уже не подавали.

– Стать в шеренгу, – скомандовал адмирал морякам.

Солдаты, тем временем, разобрали ружья иждали дальнейших указаний.

Пираты двигались медленно, словно сонные мухи. Молча и нехотя они поднимались, толкались, снова падали. Наконец, все оказались на ногах, кроме тех, которым не повезло оказаться в начале связки.

– Выбирай, – Инниод ткнул тростью в моряков. – Десять людей, на которых ты укажешь, отправятся за борт. Навсегда.

– Восемь, – буркнул Брат Удачи. – Двое уже побывали за бортом, – указал на захлебнувшихся моряков.

– Нет, – погрозил пальцем адмирал. – Десять. Эти двое умерли из-за твоей несговорчивости. Как и все из твоей команды, кто умер, или умрёт на этом судне.

– Восемь, – повторил Мик.

– Десять. И это моё последнее слово, – нахмурился светлый. – Если я ещё раз отдам приказ выкинуть всех за борт, то уже не отменю его. А я его сейчас отдам, если не приступишь к выбору десяти людей, которым предстоит сегодня умереть.

Секунд десять адмирал Астлейда и Брат Удачи буравили друг друга взглядом. Затем Мик понурил голову. Медленно направился к шеренге моряков. Кандалы на ногах громыхали, мешали. Позади точно тень следовал охранник. Остальные солдаты выстроились напротив пиратов. Ружья смотрели вверх, но по решительным взглядам Мик видел, что каждому из серых мундиров не терпится их применить. На вантах появились матросы, которые с любопытством наблюдали за разыгрывавшейся трагедией. Брат Удачи не сомневался, что подняв глаза, увидит людей и на реях. Всегда приятно наблюдать, когда кто-то получает по заслугам. Тем более в море, где заедает скука.

Мик остановился перед своей командой. Оглядел всех.

– Добровольцы есть? – поинтересовался он.

– Нет-нет-нет! – стукнул тростью по палубе адмирал. – Так дело не пойдёт, пират! Ты должен выбрать людей, которые отправятся на дно. Ты и только ты!

Мик опустил взгляд и несколько мгновений разглядывал палубу. Затем подошёл к первому в цепи матросу с «Победителя». С него капала вода. Рваная и мокрая одежда выглядела жалко. Пират вгляделся в его лицо. Имени этого моряка он не помнил, но в памяти всплыли воспоминания, как брали на абордаж нон Настана33[33]в самой южной части Ледяного моря34[34], где ещё относительно тепло. Три торговца шли в сопровождении нона. По своей обычной тактике пираты напали вначале на корабль сопровождения. Пока брали его на абордаж, торговцы пустились врассыпную. Тоже, впрочем, как обычно. Догнать получилось лишь одного. Мик запомнил, что при абордаже этот пират дрался точно зверь. Он один перебил не меньше десяти солдат.

Брат Удачи сделал шаг и оказался напротив Лестера – способного, который ходил с ним уже лет семь.

Его короткие волосы были взлохмачены, а с правой стороны немного припалены. Одежда способного насквозь промокла – ему довелось побарахтаться за бортом.

Лестер был способным на мелком торговом судне, которое Мик захватил без единого выстрела и жертв. Капитан предпочёл лишиться груза, но сохранить жизнь и корабль. Мик всегда оставлял судно тем, кто сдавался без боя. Многие на Скарре об этом знали. Мало кто из пиратских капитанов так делал – чаще всего они продавали захваченных в рабство, реже высаживали на каком-нибудь из крошечных необитаемых островов, которых на Скарре имелось в избытке. На том корабле и был Лестер. Он сумел незаметно перебраться на пиратский «Победитель», где спрятался в трюме. Нашли его через пять дней. Кайра поначалу хотела выкинуть способного за борт, но Мик помешал. Он решил отложить решение до следующего дня. В тот же вечер способный, служивший в тот момент на пиратском судне, напился и что-то не поделил с одним из матросов. Моряк, недолго думая, его и зарезал. Моряка следующим утром вздёрнули на рее за недопустимое поведение на корабле, но факт состоял в том, что корабль остался без способного. Таким образом Лестеру нашлась работа на «Победителе». Он оказался преданным и хорошим человеком, которым Мик дорожил. В пиратском деле таких по пальцам одной руки можно пересчитать.

Брат Удачи сделал шаг и оказался напротив бородатого матроса. Он не помнил его имени. Не помнил, когда тот присоединился к команде «Победителя». Его голубые глаза смотрели на капитана с надеждой.

Кивок головы дался Мику очень тяжело, будто шейные мышцы неожиданно стали каменными. Брат Удачи сделал шаг.

Осталось выбрать девять людей, которых он приговорит к смерти. Ещё девять невероятно трудных решений. Ещё девять раз почувствовать себя мразью и предателем.

Трое солдат по едва заметному кивку адмирала подскочили к приговорённому пиратом моряку. Отсоединили его от общей цепи. Пират попытался вмазать одному из серых мундиров в нос, но солдат уклонился, а его сослуживец от всей души врезал непокорному под дых. Когда моряк согнулся, они с лёгкостью подхватили его и бросили за борт. Спустя мгновение раздался плеск. Мик рассчитывал, что вот-вот раздастся крик о помощи, но его не последовало. Трудно удержаться на воде, когда руки и ноги в кандалах.

Пират посмотрел в лицо следующему моряку с «Победителя». Кажется, его звали Брангантин.

Мик кивнул и сделал шаг. Звякнули цепи. Брат Удачи почувствовал мёртвую хватку, словно ему собирались вырвать плечо. Тут же подскочили солдаты. Пару ударов прикладом хватило моряку, чтобы он упал. Его отсоединили от общей цепи и перекинули за борт. Послышался плеск.

Ещё восемь своих людей предстояло выбрать Мику.

Он посмотрел в глаза очередного матроса. У того были разбиты губы. Шла кровь. Под правым глазом наливался синяк. Пират не помнил его имени. Не знал, где он присоединился к команде, но не смог третий раз подряд кивнуть. Поэтому просто сделал шаг вперёд.

Перед Миком стоял низкорослый и коренастый парень. Он присоединился к команде совсем недавно и ещё не успел себя проявить. Пират не помнил его имени.

– Не надо, – одними губами шепнул матрос, словно почувствовал угрозу.

Брат Удачи с огромным усилием, но сумел кивнуть.

История повторилась. Моряка отстегнули от общей цепи и швырнули за борт. Послышался плеск.

Ещё семерых пирату требовалось приговорить к убийству.

Мик обернулся на адмирала. Тот наблюдал за происходившими убийствами с бесстрастным лицом. Его расшитый золотом камзол поблёскивал в солнечных лучах. Рядом с ним уже находился старпом, который злорадно улыбался.

Мик сделал шаг и оказался лицом к лицу с очередным членом бывшей команды «Победителя». Престарелый – такое прозвище носил этот матрос, ходивший на «Победителе» ещё во времена, когда этот корабль принадлежал Соединённым землям35[35], а его молодой и родовитый капитан – Фаранд – подавал большие надежды.

– Давай, сделай это, капитан, – из разбитой брови Престарелого шла кровь. – Я хочу закончить жизнь в море, а не гнить заживо в клетке.

Мик кивнул и сделал шаг. Вновь глухо зазвенели цепи. Солдаты отстегнули матроса и выбросили за борт. Вновь послышался плеск.

Ещё шестерых требовалось отправить умирать.

Брат Удачи посмотрел в глаза очередного матроса. Быстрый – такую кличку носил носатый моряк, не раз показывавший свою удаль на борту захватываемого судна.

Мик сделал ещё шаг и оказался возле Джаирда – толстого кока, ходившего ещё с Фарандом. С кухонными ножами он обращался лучше, чем многие пираты с абордажными саблями. Джаирд был одним из тех, кто поддержал Мика в стычке, случившейся после смерти отца Кайры.

Брат Удачи сделал ещё шаг и оказался лицом к лицу с высоколобым брюнетом. Кажется, его звали Эдином. Он ходил на «Победителе» уже много лет, но ничем особенным себя не проявил.

Мик кивнул и тут же получил удар головой. Непроизвольно сделал шаг в сторону. Ноги запутались в кандалах, и он грохнулся на палубу. Загремела цепь. Послышались крики, а потом грохнул выстрел. Когда пират поднялся на ноги, Эдин уже лежал на палубе с дырой в груди. Он был ещё жив. При каждом выдохе на его губах пузырилась кровавая пена. Солдаты отстегнули его от общей цепи и бросили за борт. Вскоре раздался плеск.

Половина. Осталось выбрать ещё пятерых.

Мик подошёл к следующему матросу. Моряк беззубо улыбался. Его имени Брат Удачи не помнил, хотя тот ходил на «Победителе» уже несколько лет.

Пират кивнул. Снова раздалось громыхание цепи. Матрос попытался лягаться, даже зарядил одному из солдат по зубам, но всё равно оказался за бортом. Послышался плеск воды. Мик сделал шаг к очередному человеку, когда из воды донеслось:

– Чтобы вы сдох… – последний слог человек уже не договорил, погрузившись в бездонную пучину.

Следующим был юнга. Беспризорник, которого Мик подобрал на Динвире, одиноком острове, ставшем очередным пиратским оплотом, пока какое-нибудь из государств не решит его разгромить. В глазах паренька пират увидел безотчётный ужас и мольбу о пощаде. Даже если б он хотел кивнуть, то вряд ли бы смог это сделать, глядя в эти глаза. Тогда он сделал шаг к следующему моряку.

Шеренга быстро приближалась к концу, а требовалось выбрать ещё четверых.

– Только попробуй, – рыкнул высокий и широкоплечий боцман, которого за спиной звали Косым, из-за соответствующего порока. Этот бугай никогда не давал спуска команде. Он стал одним из тех, кто выступал против Мика и Кайры при бунте на «Победителе», но впоследствии раскаялся и был прощён. Потом же общее дело их примирило. По крайней мере, так казалось Мику. Он бы не решился избавиться от этого человека, но открытая угроза, которую услышали все, просто не оставила ему шансов.

Брат Удачи кивнул. В тот же миг боцман сгрёб своего капитана за грудки и лёгким движением перебросил за борт. Однако Мик успел схватиться за чудом подвернувшийся канат. Он повис рядом с пушечным портом, больно стукнувшись локтем о его люк. Наверху слышались крики и возня. Грохнул выстрел. В следующий миг канат чуть стравился, вода стала ближе. После Мик почувствовал, что его поднимают. Вскоре он оказался возле фальшборта, где его под руки подхватили люди в серых мундирах, затащили на палубу.

Адмирал улыбался. Всё происходящее доставляло ему безмерное удовольствие. Всегда приятно наблюдать, как твои лютые враги изничтожают друг друга. Мик исподлобья глянул на довольное лицо Инниода. Затем посмотрел на боцмана с дырой в голове, чьё тело солдаты как раз перекидывали через фальшборт. Вскоре послышался плеск.

– Давай, пират, – подбодрил адмирал. – Тебе предстоит выбрать ещё троих. Знаешь, я могу тебе помочь и выбрать одного из твоих людей, кому доведётся сегодня исследовать дно. Точнее одну. Хочешь стать вновь свободным мужчиной без обязательств?

– Только тронь её! – прорычал Мик и даже сделал шаг в сторону адмирала.

На его пути тут же возникло двое рослых солдат, и Брату Удачи пришлось унять пыл. Он буравил взглядом адмирала, затем посмотрел на старпома, стоявшего чуть позади. Офицер тоже улыбался.

– Ладно-ладно, – усмехнулся светлый. – Хочешь выбирать сам, мешать не буду. Но я бы, на твоём месте, от этой убийцы избавился. Я столько наслышан о её кровожадности, что даже если половина из этого правда, то её следует раз тридцать пропустить под килем.

– Закрой свою мерзкую пасть! – выкрикнула Кайра. – Оттуда тухлой рыбой воняет!

Адмирал ещё сильнее заулыбался. Каждый на этом корабле знал, что одного движения его пальца достаточно для того, чтобы через минуту все пираты были мертвы. Поэтому оскорбить его таким образом попросту невозможно.

Мик подошёл к следующему матросу с «Победителя». Канонир. Имя – Вертек. Родом как раз из Астлейда, да ещё и из столицы этого государства – Пунпура. В море ушёл ещё в двенадцать, когда в уличной потасовке случайно убил отпрыска знатного семейства. С тех пор сменил много кораблей, но окончательно задержался лишь на «Победителе», где Мик предложил ему хороший процент с добычи. В Астлейд Вертек никогда не возвращался. По идее, он возвращался домой, где у него ещё наверняка есть родственники.

Мик поджал губы, не зная, что предпринять – сделать шаг или кивнуть. С одной стороны Вертек хороший канонир. С другой, в Астлейде его, как и остальных, наверняка казнят. Стоит ли родственникам знать, что Вертек стал пиратом?

Брат Удачи сделал шаг к следующему человеку. Лёгкий ветерок приятно подул в спину.

Перед Миком стоял Адуль. Выглядел матрос плохо. Под глазами мешки, белки глаз пожелтели. Он явно подцепил в трюме какую-то лихорадку.

Пират кивнул. Адуль всё равно не доживёт до конца пути. Здесь его лечить никто не станет.

Мик сделал шаг к очередному члену своей команды. Позади послышался грохот цепей.

– Не надо, – донёсся слабый голос изнурённого болезнью Адуля. – Пожалуйста, не надо!

Он даже пытался сопротивляться, но так вяло, что даже улитка доставила бы солдатам больше проблем. Они перекинули моряка через фальшборт. Вскоре раздался плеск. Этот звук начал казаться Мику самым отвратительным, который он когда-либо слышал.

– Давай, пират, – подбодрил адмирал. – Ещё двоих.

– Чтоб ты сдох! – не оборачиваясь, сквозь зубы процедил Мик.

Его услышал лишь бывший матрос с «Победителя», возле которого как раз и стоял Брат Удачи. Мик глянул в его зелёные глаза. В них бурлил океан страха. На щеке моряка красовался глубокий рубец. Пират помнил это лицо, но ничего не знал об этом человеке.

И кивнул. Затем сделал шаг. Загремели цепи.

– Нет! Нет! Нет! – беспрестанно повторял матрос со шрамом на щеке. – Нет! Нет! Нет! – твердил он, пока солдаты отстёгивали его от общей цепи.

Затем раздалось его последнее, протяжное:

– Не-е-е-е-е-ет, – после чего послышался ставший отвратительным плеск.

Мик посмотрел на оставшуюся шеренгу. В конце увидел Кайру. Возле неё, слишком близко, стоял солдат. Создавалось чувство, что он её лапал, хотя Мик понимал – этого быть не могло. Пиратка не того сорта женщина, к которой можно безнаказанно прикоснуться. Даже если она со связанными руками.

– Последний остался, Мик, – сказал адмирал. – Давай уже, выбери его, и мы все разойдёмся.

Пират сделал шаг к следующему из своей команды.

Слепой – так прозвали этого человека, уже лет семь ходившего на «Победителе». В одной из береговых драк ему выбили правый глаз, что, впрочем, не мешало ему отлично управляться с парусами.

Мик сделал шаг и оказался перед хмурым пиратом, который смотрел на свои ноги. Он на «Победитель» попал точно недавно – Брат Удачи его не помнил.

И он кивнул, уже порядком устав от всего.

Тут же подскочили двое солдат. Отпихнули пирата и принялись отсоединять приговорённого к казни от общей цепи. Матрос поднял голову и посмотрел на Мика.

– Мы ещё увидимся, – сказал он. – Встретимся на дне, Брат Удачи.

Серые мундиры подхватили его под руки, подтащили к фальшборту и перекинули за пределы корабля. Вновь раздался тошнотворный плеск.

– Этих тоже за борт, – адмирал указал тростью на двоих утонувших, но вытащенных пиратов. – Давно бы и сами могли догадаться, что всякая шваль мне на борту не нужна! – рыкнул на солдат.

Сразу четверо бросились исполнять его приказ. Секунд десять им потребовалось, чтобы отстегнуть тела от общей цепи и выволочь их за борт. Вновь раздался плеск. На этот раз двойной.

– Вот и всё, пират, – улыбнулся адмирал. – Ты наказал себя. Поздравляю. Может, хочешь ещё раз попытаться сбежать?

Мик смотрел в глаза светлому и молчал. На палубе повисла гробовая тишина, слышался лишь плеск волн о борта «Вечерней звезды».

– Я убью тебя, крыса трюмная! – выкрикнула Кайра. Её звонкий голос далеко разнёсся над водной гладью. – Я ещё не знаю как, но знай! Ты уже труп!

Адмирал широко улыбнулся.

– Смотри убийца, договоришься, что я тебя под килем пропущу, – сказал он. – Всё, пират, – посмотрел на Мика. – Все эти люди могли быть живы, если бы ты своими безрассудными поступками сам не отправлял их на дно!

Он несколько мгновений ждал ответа, но Брат Удачи молчал.

– Всех пиратов обратно в клеть, – приказал адмирал старпому. – Их капитана обратно в его каюту. И больше его оттуда не выпускать ни под какими предлогами. Ясно?

– Так точно! – отрапортовал старший помощник. – Пиратов в клеть, а их капитана обратно в каюту и не выпускать ни под какими предлогами.

***

Шторм в тот же вечер догнал астлейдскую эскадру. Корабль бросало по волнам, било ветром, но умелые действия команды вывели судно из непогоды с минимальными потерями.

Об этом Мик услышал от охраны у своей каюты. Или, если быть точнее, у своей камеры. Теперь солдат стало четверо. На дверь приделали задвижку. Кормили стали раз в сутки. При этом порция уменьшилась раза в два. Еду заносил тот же юнга с недоразвитым ухом. С ним теперь всегда заходил солдат, придирчиво осматривал помещение. Остальные стояли с пистолетами наизготовку. Мик слышал, как старпом им приказал при малейшем подозрении открывать огонь по ногам пирата.

– К королю этот разбойник должен прибыть живым. Про наличие всех конечностей ничего не сказано, – злорадно улыбнулся он, посмотрев на Брата Удачи.

Заняться Мику было совершенно нечем. Оставалось лишь валяться на койке, да глядеть в замызганное окошко. Даже поход в отхожее место ему теперь отменили. Гальюном стало ведро, выносить которое ему никто не собирался.

***

«Мир меняется, но пирата меняет только смерть. При встрече не жди от пирата пощады, не жди сострадания, не жди понимания. Пират – это убийца. Пират – это опухоль на теле общества. Видишь пирата – убей. Ни в одном государстве Скарры нет наказания за убийство пирата».

Мик вспомнил инструкцию, написанную на острове Питона, входящего в состав Соединённых земель. Располагалась она на центральной площади города. Три года назад Брат Удачи брал этот остров. Много было жертв, со стороны защитников, естественно. Кайра лично ходила по улицам, добивала их.

Конечно, после бойни его людям требовалась разрядка, поэтому город был отдан на растерзание свободным морякам. Много было тогда изнасилованных и растерзанных женщин и девушек. Изголодавшиеся матросы сокрушающей волной прошлись по населению противоположного пола. Всех несогласных с этим решением мужчин убивали. Из-за чего смертей было очень много. Очень-очень много. Мик помнил, как шёл через город, где возле каждого дома лежали тела. Иногда целые горы. В тот день он случайно забрёл на центральную площадь. Увидел надпись на щите, которая, видимо, служила указанием для жителей. А ведь все могли выжить. Мик бы ни в коем случае не допустил убийства жителей, если бы город сдался без боя. Если бы он знал об этой надписи, то, может быть, попытался бы избрать какую-нибудь другую тактику по захвату острова. После всего произошедшего он уже никогда-никогда не сможет доказать ни одному жителю острова Питона, что он вообще-то не такой.

Брат Удачи лежал в каюте на грязной койке, положив руки под голову. Отчего-то лезли воспоминания из прошлого. За окном смеркалось. На палубе проводились учения, или обычная муштра. Слышался топот, зычные команды. Дважды раздался ружейный залп. Охрана под дверью что-то бубнила. Несколько раз он, просто от скуки, бесшумно подбирался к двери, слушал их разговор. Ничего интересного там, естественно, не было. Бесплотные мечты, несмешные шутки, поверхностные рассуждения – всё, что свойственно большинству людей, когда они открывают рот.

Незаметно Мик уснул, что в последнее время с ним случалось довольно часто. Вновь снилась разная чепуха. То он брал на абордаж «Победитель». То «Победитель» брал на абордаж его судно. При этом и в том, и в другом случае, команда на «Победителе» состояла из двуглавых монстров с ядовитыми когтями.

На следующие сутки Мик поинтересовался у солдат, где его жена.

– В трюме, – буркнул серый мундир, зашедший в каюту проверить, не замышляет ли заключённый побег. – С остальными пиратами. А что, тебе не хватает женского внимания? Привык каждую ночь получать удовольствие? – с усмешкой спросил он. – Теперь его получают твои дружки! – злорадно улыбнулся.

В принципе Мик допускал подобное развитие событий. Изголодавшимся по женскому обществу морякам будет тяжело сидеть в одной клети с Кайрой. Именно поэтому её вначале поместили отдельно. Это была своеобразная милость адмирала к морякам. Однако Мик не сомневался, что дочь Фаранда сможет дать отпор настойчивым ухажёрам. Она это уже делала сотни раз. При этом большинство тех, кто хотел полакомиться её телом, быстро и плохо, даже для пиратов, окончили свои дни. Конечно, был вариант, что насильников будет больше одного, но и Кайра там не в одиночестве. Есть там люди, поддержавшие Мика, а значит и Кайру, в сваре на «Победителе».

Скорее всего, моряков в трюме мало волнует присутствие рядом женщины. Во тьме, вони, с ужасным питанием и снующими туда-сюда крысами о продолжении рода думается в последнюю очередь.

– Попридержи язык, – сказал Мик. – Он тебе ещё понадобится, когда будешь умолять о пощаде.

Солдат округлил глаза. Обернулся на приятелей. Двое из них держали наизготовку пистолеты. Третий, видимо, негласный лидер, сидел на табурете, закинув ногу на ногу. Юнга к тому времени уже покинул каюту, но вновь заглянул, посмотреть на пирата.

– Иди-иди, – вытолкнул его один из серых мундиров. – Незачем тебе видеть, что здесь сейчас будет.

Мик поднялся с кровати. В ногах появилась лёгкость, а руки слегка задрожали – как всегда перед дракой.

– Это ты намекаешь, что я у тебя буду просить о пощаде? – ткнул себя в грудь солдат.

– Вижу, что у тебя в голове больше двух извилин, – ответил Мик. – Ты даже выводы делать умеешь.

– Что ж… – злорадно ухмыльнулся солдат, вытаскивая удлинённый так-тек. – Сейчас я подправлю твою пиратскую рожу, чтобы…

Договорить он не успел. Мик ударил ему ногой в пах и тут же подскочил, перехватил руку с оружием, вывернул её. Так-тек с жалобным звоном упал на доски. Охранник вскрикнул, попытался локтем достать врага, но пират вывернул ему руку ещё сильнее.

Двое солдат с пистолетами сразу вскинули их, но стрелять не спешили, чтобы не попасть в товарища. Третий серый мундир так и остался сидеть, точно ничего не произошло.

– Пират, мы же тебя сейчас покалечим, – меланхолично произнёс он. – Отпусти Фиргота.

Фирготом, видимо, звали охранника, который решил наказать Брата Удачи.

– Ну, что, будешь просить о пощаде? – спросил Мик.

– Я убью тебя! – всхлипнул охранник, приплясывая на носочках.

Солдат, сидевший на табурете, подался вперёд.

– Эй, пират! – крикнул тип с пистолетом. – Отпусти его, пока мы тебя не пристрелили!

Мик поддел носком так-тек и подкинул. Рукоять точно легла ему в руку, а лезвие тут же оказалось у шеи незадачливого охранника. Тот перестал приплясывать и скосил глаза на руку, сжимавшую клинок.

– Не советую меня злить, – посмотрел Брат Удачи на солдата, который так и сидел на табурете. – Попробуете ещё раз угрожать мне, убью всех, – он выдержал паузу и добавил. – Я сейчас толкну вашего дурака. Не проделайте в нём лишнюю дырку.

Он отпустил руку солдата и тут же со всей силы пихнул его ногой в спину. Серый мундир пулей вылетел и каюты. Двое с пистолетами успели расступиться, и Фиргот наткнулся на сидевшего. С ругательствами и стулом оба полетели на пол.

Мик закрыл дверь, предварительно выбросив в коридор так-тек. Затем отошёл и начал ждать, когда рассерженные вояки ворвутся к нему, чтобы мстить. Однако они оказались умнее. Вместо этого Брат Удачи услышал, как громыхнул засов.

***

Ночью Мику опять снилась различная чепуха. Будто он капитан огромного каменного корабля с сотней мачт, в чьих названиях запутается любой моряк. Даже находясь на вороньем гнезде этого корабля, приходилось брать подзорную трубу, чтобы увидеть борта. На нём стояли мощные и дальнобойные орудия. Один выстрел любой пушки способен потопить шняв. Залп с одного из бортов сотрёт с лица Скарры любой архипелаг. В команде преданные люди. В середине верхней палубы огромная плантация, где растёт…

Где-то поблизости прозвучал горн. Мику почудилось, что он вновь матрос на «Победителе» и этот звук – призыв к боевой готовности. Он подскочил с койки. Бросился к двери, схватился за ручку и дёрнул. Дверь, естественно, не открылась. В этот миг пират сообразил, кто он и где находится. Накатило странное чувство радости вперемешку с огорчением.

Мик подошёл к грязному окошку. Оказалось, что адмиральский нон входил в бухту Пунпура, столицы Астлейда. Слева находился утёс Смертников. Так прозвали оконечность острова с небольшой скалой, откуда в прежние века сбрасывали пойманных пиратов. Теперь же на утёсе подвешивали клетки с людьми, уличёнными в пиратстве или пособничестве таковым. Большинство из них были свободны. В двух сидели люди. Одна из них, блондинка в кремовом платье, что-то кричала, но Мик не мог разобрать слов. Может, с ума сошла от жажды и ужаса подступающей смерти. Может, умоляла отпустить для ухода за детьми – в трудных обстоятельствах женщины часто используют этот предлог. При этом те из них, кого матерью можно назвать лишь формально, больше всего любят давить на жалость таким способом.