Пробуждение Глории

Глория подняла на него взгляд. В его глазах она не увидела жалости, только ровное, спокойное внимание.

И ей стало легче, не потому что он сказал что-то волшебное, а потому что он не торопил. Не просил её быть той, кем она не была.

Она снова опустила взгляд на своё запястье, бледная кожа, на которой уже почти не видно следов и думала о том, что хотела бы оставить себе навсегда.

— Птица, — сказала она. — Маленькая, простая. Как будто она летит.

Она не знала, почему это слово пришло к ней. Может быть, потому что она чувствовала себя так, будто только что вырвалась из клетки. Может быть, потому что впервые за долгое время она могла смотреть вперёд, не оглядываясь.

— Запястье, — добавила она. — Внутренняя сторона.

Стив посмотрел на неё. на её глаза и слегка кивнул.

— Хорошо, — сказал он.

Глория вытянула руку. Стив взял её запястье, его пальцы были тёплыми и уверенными. Он повернул её руку так, чтобы было удобно и на мгновение задержал взгляд на её коже.

Она заметила это, как он смотрел на то место, где когда-то были синяки. Но ничего не сказал.

— Будет больно, — предупредил он.

— Знаю, — ответила она, сжимая колено второй рукой.

— Но это твоя боль.

Она взглянула на него и кивнула. Аппарат зажужжал. Глория почувствовала первый укол острый, но не страшный. Она сжала пальцы в кулак немного скривив лицо, потом разжала.

Стив работал медленно, аккуратно и она смотрела на то, как под его руками появляется тонкая, изящная линия. Крыло, тело. голова. Боль не уходила, но она была другой. Её взгляд блуждал по Стиву, он был сосредоточен, брови слегка нахмурены, глаза опущены. Иногда он поднимал взгляд, проверял, как она и молча продолжал. Между ними не было слов. только шум аппарата, дыхание и редкий взгляд.

Глория вдруг почувствовала, что ей не нужно ничего говорить. Она не должна объяснять, почему она здесь, почему согласилась и чего боится. Когда аппарат затих, Стив выпрямился, отложил его в сторону.

— Готово, — сказал он.

Она медленно опустила голову и прошлась глазами по только что набитой татуировки. Маленькая птичка, почти воздушная, тонкие линии крыльев, расправленных в полёте. Она летела вверх, туда где больше нет стен. Глория смотрела на рисунок и не могла поверить, что это на ней, что это её выбор, её кожа, её птица.

Она осторожно коснулась пальцами и немного шикнула от жжения. Кожа была слегка воспалённой, но боль была приятной, не как от ударов любимого человека.

— Это первое, — сказала она тихо, почти шёпотом. — Первое, что появилось на моём теле только потому, что я сама этого захотела.

Она подняла взгляд на Стива. Он смотрел на неё и в его глазах мелькнула лёгкая улыбка. Глория почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы, она улыбнулась и слёзы скатились по щекам, горячие и светлые.

— Спасибо, — сказала она. — За то... что дал мне выбрать.

Стив покачал головой и протянул ей салфетки, чтобы она вытерла слёзы и сказал:

— Это твой выбор. Я просто нарисовал.

Глория снова посмотрела на запястье. Её птица летела. Лиззи подскочила с дивана и подбежала к ней.

— Ой, какая красивая! — закричала она. — Глория, ты просто прелесть!

Все окружили её, смотрели, обсуждали. Кто-то сказал, что похоже на воробья, кто-то сказал, что на ласточку. Но Глории было всё равно, что это за птица. она смотрела на свою руку и надеялась взлететь так же.

Компания расходилась уже глубокой ночью. Глория сидела на бревне у остывающего костра, смотрела на запястье и не могла оторвать взгляда. Птица была ещё красной вокруг, но линии были чёткими и красивыми. Стив прошёл мимо, останавливаясь на мгновение.

— Завтра будет немного болеть и чесаться, — сказал он. — Это нормально.

— Хорошо, — ответила она и на лице промелькнула улыбка.

— И не трогай руками без необходимости.

— Не буду, — сказала она. Он хотел уже уйти, но она вдруг сказала: — Стив. — Почему ты согласился сделать мне тату? Ты же редко кому делаешь.

Он посмотрел на неё. В темноте его лицо казалось спокойным и серьёзным.

— Потому что ты отказалась выбирать чужое, — сказал он и надел шлем, потом добавил: — Значит, была готова к своему.

Она смотрела на него глазами, в которых была благодарность. Он слегка кивнул и пошёл к своему мотоциклу. Глория осталась у костра и снова провела пальцами по запястью, ощущая едва заметную шероховатость свежей татуировки, потом подняла взгляд к небу и улыбнулась. Сейчас она была целой, не идеальной, не счастливой, просто целой.

Глава 6

«То, что невозможно забыть»

К вечеру лес словно перестал быть лесом. Дорога, по которой они обычно ехали почти в одиночестве, теперь была заставлена машинами. Старые пикапы, внедорожники, прицепы с мотоциклами, они тянулись вдоль обочины настолько далеко, что казалось будто сюда съехалась половина округа. Из открытых багажников играла музыка, кто-то уже жарил мясо на переносном мангале, пахло дымом с нотками жаренного мяса и бензином. Лиззи тихо присвистнула, выключая двигатель.

— Ого... Кажется, сегодня будет мясорубка.

Глория выбралась из машины и остановилась, оглядывая незнакомые лица, новые мотоциклы, чужие машины. Всё это выглядело так, будто сюда съехалась не половина округа, а все кто вообще способен держаться в седле.

— Так много людей? — спросила она.

— Это ещё не все приехали, — ответила Лиззи, хлопнув дверцей. — Сегодня ставки выше обычного. Парни из соседних городков подтянулись. будут пытаться показать, кто тут главный.

— И кто тут главный?

Лиззи усмехнулась и подмигнула.

— Скоро увидишь.

Глория закрыла дверь и на мгновение остановилась. Прошло всего несколько дней с тех пор, как она оказалась здесь, испуганная, потерянная, не знающая куда смотреть и что говорить. Теперь всё было иначе. Лес остался тем же: те же высокие ели, тот же запах сырой земли, тот же старый ангар впереди. Изменилась только она.

— Глория!

Она обернулась. Джек стоял возле ангара, размахивая какой-то железкой и выглядел так, будто его только что облили бензином и подожгли.

— Если ты сейчас же не придёшь спасать этих идиотов, они угробят мне половину техники! — крикнул он. — Я тебя умоляю, они даже масло отличить от воды не могут!

На лице Глории расплылась улыбка.

— Добрый вечер, Джек. Ты всегда так встречаешь гостей?

Он остановился, перевёл дыхание и как-то сразу сбавил обороты.

— Привет, привет. Прости, просто... эти парни из города приехали и думают, что разбираются в железе, а сами даже свечи зажигания от карбюратора отличить не в состоянии. Ну как так можно?! — сказал он показывая на ангар, в котором был полный бардак.

— Наверное, кто-то забыл им рассказать, что мотоцикл это не велосипед с двигателем, — ответила Глория закатывая рукава куртки до локтей.

Джек фыркнул, но в глазах уже заплясала улыбка.

— Вот именно! — он махнул рукой в сторону ангара. — Проходи. Там хонда, у неё задний тормоз валится. Я уже всё перебрал, но она всё равно не слушается. Может, у тебя получится?

— Посмотрю, — улыбаясь ответила она и сделала шаг в ангар, когда Лиззи остановила её рукой.

— Ты заметила, что он тебя даже не проверяет?

Глория задумалась.

— Правда?

— Правда. Он начал доверять тебе железо, он даже мне не доверяет.

— Так ты и не умеешь чинить мотоциклы, — сказала Глория немного посмеиваясь.

— Это неважно, — фыркнула Лиззи. — Важно, что я могу выпить пива быстрее, чем он успеет сказать «не лей на двигатель».

Глория тихо рассмеялась и направилась в ангар.

Внутри было шумно как всегда, но сегодня к привычному хаосу добавились новые лица, громкие голоса и чужая музыка. Кто-то спорил у разобранного двигателя, двое парней пытались поставить колесо и громко обвиняли друг друга в кривых руках. Из динамика в углу хрипло играл старый рок, кто-то пил пиво прямо над открытым мотором и Джек заметив это, моментально взорвался.

— Эй! Ты! С этой дрянью подальше от моих байков! Если прольёшь, ремонтировать будешь языком! И это не метафора!

Парень поспешно убрал банки и Глория мягко улыбнулась. Ещё неделю назад этот хаос показался бы ей кошмаром, теперь он успокаивал. Она взяла ящик с инструментами и направилась к хонде. Привычный запах масла, холодный металл, тяжесть отвёртки в ладони напоминал её об отце. Где-то рядом продолжали смеяться, ругаться, но все эти голоса постепенно превратились в привычный фон. Она работала быстро, почти не глядя, чувствуя руками то, что не могла объяснить словами.

— Ну что там? — раздался голос Джека.

— Прокладка отошла и тормозная жидкость почти на нуле. Он вообще не понимал, что ездит без тормозов? — сказала она сидя на корточках.