Пробуждение Глории

Глория вышла в коридор разыскивая общую кухню, она была в конце коридора, большая комната со старой газовой плитой, раковиной и двумя деревянными столами. Запах был смешанным: варёная капуста, дешёвый кофе и чей-то сладкий парфюм. За одним из столов сидела девушка, которая сразу привлекла внимание Глории.

Она была необычной, невысокая с короткими пепельными волосами, небрежно зачёсанными назад, с ярко-синей прядью падающей на лоб. На ней была мужская футболка с какой-то панк-группой, драные джинсы и тяжёлые ботинки с металлическими вставками. Она пила кофе из большой кружки и судя по всему, была в отличном настроении, она напевала что-то себе под нос и покачивала головой в такт и в этот момент её взгляд упал на Глорию. Она машинально напряглась, уже готовилась услышать насмешку, колкость или вопрос, на который не сможет ответить.

Но девушка напротив лишь широко и искренне улыбнулась, совершенно не обращая внимания на то, как Глория выглядит.

— О! Новое лицо! — воскликнула она. — Привет! Я Лиззи. Ты сегодня заселилась?

Глория замялась, она не привыкла к такой открытости.

Последний год в Сиэтле она приняла, что на неё либо смотрят с подозрением, либо вовсе игнорируют, но в голосе Лиззи не было ни капли фальши.

— Да, — ответила Глория тихо. — Сегодня утром, из Сиэтла.

— Ого! — Лиззи присвистнула. — Из самого Сиэтла? Ну тогда у тебя культурный шок, наверное. Здесь же медведи по улицам ходят, а не люди. — она засмеялась и смех был заразительным. — Держи, — Лиззи пододвинула вторую кружку и налила из термоса горячий кофе. — Ты выглядишь так, будто тебе это нужно больше, чем мне. Так как тебя зовут?

Глория не стала отказываться, она взяла кружку, села напротив Лиззи и сделала глоток, кофе был горьким и крепким, но он вернул её к жизни. Тепло разлилось по груди.

— Спасибо, — сказала она. — Я Глория.

— Да не за что, Глория, - махнула рукой Лиззи. — Я тут уже вторую неделю живу. Место дешёвое, хозяева не придираются, а кухня общая, удобно заводить новые знакомства. Ты куда путь держишь? Просто отдыхаешь или в Форксе по делу?

Глория не знала что ответить, она не могла сказать правду. Но ей хотелось поговорить, так сильно, что она чуть не заплакала.

— Я... я просто еду, — сказала она. — Отдыхаю. Нужно было уехать из Сиэтла. Надоело.

— Отлично! — Лиззи хлопнула ладонью по столу. — Самое лучшее время для отдыха. Форкс идеальное место, чтобы спрятаться от всего мира. Здесь никто никого не трогает, а чем ты занимаешься, если не секрет?

Глория задумалась, что она умеет? Она не работала последний год, Брэд запрещал ей работать, говорил, что она должна быть дома, ждать его и заботиться о нём. Но раньше, до него, в маленькой мастерской на окраине Сиэтла, где работал её отец...

— Я была автомехаником, — сказала она, удивляясь тому, как легко произнесла эти слова. — Ремонтировала машины и мотоциклы. В мастерской моего отца, ещё в Сиэтле.

Лиззи вдруг замерла, её глаза расширились.

— Ты шутишь? — воскликнула она подпрыгнув на стуле. — Ты реально шаришь в моторах? Серьезно?

— Ну... да, — Глория пожала плечами и уставилась в кружку. — Двигатели, коробки передач, тормозная система. Я умею почти всё, с детства за отцом наблюдала, а потом сама начала.

Лиззи вскочила с места и забегала по кухне, энергично жестикулируя.

— Это же просто невероятно! — затараторила она. — Понимаешь, я работаю на мотогонках. Нелегальных, по вечерам, в лесу за старым складом. Там всегда нужны руки. Механики это дефицит, а я как раз знаю одну команду, которая ищет человека. Они не запрашивают документы, платят наличными и если ты реально умеешь работать с железом, то у тебя будет куча заказов! Ну что, пойдешь со мной?

Сердце Глории пропустило удар, она сжала кружку так, что побелели пальцы.

— Не знаю, — сказала она тихо. — Я... я не хочу привлекать внимание, просто хочу побыть одна.

— Эй, — Лиззи вдруг стала серьёзной. Она села напротив Глории и посмотрела ей в глаза. — Я не знаю, что у тебя случилось и я не спрашиваю. Знаю, что у людей бывают причины прятаться и я уважаю это. Но если ты останешься здесь без денег, никуда не двигаясь, ты просто застрянешь в этом мотеле и сойдешь с ума, а мотогонки не привлекают внимание полиции, поверь мне, они там все знают друг друга и если не нарываешься, тебя не трогают. И потом, Форкс маленький, здесь всё про всех знают, будешь торчать в мотеле, заметят быстрее чем на гонках, где полно народу.

Глория молчала, в груди боролись страх и голод. Страх был сильнее, но от голода кружилась голова. Она снова заглянула в кошелёк, семнадцать долларов, только семнадцать. В Форксе, где работы почти нет, эти деньги растают за пару дней.

Подняла голову и встретилась взглядом с Лиззи, в её глазах не было жалости или любопытства, только тепло, почти сестринское.

— Хорошо, — сказала Глория, голос дрожал и внутри все замирало. — Я поеду с тобой.

Лиззи широко улыбнулась и схватила её за руку.

— Не пожалеешь! — сказала она. — Поехали сейчас, пока не потемнело. Там уже все собираются. В лесу скоро стемнеет, а там дорогу без света не найти.

Они вышли на улицу и Лиззи показала на старенький мотоцикл припаркованный у входа, потёртый с пятнами от ржавчины, но с мощным, урчащим двигателем. Глория невольно задержалась взглядом на нём.

Старые привычки брали своё, она уже мысленно прикидывала, что там могло быть не в порядке, какой поршень мог барахлить.

— Блин... опять масло капает, — протянула Лиззи.

— Можно? — спрашивает Глория, не ожидав от себя смелости. Она присела возле мотоцикла, провела пальцами по двигателю, потом заглянула снизу. — Это не масло.

Лиззи удивлённо подняла голову.

— Что?

— Охлаждающая жидкость. Если так поездить, двигатель перегреется. — сказала Глория.

Лиззи моргнула.

— Ты серьёзно поняла это за десять секунду?

— Просто увидела, — ответила она, пожимая плечами.

— Ладно, залезай! Я обязана тебя познакомить с ребятами, — весело крикнула Лиззи, надевая шлем. — Держись за меня крепко. Дорога в лес покажется долгой.

Глория надела второй шлем, неуклюже забралась на сиденье и обхватила Лиззи руками. Мотор взревел, они выехали на дорогу и холодный, резкий ветер ударил в лицо. Город проносился мимо серыми пятнами: дома, заборы, редкие люди. Потом дома начали редеть, уступая место бесконечным елям, которые стояли стеной вдоль дороги. Глория зажмурилась, ей казалось, что она летит в пропасть, что удерживает её от падения в бездну.

Они ехали долго, пока дорога не свернула вглубь леса, где между деревьями замелькали огни. Лиззи свернула на грунтовку и вскоре они выехали к старому заброшенному складу, вокруг которого уже собралась толпа.

Глория спрыгнула с мотоцикла и её оглушило, рёв моторов, громкая музыка доносившаяся из старых колонок, крики, смех, запах бензина и жжёной резины. Вокруг стояли десятки мотоциклов, от старых харлеев, до современных спортивных. Везде горели прожекторы, освещая импровизированную трассу, размеченную конусами и старыми шинами.

Люди в кожаных куртках и банданах перекрикивали друг друга, кто-то возился с моторами, кто-то пил пиво и курил. На мгновение ей показалось, что сейчас из толпы выйдет Брэд, что он схватит её за руку. Сердце болезненно ударилось о рёбра. Только через секунду она паняла, что всё еще стоит посреди парковки мотоциклов, а вокруг совершенно чужие люди.

Глория вжала голову в плечи, здесь было слишком много людей, много шума и слишком много всего. Форкс казался тихим и сонным, но здесь в лесу, шла совсем другая жизнь, шумная, опасная, без правил.

Лиззи схватила её за руку, Глория инстинктивно вздрогнула, уже собралась бороться, но быстро успокоила себя, «Это просто Лиззи», она потащила её к группе мужчин, стоявших рядом с огромным зелёным мотоциклом, у которого было разбито переднее крыло.

— Эй, парни! — крикнула Лиззи. — Я нашла вам механика! Это Глория. Она знает своё дело, я обещаю. Она из Сиэтла, там с моторами работала.

Один из мужчин, высокий, лысый в промасленной майке, скептически оглядел Глорию с ног до головы.

Он явно не ожидал, что механиком окажется хрупкая, напуганная девушка с синяками под глазами. Вокруг него стояло ещё несколько человек и все они тоже уставились на Глорию с недоверием.

— Ты шутишь? — спросил он. — Она же выглядит так, будто её ветром сдует и вообще, девушка-механик? Серьёзно?

— Джек, просто дай ей шанс, — настаивала Лиззи. — Поверь мне, она знает, что делает.

Глория стояла прикусив губу. Потом почувствовала вдруг злость на саму себя, на этот страх который преследовал её последний год.

Она шагнула вперёд и заглянула под крыло мотоцикла, провела рукой по двигателю, прислушалась к тому, как он работает и сказала неожиданно уверенно:

— Поршневая группа стучит, у вас проблемы с масляным насосом. Если не заменить прокладку, он заклинит через два-три заезда.

Мужчины переглянулись, лысый Джек подошёл ближе, с удивлением. На его лице появилось любопытство.

— Ты по звуку определила? — спросил он.

— Да, — сказала Глория. — У меня слух на моторы. Отец научил.

Она опустилась на колени, закатала рукава куртки и взялась за инструмент лежащий рядом. Её пальцы помнили, они знали как обращаться с болтами, с гайками и с деталями. Она работала быстро, уверенно, почти механически, отключая в голове все лишние мысли. Вокруг неё собрался народ, кто-то свистнул, кто-то засмеялся, она слышала как парень позади сказал: «Ну, Лиззи, притащила ты нам сюрприз.» Через двадцать минут она выпрямилась.

— Готово, — сказала Глория, вытерла руки о тряпку и автоматически добавила: — Простите...

Она запнулась, за что именно она извиняется, Глория и сама не понимала. Наступила короткая тишина. Джек удивлённо посмотрел на неё, потом рассмеялся.

— За что извиняешься? Ты нам двигатель спасла. — он покачал головой и хлопнул её по плечу. — Ну что, Глория. Ты принята, оставайся, будешь работать с нами. Таких рук в Форксе днём с огнём не сыщешь.

Глория выдохнула, впервые за долгое время кто-то посмотрел на неё не как на бесполезную, а как на человека, который действительно умеет что-то делать.

В нескольких метрах от ангара, почти полностью скрытый тенью, стоял высокий мужчина, в чёрной футболке. Татуировки плотным узором закрывали обе руки и исчезали под рукавами. Он молча наблюдал, как незнакомая рыжеволосая девушка уверенно разбирает двигатель, он слышал как Джек хлопнул её по плечу и сказал:

— Ты принята.

Мужчина едва заметно усмехнулся. Докурил сигарету, затушил окурок носком тяжёлого ботинка и так же молча ушёл в глубину ангара, где среди остальных мотоциклов стоял его чёрный харлей.

Глория оглядываясь на ревущие моторы и мигающие огни, почувствовала чей-то взгляд. Она обернулась, но в той стороне никого не было, только тени, тусклый свет от прожекторов и густая стена леса за пределами ангара.

«Показалось», — подумала она и шагнула вперёд, в шум, в свет и в новую жизнь. Впервые с того момента, как она выбежала из сиэтлской квартиры, она не думала о Брэде, она думала о том, как починить двигатель, который застучал в темноте и о том как заработать немного денег, чтобы пережить завтрашний день.

Форкс принимал её. Пока что с недоверием и настороженностью, но принимал и это было уже началом.

Глава 3

«Ночной лес»

Глория не заметила, когда перестала дрожать. Сначала она сжимала инструменты так сильно, что костяшки пальцев белели. Каждый резкий звук и смех за спиной, скрежет металла, внезапный крик, заставлял её вздрагивать и на мгновение замирать, вслушиваясь, не идёт ли кто-то за ней. Но прошло полчаса, потом час и она поняла, что никто не смотрит на неё с подозрением, никто не тянется к ней с требованием или обвинением. Здесь все были заняты собой.

Она чинила только тот зелёный мотоцикл, потом к ней подошёл парень в кожаном жилете и сдвинул кепку на затылок.

— Слушай, — он кивнул на чёрный спортбайк. — Лиззи сказала, ты в моторах разбираешься, не глянешь тормоза? Что-то передний рычаг какой-то ватный.

Глория поднялась, вытерла ладони о тряпку.

— Покажи.

Парень подвёл её к мотоциклу. Она присела на корточки, несколько раз нажала на рычаг тормоза, внимательно посмотрела на суппорт, затем провела пальцем по тормозному шлангу.

— Воздух в системе, спокойно сказала она. — И соединение здесь слегка подтекает, из-за этого давление теряется.

— Серьёзно? А я уже думал колодки менять.

— Не стоит, сначала прокачаем.

Она взяла инструменты и принялась за работу. Пальцы двигались быстро и уверенно. Через пятнадцать минут Глория вытерла руки о ветошь и протянула ему ключ.

— Попробуй теперь.

Парень несколько раз нажал на рычаг, потом удивлённо улыбнулся.

— Чёрт... Совсем другое дело.

Он уважительно посмотрел на неё, достал из кармана сложенную купюру и вложил ей в ладонь.

— Двадцать баксов. Заслужила.

Глория растерянно посмотрела на деньги.

— Не надо... Это же мелочь.

— Мелочь? — парень усмехнулся. — Ты за пятнадцать минут избавила меня от проблемы, с которой я возился полдня. Бери не отказывайся.

Она нерешительно кивнула.

— Спасибо, — голос тихий, она взяла купюру немного трясущими руками.

— Нет, это тебе спасибо. Ты реально спец. — сказал парень и ушёл.

Через некоторое время подошёл ещё один и ещё. Через два часа у неё уже была небольшая очередь. Кто-то просил проверить цепь, кто-то жаловался на странный звук в подвеске или просто хотел, чтобы она послушала, как работает двигатель и сказала, всё ли в порядке. И Глория слушала, она наклонялась к моторам, прикрывала глаза и вслушивалась в их ритм, как врач слушает сердце пациента. Она забывала о том, где находится, забывала о людях вокруг, о Сиэтле.

В мире оставались только двигатели, их шёпот, капризы и её руки, которые знали, как с ними говорить.

Она не заметила, что за её работой наблюдают. Несколько человек стояли в стороне и переглядывались. Джек, лысый механик, подошёл к Лиззи и тихо сказал:

— Ты где её нашла? Она же работает как бог.

— В мотеле, — усмехнулась Лиззи. — Зашла на кухню и выглядела так, будто мир рухнул, а теперь глянь на неё.

Джек покачал головой и улыбнулся.

— Пусть остаётся.

Глория ничего этого не слышала, она была в своём мире, в мире болтов, гаек и масла.

Лиззи подошла, когда Глория уже заканчивала возиться с третьим мотоциклом, старым ямахой с пробитым глушителем. Лиззи бесцеремонно плюхнулась рядом на ящик из-под инструментов и протянула ей бутылку газировки.

— Глория, — сказала она, — Это просто магия. Ты тут уже три часа и даже не отдохнула. Ты вообще человек?

Глория взяла бутылку, сделала глоток и только тогда заметила, что горло пересохло. Делая небольшие глотки она смотрела на свои руки, они были все в масле, с чёрными полосами, доходившими до локтей. На её лице растянулась незаметная улыбка.

— Просто я соскучилась по этому, — сказала она тихо. — По... нормальной работе.

Лиззи понимающе кивнула. Она не стала спрашивать, что именно Глория имела в виду. Вместо этого она вскочила и схватила её за руку.

— Пойдём, я познакомлю тебя с остальными. Тут не все такие дружелюбные, как Джек. Некоторые считают, что девушкам не место у мотора. Так что готовься.

Глория напряглась, ей не хотелось ни с кем знакомиться. Она хотела просто спрятаться за мотоциклами и работать до тех пор, пока не исчезнут все мысли. Но Лиззи уже тащила её в центр толпы, где стояла группа мужчин.

— Ребята! — крикнула Лиззи, перекрывая рёв моторов. — Это Глория. Она сегодня первый раз, но уже всё перечинила, не будьте идиотами.

Мужчины обернулись. Здоровый бородатый парень в потёртой куртке и с серьгой в ухе улыбнулся и кивнул, кто-то просто пожал плечами и вернулся к своему мотоциклу, а один худой, с жёстким лицом и колючим взглядом, усмехнулся и сказал громко, чтобы все слышали:

— Механик? Она? Да она выглядит так, будто не знает, с какой стороны за инструмент браться. Ты, Лиззи, опять притащила какую-то беглянку из города?

Лиззи открыла рот, чтобы ответить, но Глория вдруг почувствовала, как кровь ударила в лицо. Она шагнула вперёд, сама не зная зачем и сказала ровно:

— Хочешь проверить? Давай твой мотоцикл. Если я не найду за пять минут то, что с ним не так, я уйду. Если найду, ты извинишься.

Наступила тишина. Худой парень удивлённо приподнял бровь, Лиззи замерла рядом и прошептала:

— Глория...

— Нет, — сказала Глория, не сводя взгляда с него. — Он же такой смелый, пусть докажет.

Парень оскалился, но кивнул, отвёл её к своему мотоциклу, новому, блестящему, явно дорогому. Глория обошла его, наклонилась, прислушалась к работе двигателя и через минуту уже знала в чём проблема.

— У тебя топливный фильтр забит, — сказала она, выпрямляясь. — И датчик температуры врёт. Через пару таких гонок двигатель просто встанет, за пять минут не сделаю, но скажу, как починить.

Худой парень открыл рот, потом закрыл, явно не ожидал, что она так быстро что-то найдёт. Проверил фильтр, увидел проблему и молча посмотрел на Глорию. Лиззи засмеялась и хлопнула в ладоши.

— Ну что, Тони, извиняйся!

Тони нахмурился, но сдался. Он буркнул что-то вроде «ладно, ты молодец» и отвернулся. Глория выдохнула, ладони дрожали, но где-то внутри разливалось странное, забытое чувство гордости. Она сделала это сама. Лиззи обняла её за плечи.

— Глория, ты просто огонь, — сказала она. — Пойдём, я покажу тебе свой любимый байк. Там тоже есть что починить.

Глория уже хотела согласиться, когда заметила его.

Мужчина стоял в тени, у самого края ангара. Он держал в руках шлем и просто смотрел в их сторону. Глория встретилась с ним взглядом на секунду и ей показалось, что в его глазах мелькнуло любопытство или интерес.

Она отвела взгляд, чувствуя как щёки стали тёплыми. Глупо, подумала она, ей нечего бояться. Этот человек просто смотрит.

— Кто это? — спросила она у Лиззи, стараясь говорить небрежно. Лиззи проследила за её взглядом и усмехнулась.

— А, это Стив, он тут тихоня. Почти не разговаривает, но ездит лучше всех и не подходи к его мотоциклу без разрешения. Он даже мне не даёт трогать его харлей.

Глория снова мельком взглянула на него. Он уже смотрел куда-то в сторону гонок. Она покачала головой, прогоняя странное чувство и сказала:

— Пойдём, покажешь свой байк.

Но стоило ей повернуться, как она заметила, что он направляется к ней. Не спеша, лёгким, ленивым шагом.

Он остановился в двух метрах от неё, поставил свой мотоцикл перед ней и коротко, без лишних слов сказал:

— После последней гонки двигатель странно работает. На скорости начинает трясти.

Глория моргнула, она не ожидала, что он заговорит первым. Голос у него был низким.

— Можно? — спросила она, указывая на байк.

Он кивнул, после этого опустилась на колени, провела рукой по двигателю, прислушалась. Мотоцикл был чёрным, без единой царапины, ухоженным, почти идеальным. Но когда она нажала на педаль и дала мотору немного поработать, она услышала то, чего не должно было быть, едва заметное постукивание.

— У тебя свечи зажигания, — сказала она, выпрямляясь и заглядывая ему в глаза. — Одна из них отходит. Менять надо, но можно пока затянуть. Через пару дней всё равно придётся ставить новые.

Он смотрел на неё с изучающим выражением и Глория почувствовала себя неловко. Она привыкла к тому, что люди говорят много, быстро и шумно. Он же молчал, просто смотрел на неё так, будто читал книгу.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Делай.

Она взялась за инструменты и начала работать. Пальцы дрожали чуть заметно, но она заставляла себя не обращать на это внимания. Он стоял рядом, чуть позади и чувствовала его присутствие спокойное, как скала. Он не торопил её, не комментировал, просто ждал.

— Откуда ты знаешь? — вдруг спросил он.

Глория не сразу поняла, о чём он.

— Слух, — сказала она, не оборачиваясь. — Я с детства слушаю моторы. Отец говорил, что у них душа, у каждого свой голос.

Она замолчала, удивляясь тому, что выболтала это незнакомцу. Но он не усмехнулся и не спросил, не шутит ли она. просто сказал:

— У отца была мастерская?

Она кивнула, не поворачивая головы.

— Да, в Сиэтле. Он умер, а мастерскую продали.

Стив не сказал «соболезную», просто замолчал и это молчание было теплее, чем любые пустые слова.

Она вкручивала свечу, когда взгляд упал на его руки. Татуировки закрывали почти всю кожу, тёмные линии, изгибы, пламя и драконы, уходящие под рукава. Одна из татуировок особенно привлекла внимание, на левом предплечье была изображена роза, тонкая и изящная, почти женственная, на фоне грубых, чёрных линий.

— Ты сам выбирал рисунки? — спросила она, даже не подумав, что вторгается в личное пространство.

Он не ответил сразу, она уже пожалела, что спросила, но через пару секунд он сказал:

— Да, каждая, что-то своё.

И замолчал, Глория поняла, что больше он говорить об этом не будет.

— Ты всегда такой молчаливый? — спросила она.

— Да. — ответил он коротко.

Она не хотела больше задавать лишних вопросов и нарываться на неприятности, взяла инструмент, закончила работу и выпрямилась.

— Готово, — сказала она. — Попробуй.

Стив сел на мотоцикл, завёл двигатель. Мотор заурчал ровно, без помех. Он внимательно слушал, потом кивнул.

— Хорошо, — сказал он. — Спасибо.

И уехал, без прощания, исчез в темноте. Глория смотрела ему вслед, чувствуя странную смесь облегчения и пустоты.

Следующие часы прошли в рёве моторов, суете и смехе. Гонки начались, Глория стояла у края трассы, наблюдая за тем, как мотоциклы один за другим уходят в тёмный лес, освещённый только тусклыми прожекторами и фарами. Она видела Стива, он ехал вторым, уверенно держась за лидером, не пытаясь обогнать, но и не отставая. Она почти расслабилась, а потом всё случилось за секунду.

На повороте один из гонщиков, молодой парень, которого она видела раньше, но не запомнила имени, слишком резко ушёл в вираж. Его мотоцикл занесло и Глория увидела, как он летит в воздухе, отделяясь от байка, как нелепо и страшно падает на землю, а мотоцикл катится дальше, взметая фонтан щебня. Крики, визг тормозов, чьи-то голоса, перекрывающие рёв двигателей.

Глория замерла, внутри всё сжалось, она снова оказалась там, на кухне, на холодном кафеле, в луже крови и не могла пошевелиться. Но кто-то уже бежал, быстро и уверенно, как будто знал, что делает. Стив.

Он был у пострадавшего раньше, чем кто-либо другой. Опустился на колени рядом с парнем, который стонал и хрипел, прижимая руку к боку.

Глория видела, как Стив не паникуя наклонился к нему, заговорил тихо и ровно, откинул куртку и осмотрел плечо. Он снял с себя футболку, чтобы перевязать рану и его движения были настолько спокойными и точными, что Глория перестала дышать.

— Ребра, — услышала она его голос, короткий, командирский, обращённый к кому-то рядом. — Возможно, сломаны, дышит нормально, но плечо выбито. Позвоните в скорую.

Он перевернул парня на бок, чтобы тот не захлебнулся и зафиксировал руку. Глория подошла ближе машинально, не понимая зачем. Она смотрела как его руки, аккуратно и профессионально накладывали импровизированную повязку.

— Откуда ты это умеешь? — спросила она. Голос прозвучал тихо, почти шёпотом.

Стив поднял на неё глаза и в них мелькнуло удивление, он забыл, что она рядом.

— Случайно, — ответил он коротко и снова уткнулся в парня.

Но Глория не поверила. Такие «случайные» вещи не знают наизусть. Она видела это, он знал медицинские термины, был уверен, не колебался, он был не просто гонщиком, он был кем-то ещё.

— Медицинские термины не учат случайно, — сказала она. — Ты что, врач?

Стив выпрямился, посмотрел на неё внимательно, а потом усмехнулся, но в усмешке не было злости скорее лёгкая, почти грустная ирония.

— Давно, — сказал он. — Это было в другой жизни.