Пульс на двоих

— И?

— И я не хочу встречаться с собой. Мне нравятся милые, скромные девушки, те, кто делает то, что я скажу.

— Фу, — закатила я глаза. — Те, что убираются дома и занимаются сексом по субботам.

— Именно.

Я рассмеялась и подняла бокал, чтобы чокнуться с ним. — Ты неплох для скучного старикана в странных туфлях.

Он рассмеялся. — А ты неплоха для молодой, горячей и наглой умницы.

— Хочешь посмотреть со мной «Супер Майк XXL»? — спросила я.

— Пожалуй, хотя должен предупредить… я сам бывший стриптизер, так что для меня тут нет ничего нового.

— Правда? — я попыталась скрыть улыбку. — Хорош на шесте?

Его взгляд приковал меня к месту. — Моя работа с шестом — лучшая в стране.

Воздух снова наэлектризовало, и мне пришлось сосредоточиться, чтобы мой подвыпивший рот не выдал чего-нибудь развязного.

Он нажал на экран и переключился на «Супер Майк XXL»… и я широко улыбнулась. Этот мужчина такой непредсказуемый.

Бизнес-класс — определенно лучший способ летать.

— Так, следующий вопрос. Самое необычное место, где у тебя был секс? — прошептал он.

Я усмехнулась. — Такого спрашивать нельзя.

— Можно. Я только что спросил.

— Это неприлично.

— С чьих это слов? — он огляделся. — Это просто вопрос, и нас никто не слышит.

Мы с Максимом болтали, перешептывались и смеялись на протяжении всего полета. — Хм, — задумчиво протянула я. — Сложный вопрос.

— Почему?

— У меня сейчас, можно сказать, засуха. Я с трудом помню, что такое секс.

— Как давно? — нахмурился он.

— О, — я уставилась в потолок, прикидывая. — У меня не было секса где-то… пол года.

На его лице застыл искренний ужас. — Что?

— Жалко, да? — поморщилась я.

— Очень. Тебе надо срочно исправлять статистику. Очень плохие показатели.

— Знаю, — хихикнула я. Боже… мы так навеселе. — Почему я тебе все это рассказываю? — прошептала я. — Ты ведь просто случайный парень, которого встретила в самолете.

— Которому эта тема очень интересна.

— Почему это?

Он наклонился и прошептал так, чтобы стюардессы не услышали. — Я не понимаю, как такая горячая штучка, как ты, не трахается три раза в день.

Я уставилась на него, почувствовав покалывание до самых кончиков пальцев на ногах. Прекрати. Этот парень слишком стар для меня и совсем не в моем вкусе.

Его взгляд упал на мои губы, и воздух между нами снова затрещал от электричества.

— Надолго в Москве? — спросил он.

Я наблюдала, как его язык медленно скользнул и облизнул нижнюю губу. Я почти чувствовала его между моими… — Только на день. У меня собеседование в шесть вечера, а потом я сажусь на последний рейс, — прошептала я.

— Можешь перенести вылет?

Зачем?

— Нет.

Он усмехнулся, глядя на меня, и было очевидно, что он что-то себе представляет.

— Что? — улыбнулась я.

— Жаль, что мы не на частном борту.

— Почему?

Его взгляд снова скользнул к моим губам. — Потому что я бы прекратил твою засуху и посвятил бы тебя в Клуб Высоты «Мальцов».

У меня в голове возникла картинка, как я забираюсь на него прямо здесь и сейчас. — Это Клуб Высоты «Майлз»… а не «Мальцов», — прошептала я.

— Нет… именно «Мальцов». — Он усмехнулся, его глаза потемнели. — Поверь мне — именно «Мальцов».

Что-то во мне щелкнуло, и вдруг мне захотелось сказать что-то безумное и необычное. Я наклонилась вперед и прошептала ему на ухо: — Знаешь, я никогда не трахалась с незнакомцем.

Он резко вдохнул, его взгляд приковал меня к месту. — А хочешь трахнуться с незнакомцем? — пробормотал он, пока между нами пульсировало влечение.

Я смотрела на него. Это так на меня непохоже.

Этот мужчина заставляет меня…

— Не стесняйся, — прошептал он. — Скажи, если бы мы были сейчас одни… — он сделал паузу, подбирая слова. — Что бы ты мне дала, Эмилия?

Мои глаза искали ответ в его, и, может, это алкоголь, или нехватка секса, или осознание, что я больше никогда его не увижу… а может, я просто сошла с ума. — Себя, — выдохнула я. — Я бы дала тебе себя.

Наши взгляды слились, и, словно забыв, где мы находимся, он наклонился вперед и прикоснулся ладонью к моей щеке. Его глаза такие голубые, и от прикосновения меня охватила страсть.

Я хочу этого мужчину.

Я хочу всего этого мужчину… до последней капли.

— Горячие полотенца? — спросила стюардесса Юля.

Мы отпрянули друг от друга, смущенные. Что они о нас подумали? Они же наблюдали, как мы бесстыдно флиртуем всю дорогу.

— Спасибо, — пробормотала я, принимая полотенце.

— В Москве снежная буря, и мы будем кружить некоторое время, чтобы понять, сможем ли сесть, — сообщила она.

— А если не сможем? — спросил Максим.

— Тогда полетим дальше, в Нижний Новгород, и проведем там ночь. Вас, конечно, разместят в гостинице. Узнаем в течение следующих десяти минут. Я буду держать вас в курсе.

— Спасибо.

Она отошла в другой конец салона, и Максим наклонился ко мне, прошептав:

— Надеюсь, Москва замерзнет навсегда.

В животе заплясали бабочки.

— Почему?

— У меня на тебя планы, — тихо прошептал он.

Я смотрела на него, пока мозг отказывался работать. Я мастерски его дразнила, но на самом деле я не такая девушка. Быть смелой и развязной легко, когда нет никаких шансов, что что-то произойдет. Меня бросило в пот. Зачем я так напилась? Зачем рассказала ему о своей засухе? Это же личное, дура.

— Еще выпить? — прошептал Максим.

— Не могу — у меня сегодня собеседование.

— Его не будет.

— Не говори так, — залепетала я. — Я очень хочу эту работу.

— Добрый вечер, пассажиры, с вами говорит командир экипажа. — Голос раздался из динамиков, и я закрыла глаза.

— Из-за снежной бури в Москве мы вынуждены продолжить полет в Нижний Новгород и останемся там на ночь. Вернемся в Москву рано утром. Приносим извинения за доставленные неудобства, но безопасность — наш приоритет.

Максим медленно и соблазнительно улыбнулся, приподняв бровь.

О нет.

Глава 2

— Не надо делать такое восторженное лицо, — усмехнулся он, ловя мой растерянный взгляд.

— Максим… — залепетала я. И вот как это сказать? — Я не из тех девушек, которые… — голос оборвался сам собой.

— Которые могут переспать с мужчиной в первую же ночь? — закончил он фразу вместо меня.

— Да, — поморщилась я от грубости его формулировки. — Просто я не хочу, чтобы ты думал…

— Я знаю. И не думаю, — отрезал он коротко. — Не думаю ничего подобного.

— Хорошо, — меня накрыла волна облегчения. — Я просто флиртовала, когда думала, что мы сейчас разойдемся и больше не увидимся.

— Понятно, — он усмехнулся, явно забавляясь.

— Не то, чтобы ты мне не нравишься, — добавила я. — Потому что, если бы я была такой девушкой, я бы точно с тобой закрутила. Мы бы целыми днями только и делали, что… — я замолчала, подбирая сравнение.

— Как зайцы? — предложил он.

— Да.

Он поднял обе руки в жесте капитуляции. — Понял, принял. Исключительно платоническое общение.

Я широко улыбнулась. — Я так рада, что мы поняли друг друга

Он прижимал меня к стене, с трудом задирая юбку на бедрах, а его полуоткрытый рот опустошал мою шею. — Дверь, — задыхалась я. — Открой же эту дверь.

Господи… Такой химии я еще никогда не чувствовала. Мы смеялись, танцевали и целовались, гуляя по ночному Нижнему Новгороду, и почему-то с ним мне было легко. Как будто я занимаюсь этим каждый день, и это совершенно естественно. Самое странное — это казалось правильным. Спонтанность ситуации придавала мне храбрости. Этот мужчина был остроумен, смешон и до неприличия развратен, и, на мой взгляд — который, признаться, сейчас мог быть сильно затуманен алкоголем — он стоил риска… Потому что я знала, что у меня больше никогда не будет возможности побыть с таким мужчиной.

Я умерла и попала в рай для плохих девочек, которым пришлось заночевать в транзитном городе.

Максим возился с ключом, мы ввалились в мой номер. Затем он швырнул меня на кровать.

Моя грудь тяжело вздымалась, пока мы молча смотрели друг на друга: напряжение все росло.

— Я же не такая девушка, — напомнила я ему, больше себе, чем ему.

— Знаю, — выдохнул он. — Не хотел бы тебя портить.

— Но засуха-то есть, — прошептала я. — Такая… иссушающая пустыня.

Он приподнял бровь, дыша так же часто, как и я.

— Это факт.

Я смотрела на него, пытаясь прояснить сознание, затуманенное желанием. Все мое существо пульсировало и умоляло о его теле.

— Было бы жалко… — голос снова сорвался.

— Знаю, — он с одобрением облизнул губы, пока его взгляд скользил по моему телу. — Какая жалость.

Он стянул рубашку через голову, и у меня перехватило дыхание. У него была широкая, мускулистая грудь цвета оливы с россыпью темных волос, что спускалась от пупка и исчезала за поясом брюк. Волосы темные, а глаза — ярко-голубые, но именно сила, таившаяся в их глубине, заставляла меня жаждать, чтобы он взял меня. В его прикосновениях была какая-то грань, незнакомая мне раньше.

В нем чувствовалась чистая, неразбавленная мужская суть и доминирование. Никаких сомнений, кто здесь задает тон.

Что-то в этом мужчине пробудило во мне другую сторону, о существовании которой я и не подозревала. Я понимала, он мог бы получить любую женщину на свете.

И в этот момент он хотел меня.

Невозможно было отрицать химию между нами; она была грубой, честной и всепоглощающей. Он едва прикоснулся ко мне, а я уже знала — эта ночь особенная.

Может, судьба наконец-то подсунула мне козырного туза.

Не отрывая от меня глаз, он расстегнул ширинку и достал свой член. Он был крупным и твердым, и моя грудь вздымалась, пока я наблюдала за ним. Сердце колотилось как бешеное. Это правда происходит?

О. Мой. Бог.

Он начал медленно себя ласкать, и у меня отвисла челюсть, пока я завороженно смотрела.

Ни один мужчина раньше не трогал себя при мне.

Это какое-то безумие!

Он поставил одну ногу на край кровати и начал работать в полную силу. Мышцы плеч и рук напрягались, пока он резко дергал себя, а у меня внутри все сжималось от предвкушения при мысли, что это делаю я.

Прямо как порно, в реале… только в десять раз лучше.

Что я здесь делаю? Я хорошая девочка, а хорошие девочки не занимаются плохими вещами с такими сексуальными мужчинами.

У нас не было общих знакомых, мы не жили в одном городе, и я могла больше никогда его не увидеть — в этом крылась неожиданная свобода. Я могла быть другой.

Той, кем он захочет меня видеть.

Его взгляд приковал меня к месту, челюсть была сжата.

— Иди сюда и отсоси мне, Эмилия, — томно прошептал он.

Боже, да. Я уже думала, он никогда не попросит. Я поспешно опустилась на колени, отчаянно желая ему угодить.

Я ничего не знала об этом парне, но точно знала одно: в этот момент я хотела быть для него лучшим сексом в его жизни. Я взяла его в рот, притворяясь чемпионкой мира по глубокой глотке. Я сжимала его крепко, следуя рукой за губами.

Прошло так много времени, и я чувствовала, как внутри все сжимается, оргазм был близок уже от одного вкуса его смазки.

— Господи… так хорошо, — пробормотала я, не выпуская его изо рта. — Один твой вкус уже доводит меня до пика.

Он запрокинул голову и закрыл глаза.

— Разденься. Мне нужно, чтобы ты была голая, — рыкнул он с нетерпением. Он стащил меня с кровати, и в одно мгновение моя юбка и трусы оказались на полу. Он стянул через голову мою кофту и отшвырнул в сторону бюстгальтер.

Затем замер… и, сжав кулаки по бокам, опустил взгляд по моему телу. Он пил меня глазами, и я чувствовала жар, которым его взгляд скользил по моей коже.

Мой мир перестал вращаться, и я стояла перед ним обнаженная и уязвимая, ожидая его одобрения.

Для меня это было в новинку. Я никогда не была с мужчиной настолько доминантным и властным. Его глаза, его голос, каждое прикосновение напоминали мне, с кем я сейчас, и насколько важно для меня его удовольствие.

Я начала чувствовать, будто принимаю вызов, и первобытное желание удовлетворить его охватило меня полностью.

Когда его взгляд снова встретился с моим, в нем пылала страсть. Между нами пробежало подводное течение из тьмы и нежности. Наверное, я забыла, как мужчина смотрит на женщину, когда каждое его существо жаждет ее. Потому что, клянусь Богом, я никогда в жизни не видела такого взгляда.

— На спину, — прошептал он.

На моем лице расцвела испуганная гримаса.

Он взял меня на руки и поцеловал глубоко, держа мое лицо в ладонях. — Что такое? — выдохнул он.

— Просто… прошло много времени, — задыхаясь, выговорила я.

— Я позабочусь о тебе, детка, — мягко прошептал он, и это развеяло мои страхи. Его рот поглотил мой, язык медленно скользнул между моих полуоткрытых губ с идеальной силой.

У меня почти подкосились ноги.

Он уложил меня, раздвинул ноги и с темной улыбкой начал спускаться поцелуями вниз по моему телу.

Я смотрела в потолок, пытаясь контролировать прерывистое дыхание; никакой алкоголь не мог бы подготовить меня к этому. Он поднял мои ноги, поставил ступни себе на мощные плечи и развел колени в стороны.

Я была полностью открыта для него, и он взял меня безо всяких сомнений и начал жадно работать.

Я вздыбилась с кровати. — Ах! — вскрикнула я.

Но он не проявлял милосердия, погружая два своих толстых пальца внутрь и начиная резко насаживать меня на них.

Боже… нельзя ли хоть немного постепенности?

Его язык на клиторе, а пальцы на точке G. Что вообще происходило? Мое тело начало дрожать, как марионетка… его марионетка.

Этот мужчина был Богом.

Мои ноги сами собой соскользнули с его плеч, и меня сотряс оргазм, пронесшийся сквозь меня, как товарный поезд.

На это ушло секунд пять. Как неловко. Отличный способ выглядеть круто. Он усмехнулся, будто горд собой, а я закинула руку на глаза, чтобы спрятать лицо от стыда.

Он отвел мою руку, взял за подбородок и притянул мое лицо к своему.

— Не прячься от меня, Эмилия. Никогда, — приказал он.

Мои глаза искали ответ в его. Это было слишком… чересчур. Этот парень был слишком горяч.

— Ответь мне.

— Что ты хочешь услышать? — прошептала я.

— Скажи «да», чтобы я знал, что ты поняла.

Воздух между нами трещал. — Да, — выдохнула я. — Я поняла.

— Умница, — прошептал он, наклоняясь, чтобы снова поцеловать меня. Его язык был мягким, идеальной лаской, и мои ноги снова сами раздвинулись. Он встал, достал из кармана джинсов бумажник, вынул оттуда несколько презервативов, вскрыл один и протянул мне. — Надень на меня.

Я взяла его, наклонилась, чтобы мягко поцеловать в член, прежде чем накатала презерватив. — Ты очень властный, — усмехнулась я.

Он широко улыбнулся, упал на спину, перетянул меня на себя и притянул мое лицо к своему. — Сначала ты трахнешь меня, — прошептал он в губы, — а потом, когда ты разогреешься, трахну тебя я.

Я улыбнулась, касаясь его рта. — Я занимаюсь сексом только один раз, большой мальчик, а потом засыпаю.

Он ответил медленной, сексуальной улыбкой.

Я оседлала его крупное тело, пока наши поцелуи становились все отчаяннее. Его толстый член был прижат к животу, он держал его на весу и направлял мои бедра вниз на себя.

Ох, какое жжение — он был большим.

— Ай, — хныкнула я.

— Все в порядке, — прошептал он. — Покачайся из стороны в сторону.

Он сжал мою грудь в ладонях, смотря на меня снизу вверх с каким-то благоговением.

Я улыбнулась ему сверху. — Что?

— С той самой минуты, как я увидел тебя в самолете, я хотел, чтобы ты оседлала мой член.

Я хихикнула, глядя на него. — Ты всегда получаешь то, что хочешь?

— Всегда. — Он схватил меня за бедра и резко всадил вниз, и мы оба замерли с полуоткрытыми ртами от наслаждения.

Ох… он…

— Такая тугая, — сквозь зубы произнес он.

Не отрывая друг от друга глаз, он медленно двигал меня вверх-вниз, и я чувствовала каждую вену на его толстом стволе.

Его взгляд был тяжел, когда он смотрел на меня снизу, а я наклонилась вперед и мягко поцеловала его. — Ты знаешь, как твой член идеально ощущается внутри меня? — прошептала я, а затем провела языком по его полуоткрытому рту.

Его глаза закатились. — Ты просто горячая штучка. — Он поднял меня за тазовые кости и снова, но уже с большей силой насадил на свой член, и я громко рассмеялась от непреодолимого ощущения быть заполненной до предела.

— Боже, наполни меня, — застонала я. — Дай его мне, — умоляла я. Мне нравилось, как он терял контроль. Это сводило меня с ума. И потом, словно в какой-то параллельной вселенной, мой рот прилип к его шее, и я сильно пососала кожу, продолжая двигаться на нем.

Он зашипел, и, будто окончательно теряя контроль, сбросил меня, вышел и перевернул на спину. Он закинул мои ноги себе на плечи и вошел глубоко — так глубоко, что у меня вырвался воздух из легких.

Я улыбнулась. Значит, ему нравился грязный разговор, да? Что ж, это как раз моя специализация.

Игра началась.

Я держала его лицо в руках. — Боже, у тебя прекрасный член, — прошептала я. — Он плачет по мне, детка? — прошептала я, сжимаясь вокруг него. — Я чувствую в нем твой пульс.

Он ответил медленной, сексуальной улыбкой, продолжая движения. — Я сейчас сорву этот презерватив и кончу тебе в грязный рот.

— Пожалуйста, — рассмеялась я, пока он резко входил в меня, и в момент совершенной ясности он повернул голову и нежно поцеловал мою внутреннюю лодыжку. Мы смотрели друг на друга, пока между нами пробегало что-то сокровенное. Близость, которую реальность ситуации не должна была допускать. — Не смотри на меня так, — прошептала я, чтобы разрядить серьезность момента, — а то я поставлю тебе еще один засос.

Его глаза расширились. — Лучше бы у меня не было никакого засоса, Эмилия.

Я громко рассмеялась, глядя на огромную багровую отметину, проступающую на его шее. Боже, что за фигня? Я слишком много романов про вампиров читала. — Тебя мама будет ругать? — поддразнила я.

Он рассмеялся, вошел в меня и попал точно в нужное место, и я застонала. Ох… этот мужчина знал свое дело.

Каждое прикосновение было идеально направлено и усилено. Он точно знал, как разобрать меня по частям. Он приподнял мое бедро рукой и вошел глубоко, описывая круги, и мое тело взяло на себя управление, потому что мне нужно было кончить. Сильно.

— Трахни меня, — умоляла я. — Дай мне свой прекрасный член. Жестче, — стонала я. — О боже, мне нужно жестче.

Его глаза закрылись от наслаждения, и он начал двигаться с удивительной скоростью. Я цеплялась за него изо всех сил, пока меня сотрясало. Он задержался глубоко внутри и сдавленно крикнул мне в шею, и я почувствовала, как его член дергается в момент разрядки.

Мы тяжело дышали, прижимаясь друг к другу, влажные от пота, наши сердца бешено колотились в унисон, и он улыбался, касаясь щеки моей щеки, словно что-то вспоминая.

— Что?

— Добро пожаловать в Клуб Высоты «Мальцов», Эмилия.

Я хихикнула, целуя его. — Бизнес-класс — единственный способ летать.

На следующее утро

Максим смотрел на меня сверху вниз с сексуальной усмешкой, пока я лежала голая в постели. Он был одет, его сумка собрана и стояла у двери. — Мне пора.

Я скривилась и протянула руки. — Нет, не оставляй меня, — дразнящим, жалобным голосом пропищала я.

Он усмехнулся, наклонился и в последний раз взял меня в объятия. Утром мы летели обратно в Москву разными рейсами; его вылет был ранним, а мой поздним. Он мягко поцеловал меня. — Вот это ночь, — прошептал он.

Я улыбнулась, когда его голова опустилась в изгиб моей шеи, а зубы покусывали кожу по направлению к ключице. — Я месяц — нет, год — ходить не смогу, — сухо пробормотала я.

Он наклонился и сильно укусил меня за сосок, я вздрогнула. Затем он выпрямился, и наши взгляды встретились.

Я прикоснулась к его красивому лицу. — У меня была потрясающая ночь.

Он мягко улыбнулся. — У меня тоже.

Я приподнялась и коснулась пальцем огромного засоса на его шее, и его пальцы тоже потянулись к нему. — О чем ты вообще думала?

— Понятия не имею, что на меня нашло, — хихикнула я. — Твой член был слишком хорош, превратил меня в животное.

Он снова укусил меня.

— И как я должен садиться в самолет с огромным засосом на шее? — ворчал он. — Если бы ты знала, сколько у меня важных встреч на этой неделе, Эмилия…

Мы оба рассмеялись, а затем его лицо стало серьезным, пока он смотрел на меня. Я не шутила — я не хотела, чтобы он уходил. Этот мужчина был полной противоположностью тому, что я искала, но почему-то соответствовал всем пунктам.

А что, если я никогда его больше не увижу?

Как мне двигаться дальше после такой ночи, стереть ее из памяти и сделать вид, что ничего не было? Я закрыла глаза от отвращения к самой себе. Вот почему я не занимаюсь случайными связями. Я не создана для секса без обязательств — это не я. Я никогда не буду такой.

Мне ненавистно, что он такой.

— Кстати, у меня в сумке есть шарф. Хочешь? — спросила я.

— Да, — отрезал он.

Я вылезла из постели, подошла к чемодану и начала в нем копаться. Он воспользовался моментом, встал сзади, схватил меня за голые бедра и толкнулся в меня. Я выпрямилась и повернулась к нему лицом.

— Я сейчас даже не шучу — останься еще на одну ночь.

Он провел пальцем по моему лицу, взял за подбородок, пока наши взгляды сливались.

— Не могу, — прошептал он, и в его глазах, изучающих мои… мелькнуло что-то невысказанное.

У него есть кто-то дома? Поэтому он не попросил мой номер? Меня наполнила тревога. Я не создана для этого дерьма с одной ночью.

Я отвернулась от него, выкопала шарф и протянула. Он был кремового цвета, из кашемира, с вышитым вензелем.

Э.Ф.

Его подарила мне теннисная группа моей мамы, когда я окончила институт. Я его очень любила…

Он нахмурился, глядя на вышитые буквы, я забрала шарф обратно и обмотала ему вокруг шеи, чтобы скрыть огромный синяк. Я усмехнулась, глядя на это. Я даже не знала, как правильно оставлять засосы. Видимо, я действительно была в ударе.

— Что означает «Ф»? — спросил он.

— Френдзона, — улыбнулась я, скрывая разочарование. Не хотела, чтобы он знал, что его последние слова меня задели.

Он усмехнулся, грубо притянул меня к себе и повел обратно к кровати. — Какое подходящее описание. — Он обвил мою ногу вокруг своей талии, и мы разделили последний затяжной поцелуй.

— Прощай, — прошептал он.

Я провела пальцами по его волосам, глядя на его прекрасное лицо. — Прощай, голубоглазый.

Он поднял шарф и глубоко вдохнул. — Он пахнет тобой.

— Надевай каждый раз, когда дрочишь, — сладко улыбнулась я. — Представляй, что это я проделываю всю работу.

В его глазах вспыхнуло возбуждение.

— Знаешь, для той, у кого не было секса пол года, ты невероятно сексуальная маньячка.

Я хихикнула.

— А теперь я вернусь к своей засухе. Там безопасно… и я могу ходить без посторонней помощи.

Его лицо стало серьезным, и у меня было чувство, будто он хочет что-то сказать, но сдерживается.

— Ты опоздаешь на самолет, — сделала я фальшивую улыбку.