Муж для Железной леди

Ксения Винтер

Муж для Железной леди

Глава 1. Телефонные разговоры

Ещё никогда я так не радовалась привычке дублировать номера телефонов в записную книжку. Вот где бы я сейчас искала номер Виктора, учитывая, что телефон у меня новый, с девственно чистым списком контактов? А так залезла в записную книжку, перенесла номера на новый телефон и спокойно позвонила доктору Зиверсу.

– Слушаю, – раздался в динамике чем-то недовольный голос.

– Доброе утро, Виктор, – бодро поприветствовала я вампира.

– Александра? – а вот теперь Виктор звучал радостно. – Какой неожиданный, но крайне приятный сюрприз. Как ты себя чувствуешь?

– Для человека, пережившего операцию по пересадке сердца, просто великолепно, – заверила я его. – Ты сегодня на работе?

– На работе, где же ещё мне быть, – подтвердил он. – А что? Хочешь заскочить в гости?

– Очень хочу, – подтвердила я.

– Что-то случилось? – моментально насторожился вампир.

– Ничего, несущего угрозу моей жизни или здоровью, – заверила я его. – Но твоё мнение, как врача, мне очень нужно. Сможешь уделить мне сегодня полчаса-час своего времени?

– Без проблем, – заверил меня Виктор. – Приезжай ближе к обеду, помогу всем, чем смогу.

– Всё равно я считаю эту идею бессмысленной тратой времени, – заметил Ольгерд после того, как я завершила звонок. – И вообще, как ты себе представляешь этот разговор? Виктор, меня тут преследует призрак оборотня, не мог бы ты мне помочь его воскресить?

– Да, примерно что-то в этом роде я и планирую ему сказать, – беззаботно подтвердила я. – Ты ведь мне поможешь убедить его в том, что ты не являешься плодом моего воображения или галлюцинацией?

Ольгерд наградил меня недовольным взглядом, а затем, обречённо вздохнув, ответил:

– Разумеется, помогу. Но это не означает, что я одобряю всю эту затею!

– А тебе и не нужно её одобрять, – заметила я. – Главное, что мне она нравится.

Немного помучившись в сомнениях, я набрала номер Ричарда. Всё-таки тому досталось во время нападения на оборотней, и я немного беспокоилась о его самочувствии.

Вызов был принят спустя десяток гудков, однако ответил мне незнакомый женский голос.

– Здравствуйте, – откашлявшись, немного нервно поздоровалась я. – Я могу услышать Ричарда?

– Он сейчас в душе, – в стиле клише дешёвых любовных романов и мыльных опер заявила неизвестная девица. – Что-то ему передать?

– Да, передайте ему, пожалуйста, что звонила его иллюстратор. Пусть перезвонит мне, как только освободится, мне нужно обсудить с ним кое-какие рабочие вопросы.

– Хорошо, я передам.

– Спасибо.

Этот короткий разговор несколько выбил меня из колеи. Нет, ничего сверхъестественного не произошло, Ричард всегда был крайне любвеобилен и менял любовниц, как перчатки. Кроме того, я сама вроде как порвала с ним, так что он имеет полное право спать с кем хочет и когда хочет. Но не сразу же после того, как был отравлен непонятным наркотиком!

– А твой Ричард времени зря не теряет, – присвистнул Ольгерд, прекрасно слышавший каждое слово, потому что уже привычно стоял у меня за спиной. – Я, между прочим, сразу предупреждал, что он тебе не пара. Но ты мне не поверила.

– Предпочитаю учиться на собственных ошибках, – немного раздражённо заявила я. – Впрочем, в случае с Ричардом я повела себя крайне глупо и винить мне некого, кроме самой себя.

– Ещё как есть кого, – возразил оборотень. – Ричард с самого начала вёл себя как знатная свинья: манипулировал тобой, лгал и нагло пользовался твоей привязанностью. Как по мне, ты имеешь полное право на него злиться.

– Наверное, имею, – неохотно согласилась я. – Только вот не хочу да и не могу. Какой в этом смысл? Сделанного не исправить. А так можно попытаться сохранить хотя бы дружбу.

Глава 2. Давайте поиграем в Франкенштейна

Как и просил Виктор, в больницу к нему я приехала ровно в полдень, и застала вампира в ординаторской, с аппетитом обедающего отварным картофелем с зелёным луком и солёной сельдью.

– Привет! – махнул мне рукой Зиверс и жестом указал на стул напротив. – Присаживайся. Ты голодна?

– Не особо, – ответила я, слегка скривившись от резкого рыбного запаха.

– Я подумал, запах рыбы должен быть поприятней моего, – заметил Виктор, очевидно, уловивший перемену на моём лице.

– А что, я для тебя теперь пахну неприятно? – спросила я, заняв предложенное место.

– Понятия не имею, из-за рыбного амбре ничего не разобрать!

Я покачала головой, внутренне расслабляясь: похоже, Виктора не особо беспокоила моя внезапная смена расовой принадлежности, и он готов и дальше продолжать дружеское общение со мной. Данное обстоятельство не могло не радовать. Подспудно я опасалась, что все мои знакомые вампиры растеряют всю симпатию, из разряда «друзей» и «добрых знакомых» перейдя к стадии «непримиримых врагов».

– Итак, что тебя привело ко мне? – Виктор смотрел на меня с нескрываемым интересом.

– Хочу предложить тебе примерить роль твоего тёзки по фамилии Франкенштейн и попытаться найти способ оживить мертвеца. А точнее, запихнуть душу в тело.

На лице Виктора отразилась растерянность, практически сразу сменившаяся беспокойством.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, пытливо глядя мне в глаза.

– Ты уже спрашивал, и с утра мой ответ не изменился, – отозвалась я и поспешно добавила: – Знаю, моё предложение звучит, мягко говоря, странно. А то, что я сейчас скажу, прозвучит ещё страннее и заставит тебя усомниться в моём психическом здоровье. Но дело в том, что со мной постоянно находится призрак Ольгерда. Его не видит и не слышит никто, кроме меня, однако это не делает его менее настоящим.

Во взгляде Виктора промелькнуло сочувствие.

– Саша, – мягко проговорил он, протянул руку и ободряюще коснулся моей ладони, лежавшей на краю стола. – Я понимаю, потеря Ольгерда далась тебе тяжело, и ты чувствуешь определённую вину за его смерть…

– А я говорил, что так и будет! – фыркнул Герт, услышав это заявление. – Ни один человек, вампир или оборотень, находящийся в здравом уме, не поверит в эту чушь про призраков.

– Это не галлюцинации и не комплекс вины, – возразила я. – Ольгерд правда здесь, и я могу тебе это доказать.

Виктор отложил вилку на край тарелки и откинулся на спинку стула.

– Хорошо, – снисходительно проговорил он. – Убеди меня, что мы сейчас в кабинете не одни.

– Отойди вон туда, – я указала рукой на противоположный конец комнаты, где стоял стеллаж с папками и медицинскими картами. – Встань к стеллажу спиной, а ко мне лицом, руки убери за спину и покажи мне пальцы. А я скажу, сколько и какие именно ты показываешь.

Виктор посмотрел в указанном мною направлении: там не было ни одной отражающей поверхности, которая позволила бы мне смухлевать.

– Ну, хорошо, – кивнул он, неохотно поднялся из-за стола и отошёл к стеллажу, после чего убрал руки за спину и повернулся ко мне лицом. – Итак, сколько пальцев я сейчас показываю?

Ольгерд неспешно подошёл к Виктору сбоку и заглянул ему за спину.

– Правая ладонь раскрыта, а левую он сложил в кукиш, – равнодушно сообщил оборотень.

– Права ладонь раскрыта, а левой ты показываешь фигу, – с улыбкой проговорила я.

На лице Виктора отразилось замешательство.

– Ещё раз, – потребовал он.

– На правой руке указательный и мизинец, левая сложена в кулак, – тут же доложил Ольгерд, а я передала его слова Виктору.

– Невероятно… – в голосе вампира изумление тесно переплеталось с восторгом. – Ты хотя бы понимаешь, что всё это значит?

– Что ты поможешь мне решить проблему с воскрешением Ольгерда? – предположила я.

– Это само собой! – отмахнулся Виктор. – Дело не в этом. Столько веков учёные всего мира бились в попытке выяснить, существует у человека душа или нет. И благодаря тебе теперь можно ответить на этот вопрос однозначно: да, существует. Ты хоть понимаешь, что вы с Ольгердом решили одну из важнейших загадок Вселенной?

– Ты преувеличиваешь, – возразила я. – Мне, конечно, приятна твоя радость, только вот решение каких-то вселенских вопросов меня вообще не волнует. Мне важно понять: если душа покинула тело, можно ли её вернуть обратно? Причём не в то тело, в котором она была изначально, а в какое-то другое.

– Понятия не имею, – голос Виктора был наполнен энтузиазмом. – Но мы с тобой это непременно выясним!

Глава 3.

К нам едет ревизор

Для начала Виктор заставил меня сдать кровь на анализ.

– Прежде чем экспериментировать с переселением душ, необходимо понять, за счёт чего ты вообще превратилась в оборотня, – пояснил он. – Например, вампира вампиром делают определённые гормоны, которых в организме человека нет в принципе.

– А что делает оборотня оборотнем? – заинтересовалась я.

– Не знаю, – признался Виктор. – У меня прежде никогда не было возможности изучить организм оборотней. Однако Генрих сказал, ты теперь альфа местной стаи. Так, быть может, кто-нибудь из твоих подопечных согласится побыть подопытным волчком на благо науки? Обещаю обращаться с ним – или с ней, пол тут совершенно неважен, – крайне бережно и не доставлять лишних неудобств и боли. Зато мы сможем сравнить кровь и прочие телесные жидкости обычного оборотня и твои и понять, что же спровоцировало твоё преображение.

– Я поговорю с членами стаи, – пообещала я, – но никого ни к чему принуждать не буду.

В этот момент мой телефон, лежавший на краю стола Виктора, разразился бодрой трелью стандартного рингтона, а на дисплее высветилось имя Льва.

– Да? – тут же приняла я вызов.

– У меня плохие новости, – без долгих предисловий сразу перешёл он к делу.

– Что опять случилось? – моментально насторожилась я.

– В самое ближайшее время нам всем придёт полная жопа, – сообщил Лев таким голосом, словно приближался по меньшей мере Конец Света или Зомби Апокалипсис.

– Не нагнетай, а толком объясни, в чём дело.

– Слава звонил: до Совета крестоносцев дошли новости о том, что оборотень загрыз человека, и они послали к нам своего представителя для проведения расследования.

«Час от часу не легче», – мысленно обречённо вздохнула я, а вслух спросила: – И в чём проблема? Преступник уже мёртв, дело закрыто за смертью обвиняемого.

– Всё не так просто, – в голосе Льва звучала непонятная мне обречённость. – Это человеческая полиция спокойно закрывает дело за смертью подозреваемого. А у крестоносцев всё намного сложней. Если произошёл прецедент с пострадавшим человеком, – а в нашем случае и вовсе убитым, – они начинают внимательно изучать всё окружение преступника: его семью, друзей, просто знакомых, – с целью определить, не несут ли и они угрозы для общества.

– То есть этот ваш проверяющий в первую очередь заинтересуется мной, – сделала я закономерный вывод из его слов.

– Именно так, – подтвердил Лев. – А поскольку до недавнего времени ты была человеком, – а это общеизвестный факт, учитывая, кто именно твой брат, – у проверяющего возникнут закономерные вопросы, а возможно и какие-нибудь не очень хорошие предположения.

– Например?

– Например, что здешние оборотни ставят эксперименты на людях с целью пополнения и усиления своей популяции.

– Чушь какая-то, – пробормотала я, нахмурившись. – И что ты предлагаешь делать?

– Уехать из города, – категорично заявил Лев. – Мне как раз из штаба пришло задание проверить одно поселение оборотней на Урале, у них недавно в лесополосе волки, которых в тамошних местах давно никто не видел, человека загрызли. Я должен буду разобраться, что там к чему. И ты поедешь со мной.

– А это не вызовет подозрений и ненужных вопросов? – насторожилась я.

– Все подозрения и вопросы я беру на себя, – заверил меня Лев. – Так что, ты поедешь?

Я вопросительно взглянула на Ольгерда, безмолвно спрашивая у него совет.

– Мысль неплохая, – признал он. – Это хотя бы позволит нам выиграть время. Возможно, крестоносец приедет, осмотрится, пообщается со здешними оборотнями и, не найдя ничего для себя интересного, не станет ждать твоего возращения и просто уберётся восвояси.

Мне почему-то слабо верилось в подобный исход. Однако, как говорится, попытка не пытка. А мне смена обстановки только пойдёт на пользу.

Глава 4. Подозреваемый

Поскольку планы резко и весьма кардинально изменились, мне нужно было срочно и в кратчайший срок подготовиться к отъезду, а это подразумевало как минимум поиск няньки для целой деревни оборотней. Причём няньки, которую эти самые оборотни примут и не попытаются сожрать при первом появлении на горизонте.

Стоит ли говорить, что мой выбор пал на Руслана Игнатьевича – самого адекватного из известных мне оборотней после Ольгерда?

Правда чтобы поговорить с Русланом, пришлось лично ехать к нему на работу – на телефонные звонки он не отвечал, а милая девушка на рецепшене наотрез отказалась сообщать мне, где их драгоценный доктор находится, что было, мягко говоря, странно.

На рабочем месте, что примечательно, Руслана не обнаружилось, а выпытать домашний адрес мне не удалось.

– У оборотней своих спроси, они-то точно должны знать, – предложил Ольгерд.

– Вы ищите Руслана? – тихо окликнул меня тоненький девичий голосок.

Обернувшись, я увидела худенькую, маленькую медсестричку с испуганными глазами оленёнка Бэмби. На вид ей было не больше восемнадцати, и выглядела она так, словно вот-вот расплачется.

– Да, я ищу Руслана, – подтвердила я. – Вы знаете, где он?

– Он должен был сегодня утром работать, – понизив голос до едва различимого шёпота, поведало мне это милое создание. – Однако практически сразу после открытия клиники его забрали.

– Кто?

– Полиция, – девушка жалобно всхлипнула. – Они показали Насте – она махнула рукой в сторону регистратора, – удостоверения и вошли в кабинет Руслана, а потом вывели его оттуда уже в наручниках.

– Та-а-ак… – а вот это уже было, мягко говоря, странно. – Вы имена их расслышали? Или, быть может, сами удостоверения видели?

– Не слышала и не видела, но один из них кому-то звонил по телефону и сказал, что «цель взята, Генрих Георгович».

«Теперь ясно, откуда ноги растут», – мелькнуло у меня в голове, вслух же я сказала: – Спасибо, что рассказали. Вы мне очень помогли.

После чего стремительно покинула ветеринарную лечебницу, на ходу доставая сотовый телефон и набирая номер Генриха.

– Александра Сергеевна, – Зиверс взял трубку буквально после пары гудков, словно ждал моего звонка.

– Генрих Георгович, – холодно отозвалась я. – Могу я спросить, по какому обвинению ваши люди арестовали Руслана?

– Обвинений ему пока никаких не предъявлено, – равнодушно ответил Генрих. – Однако я подозреваю его в организации нарколаборатории, синтезе наркотиков и их распространении.

«Ну, чего-то подобного следовало ожидать», – подумала я.

– У вас имеются доказательства?

– Мне жаль, но я не могу разглашать эту информацию – тайна следствия, вы должны понимать.

– Я могу сейчас приехать и поговорить с Русланом?

– Приезжайте.

И повесил трубку.

– Опять разводят тайны мадридского двора, – пробурчала я, возвращая телефон в карман джинсов, и внимательно посмотрела на Ольгерда: – Как думаешь, Руслан действительно может оказаться причастен к производству наркотиков?

– Вполне, – ответил тот. – Как минимум он мог быть тем, кто предоставлял образцы крови, на основе которых этот наркотик изготовлялся. Кроме того, учитывая его заботу о стае, он же мог их поставлять Аверьяну. И не забывай, что в ночь нападения на тебя Герров он был рядом с галереей. Мне почему-то слабо верится, что это простое совпадение.

– Я не думаю, что Руслан стал бы подставлять под удар детей, – заметила я.

– Это могло произойти случайно.

– Вряд ли, – покачала я головой. – Если верить другим оборотням, Руслан лично организовывает молодёжи все кружки и учебные курсы, следовательно, знает, кто, где и когда находится. Так что если бы он был зачинщиком нападения на меня, то в первую очередь бы проследил за тем, чтобы малышня не попала под замес.

– Нет смысла гадать, – отмахнулся Ольгерд. – Поедем в управление и всё узнаем из первых рук, раз уж оберст столь любезно разрешил тебе поприсутствовать при допросе.

«Ну, вообще-то он мне не разрешал, – мысленно возразила я. – Но идея хорошая, надо будет непременно напроситься на послушать. Вдруг Руслан что-то интересное расскажет».

Глава 5. Истинная пара

До управления на такси я добралась за двадцать минут. Что примечательно, на КПП меня никто не задержал, только окинули цепким взглядом и бросили лаконичное: «Генрих Георгович у себя».

– Интересно, это можно рассматривать в качестве намёка, мол, приходи, тебе здесь всегда рады? – хохотнул Ольгерд, спокойно проходя турникет насквозь, в очередной раз напоминая мне о своей нематериальности.

Как будто я в этом напоминании нуждалась…

Управление собственной безопасности открылось для меня с новой стороны изобилием различных запахов, от которых у меня практически сразу разболелась голова, а к горлу подступила тошнота.

– Привыкай, – Герту хватило одного быстрого взгляда на меня, чтобы понять, что к чему. – Жизнь любого оборотня тесно связана с запахами. Поэтому мы в основном предпочитаем обитать в деревнях на отшибе: естественные природные запахи намного приятней химозных городских. На улице это ещё не так сильно заметно, а вот в помещении порой можно находиться только в противогазе.

Вот тут я была с ним полностью согласна.

Прекрасно помня по прошлому своему визиту расположение кабинета Генриха, я дошла до нужной двери, постучалась и, получив разрешение, уверенно вошла внутрь и беззвучно прикрыла за собой дверь.

Терпкий запах апельсиновой цедры, ванили и кардамона ударил в ноздри, и я пошатнулась. Этот аромат был очень схож с тем, что я чувствовала от Льва, и в то же время сильно отличался: был насыщенней и богаче. У меня буквально подогнулись колени, и я была вынуждена ухватиться за дверной косяк, чтобы не упасть: сердце внезапно ускорило свой бег, а в ушах зашумела кровь.

– Александра? – голос Генриха был наполнен тревогой.

Вампир моментально поднялся из-за стола и за считанные секунды оказался возле меня, подхватив под локоть.

– Отпусти, – тихо, хрипло попросила я, и пальцы тут же разжались, а сам вампир отступил на шаг, нахмурившись.

Я же поспешно стянула с себя футболку, ощущая, как под кожей разгорается настоящее пламя – похоже, начался оборот, который я всё ещё не могла толком контролировать.

– Что ты делаешь? – настороженно уточнил Генрих, моментально забыв о холодной отстранённости, с которой разговаривал со мной по телефону.

– Прости, – смущённо выдохнула я, стараясь не смотреть на него. – Я не могу это контролировать.

После чего поспешно разулась, стянула джинсы вместе с нижним бельём и наконец-то рухнула на колени. По телу прошла волна дрожи, смешенной с острой болью, кости начали вытягиваться, а сквозь кожу пробиваться густая шерсть.

На этот раз обращение прошло намного быстрей и вроде даже немного проще. Когда всё закончилось, я тряхнула головой и взглянула на Генриха снизу вверх, ощущая сбивающий с толку коктейль самых разнообразных эмоций, самыми яркими из которых были восторг на грани эйфории и нестерпимое желание обладать. Хотелось вцепиться Генриху в руку, оставить на нём отпечаток своих зубов, чтобы все знали: этот мужчина – мой.

Разумеется, я не позволила инстинктам взять верх над разумом: прижав уши к голове, я слегка припала на передние лапы, пытаясь показать вампиру, что не представляю для него опасности. Ещё не хватало, чтобы Генрих меня опасался! Он, впрочем, и не думал этого делать. Напротив, взгляд серо-голубых глаз был спокоен и безмятежен, и, что самое главное, полностью сосредоточен на мне.

– Я так понимаю, истинная пара это всё-таки понятие взаимное, – с какой-то затаённой грустью и даже обречённостью резюмировал он.

«Это что же получается, он себя рядом со мной также чувствует?» – мысленно удивилась я. А затем неуверенно приблизилась к вампиру и ткнулась носом ему в ладонь.

Чуткие пальцы тут же пробежали по морде, огладив нос и лоб, и из моей груди вырвалось довольное утробное урчание, совсем как у кота. Генрих на это лишь тихо хмыкнул и переместил ладонь мне на макушку. Я же извернулась и осторожно лизнула его руку – опять-таки чисто инстинктивное желание, которое мне совершенно не понравилось. Не то чтобы это было неприятно. Просто сам факт того, что теперь моей жизнью управляют инстинкты, крайне напрягал.

– Даже не знаю, радоваться за тебя или беспокоиться, – мрачно заметил Ольгерд, ставший невольным свидетелем этой сцены. – Вампир и оборотень… какая ирония! Более странной парочки даже выдумать нельзя.

Глава 6. Трудности взаимопонимания

Мне потребовалось добрых пятнадцать минут, чтобы успокоиться и вернуть себе человеческий облик. Всё это время Генрих терпеливо сидел рядом со мной на полу и ласково так, успокаивающе гладил по голове и боку, но при этом вид имел какой-то странный, грустно-отстранённый.

– Простите, Генрих Георгович, за этот конфуз, – превратившись обратно, смущённо проговорила я, поспешно принявшись одеваться.

– И снова на «вы»… – Генрих укоризненно покачал головой, при этом тактично повернувшись ко мне спиной. – Вы бы уже определились, Александра Сергеевна, как мы с вами общаемся.

– По-моему всё очевидно, – пожала я плечами, натягивая джинсы. – Когда дело касается рабочих вопросов, вы – Генрих Георгович. Когда же мы наедине в более интимной обстановке, ты для меня просто Генрих. – Я улыбнулась. – Предпочитаю не смешивать личную жизнь и деловую.

– Разумный подход, – оценил Генрих. – Итак, полагаю, Александра Сергеевна, – подчёркнуто обратился ко мне по имени-отчеству, принимая правила игры, – вы приехали, чтобы просить за Руслана Игнатьевича.

– Не просить, – возразила я. – А удостовериться, что у вас достаточно доказательств для его ареста, это раз. Ну, и попытаться выторговать отсрочку в случае виновности, это два. И, кстати, можете повернуться.

– Отсрочку? – Генрих развернулся и с непониманием уставился на меня. – Для чего?

– Сарафанное радио донесло, что в ближайшее время к нам нагрянет гость из Ордена Креста и Меча, чтобы разобраться с убийством Дживса, – объяснила я. – Лев предложил мне на некоторое время покинуть город, у него как раз на Урале образовалось срочное дело. Однако я не могу вот так просто взять и бросить свою стаю. Сами понимаете, после выходки Аверьяна за ними нужен глаз да глаз. И присматривать за ними должен такой же оборотень, как они сами. Руслан, как по мне, идеальная кандидатура.

– Допустим, – Генрих не выглядел убеждённым. – На время досудебного разбирательства я могу выпустить его под ваше поручительство и подписку о невыезде.

– Но?

– Никаких но.

– А как же «в случае если он сбежит, отвечать будете вы»? – уточнила я, не безосновательно ожидая услышать длинный перечень условий в обмен на выполнение моей просьбы.

– В случае если он сбежит, отвечать будет он сам, – непреклонно заявил Генрих. – Но в следующий раз я дважды подумаю, прежде чем идти вам на уступки в подобного рода вопросах.

– Справедливо, – признала я, а затем, после короткой паузы, ощущая острую потребность не то выразить благодарность за то, что он пошёл мне навстречу, не то желая показать свою полезность, предложила: – Если хотите, я могу поприсутствовать на допросе Руслана и по запаху определить, врёт он или нет.

– Вы уже научились распознавать оттенки запахов? – в голосе Генриха послышался искренний интерес.

– Не все, – с сожалением призналась я. – Но благодаря Аверьяну, который на одну правды говорил с десяток выдумок, ложь я научилась определять вполне неплохо.

– В таком случае ваша помощь может оказаться неоценимой, – согласился Генрих и одним изящным, слитным движением поднялся на ноги, отчего у меня перехватило дыхание. До этого я как-то не замечала, насколько он красив и грациозен.

– Вот поэтому все оборотни единодушны во мнении, что найти свою истинную пару – проклятье, а не благословение, – сумрачно заметил Ольгерд, всё это время молча наблюдавший за мной. – Мозги отключаются напрочь, и балом начинают править инстинкты и гормоны.

Я предпочла пропустить его замечание мимо ушей, хотя в душе была полностью согласна. Запах Генриха полностью дезориентировал меня, заставляя мысли упорно сворачивать на неприличную дорожку.

Тяжело вздохнув, я сократила разделяющее нас расстояние и решительно обняла Зиверса, уткнувшись носом ему в грудь.