Бывший муж. Вы мои навсегда

Он уже на месте. Я тоже делаю заказ.

— Как Инна? — звучит неожиданно вопрос друга.

Хмуро смотрю на него исподлобья.

— Почему ты всё время о ней спрашиваешь?!

— Ну, вы теперь снова вместе… работаете, я имею в виду, — улыбается Дима. — Может…

— Не может! — осекаю его сразу. — Как Инна, ты спрашиваешь? Моя бывшая скрыла от меня ребёнка! Я пять лет не знал, что у меня, оказывается, есть сын! И она так и не сказала бы! Уволилась бы и не сказала мне! Я случайно узнал! Как Инна?! Инна как была обманщицей, так ей и осталась!

Я произношу это всё на эмоциях. Слишком громко для ресторана, поэтому некоторые посетители с интересом оборачиваются и смотрят на нас.

Плевать.

Отбрасываю вгорячах салфетку.

Опять всё вскипает. Опять мой айсберг тает со стремительной скоростью.

— Фух! — неожиданно выдыхает облегчённо Дима. — Ну, значит, ты уже знаешь! Прямо гора с плеч!

Круглыми глазами таращусь на него.

— В смысле? Ты о чём? Ты что?! Тоже знал?! — стискиваю зубы.

— Воу-воу! Спокойнее! Я не узнаю своего друга хладнокровного Горского! — ржёт Дима. — Ты прямо горишь!

— Дим, — цежу сквозь зубы. — Просто скажи. Ты знал?!

— Догадывался, — уже серьёзно отвечает друг. — Встретил Инну с пацаном в саду, когда Даню отводил. Собирался тебе, вот, рассказать сегодня. Но ты уже узнал. Так даже лучше. Не хочу мешать вам с Инной…

— Нет «нас с Инной», — цежу я, уткнувшись в тарелку. — Ясно? Есть моя бывшая и мой сын, которого она скрыла.

— Да ты не горячись, — спокойно произносит Дима. — Ты узнал, почему она скрывала?

— Какая нафиг разница?! — снова взрываюсь. — Ты вообще понимаешь, что она от меня ребёнка скрыла!

— Ты мне будешь рассказывать об этом, — снисходительно усмехается Дима.

Сдвигаю брови и отворачиваюсь.

— Это другое, — бурчу себе под нос. — У Аси были причины это сделать. У Инны — нет!

— Ну, откуда ты знаешь? Вообще, я тебе так скажу: злость и обида — не самые лучшие советчики тут. Инне тоже нелегко сейчас. Представляю, что она чувствует.

— Дим, — грозно смотрю на него. — Меня и так злит, что все всё знали раньше меня! Ты ещё тут! А я что чувствую?! Это хоть кого-то волнует?! Мне каково?!

— Я тебя понимаю как никто другой… — вздыхает друг. — Но злостью и обидой ты ничего не добьёшься. У тебя сын есть! Понимаешь? Сын! Это же… блин! Это такое счастье!

— Ну да. Только Олег видеть меня не хочет. Считает врагом и самым злым человеком, — с грустью усмехаюсь я.

— Хм. Надо искать пути сближения.

— Надо. Но как? Я с детьми не очень… ты знаешь.

— С Инной начни для начала общаться, — пожимает плечами Дима. — Не пыхти. Дело говорю. Слушай… хм… у Дани же день рождения в эту субботу…

— Поздравляю! — чуть улыбаюсь.

— Спасибо, — Дима тоже улыбается. — Растёт сын! Мужик! Да, так вот… ну, Олег же лучший друг Дани и тоже придёт, — выгибает бровь.

— И?

— Тоже приходи! «И»! Приходи.

— Хм.

— Хорош сомневаться! Я ещё Асю попрошу сделать так, чтобы Инна осталась!

— Да зачем это? — хмурюсь тут же.

— За тем, — строго произносит Дима. — Слушай меня. У меня-то опыта в этом вопросе побольше!

То же мне! Опыта у него больше! Асю не сравнить с Инной! Да и Даня его сразу принял! А Олег…

— Ладно, понял. Подумаю, — отвечаю неопределённо.

— Хорош думать! Действовать пора! — смеётся Дима. — Ждём тебя в субботу и всё.

Глава 27. Инна

— Мам, что мы теперь с этой дорогой делать будем? — Олежка деловито показывает на железную дорогу на полу гостиной и складывает руки на груди. — Этот Игорь! Игрушки за собой не убирает! — хмурится.

Выглядит это так забавно, что я невольно улыбаюсь.

— А тебе нравится? — тяну к себе сына и обнимаю. Целую в тёплую щёчку.

Олежка отвечает не сразу. Смотрит на дорогу, потом косится на меня.

— Честно-честно? — спрашивает тихо.

— Конечно! Мы же договорились с тобой только правду говорить, да? Помнишь?

Кивает.

— Нравится, мам, — обнимает меня и шепчет на ухо. — Я давно такую хотел! Там паровозик сам ездит!

Улыбаюсь, гладя его по спине.

— Мам, можно мы оставим дорогу? — просит сын. — Ты не обидишься?

— Нет, сынок, не обижусь, — отвечаю мягко. — Если тебе нравится, давай оставим. Игорь же тебе её принёс.

— А зачем? — сын вмиг отстраняется и смотрит мне в глаза.

Так смотрит, что сердце замирает.

Рассказать? Я вообще не готова к этому! А Олежка?! Конечно, он не готов!

— Мам! — дёргает меня за рукав сын, вырывая из круговорота мыслей. — Почему Игорь мне подарил поезд? А? почему?

— Потому что… потому что он хочет подружиться с тобой, — улыбаюсь, скрывая своё волнение. — Просто он понял, что ты мой главный защитник! И теперь хочет подружиться с тобой. Чтобы со мной тоже дружить.

Получается как-то сумбурно, но Олежке, похоже, этого достаточно. Он радостно кивает и вырывается из моих рук. Тут же оказывается на полу рядом с железной дорогой.

Я тяжело выдыхаю.

Вообще не представляю, как сказать ему. Наблюдаю за тем, как Олежка ловко играется с игрушкой Игоря. Он так увлечён, что забыл про болезнь. Да и температура спала.

Значит завтра можно в сад? А мне? Опять в офис?

Вечером ко мне заезжает моя подруга, с которой мы вместе работаем, Лена с дочкой Олесей.

— Ну, как ты тут? — спрашивает Лена, заходя в квартиру. — Ого! Ничего себе у тебя дорога, Олеж! — произносит восхищённо. — Покажешь Олесе?

Олег оборачивается и строго смотрит на гостей.

— Только пусть ничего не трогает без моего разрешения! — косится на маленькую девочку с двумя хвостиками.

— Олеж, — подхожу к сыну и серьёзно смотрю на него. — Она гостья. Нельзя так.

— А вдруг она сломает? — хмурится он.

— Не сломаю! — вдруг произносит Олеся звонким голоском. — Это мальчишки только всё ломают!

Мда. Олеся не собирается уступать Олегу и он тоже в шоке от такого положения вещей. Раскрывает рот и изумлённо смотрит на неё.

— Олеж, ты хозяин, а Олеся гостья. Будь джентльменом. Договорились? — глажу сына по волосам и с улыбкой смотрю на Олесю, которая, подперев руки в бока, тоже хмурится.

— Я девчонок не бью. Ты знаешь, — сопит сын. — Но если она сломает что-то…

Пыхтит и вдруг показывает Олесе кулачок.

— Инн, оставь их! Они сами там разберутся! Не в первый же раз! Сейчас сами договорятся! — зовёт меня из кухни Лена. — Иди сюда!

Ещё раз прошу сына не ссориться с гостьей и иду к подруге.

— Чего ты? — подмигивает она. — Олеська себя в обиду не даст! Да и Олежка не драчун же. Грозный, конечно, но внутри такой ранимый! Прям как папка! — смеётся Лена.

Вздыхаю.

— Что случилось? — Лена сразу становится серьёзной.

— Игорь… приходил сегодня.

— Сюда? К вам? Да ладно! И как? Опять зубами скрежетал?

— Дорогу, вон, собирал, — хмыкаю. — Подарок Олежке принёс.

— Ого! Горский с козырей заходит. Ну-ну. А что Олег?

Опять тяжело вздыхаю.

— Грозит ему, как, вон, Олесе.

— Мужик! Так его! — смеётся Лена.

Потом резко осекается. Молчим с ней.

— Вообще, ты же понимаешь, что Горский не отстанет? — первой прерывает тишину подруга. — Ты как, вообще? Сама? — робко заглядывает мне в глаза.

— О чём ты? — хмурюсь и делаю вид, что достаю чашки из шкафа, чтобы отвести взгляд. — Да, он отец Олежки, но это ничего не значит… ну, в смысле, для нас с ним… Всё в прошлом.

Не смотрю в глаза подруги, потому что знаю, что она всё поймёт. А я не хочу. Не хочу, чтобы она поняла! И верить не хочу, что это правда.

В этот момент из комнаты доносится весёлый гомон — дети явно затеяли какую-то игру. И в их беззаботном смехе есть что-то такое, что заставляет меня улыбнуться.

— Пойдём к ним? — предлагаю я, ища повод сменить тему разговора.

— Пойдём, — кивает подруга. — Что они там задумали?

Глава 28. Инна

Идти в офис к Горскому не хочется. Но Олежка утром встал такой резвый и активный, что дома его оставлять точно не надо. К тому же мне нехочется, чтобы Горский думал, что я прячусь от него.

За эту ночь я многое передумала. В голове, вроде как, наметился более-менее порядок.

Да, Горский — отец Олежки. Значит мне придётся мириться с тем, что он будет в его жизни.

Всё-таки, сыну нужен отец и Горский, хоть и гад, но не самый плохой вариант. Всё равно я буду контролировать, как он там будет с Олежкой.

Господи, ещё ведь как-то сказать надо ему… Как?!

Может, обсудить это с Горским? Он что вообще думает? Вижу, что не торопится рассказать сыну. Сначала в друзья набивается. Может, и правильно это.

Сколько же мне проблем он опять доставил, а! Что за человек!

— Мам! Если Игорь тебя обижать опять будет, напомни ему про мой кулак! — и Олежка, грозно нахмурившись, показывает мне свой кулачок. — Он поймёт!

— Ладно! — киваю с улыбкой и целую его перед тем, как уйти из сада.

Сын убегает, маша мне рукой.

Фух. Теперь — в офис.

Сколько там мне осталось ещё работать у Горского? А что потом?

Отгоняю ненужные мысли. Лучше не накручивать себя. Разберусь. Пять лет без него сама прожила. Что сейчас-то поменялось?

Всё хорошо будет.

Захожу в приёмную и сразу смотрю на дверь в кабинет Горского, она приоткрыта. Значит, уже тут. Выдыхаю разочарованно.

Иду к столу и слышу, что Горский с кем-то по телефону разговаривает. Я не собираюсь подслушивать, но… дверь не закрыта. Горский говорит своим обычным голосом. Поэтому до меня доносятся обрывки фраз.

— Нет, сегодня не получится… да, к нему… хватит, Евангелина!... нет, не к ней, а к сыну! Я же сказал тебе!...

Кажется, я слышу его громкий вздох.

— Нет, тебе нельзя… рано… да, потом… Евангелина… — потом тишина, по-видимому, Горский слушает, что там ему вещает его невеста.

Долго слушает. Иногда кряхтит недовольно, вздыхает. Потом снова его голос:

— Я так решил. Ты либо принимаешь моё решение, либо… Евангелина… хватит… всё, мне пора. Да, встреча. Да, по работе. Нет. Нет, я сказал! — звучит уже жёстче. — Я не сделаю этого! Потому что… — и дальше, кажется, мат.

Замираю и только взглядом слежу за дверью.

— Потому что она мать моего ребёнка! Так понятно?!

Так. Значит, обсуждают меня.

— Всё, Евангелина! Мне пора на встречу. Да, вечером я позвоню. Всё.

И потом воцаряется гробовая тишина. Я даже пошевелиться боюсь, чтобы не прервать её. Она так отчётливо ощущается. И в этой тишине я прямо слышу дыхание Горского. Чувствую его гнев и злость.

Сейчас на мне сорвётся. Даже не сомневаюсь.

Я тихо прохожу к столу и сажусь. Но случайно задеваю какую-то папку и она падает на пол.

Чёрт.

Тут же слышу шорох из кабинета Горского. И через секунду появляется и он сам.

Встаёт в дверях, засунув руки в карманы брюк, и смотрит на меня исподлобья. Смотрит и молчит.

— Извини, я опоздала, — прерываю молчание. — Я останусь после работы и отработаю.

— Как Олег? — хмуро спрашивает Горский. — С кем ты его оставила?

— Олег в садике. Он выздоровел. Алексей Фёдорович сказал, что…

Горский заметно морщится, как будто что-то кислое съел.

— Ты ему так доверяешь? Этому Алексею Фёдоровичу? — цедит недовольно. — Мне кажется, надо показать Олега другому специалисту. У меня есть хороший друг с клиникой.

— Игорь, я понимаю, что ты переживаешь о сыне, — стараюсь говорить спокойно. — Но поверь мне, там ничего страшного. Просто Олежка переволновался. Думаю, не он один, — усмехаюсь про себя. — Всё в порядке. Олежка в садике. Я на работе.

И зачем-то перевожу взгляд на стену, на мой календарь с зачёркнутыми днями. Горский тоже поворачивается и смотрит на него. Хмурится ещё больше.

— Зайди ко мне, — кивает быстро и скрывается в своём кабинете.

Тяжело вздыхаю и следую за ним.

Горский проходит и садится в кресло. Рукой показывает мне на стул напротив. Наблюдает, как я сажусь. И опять долго смотрит.

Начинает раздражать. Вот эта его манера — выжигать собеседника взглядом…

Я чувствую себя неуютно. Сажусь прямо, натягиваясь как струна. О сыне будет говорить? Что именно? Интересно, документы уже переделал?

— Я принял решение, Инна, — начинает медленно Горский. — Посмотрел твои дела, поговорил с твоим бывшим боссом…

Так.

— Я принял решение перевести тебя на место руководителя департамента судебной работы, — невозмутимо произносит Горский. — Думаю, ты справишься.

У меня от изумления чуть рот не открывается. Но я держу себя в руках. В смысле?! Это что сейчас?

— Твоё заявление об увольнении мы аннулируем, — продолжает он. — Я уже дал необходимые указания. Надеюсь, ты не возражаешь?

И, выгнув бровь, смотрит на меня. Что в его взгляде? Насмешка? Уверенность, что всё будет по его? Что?

— Мне надо подумать, — отвечаю спокойно. — Это… это немного неожиданно…

— Неожиданно? — перебивает он. — Разве ты не планировала занять это место? До моего появления?

— Вот именно, Игорь, — отвечаю прямо. — Это было до твоего появления…

— И что это меняет? Инна, не совершай глупые поступки. Ты же умная.

— Боже, неужели я слышу это от тебя! — не могу сдержать сарказма. — Помнится, несколько лет назад ты был другого мнения о моих умственных способностях, — усмехаюсь.

Вижу, что это злит Горского. Он сжимает плотно губы. Но молчит.

Пытается испепелить меня взглядом.

Не выдерживаю. Мне душно в этой комнате с ним. Давит что-то.

Встаю и прямо смотрю на него:

— Я подумаю, Игорь Витальевич. Обязательно подумаю над вашим предложением. Заявление моё пока не аннулируйте.

И разворачиваюсь и уверенной походкой иду на выход.

Глава 29. Инна

Горский снова появляется в приёмной через час. Хмуро косится на меня и бросает небрежно:

— Я на встречу. В офисе больше не будет меня сегодня. Вечером заеду к Олегу.

Вот так бесцеремонно он врывается в мою жизнь. Ставит условия.

Назло ему хочется что-нибудь придумать! Сказать, что нас дома не будет! Да, в конце концов, у меня может быть личная жизнь?!

Но потом я понимаю, что не права. Он же приедет к сыну. Я не могу лишать его этого. Теперь не могу…

Поэтому просто киваю.

После обеда мне звонит доктор Петров.

— Инна, вы помните, что у нас сегодня приём? — напоминает мягко. — Как Олег?

— Ой, вы знаете, Олег в садик пошёл сегодня! Всё хорошо! Спасибо вам за беспокойство и за помощь!

— Отлично! Я так и думал, что ничего страшного. Но осмотреть его надо. Заезжайте после сада.

— А не поздно будет? — мне чертовски неудобно перед этим милым доктором.

— Нет, всё в порядке. Я подожду вас. Мне спешить некуда.

— Спасибо вам большое! Я постараюсь пораньше забрать Олежку и мы приедем.

Не знаю, как объяснить, но общение с доктором Петровым так благотворно влияет на меня… Я забываю обо всех проблемах и хочется улыбаться.

Чего не скажешь о бывшем муже…

Обсудив с Леной предложение Горского, я всё никак не могу успокоиться и принять решение.

Да, я так долго шла к этому… Но работать с Горским?

Хотя он всё равно уже в моей жизни… Он будет приезжать к Олегу, забирать его… Забирать?! К своей невесте?!

Не хочу!

Надо будет обговорить с ним это. Я не против общения отца с сыном, но его невеста… Это уже перебор.

Словно какой-то барьер встаёт у меня. Не хочу, чтобы Олежка общался с невестой Горского. Она чужая ему!

С работы я ухожу пораньше. Босса всё равно не будет. Всё, что нужно, я переделала. А мне ещё надо к доктору с Олежкой успеть.

В саду меня уже встречает воспитательница. Протягивает какую-то разобранную игрушку с механизмами.

— Вот, — вздыхает.

— Олег? — задаю всего один вопрос.

Кивает.

Вздыхаю.

— Инна Игоревна, это дорогая игрушка. Придётся возместить, — с сожалением в голосе говорит она.

И опять просто вздыхаю в ответ.

— Мам! — дёргает меня за рукав Олежка. Наклоняюсь и он шепчет мне в ухо: — забери! Я из неё ракету построю! Они неправильно собрали! Я переделаю и будет ракета!

Невольно улыбаюсь, глядя в горящие глаза сына. Он и правда любит всё собирать и разбирать. И любимая игрушка у него — конструктор. Наверное, этим он пошёл в деда…

В другого деда…

И сразу перед глазами ошалевший и растерянный взгляд отца Горского, когда он впервые увидел внука на моём телефоне. Этот взгляд я не могу вычеркнуть из памяти. И момент этот навсегда со мной.

Сложив разобранную машину в пакет, мы идём с Олегом к доктору. Он встречает нас с улыбкой. Олежка сразу начинает ему что-то рассказывать, легко идёт на контакт.

Доктор быстро осматривает его.

— Всё в порядке. У вас замечательный сын! — говорит мне и подмигивает Олежке.

— Спасибо вам большое, Алексей Фёдорович! — благодарю я. — Вы извините, что пришлось задержаться из-за нас! Даже и не знаю, как благодарить вас! Вы так помогли! Побольше бы таких докторов!

— Инна, мы же договаривались с вами без отчеств этих, — улыбается он. — А то я себя чувствую старым и слишком важным! — надувает щёки и Олежка смеётся, глядя на него. — Просто Алексей, да?

Киваю, пожимая плечами.

— И я знаю, как вы меня может отблагодарить, — чуть прищуривается. — Давайте я вас домой отвезу! А то поздно уже. А вы ведь без машины?

— Без, — произношу растерянно. — Но… — задумываюсь.

— Инна, вы сейчас так долго думаете, как будто я вас замуж позвал! — веселится доктор. — Это всего лишь поездка на машине до дома. Для вашего комфорта и моего удовольствия. Поехали? — и протягивает руку Олежке.

Глава 30. Инна

Мы с Олежкой устраиваемся на заднем сиденье машины доктора Петрова.

— К музыке как относитесь? — он смотрит на нас в зеркало заднего вида.

Я пожимаю плечами, а Олежка весело кивает.

Мужчина включает лёгкую, тихую мелодию. Что-то из этнических мотивов, похоже. И мы мягко трогаемся.

За окнами мелькает вечерний город. Доктор уверенно ведёт машину к нашему дому. Он уже знает дорогу. Мне спокойно рядом с сыном, который прижимается ко мне.

И поэтому, когда в кармане вибрирует телефон, я даже вздрагиваю и пугаю сына.

Тихо извиняясь перед доктором, достаю аппарат. Звонит мама. Отвечаю сразу.

— Инна, дочка, ты не забыла, что заехать обещала сегодня? — слышу мамин голос в трубку.

Точно! Вообще из головы вылетело! Я же обещала посмотреть документы папы по работе. Вообще забыла!

— Мам, может, завтра? Я сейчас… — мнусь, — я не смогу, наверное, заехать. Да и Олежка со мной.

— Ну и хорошо же! Я как раз его любимый пирог испекла! Непременно заезжайте! И папа ждёт!

Обещаю заехать и говорю уже доктору:

— Вы знаете, мне неудобно… но остановите, мы выйдем с Олежкой. Я такси вызову. Мне к родителям заехать надо.

— А зачем на такси? Я же всё равно везу вас, — опять встречаемся взглядами с ним в зеркале. — Адрес говорите.

— Нет-нет, не надо, — мотаю головой. — Мне и так неудобно! Вы же с работы. Наверняка устали! А тут мы. Я такси вызову.

— Никаких такси. Адрес говорите, а то мы сейчас тут пробку создадим. Адрес, Инна?

Смотрю ему в улыбающиеся глаза и называю адрес родителей.

И он везёт нас туда. Мне очень неудобно.

Доктор первым выходит из машины, открывает нам с Олежкой дверь и помогает выйти.

— Спасибо вам! — благодарю его я.

— Всегда пожалуйста! — улыбается он в ответ. — Ну, скалолаз! — протягивает руку Олежке. — Хочешь на скалодром?

— Ага! — быстро кивает Олежка. — А когда? С тобой?

Одёргиваю его.

Доктор переводит взгляд на меня.

— Спасибо ещё раз вам большое, Алексей, — говорю я. — До свидания! Хорошего вечера!

— Пока, — кивает он мне и подмигивает Олегу.

Взяв сына за руку, иду к подъезду. Машина не уезжает. Наверное, хочет дождаться, когда мы зайдём.

Мама уже ждёт нас и встречает с открытой дверью. Быстро чмокает меня в щёку и зацеловывает внука.

Я иду к папе, а мама с Олежкой идут на кухню к пирогу. Его запах уже наполняет квартиру. Любимый персиковый пирог Олега.

Мы с папой присоединяемся к ним после того, как закончили с документами.

— Олеж, поехали домой. Поздно уже! — зову я сына.

— Мам, можно я тут останусь? — смотрит жалобно. — Не хочу завтра в садик. Хочу с бабулей! Мне деда обещал завтра с машинкой помочь!

— Ну, Олеж…

— Инна, пусть останется. Неделю Олежку не видели же, — просит мама. — Отец завтра выходной. Поиграют.

Папа кивает и тоже смотрит на меня так, что невозможно отказать. Поняв это по моему взгляду, сынок вскрикивает:

— Ура! Спасибо, мам!

Подбегает ко мне и быстро целует в щёку. А потом скрывается за дверью гостиной.

— Ну, вот, — вздыхаю я.

— Ты чего? Устала? Выглядишь уставшей, — мама мягко проводит по моей руке. — Тебе бы отдохнуть, дочка.

Просто киваю. Я ведь так и не сказала родителям про Горского. Но и сейчас не самый лучший момент.

Простившись со всеми и ещё раз поцеловав Олежку и пожелав ему приятных снов, я выхожу на улицу. Свежий вечерний ветер тут же обдувает лицо и я обнимаю себя руками.

И вижу знакомую машину.

Доктор? Он не уехал?

Вглядываясь, иду к машине.

Мужчина выходит и с улыбкой смотрит на меня.

— Вы что здесь делаете? — прямо спрашиваю я, не скрывая удивления.

— Вас жду, — отвечает запросто и открывает мне дверь пассажирского сиденья.

— Но…

— Я подумал, что вам же надо будет как-то доехать домой, — улыбается он. — Ну и… решил подождать вас.

Я даже не знаю, что сказать. Просто молча наблюдаю, как он захлопывает мою дверь и сам тоже садится за руль. Заводит машину и мы трогаемся.

Едем молча.

Это всё странно и я, если честно, не знаю, что говорить.

— Инна, вы не волнуйтесь так. Я просто решил довезти вас, — вдруг произносит он. — Это ни к чему вас не обязывает, разумеется.

Ничего не отвечаю.

Так, в тишине, мы и подъезжаем к моему дому.

Доктор опять помогает мне выйти.

— Спасибо. Ещё раз, — говорю я. — Даже не знаю, как вас и благодарить. И что и думать, — усмехаюсь.

— А зачем что-то думать? Я помог вам, а вы скрасили мой вечер. За что вам спасибо.

Улыбаюсь.

— Инна, вы не возражаете, если я позвоню вам? Ну, например, завтра?

— По поводу Олежки? — зачем-то спрашиваю я.

— Ну да, — неопределённо отвечает он.

— Конечно, звоните! — киваю.

— Ну, хорошего вечера вам! — и он протягивает мне руку.

Отвечаю.

Потом быстро разворачиваюсь и иду к подъезду. Слышу, как уезжает машина. Фух.

Как-то это всё… волнительно, что ли…

Не понимаю…

— Опять этот доктор?!

Голос Горского как громом ударяет по моему затылку. Резко оборачиваюсь и вижу, как он отделяется от стены и, склонив голову, медленно идёт ко мне.

Чёрт. Я забыла о нём!

— Где Олег? — звучит его вопрос и взгляд устремляется на меня.

Жёсткий и тяжёлый взгляд.

— У моих родителей захотел остаться, — отвечаю спокойно.

Горский выгибает бровь.

— Ты специально это делаешь, да?

— Что «это», Горский? Выражайся яснее.

— Скрываешь от меня сына. А этот… доктор Петров, — хмыкает. — Что он опять тут делает?!

— Это не твоё дело, — бросаю ему и разворачиваюсь, чтобы уйти.

Но он следует за мной. Ему удаётся забежать в подъезд.

— Горский, что тебе надо, а? Олега нет. Извини, я забыла, что ты хотел приехать. Олег захотел остаться у бабушки и дедушки. Давай завтра.

Выпаливаю это всё ему в лицо и судорожно ищу ключ от квартиры. Хочу забежать туда и спрятаться.

Наконец!

Открываю дверь и собираюсь закрыть её, но нога Горского не даёт.

Молча смотрю на него, а потом на его начищенный ботинок, упирающийся в дверь. Он толкает её и я вынуждена отступить, впуская его.

Хлопок двери.

— Горский, уходи. Ты пришёл к Олегу. Олега нет. Завтра…

— А если я не только к Олегу пришёл? — наклоняет голову набок и с насмешкой смотрит на меня.

Пф. Выдыхаю, выгибая бровь.

— Инна, что за доктор, а? Вы тут настолько больны, что он каждый день сюда, как к себе домой ходит? — щурится бывший.

Не отвечаю. Отворачиваюсь. Не хочу это обсуждать с ним.

— Инна! Я задал вопрос!

— Горский, уходи, а? Я устала. Тебя невеста не ждёт?

— Отвечай! — он резко хватает меня за руку и разворачивает к себе.

Не выдерживаю и толкаю его от себя.

Прожигаем друг друга взглядом. Я — с яростью. Он — с какой-то то ли насмешкой, то ли самодовольной ухмылкой.

Кто кого?

— Горский! Это. Не твоё. Мать твою. Дело! Не твоё! — не могу сдержаться и сама наступаю на него, сжав кулаки.

Я настолько взвинчена и напряжена, что, кажется, прикоснись сейчас ко мне, и я вспыхну!

Тлеющие угли недовольства присутствием бывшего в моей жизни вспыхивают с новой силой.