Холодная любовь

— А у вас все хорошо, не так ли? — Джейн с интересом посмотрела на собеседницу.

— Лучше и быть не может, — она улыбнулась, — что-то у вас тут жарковато стало. Я, пожалуй, пойду! Моя миссия выполнена: я рассказала все, что знала! Это был мой правильный поступок на благо нашего любимого города!

После этих слов старушка поднялась со стула, застегнула пуховик и направилась на выход, оставив девушку в ступоре с непонятными размышлениями. За окном вроде начинало светлеть, но солнца все равно еще не было. Поняв, что уже согрелась, Джейн отключила обогреватель.

Рассказ посетительницы ее серьезно взбудоражил. Надо было начинать готовиться к продолжению рабочего дня, ведь все еще была жива загадка, что нового он может преподнести.

5 глава

После встречи со следователем женщина находилась в не самом хорошем расположении духа. Мало того, что Остин Хэдли упорно не хотел видеть проблему Иввет, так он же и еще так легко отделался от нее, обещая приложить все силы ради поиска пропажи. Красные носки стали символом того, что в этом мире все равно продолжает жить вера в лучшее, даже если перед порогом стоит иное чувство. Внутри все кипело, хотелось выместить на ком-то скопившуюся злость или просто «случайно» разбить фарфоровый сервиз, который вообще не попадался по дороге. Женщина не помнила, когда в последний раз ее одолевали подобные ощущения. Эмоции были для нее всем: она верила в то, что через правильные чувства способна поменять многое, если бы только этого захотела.

По пути домой женщине встретилась миловидная девушка, чуть младше ее, лицо которой отчего-то казалось слишком знакомым, словно они уже раньше и пересекались в этом городе и разговаривали о паутине серых будней. Такое случается, когда лицо человека запоминается, становится приятным для памяти, а связанного с ним ничего не осталось или и вовсе не существовало. Их задержали несколько минут общения. Иввет было необходимо высказаться, что выпалить свои эмоции и стать более спокойной. Конечно, ей хотелось увидеть сострадание и понимание в глазах случайного прохожего, потому что такая боль не может быть вынесена в одиночку, ей необходим свидетель. Присущая ей черта характера, называемая болтливостью, всегда просила найти человека, который может выслушать женщину. Порой в этом была столь острая необходимость, что Иввет не успевала замечать свои эмоций.

И теперь стены домов Уитвера не казались ей привычными. В них словно отпечаталась вся ее скорбь — скорбь женщины, идущей домой, где ей так хотелось найти утешение и покой. Оказавшись в коридоре, она сняла ботинки, повесила одежду на крючок и продолжила искать красные носки. В гостиной было так же пусто, как и во второй комнате. Не было смысла заглядывать на кухню, хотя даже там раньше можно было найти зубную щетку, мыло и стиральный порошок. Затем хозяйка квартиры добралась и до маленькой кладовки, туалета и ванной комнаты. Правда, она не особенно внимательно осматривала эти помещения, потому что доверяла собственным ощущениям. Если что-то и могло пропасть, то только совесть у ее мужа. Он давно не покупал ей подарков и не дарил цветы.

Может, все связано с ним?! А вдруг это он спрятал мои драгоценные вещи, потому что видел, как сильно я к ним привязана?

Ближе к вечеру, примерно через каждые два или три дня, в семье Барлоу возникали ссоры. Жена всячески старалась расшевелить своего мужа, потому что он в последнее время перестал быть прежним. И таким он был теперь почти постоянно. Вероятнее всего, в памяти Иввет отложились те моменты, когда Грэйен был внимателен к ней и учтив с нею. Но это было давно, примерно в самом начале их отношений и совместной жизни. С тех пор во всем городе словно перестали продавать украшения для представительниц слабого пола и пропали цветочные магазины.

— Я не помню, когда в последний раз он дарил мне цветы! Это было больше сотни лет назад! — женщина заметно нервничала.

Сама того не замечая, она думала лишь о Грэйене. Да, он часто оставался тихим, спокойным, однако ему бы ничего не помешало выбросить ее носки на улицу или в мусорный бак. Между супругами давно пропала искра, а они стали друг другу почти соседями, просто живущими рядом.

Мне тяжело это говорить вслух, поэтому произнесу лишь в своих мыслях.

Вот так просто она смогла переключиться с одной мысли на другую. Носки все так же были для нее важны, но ощущение того, что ее покинули или она живет в одиночестве, находясь в семье, разрасталось внутри нее все сильнее и сильнее. Она вспомнила их пышную свадьбу: множество гостей и общие знакомые присутствовали в тот прекрасный день. Друзей тоже хватало, но, по иронии судьбы, спустя время они перестали общаться. Интересы стали другими, а домашний быт поглотил их с головой. Больше всех мучилась Иввет, она надеялась, что у нее получится поддерживать приятные отношения с другими людьми, но те буквально отвернулись от нее.

Грэйен никогда не был красавцем, мало времени уделял романтике и всякий раз, когда заходил разговор о любви, старался перевести тему. В такие моменты его жена чувствовала лишь глубокое разочарование.

— Но, если бы он меня не любил, мы бы давно расстались, — женщина смотрела на выключенный телевизор, изредка взмахивая руками.

Казалось, что в их отношениях всегда не хватало страсти и настоящей близости. Оставив своих родителей, они же оба клялись у алтаря, что непременно будут рядом в радости и горе. Это продолжалось и по сей день, просто один из них переживал чувства стремительного полета вниз, а другой — продолжал жить, не замечая подвоха или разницы между тем, какими они были и стали.

Мои чувства никуда не делись! Я уверена в этом!

Не надо было никому ничего доказывать, как и сейчас, сидя на краю дивана, Иввет хотела поскорее увидеться с мужем. Когда он задерживался после работы или просто был занят, исчезнув из ее поля зрения, она невольно начинала переживать, будто ее любимый нашел себе другую. И каждый раз, когда к горлу подкатывал ком сомнений, а ей казалось, что все именно так и произошло, Грэйен возвращался обратно.

Вновь и вновь женщина сомневалась в его поведении, ревновала ко всем подряд, а потом остывала. Для запала ей хватало несколько секунд, а для того, чтобы успокоиться, требовалось несколько часов или целый вечер в компании любимого человека.

Издалека послышался знакомый щелчок входной двери. Иввет потянулась в другую сторону, чтобы посмотреть в коридор, но там никого не оказалось. Наверное, это просто ветер шалит.

Ей давно было уже пора подняться и пойти на кухню, чтобы разогреть ужин.

Но она увлеклась передачей про кулинарию по телевизору. Взяв пульт, она нажала кнопку и уставилась в цветной ящик. Внутри нее все свербело, почти тряслось. Экран с меняющимися картинками иногда помогал ей переключиться на другие мысли или просто отвлечься от навязчивых переживаний, но она была сейчас взвинчена до предела, поэтому не могла удержать свое внимание ни на чем. А затем в прихожей наконец-то появился силуэт Грэйена. Он появился так неожиданно, что жена смотрела на него как на случайного прохожего. В темно-коричневой куртке мужчина казался почти невесомым или просто отрешенным.

— Привет, милы-ы-ый! — женщина поднялась с дивана и побежала навстречу мужу.

— Здравствуй, дорогая, — он же встречал ее холодным голосом.

— Как прошел твой день? — Иввет нависла над ним с вопросом, даже не давая раздеться и снять обувь,.

— Нормально, — сухость в голосе и понурый взгляд ясно говорили о том, как сильно он сегодня устал.

— Проходи в комнату, немного поболтаем. Я хочу знать обо всем, что было у тебя сегодня на работе, — женщина сияла, но отчего-то чувствовала нарастающее беспокойство.

— Я же говорю, что все нормально, — Грэйен снял ботинки и подошел к жене, чтобы поцеловать ее в губы. Она прижалась к его холодной куртке, — не надо так сильно переживать, — он слегка улыбнулся и вернулся обратно в прихожую, чтобы снять с себя одежду.

До коллапса в голове женщины оставалось несколько минут. Ей не хватило доли мгновений, чтобы удержать наплывающий порыв. Лицо резко побагровело, зрачки стали шире, а взгляд — увереннее. Повернувшись обратно к жене, Грэйен растерялся. Доброжелательное выражение тут же ушло с его лица.

— Где мои носки?! — женщина кричала в коридоре, не давая своему возлюбленному пройти в гостиную или в другую комнату.

— Какие? Серые? Вон они лежат на кресле, — собеседник не понимал, чего от него хотят и почему так кричат.

— Красные! Не делай из меня дурочку! — изо рта Иввет буквально вылетали брызги слюней. — Красные носки! Признавайся! Это ты их спрятал от меня подальше?!

— Нет, — голос мужа звучал робко и неуверенно, — у меня и мысли такой не было.

— Говори правду, иначе хуже будет! — женщина заводилась все сильнее.

Постояв еще некоторое время возле двери, мужчина не знал, как себя вести. Минутами ранее ему казалось, что жизнь поменялась и все стало намного лучше, чем было до. Он даже улыбнулся, что жена сегодня была с ним столь приветлива, но затем его вновь затопило разочарование, которому, казалось, не было конца, и тянулось это несколько лет. Чувствуя тяжесть на своих плечах из-за горя дорогого ему человека, Грэйен случайно прижался плечом к двери ванной комнаты, а затем и вовсе практически упал на плиточный пол.

Иввет последовала за ним, когда мужчина пытался подняться, облокотившись на корзину с грязным бельем. Крышка не выдержала напора крепкой ладони и вылетела из-под руки бедолаги. Поверх вещей для стирки красовались те самые красные носки. Аккуратно сложенные, шов ко шву, они ждали, когда их постирают. Женщина остановилась в дверях, опустив свои плечи. Когда она разглядела свою пропажу, ее лицо заметно посветлело, став прежнего, легко-розового оттенка с вкраплением бежевых тонов. В ее голове пронеслось множество мыслей — начиная с той, что она была нелепа в кабинете у следователя, и заканчивая другой, что из-за каких-то вещей мог пострадать ее самый любимый человек на свете.

Помогая мужу подняться, она все еще сокрушалась по поводу того, что за такое безобразное поведение она недостойна даже самой маленькой капельки любви. Подсознательно, конечно, хотелось бы, чтобы Грэйен опроверг ее тяжелые фантазии, но тот лишь молчал, когда, хромая, шел до кухни. До конца дня они так и не проронили больше ни слова друг другу. Может, им бы и хотелось обсудить события сегодняшнего дня, но без настроения это скорее напоминало бы допрос или разговор по принуждению.

Мужчина продолжал молча ужинать, пока жена пыталась изобразить виноватого котенка и попросить у супруга прощения. Грэйен ответил ей лишь легким кивком головы и быстро ушел в комнату. Сегодня он решил спать отдельно от жены, которая осталась сидеть за столом посреди грязной посуды, зажав голову между руками. Неужели потеря красных носков настолько сильно вывела ее из себя, что заставила смешать любовь с грязью? Открыв глаза, Иввет перестала слышать громкое сердцебиение, в груди наконец-то успокоилось, и ей стало легче. Однако теперь ей надо было вернуться в офис к Остину Хэдли и объяснить всю ситуацию, а то вдруг он уже в поисках ее пропажи перевернул каждый уголок Уитвера и выставил опрометчивые обвинения подозреваемым.

6 глава

Перед тем как подняться с кровати и направиться в сторону вещей, лежавших неподалеку, Остин некоторое время сидел на краю кровати, пытаясь раскрыть слипшиеся глаза. Это ему давалось с трудом, ведь через каждые три минуты они захлопывались обратно и не давали никакого шанса проснуться. Обычно мужчина просыпался по звонку второго из трех будильника, но сегодня вскочил уже после первого.

Сандра еще продолжала лежать, упершись ладошкой в мягкую щечку. Пошатываясь из стороны в сторону, он все же смог наконец-то подняться с матраца, нежно прикрыв жену пуховым одеялом. Уже в ванной, находясь напротив зеркала, мужчина еще раз попытался продрать глаза, намочив руки холодной водой, а затем обрызгав ею себя. На мгновение даже показалось, что процедура оказалась успешной, но затем все повторилось вновь.

Отойдя от раковины и вытерев лицо полотенцем, Остин постарался как можно аккуратнее прикрыть дверь, чтобы никого не разбудить, а затем пошел на кухню. От одной лишь мысли, что сейчас ему предстояло самостоятельно готовить себе завтрак, становилось не по себе. Однако на столе его уже ждали горячий кофе и бутерброды, выложенные на тарелочке. Оглядевшись по сторонам, мужчина никого не заметил, лишь откуда-то издалека услышал тихий скрип кровати. На лице появилась та самая улыбка, ясно показывающая, что человек действительно счастлив.

— Здравствуйте! Помните меня?! — возле стола следователя появился мужчина низкого роста и крепкого телосложения.

— Эм… — Остин вглядывался в посетителя, словно пытаясь вернуться в реальность. Минутами ранее он, до сих пор толком не проснувшийся, сидел и вспоминал сегодняшнее утро, — ну да, помню… К-к-к… — звук одной буквы был похож на тот, которым автомат в торговом центре пытается выплюнуть газировку или чипсы.

— Кайл! — собеседник громко воскликнул.

— Да, точно! Кайл! — Остин поднялся из-за стола и подошел к мужчине. — Ну, как у вас дела?

— Вы знаете, все очень даже хорошо! Я и моя любимая дворняжка теперь вообще не расстаемся, — а затем резко решил вернуться к прошлому, чтобы окончательно попрощаться с ним, — с тех пор, как мы пошли искать Лича, прошло немало дней, и все они были наполнены серой грустью, — казалось, что у мужчины сейчас по щекам польются слезы, — моя жизнь потеряла всякий смысл, и тогда я обратился к вам.

— И тогда собачка нашлась! — следователь немного приободрился.

— Да! Вот именно! — собеседник почти поддался влиянию эмоций, но все же старался держаться молодцом. — Мне всегда было интересно узнать, а правда ли это, что вы, мистер Хэдли, проходили специальные курсы подготовки?

— Ну не прям так точно, но в общих чертах — да, — мужчина остановился и подошел к небольшому серванту, — как вы видите, дорогой мой друг, здесь немало разных наград, которые я получал за свою карьеру. Начиная с самых азов и низов, я всегда стремился к тому, чтобы познавать новое, приобретать другие навыки и хотел самосовершенствоваться.

— Вы действительно хороший детектив! — произнося эту фразу, Кайл обратил внимание на слегка раскрасневшиеся щеки его собеседника. — Поэтому в качестве своей признательности хочу преподнести вам небольшой подарок, — после этих слов мужчина дошел до стула и взял в руки увесистый пакет, — здесь есть все самое вкусное, ценное и согревающее.

Внимательно посмотрев в пакет, Остин разглядел там упаковку коньяка, коробку шоколадных конфет и довольно привлекательный набухший конвертик. Следователь хотел бы еще немного поговорить с посетителем о его визите, ведь ему были интересны все эмоции человека, которому он, Хэдли, когда-то помог, но Кайл быстро покинул кабинет. Мистер Хэдли с удовольствием бы рассказал про свои достижения и те самые конкурсы, в которых он участвовал. Но сейчас все это осталось позади.

Захлопнувшаяся дверь вновь подарила детективу ощущение безмолвной пустоты. Иногда она протекала с ярким и сильным подтекстом, но сейчас все казалось иным: оставшись в полном одиночестве, мужчина бы явно не отказался от встречи с женщиной, требовавшей от него поскорее найти ее любимые красные носки. Все это было бы довольно смешным, если не вдаваться в подробности. Если бы Иввет не рассказала предысторию пропавших вещей, то Остин, вероятнее всего, посчитал бы ее сумасшедшей или близкой к тому.

Когда следователь посмотрев на свои награды, в глубине его души словно зажегся маленький фитиль. Сейчас это были всего лишь память, сувениры для красоты, листы бумаг с его инициалами, обрамленные изящными узорами в не менее красивой рамке. Дипломы, грамоты и благодарности — все они иногда помогали мистеру Хэдли осознать, что нет ничего нереального, что существует лишь то, в чем тяжело разобраться с первого или даже с третьего раза. Вернувшись к своему креслу, мужчина был бы не прочь вновь окунуться в воспоминания сегодняшнего утра, но глаза больше не закрывались, а дремота улетучилась. Впереди, скорее всего, его ждало очередное окончание скучного дня, если у него в кабинете случайно не появится новый пострадавший, у которого украли любовь и привязанность всей жизни.

Скоро обед, надо бы подготовиться.

С этими словами Остин полез в свою сумку, не ожидая, что сегодня может прийти еще один посетитель. Перед тем, как затрещала микроволновая печь, следователь дотянулся до семейного портрета и коснулся губами холодного стекла. За ним была картинка жены с детьми. После обеда Хэдли планировал почитать свежий газетный выпуск, в котором его привлек заголовок про волшебные камни, способные решить абсолютно любые проблемы.

* * *

Женщина и забыла, когда в последний раз у нее был такой чуткий сон. Точнее, она всегда хотела продолжать летать, когда звучала неприятная, но знакомая мелодия рядом с левым ухом. Каждое утро любого дня, кроме выходных и праздничных, начиналось с шевелений под одеялом. Обычно Грэйен старался молча и тихо подняться после сна, чтобы незаметно уйти на работу, и иногда у него это даже получалось. Но не сейчас.

Иввет не спала почти всю ночь. В ее голове мелькало множество мыслей, среди которых она успевала и поругать себя, и успокоить. Замкнутый рукотворный порочный круг не давал ей покоя, заставляя нервничать и пытаться во всем найти подвох. То ли она действительно была невнимательна, хотя такое случалось очень редко, то ли ее муж на самом деле устал от ее фанатизма по старым вещам, которые носят в себе ее чувства.

Как бы то ни было, в любом случае виновата только я.

Вообще не хотелось произносить этих мыслей о себе или, более того, находить им подтверждение, но в точности все оказывалось именно так. Если бы женщина была внимательнее к мужу, то он ни за что бы не решился на такой подлый поступок. А с другой стороны — она действительно слишком сильно зациклилась на одном и том же, забыв, что есть и другая жизнь, которая протекает рядом с ней. Пытаясь вспомнить слова психолога Джейн, сказанные ей недавно, Иввет поднялась и побрела на кухню.

В кромешной тьме она издалека увидела знакомый силуэт мужа. Тот молча жевал и не смотрел по сторонам. Казалось, что, если женщина решит подойти к нему сзади и попытается напугать, это никак на него не повлияет. Грэйен был обращен вовнутрь себя, когда жена присела рядом с ним за стол и положила руку ему на плечо. Однако ее мягкие, массирующие движения, дарящие тепло, так и не смогли расшевелить мужчину.

Тяжело вздохнув, Иввет поднялась со стула и вернулась в спальню. Наблюдая издали за тем, как ее любимый муж собирается на работу, ей хотелось вскочить, заключить его в свои объятия и упасть вместе с ним обратно в постель. Но она не могла так поступить хотя бы потому, что ее муж по утрам превращался в холодный пепел — ничем не разжечь. Оставаясь на краю кровати и изредка перемещаясь по комнате легкими шагами, женщина не могла найти себе место. Наверное, впервые в жизни она действительно осознала, что виновата перед двумя людьми сразу. И сразу после щелчка замка эти ощущения стали более яркими.

— Я не могу его потерять! Я не должна! Он любит меня! — жадно хватая воздух, Иввет начала суетиться.

В первую очередь ей следовало заправить постель, затем — приготовить еду на обед и ужин, а уже после — собраться и дойти до следователя Хэдли. Хотя посетить его можно было бы и гораздо раньше: он же все равно работает до вечера. И поэтому времени должно было хватить на все.

Женщина не помнила тех дней, когда могла пребывать в таком же состоянии, как и сейчас. Чувствуя себя не в своей тарелке, она хотела заменить свои мысли или сделать все возможное, чтобы они перестали быть такими назойливыми. Несколько раз она останавливалась посреди комнаты, долго держа в руках швабру: помимо приготовления вкусных блюд, женщина хотела еще убраться во всей квартире, чтобы снять стресс.

И он создан мной же!

Если бы Иввет умела управлять своими эмоциями и была способна побороть свои эгоцентричность и самоуверенность, то для многих проблем в ее жизни точно нашлись бы и другие способы решения. Сейчас она подметает полы, моет их, собирает мусор, но на самом деле лишь старается отвлечься от тягостных переживаний. Чувствуя беспомощность перед своим внутренним миром, она знает, что ей не остается ничего другого, кроме работы над собственным характером: давно пора стать менее требовательной — к себе и другим.

— Я должна завоевать его любовь снова! Мой бедный Грэйен! Я слишком много на него взвалила, хотя мы должны были делить это поровну, — находясь в раздумьях посреди гостиной, женщина остановилась, аккуратно стащив с рук резиновые перчатки, — вроде все чисто и убрано, а еда приготовлена. Пора собираться на встречу со следователем.

Женщина быстро схватила ведро, швабру и отнесла это в туалет — там, в самом углу, располагалось все необходимое для уборки. Затем Иввет захотела одеться более привлекательно, чтобы сразу привлечь внимание мистера Хэдли.

Метеорологи обещали сильное похолодание в течение нескольких дней и предлагали заранее готовиться к выпадению снега. Женщина же была настроена на важную встречу со следователем, и на прогноз погоды ей было откровенно плевать. Может, он вновь примет ее за сумасшедшую или попросит покинуть его офис, она все равно придет к нему с мольбой о прощении и принесет в знак благодарности большую шоколадку. Долго думая над тем, в чем ей стоит пойти, домохозяйка растерялась и осталась в сильном замешательстве. Мало ли, вдруг Грэйен тоже направился к Остину, чтобы попросить у него найти ему новую жену.

Ха-ха-ха…

Внутри нее раздался на этой мысли истеричный смех. Безвольный и неприятный. Еще некоторое время ей пришлось убеждать себя в том, что такого произойти просто не может. Ссылаясь на годы, проведенные вместе, должно произойти на самом деле что-то тяжелое, чтобы они перестали видеть друг в друге родственную душу.

Осознание этих мыслей пришло так же быстро, как и мысль Иввет относительно ее внешнего вида. Пора вспомнить молодость, хоть она не так уже и стара, когда почти каждую зиму женщина надевала короткую юбку, теплые колготки, небольшую шубку и теплый свитер под нее. На ногах обычно красовались высокие туфли на не меньшем каблуке, а для того, чтобы ноге было более комфортно, Иввет любила надевать бежевые подследники, которые со временем потускнели.

Где они?! Одни-единственные!

Стоя перед выдвижной полкой с нижним бельем, женщина начинала закипать. Она вряд ли хотела бы кого-нибудь сейчас во всем обвинять, но пропала даже та вещь, которую она давно не носила и не использовала! Могло ли случиться такое, что Иввет сама выкинула их, когда перебирала свои вещи в последний раз?

Вряд ли.

Тогда их стоило бы еще поискать, но времени на это, к сожалению, больше не оставалось. Не зная, как переварить все это в голове, женщина с большим трудом натянула на себя старые джинсы, облачилась в темно-оливковое пальто и вышла из дома. Может, это и к лучшему, что она так и не смогла найти подследники: на улице было очень холодно. Однако эта мысль ее отчего-то вовсе не успокаивала.

7 глава

Перед глазами следователя стоял контейнер с вкусной домашней едой. Мягкие, почти разварившиеся макароны и теплые куриные котлеты, от которого все еще поднималась струя пара. Вооружившись вилкой и хлебом, Остин обратился к внутреннему сознанию, где он был благодарен небесам и судьбе за то, что когда-то они свели его с Сандрой. Если хорошенько подумать, то, наверное, во всем Уитвере не найдется еще одной девушки или женщины, которая бы так хорошо готовит и обожала свою семью.