Полная версия
Энергия группы: пространство для трансформации
Ирина Исаева
Энергия группы: пространство для трансформации
От автора
Когда-то много лет назад я очень хотела вести обучающие группы, но страшно боялась. Боялась выглядеть полной дурой (привет из прошлого, кто помнит — отец всегда считал меня дурой)[1].
При этом опыт взаимодействия с большими группами у меня тоже был большой: я работала воспитателем в детском саду, школьным учителем с 1-го по 11-й класс, преподавала в техникуме, работала в администрации города, делала доклады на больших собраниях, конференциях, семинарах, заседаниях комиссий, на совещаниях разных уровней и тому подобное. Более того, я проводила тренинги и вела группы с учениками, педагогами, родителями, а также и терапевтические группы. И вдруг поняла, что обучающую группу по гештальт-терапии я очень боюсь вести. Мы тогда объединились с коллегой, Виталием Гедревичем (он тоже боялся), и вместе пошли через этот страх!
Когда я перестала трястись и поверила, что я не дура, то уже знала от студентов, как их много таких — боящихся вести группу. И как много нереализованных планов есть в их головах и в ящиках рабочих столов! Проводя трехдневные занятия по работе с группой в рамках образовательной программы, я наблюдала за тем, что помогает студентам справляться со страхом. Вместе мы искали ресурсы и опоры, чтобы находиться в контакте с собой, группой и быть эффективными в этой работе.
Собственно, из наблюдений за собой, коллегами, студентами, за их запросами, ожиданий, обратной связи и родилась моя авторская методика по работе с группой. И каждый выпуск отличается от предыдущего, потому что окончательная программа курса рождается после вводного круга — знакомства с участниками и их запросами. Этому творческому процессу, который рождается здесь и сейчас, я учу на своем курсе. Когда-то я сказала моему учителю по гештальт-терапии и по ведению групп Маше Лекаревой, что завидую ее умению творить прямо на наших глазах. На что она ответила, что когда‐нибудь я тоже так научусь. И вот я уже давно умею и готова учить этому следующее поколение начинающих ведущих групп. На курсе у меня учатся не только психотерапевты, но и групповые ведущие других специальностей, которые работают с коллективами, и каждый находит ответы на свои вопросы. В деле передачи знаний я щедрая, педагог внутри меня живет вот уже 55 лет.
В книге я хочу рассказать о том, как участники групп встречаются со своими сложными переживаниями и решаются их озвучить другим, не боясь критики, через отклики и поддержку в любой теме. Группа позволяет побыть в питательной атмосфере принятия, на время вынырнув из привычного, часто ранящего, окружения.
Таким образом, психологическая/терапевтическая группа становится живительным оазисом, местом, где можно быть собой и личностно расти, видеть себя глазами других и обнаруживать неизведанные уголки себя.
В современном обществе с его противоречиями, жесткими социальными требованиями, давящими установками и нехваткой близкого человеческого общения это — просто уникальная возможность побыть среди людей, которые тебя понимают и с которыми вы говорите на одном языке.
Группа помогает получить новый опыт, познакомиться и подружиться с новыми людьми. Через опыт взаимодействия с другими в терапевтическом пространстве можно освоить взрослые стили отношений, научиться выстраивать здоровые связи в социуме.
Навык ведения групп оказывается сейчас очень ценным и востребованным. Психолог, освоивший это искусство, расширяет профессиональный диапазон, в контакте с группой он становится увереннее и сильнее.
Обучение на моих курсах по работе с группой проходит в формате Т-групп. В первую очередь это обучающая лаборатория, но не с пробирками и учеными в белых халатах, а скорее временное сообщество, которое создано с целью удовлетворения потребностей в обучении всех его членов.
Такая модель может функционировать не в одном помещении и все равно оставаться обучающей лабораторией. В этом контексте термин «лаборатория» подчеркивает экспериментальный характер испытания новых способов поведения. Подразумевается, что в группе каждый является как участником, который может экспериментировать с изменениями в поведении, так и наблюдателем, который контролирует результаты этих изменений. Также участники, получив опыт взаимодействия, могут лучше понять функционирование групп и организаций в целом.
Участники непосредственно вовлекаются в определение целей группы, в наблюдение за изменением поведения, в планирование деятельности и анализ результатов. Группа является отражением реального мира в миниатюре с той лишь разницей, что для решения проблем и конфликтов создаются безопасные условия и возможности, которые не всегда разрешимы за пределами группы.
В большинстве случаев встречи в такой учебной лаборатории происходят в обстановке, достаточно далекой от повседневных проблем и текущих дел. Встречи могут длиться от двух до четырех часов один раз в несколько дней, а то и недель. Сами занятия в Т-группе обычно занимают лишь часть времени лабораторного тренинга. Лабораторная деятельность может включать еще и лекции, дающие информацию о групповых процессах и приобретаемых навыках, а также встречи в более широком кругу, в динамических группах.
Обучение происходит на основе наблюдения за собственными поведением, чувствами и реакциями. Занятия начинаются без определенного представления об организации группы и ее структуре, участники не договариваются о процедурах и о какой-то особой повестке дня. Но только от них зависит, чем будет заполнен существующий на данный момент вакуум и что они узнают о группе по ходу ее развития.
Роль ведущего состоит в том, чтобы помочь членам группы учиться на основе приобретаемого опыта. И не состоит в том, чтобы быть председателем в обычном смысле этого слова или предлагать конкретные способы организации. Ведущий не должен определять содержание и методы работы. Группа выбирает тот путь, который, согласно ощущениям участников, будет наиболее плодотворным.
Ведущий группы — это не просто модератор процесса, а человек, который создает пространство для роста, поддержки и исследования. В этой книге я делюсь своим пониманием групповой динамики, тонкостями взаимодействия с участниками и обращаю особое внимание на важность гибкости в ведении процесса! Здесь собраны не только теоретические знания, но и практические наблюдения, которые помогут вам выстроить свою работу с группами максимально эффективно.
В этой книге я приглашаю вас к исследованию себя как ведущего группы. К тому, как он может чувствовать себя уверенно, понимать и уважать процессы, происходящие внутри группы, а также находить баланс между своей ролью и потребностями участников. Надеюсь, что прочитанное вдохновит вас на развитие, эксперименты и обретение уверенности в этом удивительном и многогранном процессе — работе с группой.
Вместо предисловия
Эволюция групповой психотерапии
История групповой терапии полна имен и открытий, ставших основой для современных психологических практик. Возможно, вам покажется, что упоминание ученых и исторических этапов — что-то скучное и отдаленное. Но давайте посмотрим на это с другой стороны: за каждым из имен стоят удивительные открытия, которые сформировали методы работы с людьми в группах, предоставив нам уникальные возможности. Приглашаю понаблюдать, как развивались идеи групповой работы от древних обрядов до современных тренингов и психотерапевтических методик.
Тот факт, что воздействовать на группу в целях лечения иногда эффективнее, чем на одного человека, знали еще пещерные предки, йоги и шаманы, которые успешно использовали публичность в обрядовых и ритуальных процедурах излечения больных. Можно найти много свидетельств группового исцеления в истории, мифах и легендах Древней Греции и Рима. Разнообразного толка целители и знахари на протяжении всей человеческой истории использовали эффект эмоционального возбуждения и заражения, проявляющийся в группе.
Среди основных источников, породивших современные тренинговые методы, можно назвать данные социологических и социально-психологических исследований конца XIX — начала XX века. К тому же времени относятся и результаты изучения психологических эффектов группового обучения, исследования поведения личности.
Одной из первых попыток дать научно-теоретическое объяснение происходящим в группе процессам следует считать теорию «животного магнетизма» Франца Антуана Месмера — австрийского врача, практиковавшего в Париже в конце XVIII века. Суть этой теории в следующем: существует некий магнетический флюид, который в случае неравномерного распределения внутри организма человека порождает болезнь; задача врача — с помощью специальных манипуляций гармонично перераспределить флюиды и тем самым излечить больного.
Теорию «животного магнетизма» осудили, и никто из ученых не обратил внимания на обнаружившиеся в работе Месмера социально-психологические эффекты, связанные не только с межличностным взаимодействием врача и больного, но и с целебным влиянием группы на других участников.
Примерно в то же время, но в другой европейской стране шотландский врач Джеймс Брейд (1843) предложил вместо термина «животный магнетизм» использовать термин «гипнотизм», увязывая психологический механизм месмеровского излечения со сном. Гипнотические явления в этот период вызывали огромнейший интерес психиатров (и не только их). Хотя в официальной медицинской науке отношение к гипнозу оставалось скептическим, практики активно применяли его. К примеру, шведский психотерапевт Отто Георг Веттерстранд использовал гипноз при групповом лечении алкоголиков.
Среди отечественных специалистов, применявших гипноз для психотерапевтической работы с неврозами, умственным недоразвитием, некоторыми соматическими заболеваниями, следует назвать Владимира Михайловича Бехтерева.
Во время Первой мировой войны в немецкой армии гипноз применялся для лечения солдат с симптомами «военного невроза», вызванного истерией.
В Соединенных Штатах первые попытки применения групповых методов лечения получили название репрессивно-инспирационной (подавляюще-вдохновляющей) терапии. Эти методы доминировали в первой трети XX столетия. Первым стал ее применять Джозеф Пратт, врач из Бостона, для больных туберкулезом, которым бедность не позволяла лечиться в стационаре. В 1905 году он собирал пациентов в группы по 20 человек прямо по месту жительства. Он рассказывал им об основах гигиены, о необходимости отдыха, свежего воздуха, здорового питания и тому подобном. Пратт был заботливым наставником и к тому же обладал недюжинным даром убеждения. Пациенты вели дневники, свидетельствовавшие об улучшении их самочувствия. К началу 30-х годов XX века Пратт пришел к убеждению, что основой психотерапии является благотворное воздействие одного человека на другого.
Первыми социологами, предпринявшими изучение групповых методов, их функций и механизмов на рубеже XIX и XX веков, были Эмиль Дюркгейм и Георг Зиммель. Результаты их исследований в той или иной форме использовались в групповой психотерапии.
Наблюдая за движением мысли и влиянием открытий прошлого, непременно придем к узнаваемому сегодня формату тренинга. Одним из первых, кто начал использовать понятие «тренинг», стал тот самый Дейл Карнеги — американский педагог, писатель и известный мотиватор. В 1912 году он основал тренинговый центр Dale Carnegie Training, в котором и по сей день проходят занятия по развитию навыков публичного выступления и уверенности в себе.
Но наиболее сильное влияние на развитие психологии и психотерапии в Соединенных Штатах оказал, конечно, психоанализ. Феномен группы занимал Зигмунда Фрейда, главным образом, в связи с его интересом к психологии масс и склонности членов группы идентифицировать себя с сильной личностью, играющей роль лидера.
Последователь Фрейда, Альфред Адлер, пробовал адаптировать методы индивидуальной терапии для работы с группами. С этой целью он учредил несколько консультативных центров, где использовался групповой подход.
Психоаналитические методы, направленные на лечение отдельного пациента в условиях группы, разрабатывались еще некоторыми последователями Фрейда: Луисом Вендором в 1929 году и Паулем Шильдером в 1934 году.
Американский психоаналитик Трайджент Барроу предложил термин «групповой анализ» еще в 1925 году. Он пришел к убеждению, что для понимания личности человека необходимо изучать социальные группы, к которым он принадлежит. Но как только Барроу приступил к работе с группами, он сразу же утратил авторитет в психоаналитическом сообществе, остался непонятым, опередив свое время.
Во время Второй мировой войны стало остро не хватать профессионально подготовленных психотерапевтов, так как огромное количество ветеранов нуждалось в психологической помощи. Это послужило импульсом к развитию практической психологии. Среди известных специалистов того времени, которые разрабатывали психоаналитически ориентированные методы работы с группами, можно назвать Самюэля Славсона и Александру Вольф.
Якоб Морено, более всего известный как создатель метода психодрамы, разработал приемы, которые занимают центральное место в работе психокоррекционных групп всех направлений. Морено утверждал, что впервые использовал свой подход еще в 1910 году, и обычно именно ему приписывается введение термина «групповая психотерапия». Хотя в настоящее время он применяется для обозначения весьма широкого спектра подходов, сам Морено употреблял его по отношению к методу, который предусматривал переход людей из каких-либо сообществ в новые группы.
В 1931 году Морено учредил первый профессиональный журнал, в котором освещались вопросы групповой терапии — Impromptu. Позже название несколько раз менялось, пока не возникло современное «Групповая психотерапия». Кроме того, Морено претендует на роль основателя возникшей в 1942 году первой профессиональной организации специалистов по групповой терапии.
Известный практик, групповой психотерапевт Самуэль Славсон организовал психоаналитические группы для детей и подростков. Важной идеей, определившей их функционирование, было положение о «групповой психотерапии через активность» — лечении через участие во взаимодействии.
Первостепенное значение для развития группового психологического тренинга имели также идеи школы Курта Левина. Именно ему принадлежат знаменитые слова:
Обычно легче изменить индивидуумов, собранных в группу, чем изменить каждого из них в отдельности.
Курт ЛевинКурт Левин, немецкий и американский психолог, создатель теории поля, вел первые группы на симпозиуме в 1946 году, где вместе с другими обнаружил поразительное воздействие происходящего в группе на участников. Наблюдая свое поведение и его влияние на других, участники узнавали о стиле своих межличностных отношений. Именно Левин тогда ввел термин «групповая динамика».
Многие известнейшие специалисты, среди которых был и Карл Рэнсом Роджерс, говорили о том, что Курта Левина можно считать родоначальником психологического тренинга, а также что сензитивный тренинг является одним из наиболее значительных социальных открытий двадцатого столетия. Им же была осознана огромная роль обратной связи в тренинговой группе, которая является сейчас неотъемлемой частью тренинговой работы.
Левин понимал группу как «динамическое целое». На основе этого понимания им и его сотрудниками были разработаны такие концепты, как групповая динамика, групповая сплоченность, групповая коммуникация, кооперация, групповое принятие решений, групповые нормы, социальный климат, центральная роль тренера. Важнейшими условиями эффективного функционирования тренинговой группы Курт Левин считал сильное чувство «мы», атмосферу свободы самовыражения, спонтанность, неформальность встреч, добровольность участия, эмоциональную защищенность, избегание давления, активность и вовлеченность участников в групповой процесс.
Куртом Левиным в 1947 году в Коннектикуте была создана Национальная лаборатория тренинга, важнейший центр исследований в области человеческих отношений.
В 50–70 годы XX века Манфред Форверг, немецкий философ и специалист в области развивающей психологии, разработал новый метод, основой которого стали ролевые игры с элементами драматизации. Суть его состояла в применении ролевых игр для развития коммуникативных навыков. Основной целью социально-психологических тренингов являлось развитие компетентности в общении.
В 1970-е годы в Лейпцигском и Йенском университетах под руководством Манфреда Форверга был разработан метод, тоже получивший название социально-психологического тренинга. Суть его состояла в применении ролевых игр для развития коммуникативных навыков. Основной целью социально-психологических тренингов являлось развитие компетентности в общении.
Интересно, что популярные сегодня тренинги личностного роста появились практически случайно. В 1970-х годах в США три американских студента Александр Эверетт, Джон Хенли и Вернер Эрхард, основываясь на материалах написанной ими дипломной работы, перед защитой решили провести тренинг со своими друзьями. Принимая данное решение, они даже не думали заниматься этим после защиты диплома. Но так получилось, что друзьям понравился результат, и впоследствии Джон Хенли стал основателем школы тренингов личностного роста Lifеspring, а Вернер Эрхард создал свою тренинговую школу.
В 1960–1970-х годах в США, затем и во всем мире стали популярны группы встреч, родоначальниками которых считают Карла Роджерса и Уильяма Шутца.
Карл Роджерс — один из создателей гуманистической психологии и групповой психотерапии — считал, что в групповом процессе у личности больше возможностей раскрыться и получить больше позитивного внимания от других, что исцеляющей способностью терапевтических групп является поддержка спонтанности проявления чувств.
Уильям Шутц для интенсификации групповых процессов поощрял яркое проявление чувств и столкновение участников между собой, использовал различные групповые игры и техники.
Среди ведущих психологических групп много известных психологов. И каждый из них считает групповую терапию очень эффективным инструментом.
Фредерик Перлз — основатель гештальт-терапии — со временем полностью перешел от индивидуальной терапии к групповой. Считал ее более плодотворной и экономичной для клиента. Придумал понятие «шеринг» — время, когда участники группы делятся своими переживаниями и осознаниями с другими.
Ирвин Ялом — известный американский экзистенциальный психолог, много лет искусно ведет группы. Провел обширное исследование особенностей разных типов психологических групп и написал книгу о групповой терапии. Самым важным ее фактором называет универсальность: когда оказывается, что у других участников тоже есть «ужасные» мысли, это успокаивает и дает ощущение принадлежности к человечеству.
Групповая психологическая работа в России имеет собственные традиции, она активно использовались в нашей стране еще в 1920–1930-е годы, когда в практику внедрялись методы профотбора и профконсультаций, создавались специальные тренажеры и разрабатывались приемы психологического воздействия на группу и первые деловые игры.
Педологические[2] лаборатории и секции вполне в духе времени пытались разрабатывать методы и приемы развития школьных коллективов в соответствии с целями коммунистического воспитания. Яркой иллюстрацией служит целый ряд методик, применявшихся в групповой работе с беспризорниками Антоном Макаренко.
История групповой работы показывает, что человечество всегда искало и продолжает искать пути к самопознанию и исцелению через взаимодействие с другими. За каждым научным открытием, за каждой теорией стоит опыт коллективного преодоления личных трудностей, глубокое понимание того, что в группе человек может найти не только помощь, но и поддержку, принятие и новый взгляд на себя. В этой книге мы не только погрузимся в природу групповой динамики, но и рассмотрим, как шаг за шагом каждая группа создает свои уникальные процессы и трансформации. Это путь к себе через личностные открытия и понимание природы сопротивления. И моя задача — стать вашим проводником на этом увлекательном пути
Часть I
Основы ведения групп. Фазы развития группы
Работа с группой — искусство, в котором переплетаются психология, эмпатия и чуткость к человеческим переживаниям. Первая часть книги станет погружением в основы ведения групп, пониманием их этапов развития и особенностей взаимодействия ведущего и их участников. На этих страницах мы разберем фундаментальные принципы, которые помогают создать пространство, где каждый участник может расти, а группа — достигать своих целей.
Начнем с правил, которые становятся невидимыми границами, обеспечивающими безопасность и уважение. В них заложены простые, но важные условия: право на самовыражение, обязанность слышать других, взаимное доверие. Эти правила не ограничивают свободу, а, напротив, открывают путь к искреннему взаимодействию.
Далее следуют этапы — фазы ориентации, дифференциации и аффилиации, каждый из которых приносит свои вызовы и возможности. В начале группа как будто лишь пытается встать на ноги: участники осматриваются, пробуют силы, осторожно ищут точки соприкосновения. Затем наступает время борьбы и поиска баланса, где важно удержать процесс от разрушительных конфликтов и направить его в русло конструктивного взаимодействия. И, наконец, группа достигает фазы сплоченности, когда разрозненные голоса начинают звучать в унисон, создавая ощущение общей цели и принадлежности.
Эти фазы похожи на карту, которая позволяет ведущему не потеряться в сложной динамике группового процесса. Вы узнаете, как строить доверие, поддерживать участников и справляться с сопротивлением, которое неминуемо возникает в процессе работы. Представьте вашу группу как оркестр. Каждый инструмент имеет свое звучание, свою уникальную партию. Но если музыканты не слышат друг друга, возникает какофония. Чтобы зазвучала музыка, требуется дирижер, способный объединить всех, создать пространство для каждого голоса и настроить участников на совместную работу. В группе мы ищем эту гармонию: звучание всех ее участников в унисон, где слышна не только музыка индивидуальных душ, но и мелодия надежды на перемены и лучшее будущее.
Глава 1
Жизнь в группе
Прежде чем мы углубимся в практику ведения групп, хочу предложить вам познакомиться с разработанным Ричардом Эрскином[3] методом интегративной психотерапии, сфокусированной на отношениях, который базируется на восьми ключевых потребностях в отношениях. Почему это важно? Потому что понимание этих потребностей помогает лучше осознать, что движет нашими участниками и нами самими в процессе групповой работы. Давно известно: для того чтобы узнать себя, нам нужен другой человек, кто будет нас отражать и кто будет являться свидетелем нашей жизни, развития. Но не только отражение нам необходимо, нам жизненно необходим и обмен чувствами.
» » Чтобы осознать свои чувства, нужен другой человек, с которым я об этом поговорю, и он меня поймет, не осудит, подсветит мне мое состояние и поможет двинуться вперед.
Главным преимуществом терапии, сфокусированной на отношениях, является то, что именно потребность в отношениях составляет основной мотивирующий опыт человеческого поведения, а контакт — это способ удовлетворения этой потребности. Для того чтобы случился контакт в группе и сложились отношения, необходима сонастроенность.
Под сонастроенностью Эрскин понимает кинестетическое и эмоциональное восприятие другого, знание его ритма, аффекта и опыта, метафорическое нахождение в его коже.
