Мир без ночи

Бахтиёр почти не участвовал в разговоре.

Он слушал.

И вдруг поймал себя на мысли, что совершенно не помнит, рассказывал ли когда-нибудь отец о нем своим друзьям.

Гордился ли?

Хвастался ли успехами сына?

Или был таким же молчаливым, каким запомнился ему в последние годы?

Он не знал.

И эта простая мысль неожиданно больно кольнула.

Когда стемнело, гости постепенно начали расходиться по саду.

Кто-то пил чай.

Кто-то курил.

Кто-то продолжал спорить возле мангала.

Бахтиёр вышел за калитку.

Хотелось несколько минут тишины.

Дорога была пустой.

Лишь вдалеке лениво лаяла собака.

Он поднял голову.

Небо было удивительно чистым.

Такого количества звезд он не видел уже много лет.

И вдруг...

совершенно неожиданно...

он понял, что пытается вспомнить...

были ли звезды в том мире.

Он напряг память.

Башня.

Белые улицы.

Люди.

Свет.

Но...

небо...

Он не мог вспомнить небо.

Именно это испугало его больше всего.

«Как можно помнить целый город...

и не помнить небо?»

Вернувшись домой, он впервые не открыл синюю тетрадь.

Вместо этого он взял чистый лист бумаги.

И написал вопрос.

Всего один.

"Что я не помню?"

Не "что я помню".

Именно...

"что я не помню?"

Он долго смотрел на эти слова.

Потом неожиданно перевернул лист.

На обратной стороне появилась еще одна фраза.

"Почему я уверен, что забыл именно самое важное?"

Он положил ручку.

И вдруг понял, что за последние недели изменилось не только его отношение к снам.

Изменились его вопросы.

Раньше он искал ответы.

Теперь он пытался понять, какие вопросы вообще стоит задавать.

На следующий день случилось событие, которое любой другой человек посчитал бы совершенно обычным.

По дороге на работу Бахтиёр остановился на заправке.

Перед ним стоял старенький белый автомобиль.

Пожилой водитель никак не мог справиться с крышкой бензобака.

Очередь начинала нервничать.

Кто-то уже сигналил.

Бахтиёр вышел из машины.

— Давайте помогу.

Через минуту крышка поддалась.

Старик облегченно улыбнулся.

— Спасибо, сынок.

— Не за что.

— Все спешат...

А ты остановился.

Бахтиёр только пожал плечами.

— Это же две минуты.

Старик внимательно посмотрел ему в глаза.

Очень внимательно.

Потом тихо сказал:

— Иногда две минуты меняют гораздо больше, чем два года.

Он сел в машину.

Уехал.

Бахтиёр долго смотрел ему вслед.

Фраза показалась странной.

Но не мистической.

Скорее...

слишком точной.

Вечером того же дня ему снова приснился сон.

Не Арсан.

Не башня.

Не старик.

Он увидел маленького мальчика.

Лет восьми.

Мальчик сидел на берегу реки и бросал в воду камешки.

Бахтиёр подошел ближе.

— Ты кто?

Мальчик поднял голову.

И улыбнулся.

— Это ты.

— Нет...

Я тебя никогда не видел.

Мальчик покачал головой.

— Видел.

Просто забыл.

Бахтиёр хотел сделать еще шаг.

Но сон закончился.

Проснувшись, он не испытал ни страха, ни удивления.

Только одно чувство.

Ему вдруг очень захотелось найти свою первую школьную фотографию.

Хотя он сам не мог объяснить почему.

Глава 7

Этой ночью сон пришел без предупреждения.

Не было привычного ощущения засыпания.

Не было той границы, когда человек еще слышит дождь за окном, а через мгновение уже находится где-то далеко.

Бахтиёр просто...

открывает глаза.

И сразу понимает.

Он дома.

Это чувство возникает раньше мысли.

Раньше памяти.

Раньше зрения.

Именно чувство.

Он медленно вдыхает воздух.

Воздух пахнет так, как никогда не пахло на Земле.

Не цветами.

Не дождем.

Не травой.

А чем-то удивительно знакомым.

Так пахнет место, где тебя всегда ждали.

Он закрывает глаза.

И впервые за долгое время не пытается ничего понять.

Он просто дышит.

...

Когда он снова открывает глаза, перед ним широкая улица.

Она вымощена светлым камнем.

Но он почти не смотрит под ноги.

Он знает эту дорогу.

Не вспоминает.

Знает.

Он идет.

И совершенно уверен, что через несколько шагов справа окажется маленький мост.

Не потому что помнит.

А потому что иначе быть не может.

Через несколько секунд появляется мост.

Бахтиёр даже не удивляется.

Он кладет руку на теплые перила.

И тихо улыбается.

— Ты все еще здесь...

Почему он сказал именно это?

Он и сам не знает.

Но знает другое.

Он говорил это уже однажды.

Очень давно.

...

Вода под мостом прозрачна настолько, что кажется, будто ее нет.

Она течет бесшумно.

И почему-то кажется живой.

Бахтиёр смотрит вниз.

На мгновение ему кажется, что в глубине отражается совсем не его лицо.

А лицо мальчика.

Того самого.

Восьмилетнего.

Он моргает.

Отражение становится обычным.

...

Город живет.

Но живет совсем иначе.

Никто не спешит.

Никто не смотрит на часы.

Никто не разговаривает громко.

Люди идут навстречу.

Некоторые улыбаются.

Некоторые просто кивают.

И каждый раз Бахтиёр испытывает странное чувство.

Будто он должен помнить имя каждого.

Но пока не может.

...

Навстречу идет женщина.

Средних лет.

В простой светлой одежде.

Проходя мимо, она спокойно произносит:

— Как долго тебя не было...

И идет дальше.

Без вопросов.

Без удивления.

Без объяснений.

Бахтиёр оборачивается.

Женщина уже растворяется среди прохожих.

Но внутри неожиданно становится тепло.

Она сказала это так...

словно ждала его возвращения.

Не день.

Не месяц.

Очень долго.

...

Он продолжает идти.

Улица постепенно выходит к площади.

В ее центре действительно стоит фонтан.

Но вместо воды...

из него поднимается мягкий свет.

Он не ослепляет.

Не мерцает.

Он словно дышит.

Бахтиёр подходит ближе.

Протягивает руку.

Свет касается ладони.

И в тот же миг...

на него обрушивается воспоминание.

Не картинка.

Не звук.

Чувство.

Такое сильное, что он невольно делает шаг назад.

Он знает этот свет.

Он тысячи раз проходил мимо него.

Когда?

Он не может ответить.

Но знает.

...

— Ты торопишься.

Голос звучит совсем рядом.

Бахтиёр оборачивается.

Позади стоит тот самый старик.

Но теперь он не в сером пальто.

На нем простая светлая одежда.

И почему-то именно сейчас он выглядит моложе.

Не лицом.

Взглядом.

— Я думал, что ищу тебя, — говорит Бахтиёр.

Старик мягко качает головой.

— Нет.

Это ты все время шел сюда.

— Тогда почему я ничего не помню?

Старик улыбается.

И отвечает вопросом:

— А ты помнишь свой первый шаг?

Бахтиёр растерянно молчит.

— Нет.

— Но ведь ты его сделал.

Старик подходит к фонтану.

Проводит рукой по свету.

— Не все самое важное человек получает через память.

Некоторые вещи он узнает, когда становится готов их узнать.

Бахтиёр хочет задать еще десятки вопросов.

Но вдруг замечает странность.

Старик смотрит не на него.

Он смотрит куда-то за его спину.

И впервые за все время его лицо становится серьезным.

— Сегодня тебе пора возвращаться.

— Нет.

Я только пришел.

— Именно поэтому.

Бахтиёр делает шаг вперед.

— Я должен узнать...

Старик поднимает руку.

И тихо произносит:

— Не торопись.

Ты снова начинаешь любить жизнь.

Это значит...

ты идешь правильно.

В тот же миг площадь начинает медленно исчезать.

Свет становится все ярче.

Голоса растворяются.

Последнее, что слышит Бахтиёр, — слова старика.

— В следующий раз...

ты вспомнишь не место.

Ты вспомнишь человека.

Старик замолчал.

На площади снова стало тихо.

Но это была не земная тишина.

Здесь тишина не казалась пустой.

Она словно была наполнена чьим-то присутствием.

Бахтиёр долго смотрел на фонтан света.

Потом неожиданно спросил:

— Почему здесь никто не удивляется мне?

Старик улыбнулся.

— А должен?

— Я ведь исчез очень давно...

Старик внимательно посмотрел ему в глаза.

— Для кого?

Бахтиёр хотел ответить.

Не смог.

— Здесь время течет иначе?

Старик покачал головой.

— Нет.

Ты просто продолжаешь измерять всё земными часами.

...

Они медленно пошли по улице.

Никто никуда не спешил.

Люди проходили мимо.

Некоторые кивали.

Некоторые улыбались.

И вдруг произошло то, чего Бахтиёр совсем не ожидал.

Навстречу бежала маленькая девочка.

Лет пяти.

Она смеялась.

За ней шла молодая женщина.

Девочка неожиданно остановилась прямо перед Бахтиёром.

Долго посмотрела на него.

Потом совершенно спокойно протянула ладонь.

— Ты вернулся.

Бахтиёр опустился на колено.

— Мы знакомы?

Девочка нахмурилась.

Словно вопрос показался ей странным.

— Конечно.

Потом она вдруг коснулась его щеки.

Совсем легко.

И побежала дальше.

Женщина, проходя мимо, только улыбнулась.

Никаких объяснений.

Будто всё происходящее было самым обычным делом.

...

Они снова остались вдвоем.

— Кто она?

— Неважно.

— Но она знает меня.

— Да.

— А я её нет.

Старик некоторое время молчал.

Потом тихо сказал:

— Именно поэтому ты сейчас на Земле.

...

Они вышли к небольшой площади.

Там росло огромное дерево.

Бахтиёр остановился.

Он смотрел на него так, словно видел старого друга.

Дерево было необычным.

Не формой.

Не цветом.

Оно казалось...

живым в каком-то другом смысле.

Будто оно помнило каждого, кто когда-либо сидел под его ветвями.

Бахтиёр медленно подошел.

Коснулся ладонью ствола.

И в тот же миг...

его сердце дрогнуло.

Перед глазами мелькнули десятки лиц.

Совсем незнакомых.

Мужчины.

Женщины.

Дети.

Старики.

Все они были связаны между собой.

Как...

одна семья.

Картина исчезла так же быстро, как появилась.

Он отдернул руку.

Тяжело дыша.

— Что это было?

Старик ответил почти шепотом.

— Память любви.

— Я ничего не понял.

— И не должен.

Пока.

...

Бахтиёр снова посмотрел на дерево.

И вдруг понял одну странную вещь.

За всё время, что он находился здесь...

он ни разу не почувствовал одиночества.

На Земле оно сопровождало его почти постоянно.

Даже среди людей.

Даже дома.

Даже на работе.

А здесь...

словно само понятие одиночества не существовало.

Он не выдержал.

— Что это за место?

Старик долго молчал.

Потом ответил.

Очень тихо.

Настолько тихо, что казалось, эти слова произносит не он.

— Это место...

где никто никому не чужой.

...

Бахтиёр медленно поднял голову.

И впервые...

посмотрел не на улицы.

Не на дома.

Не на людей.

Он посмотрел в небо.

Оно было удивительно глубоким.

Не голубым.

Не синим.

Ему вообще трудно было подобрать земное слово.

Но больше всего его поразило другое.

В этом небе...

не было солнца.

И не было луны.

Свет шел отовсюду.

Словно сам воздух был наполнен мягким сиянием.

Он стоял, не в силах отвести взгляд.

— Здесь никогда не бывает ночи?

Старик посмотрел туда же.

И впервые за всё время улыбнулся так, будто вспомнил что-то очень дорогое.

— Бывает.

Только не такая, как ты думаешь.

...

И в этот момент...

впервые за весь сон...

над городом медленно прозвучал колокол.

Один-единственный удар.

Глубокий.

Теплый.

Не тревожный.

Не торжественный.

Он будто проходил не через воздух.

А через самого Бахтиёра.

Старик закрыл глаза.

— Тебе пора.

На этот раз Бахтиёр не спорил.

Он уже понимал.

Это не приказ.

Это закон.

И пока свет вокруг медленно растворялся...

он успел задать последний вопрос.

— Я вернусь?

Старик посмотрел прямо ему в глаза.

И произнес:

Вернётся не тот человек, который пришёл сегодня.**

...

И только после этого мир начал медленно исчезать.

Глава 8

Прошло несколько месяцев.

Если бы кто-нибудь спросил Бахтиёра, когда именно изменилась его жизнь, он бы не смог ответить.

Не было одного большого события.

Жизнь менялась медленно.

Почти незаметно.

Как меняется время года.

Сначала он начал задерживаться на работе.

Потом Кельдияров все чаще просил его присутствовать на переговорах.

Еще через несколько недель стал поручать документы, которые раньше никому не доверял.

В один из вечеров, когда все уже разошлись по домам, Кельдияров неожиданно закрыл папку с документами и посмотрел на Бахтиёра поверх очков.

— Знаешь, почему я все чаще оставляю тебя после работы?

Бахтиёр пожал плечами.

— Потому что работы много.

Кельдияров улыбнулся.

— Нет.

Потому что ты научился слушать.

Большинство людей приходят ко мне уже с готовыми ответами.

А ты сначала пытаешься понять вопрос.

Таких людей очень мало.

Эти слова Бахтиёр запомнил надолго.

Весной компания выиграла крупный проект.

Самый большой за всю историю существования филиала в Наврузе.

Работы предстояло столько, что маленький офис перестал справляться.

Люди сидели почти вплотную друг к другу.

На подоконниках лежали папки.

Телефон звонил без остановки.

По вечерам они шутили, что скоро придется проводить совещания прямо во дворе.

Однажды утром Кельдияров вошел в кабинет необычно серьезным.

— Собирайтесь.

Через час едем в Ташкент.

Главный офис располагался в новом деловом центре.

Высокое стеклянное здание резко выделялось среди старых кварталов города.

Для Бахтиёра это был совсем другой мир.

Широкие холлы.

Лифты.

Конференц-залы.

Люди в строгих костюмах.

Все двигалось быстро, уверенно, словно каждый заранее знал свою роль.

После совещания генеральный директор компании неожиданно обратился к Кельдиярову:

— Это тот самый молодой специалист, о котором вы рассказывали?

— Да.

— Хорошо.

Пусть остается в Ташкенте.

Нам нужны такие люди.

Бахтиёр сначала решил, что ослышался.

Но Кельдияров только улыбнулся.

— Поздравляю.

Похоже, домой сегодня мы уже не вернемся.

Переезд занял почти месяц.

Кто-то перевозил документы.

Кто-то оборудование.

Кто-то искал жилье.

Последним закрывали маленький офис в Наврузе.

Вечером, когда грузчики вынесли последнюю коробку, Бахтиёр вернулся внутрь.

Комнаты опустели.

На полу остались только следы от столов.

Он медленно прошелся по коридору.

Сколько раз он спешил по нему с папками в руках...

Сколько раз нервничал перед совещаниями...

Сколько раз мечтал однажды попасть в большой офис в Ташкенте...

Теперь мечта сбылась.

Но вместо радости он почувствовал тихую благодарность.

Он оглянулся.

И почти шепотом сказал:

— Спасибо...

Он сам не понял, кому были адресованы эти слова.

Странному маленькому офису.

Городу.

Или тому молодому парню, который когда-то впервые переступил этот порог, ничего не умея и всего боясь.

Ветер, залетевший в открытое окно, медленно качнул дверь.

Она тихо закрылась.

Будто поставила точку.

В Ташкенте все происходило слишком быстро.

Новый кабинет.

Новые обязанности.

Новые люди.

Через несколько месяцев у него уже появился собственный помощник.

Потом секретарь.

Теперь почти каждый день начинался одинаково.

На столе лежал список встреч.

Телефон звонил с самого утра.

Дверь кабинета редко оставалась закрытой дольше пяти минут.

Со стороны могло показаться, что Бахтиёр получил именно ту жизнь, о которой мечтал.

Иногда он и сам пытался убедить себя в этом.

Но по вечерам, когда офис постепенно пустел, он подходил к огромному окну.

Под ним шумел вечерний Ташкент.

Машины тянулись бесконечными цепочками огней.

Город жил своей жизнью.

Бахтиёр долго смотрел вниз.

И все чаще ловил себя на странной мысли.

С каждым новым успехом...

сны становились все ярче.

Будто кто-то терпеливо ждал именно этого момента.

Будто внешняя жизнь должна была наконец обрести устойчивость, чтобы внутри него началось настоящее путешествие.

Однажды он задержался в кабинете допоздна.

Секретарь уже давно ушла домой.

В здании почти никого не осталось.

Он выключил настольную лампу.

Подошел к окну.

Город сиял тысячами огней.

И вдруг совершенно спокойно произнес вслух:

— Такое чувство...

будто всё это было нужно лишь затем, чтобы привести меня к чему-то другому.

Он еще не знал, насколько окажется прав.

Глава 9

Утро наступило необычайно тихо.

Бахтиёр проснулся за несколько минут до звонка будильника.

Несколько секунд он лежал неподвижно.

Не открывая глаз.

Он боялся одного.

Что воспоминание о сне исчезнет, как исчезали десятки других.

Но этого не произошло.

Он помнил.

Не всё.

Совсем немного.

Свет.

Фонтан.

Лицо старика.

Дерево.

И девочку.

Особенно девочку.

Он никак не мог понять, почему именно она не выходила из головы.

Он никогда раньше ее не видел.

И в то же время был уверен:

она сказала правду.

«Ты вернулся.»

...

Он поднялся.

Подошел к окну.

За стеклом просыпался Ташкент.

Первые автобусы.

Дворники.

Запах влажного асфальта после ночного полива.

Все было обычным.

Но...

обычным уже не казалось.

Вчера ему впервые пришла странная мысль.

А что, если именно Земля — место, где человек постепенно забывает?

И если это так...

то почему?

...

Весь день прошел удивительно легко.

Будто внутри исчез какой-то постоянный шум.

Он спокойно решал вопросы.

Спокойно разговаривал с людьми.

Даже коллеги несколько раз заметили:

— Ты сегодня какой-то другой.

Бахтиёр только улыбался.

Он и сам чувствовал это.

Но объяснить не мог.

...

После обеда секретарь постучала в дверь.

— К вам посетитель.

— Кто?

— Не представился.

Сказал, что вы его не знаете.

— Тогда зачем пришел?

— Сказал...

что разговор займет две минуты.

Бахтиёр неожиданно вспомнил старика на заправке.

«Иногда две минуты меняют гораздо больше, чем два года.»

Он сам удивился своему ответу.

— Пусть зайдет.

...

В кабинет вошел мужчина лет пятидесяти.

Самая обычная внешность.

Таких людей невозможно описать.

Через пять минут уже не вспомнишь лицо.

Он сел.

Положил на стол небольшой конверт.

— Это вам.

— Что это?

— Не знаю.

Меня попросили передать.

— Кто?

Мужчина пожал плечами.

— Старик.

— Какой старик?

— Не знаю.

Он улыбнулся.

И добавил:

— Очень добрые глаза.

Бахтиёр почувствовал, как сердце пропустило удар.

— Где вы его встретили?

— На вокзале.

Дня три назад.

Он подошел ко мне.

Спросил, еду ли я в Ташкент.

Потом попросил передать этот конверт человеку по имени Бахтиёр.

Я сначала решил, что он ошибся.

Но он назвал вашу фамилию.

Ваш адрес.

Даже этаж.

После этого отказаться было невозможно.

...

Бахтиёр осторожно взял конверт.

Самый обычный.

Без подписи.

Без марки.

Внутри лежал один-единственный лист.

Совершенно пустой.

Он перевернул его.

Ничего.

Посмотрел на свет.

Ничего.

Поднял глаза.

Мужчина уже собирался уходить.

— Подождите.

Вы больше ничего не помните?

Тот задумался.

— Помню одну странную вещь.

Он сказал...

— Что именно?

Мужчина нахмурился, будто вспоминая чужие слова.

И тихо произнес:

— «Он обязательно решит, что лист пустой.»

...

Дверь закрылась.

Бахтиёр остался один.

Он снова посмотрел на лист.

Белая бумага.

Ни единой буквы.

Он положил его на стол.

И неожиданно рассмеялся.

— Ну и что мне с тобой делать?