Мир без ночи

Это открытие оказалось неожиданно болезненным.

После обеда проект начал входить в самую напряжённую фазу.

Две машины одновременно застряли в пробке.

На одном объекте изменили время разгрузки.

Поставщик привёз товар с ошибкой в маркировке.

Обычно в такие моменты Бахтиёр говорил:

— Позовите Зарину.

Сегодня эта фраза несколько раз едва не сорвалась с его губ.

И каждый раз он останавливал себя.

Потому что звать было некого.

В пять часов вечера работа понемногу начала стихать.

Самый тяжёлый день проекта удалось удержать.

Не идеально.

С задержками.

С ошибками.

С лишними нервами.

Но удержать.

Сотрудники начали расходиться.

В кабинете стало непривычно тихо.

Бахтиёр подошёл к окну.

На улице медленно загорались фонари.

Он снова посмотрел на телефон.

Ни одного сообщения.

Ни одного пропущенного вызова.

Он вздохнул.

И в этот момент телефон завибрировал.

Незнакомый номер.

Он ответил сразу.

— Алло.

Несколько секунд в трубке слышалось только чьё-то неровное дыхание.

Потом раздался тихий, очень уставший голос.

— Бахтиёр Ака...

Это Зарина...

...

— Простите меня...

Мама...

Мы в больнице...

В это же утро...

Будильник прозвенел в пять утра.

Зарина открыла глаза почти сразу.

За последние две недели организм привык просыпаться раньше звонка, но сегодня усталость оказалась сильнее.

Она быстро поднялась, стараясь не шуметь.

В соседней комнате спала мама.

Каждое утро Зарина первым делом заглядывала к ней.

— Мам...

Женщина приоткрыла глаза и слабо улыбнулась.

— Уже уходишь?

— Да. Сегодня опять длинный день.

— Ты совсем себя не бережёшь...

— Закончится проект — высплюсь.

Она сказала это легко, хотя сама уже не помнила, когда спала больше пяти часов подряд.

Мама хотела что-то ответить, но только устало кивнула.

— Вечером купим твои любимые яблоки.

— Хорошо...

Зарина поправила одеяло, поцеловала маму в лоб и тихо закрыла дверь.

Она ещё не знала, что это утро разделит её жизнь на «до» и «после».

Автобус, как всегда, был переполнен.

Люди молча держались за поручни.

Кто-то дремал.

Кто-то листал новости.

Кто-то уже разговаривал по телефону.

Зарина стояла у окна, мысленно прокручивая сегодняшний маршрут.

«Восьмую машину сразу на двадцать девятый объект... Потом проверить остатки на центральном складе... Не забыть подписать дополнительные накладные...»

Она настолько погрузилась в работу, что даже не заметила, как автобус подъехал к нужной остановке.

Двери открылись.

Поток людей вынес её наружу.

Автобус закрыл двери и медленно тронулся.

Зарина сделала несколько шагов.

И вдруг замерла.

Машинально коснулась сумки.

Потом второго кармана.

Потом ещё одного.

Телефона не было.

Она резко обернулась.

Автобус уже исчезал за поворотом.

— Нет...

Она сделала несколько шагов вслед.

Бесполезно.

Постояла ещё несколько секунд.

Глубоко вдохнула.

— Ладно...

В голове мгновенно начались расчёты.

Возвращаться — минимум сорок минут.

Проект.

Машины.

Люди.

Она решила:

«После работы найду автобусный парк. Наверняка кто-нибудь передаст телефон диспетчеру.»

И быстрым шагом направилась к офису.

До работы оставалось меньше пяти минут.

Она уже подходила к дому, где снимала небольшую квартиру вместе с мамой.

Хотела только забрать папку с документами, которую вечером забыла на столе.

Поднимаясь по лестнице, она услышала странный звук.

Сначала показалось, что кто-то стонет этажом выше.

Потом...

Она узнала голос.

— Мам?

Никто не ответил.

Сердце вдруг сжалось.

Она открыла дверь почти бегом.

Папка с документами так и осталась лежать у входа.

Из комнаты снова донёсся тихий стон.

— Мам!

Женщина сидела на краю кровати, согнувшись от боли.

Лицо было непривычно бледным.

Дыхание — частым и поверхностным.

— Мамочка...

Что случилось?

Женщина с трудом подняла глаза.

— Спина...

Очень больно...

И...

Тяжело...

Дышать...

Зарина опустилась рядом.

Руки неожиданно стали холодными.

— Сейчас... Сейчас всё будет хорошо...

Она попыталась помочь маме лечь, но та вскрикнула от боли.

Зарина впервые по-настоящему испугалась.

Она бросилась к домашнему телефону.

Дрожащими пальцами набрала номер скорой помощи.

— Алло...

Пожалуйста...

Приезжайте скорее...

Моей маме очень плохо...

Скорая приехала удивительно быстро.

Наверное, прошло не больше десяти минут.

Но Зарине показалось, что прошёл целый час.

Двое фельдшеров быстро вошли в квартиру.

— Что случилось?

— Сильная боль... В пояснице... Ей тяжело дышать...

Пожилой врач опустился возле кровати.

Измерил давление.

Посмотрел на лицо женщины.

Задал несколько коротких вопросов.

Потом спокойно сказал напарнику:

— Носилки.

Это слово прозвучало так буднично, что Зарина сначала даже не поняла его смысла.

Только когда в квартиру занесли складные носилки, внутри всё оборвалось.

— Документы есть?

— Да...

— Паспорт. Медицинские выписки. Если принимает лекарства — возьмите с собой.

Зарина кивнула.

Руки дрожали так сильно, что она дважды уронила папку.

Двери машины скорой помощи закрылись.

Сирена прорезала утреннюю тишину.

Город только просыпался.

По тротуарам спешили люди.

Кто-то бежал на автобус.

Кто-то открывал магазин.

Кто-то пил кофе возле остановки.

Для них этот день был самым обычным.

Для Зарины мир вдруг стал совсем другим.

Она сидела рядом с мамой, крепко держа её за руку.

— Всё будет хорошо...

Она повторяла эти слова скорее себе, чем маме.

Женщина едва заметно кивнула.

— Прости...

— За что?

— Из-за меня...

Зарина резко покачала головой.

— Даже не думай об этом.

— У тебя работа...

— Мам...

— Такой важный проект...

Зарина крепче сжала её ладонь.

— Самое важное сейчас — это ты.

Приёмное отделение встретило их запахом лекарств и бесконечной суетой.

Каталки.

Белые халаты.

Чьи-то встревоженные голоса.

Шум открывающихся дверей.

Медсестра быстро оформила документы.

— Родственница?

— Дочь.

— Ожидайте.

И дверь закрылась.

Вот так просто.

За несколько секунд мама исчезла за белой дверью.

Зарина осталась одна.

Она медленно опустилась на пластиковый стул.

Впервые за всё утро наступила тишина.

И именно тогда она вспомнила про работу.

Бахтиёр.

Проект.

Машины.

Склад.

Телефон.

Она резко открыла сумку.

Папка.

Кошелёк.

Ключи.

Платок.

Телефона не было.

Только сейчас память вернула ей утреннюю картину.

Автобус.

Толпа.

Остановка.

Телефон остался там.

— Нет...

Она закрыла лицо ладонями.

— Только не сегодня...

Она знала.

Сейчас в офисе уже начали волноваться.

Сейчас Бахтиёр звонит ей.

Сейчас сотрудники ищут ответы.

И она ничего...

Совсем ничего не может сделать.

Прошёл почти час.

Потом ещё один.

Каждые несколько минут открывалась дверь.

Выходили врачи.

Кого-то звали.

Кто-то плакал.

Кто-то облегчённо улыбался.

Но к Зарине никто не подходил.

Она уже перестала смотреть на часы.

Когда дверь наконец открылась снова, к ней вышел врач лет пятидесяти.

Спокойный.

Уставший.

Из тех людей, которые за годы работы научились не обещать невозможного.

— Вы дочь?

— Да.

— Присядьте.

От этих слов сердце забилось ещё сильнее.

Врач открыл папку с анализами.

Несколько секунд молчал.

Потом поднял глаза.

— Сейчас состояние вашей мамы удалось стабилизировать.

Зарина медленно выдохнула.

Но врач не улыбался.

— Однако результаты анализов вызывают серьёзное беспокойство.

Он аккуратно перевернул страницу.

— Мы видим выраженное нарушение функции почек.

Зарина не сразу поняла смысл сказанного.

— Это... опасно?

Врач не ответил сразу.

Он подбирал слова.

— Сейчас делать окончательные выводы рано. Возможно, это острое ухудшение. Возможно, заболевание развивалось давно и просто впервые проявило себя так тяжело.

Он сделал небольшую паузу.

— Мы оставим вашу маму в стационаре. Проведём дополнительные исследования. Только после них сможем понять, насколько серьёзно пострадали почки и какое лечение потребуется дальше.

Зарина молча кивнула.

Она услышала только первые слова.

«Нарушение функции почек.»

Остальное будто растворилось в воздухе.

Когда врач ушёл, она ещё долго сидела неподвижно.

Перед глазами стояла одна и та же картина.

Утро.

Мама улыбается.

— Вечером купим яблоки...

Как могло пройти всего несколько часов?

Медсестра подошла тихо.

— Девушка...

Вот телефон.

Если нужно кому-нибудь позвонить.

Зарина подняла голову.

— Спасибо...

Она несколько секунд смотрела на кнопки.

Номер Бахтиёра она никогда не записывала отдельно.

Но знала его наизусть.

Пальцы сами набрали цифры.

Гудок.

Ещё один.

Ответ последовал почти мгновенно.

— Алло.

Она открыла рот.

И вдруг поняла, что не знает, с чего начать.

Несколько секунд она просто молчала.

Потом тихо произнесла:

— Бахтиёр Ака...

Это Зарина...

На другом конце линии стало совсем тихо.

— Простите меня...

Я...

Не смогла предупредить...

Мама...

Мы в больнице...

Она ожидала услышать всё что угодно.

Вопросы.

Упрёки.

Раздражение.

Но вместо этого прозвучал спокойный голос.

Настолько спокойный, что у неё защипало в глазах.

— Как мама?

Зарина закрыла глаза.

И впервые за весь день позволила себе заплакать.

Совсем немного.

Беззвучно.

— Врачи говорят... проблемы с почками...

Пока ничего не понятно...

Бахтиёр не перебивал.

Выслушал до конца.

И только потом спросил:

— В какой больнице вы находитесь?

Она назвала адрес.

Наступила короткая пауза.

— Никуда не уходите.

Я приеду.

— Не нужно... У вас проект...

— Зарина.

Она замолчала.

— Я скоро.

Связь оборвалась.

Она ещё несколько секунд смотрела на телефон.

Потом медленно опустила его на колени.

И впервые за этот бесконечный день почувствовала, что больше не одна.

Бахтиёр положил телефон на стол.

В кабинете стояла тишина.

Несколько секунд он просто смотрел в одну точку.

Будто пытался собрать мысли.

Потом резко поднялся.

— Руслан.

Из соседнего кабинета выглянул заместитель.

— Да, Бахтиёр Ака?

— Завтрашний маршрут уже утверждён?

— Почти.

— Заканчивайте без меня.