Винокуренная промышленность России и «сухой закон». 1914‒1918 Монография. Том 2. Винокуренное производство в эпоху принудительной трезвости

В виду таких чрезвычайно серьезных последствий насущной обязанностью Министерства финансов было бы изыскание и осуществление всех тех способов, при посредстве которых возможно было бы как хранить запасы спирта, так и усиленно расходовать выкуриваемый спирт. В этом отношении Совет общества уполномочил Правление указать Министерству финансов на следующие способы: а) в настоящее время повсеместно казенное вино из казенных винных лавок свозится в склады и из стеклянной посуды сливается в цистерны, которые поэтому и оказываются заполненными. Делается это, по‒видимому, в предвидении необходимости переделать это вино из 40° в 37о. Необходимо немедленно остановить эту операцию, оставив вино в стеклянной посуде, или еще лучше изготовить вино в 37° и разлить во всю имеющуюся на складах стеклянную посуду. Хранение вина в таком виде не сопровождается почти никакими тратами и вполне осуществимо, так как в настоящее время этим вином, за отсутствием в ближайшем будущем работ, могут быть заняты все помещения складов; эта одна операция освободила бы место в цистернах казенных винных складов для приема спирта от винокуренных заводчиков, по крайней мере, на 12‒15 млн вед.; б) занять по выкуриваемый спирт цистерны на частных ректификационных заводах, которые, за неимением сбыта, свой спирт ректификовать не будут; в) также можно занять под спирт цистерны большой емкости на паточно‒ректификационных заводах, деятельность которых хотя и не воспрещена, но все равно за неимением сбыта они должны будут курить спирт из патоки в минимальном количестве; г) под спирт могут быть взяты и цистерны на тех больших коммерческих хлебных и хлебно‒картофельных заводах, которые, несомненно, сократят свое производство, в виду наступившего жесточайшего кризиса; д) спиртом можно занять вагоны‒цистерны для перевозки спирта, так как передвижение спирта из одних губерний в другие из‒за повсеместного отсутствия надобности в спирте сократится до минимума, а также цистерны для керосина и нефти, пустующие в некоторых местностях и, наконец, бочки. Например, Одессе скопилось к тому моменту огромное количество прочных экспортных бочек. Во избежание соблазна было бы целесообразно хранить спирт в вагонах‒цистернах и бочках исключительно в денатурированном виде.

Если подсчитать всю емкость перечисленных спирто‒хранилищ, то она выражалась в размере 1 215 млн вед. Таким образом, без особого труда Казенное управление могло бы принять от винокуренных заводчиков 30 000 000 вед. спирта, да на винокуренных и спиртоочистительных заводах сами заводчики могли бы хранить около 25 000 000 вед. Вот то количество спирта, которое нужно было принять и разместить до 1 мая 1915 г. Но за этот срок (7 месяцев), часть спирта была бы израсходована: для продажи в ресторанах 1 разряда — 2 000 000 вед.; в денатурированном виде могло быть употреблено — 7 000 000; на парфюмерию, фармацевтические препараты — 1 000 000 и на выделку пороха около — 2 000 000. Итого: 12 000 000 вед. Таким образом, только при некотором расширении мест хранения спирта русская винокуренная промышленность могла рассчитывать на возможность выкурить и поместить на хранение около 65‒67 млн вед. Это количество составляло около половины нормальной выкурки в России. По мнению Совета винокуренных заводчиков необходимо было признать принцип возмещения заводам некоторой части их убытков от сокращения винокурения. Владельцы винокуренных заводов, перекуривавшие хлебные припасы, запаслись ими, доставили их на заводы; если ликвидировать эти хлебные припасы или сложить их на заводах, то, несомненно, владельцы понесут большой ущерб; также на этих заводах было заготовлено топливо, которое нужно было использовать для других целей. Наконец, оплата служащих и части рабочих также вызывала безвозвратный расход. Винокурение, как «опора высших культурных форм землепользования», ценно уже само по себе, этим промыслом жили и существовали большие слои населения, и лицам, непосредственно пострадавшим государство обязано придти па помощь. На постройку заводов, сооружение аппаратов затрачены огромные капиталы, исчисляемые сотнями миллионов. Прекратив так неожиданно, на полном ходу нормальную деятельность винокуренных заводов, правительство тем самым выбросило из экономического оборота вложенный в эти заводы капитал и лишило владельцев этих заводов законной прибыли от эксплуатации этого капитала. Обязанность правительства — найти достаточную компенсацию за нанесенные ими потрясения и убытки19.

Облегчить положение винокурения в данный момент, а может быть с течением времени и вывести эту промышленность на новый путь применения производимого им продукта, обладающего многими чрезвычайно ценными для других отраслей и безусловно полезными свойствами, может энергичная и безотлагательная работа но расширению сбыта спирта в денатурированном виде и по приисканию новых областей его применения. Для скорейшего осуществления этой насущной задачи необходимо было отрешиться от некоторых предубеждений о качестве и физиологическом действии денатурирующих веществ, а также полная перемена регулирующих сбыт этого спирта правил. Совет Общества винокуренных заводчиков ассигновал крупную сумму на исследования и опыты в этой области и уполномочил Правление немедленно приступить к целому ряду изысканий. На особом месте стояло применение спирта для производства уксуса. В других государствах продажа уксусной эссенции, получаемой при перегонке дерева, в розничной продаже, как вредная для здоровья при внутреннем употреблении, была запрещена. Поэтому уксус производился исключительно из спирта и виноградного вина. Запретить продажу уксусной эссенции представлялось возможным и в России, так как добытая из древесины уксусная кислота имела большой спрос во многих технических производствах, а для производства уксуса должно потребоваться значительное количество спирта. Поэтому Правление обратилось к министру финансов с просьбой озаботиться разработкою данного вопроса с тем, чтобы на распродажу в розницу древесной уксусной эссенции был дан небольшой срок, которым можно было бы воспользоваться винокуренным заводчикам для приспособления некоторых заводов к переработке спирта в уксус и уксусную эссенцию. Также для обеспечения сбыта предстоявшей выкурки необходимо было содействовать экспорту спирта за границу. В этот период времени существовал небольшой спрос на русский спирт в некоторых западно‒европейских дружественных и нейтральных странах. Вывоз его можно было производить только через Архангельский порт, пока еще не была закрыта навигация. Но Архангельск не включили в число портов, откуда можно было вывозить спирт. Поэтому необходимо было сделать распоряжение об открытии этого порта для экспорта спирта.

Точно также существовал спрос на русский спирт в Японии и Америке. Поэтому для поощрения вывоза отечественного спирта в столь отдаленные местности (Владивосток также не был включен в число вывозных для спирта портов) важно было установить такой же порядок для вывоза русского спирта в вышеназванные страны. Спирт досматривался бы на станции Маньчжурия и затем под пломбами акцизного и таможенного надзора доставлялся во Владивостокский порт, откуда бы уже без повторительного досмотра вывозился. При «урегулировании» положения промышленности необходимо было также не забыть ректификационные заводы и их отделения при винокуренных заводах. В отношении этих заводов необходимо было осуществить следующие меры: а) за ректификацию спирта и отчисления по контрольному снаряду, в случае необходимости хранить этот спирт на очищающих его заводах, Казенное управление должно было выплачивать договорную цену и предусмотренные Уставом об акцизных сборах отчисления не менее одного раза в месяц по количеству отректификованного спирта; б) в случае длительного хранения спирта на данных заводах должны были быть установлены нормы трат спирта при хранении без начисления акциза; в) при завозе сырого спирта и неимения места для хранения его после ректификации, владельцу ректификационного завода должен был выдаваться аванс в счет цены очистки в половинном размере; г) в скорейшем времени необходимо было освободить цистерны спиртоочистительных отделений от очищенного еще весной 1914 г. спирта для того, чтобы дать возможность винокуренным заводам, при которых эти отделения состояли, начать винокурение, чего они не могли сделать без свободных цистерн для слива спирта; д) уменьшить земское обложение процентного и раскладочного сбора20.

Сокращение винокурения на одних заводах и полное прекращение на других, в значительной мере уменьшило бы прилив денежных средств, поэтому для предотвращения серьезных финансовых осложнений по ходатайствам винокуренных заводов должны быть предоставлены льготы по уплате в Дворянский банк срочных процентов и погашения ссуд с причислением отсроченных сумм к капитальному долгу; точно также финансовое ведомство должно было вступить в контакт с частными земельными банками о предоставлении по просьбам заводчиков таких же льгот; также необходимо было обратиться к министру внутренних дел с просьбой приказать земствам уменьшить обложения винокуренных заводов земскими налогами вследствие убыточности производства спирта, так как во многих губерниях винокуренные заводы несли очень высокое земское обложение, достигавшее 66% доходности. Острый кризис винокуренной промышленности в малороссийских и юго‒западных губерниях можно было значительно смягчить, если немедленно рассмотреть вопрос о разрешении промышленного кредита для превращения крупных винокуренных заводов в сахарные. Тогда уже с весны 1915 г. картофельные плантации можно было заменить свекловичными, и к осени 1915 г. оборудовать многие заводы необходимыми аппаратами для выработки сахара. Для достижения этой цели пришлось бы обсудить вопрос о возможности и необходимости предоставления им на определенный срок некоторых льгот, как например временное уменьшенное производство сахара, выпускаемый на этих заводах, смягчение акциза, разрешение увеличенного выпуска сахара на внутренний рынок и т. п. Такой же промышленный кредит мог быть выдан и винокуренным заводчикам других районов при желании их приспособить свои винокуренные заводы под другие производства, связанные с сельскохозяйственными культурами (производство крахмала, картофельной патоки, уксуса).

15 сентября 1914 г. в Петрограде состоялось многолюдное заседание Совета Сездов промышленников в присутствии членов законодательных палат, представителей банков и винокуренных заводчиков и на этом собрании глава Российского общества винокуренных заводчиков князь А. Д. Голицын отметил, что тогдашнее исключительно тяжелое положение винокурения объяснялось, по его мнению, исключительно политикой Министерства финансов за 20 последних лет, которая задерживала применение спирта для технических целей. Производства лаков, ускуса, политуры, искусственного шелка, парфюмерий, лекарств и химических препаратов, все это требовало спирта. Девяностоградусный спирт мог широко применяться для дезинфекций. Наконец, дешевый спирт можно было в огромных количествах использовать как топливо для двигателей и даже для изготовления искусственного каучука. Паточный спирт употреблялся для изготовления порохов. При соответствующей политике государства для всего этого могли открыться широкие перспективы, которые заставили бы забыть о временах казенной винной монополии. Наконец, существовал же в России экспорт спирта за границу. К моменту введения «сухого закона» его почти не осталось. Около 1884 г. вывоз российского спирта превышал 16 млн ведер, но ее вытеснили с рынка такие страны, как Греция, Болгария, Норвегия и т. д. Раньше Испания и Португалия всегда покупали для сдабривания своих хересов и мадер спирт из России, правда, прошедший через гамбургские цистерны. В 1901 г. российский вывоз спирта едва превысил 2 млн ведер 40°, дойдя к 1911 г. до 11‒12 млн. Единственным рынком еще оставались Константинополь и Малая Азия, куда уходила половина экспорта, Греция оградила свое винокурение высокой пошлиной, Сербия пользовалась австрийским спиртом, а Болгария сама насаждала у себя винокурение. К тому же на турецком рынке появился, так называемый, экзотический спирт, добывавшийся из сахарного тростника, он был более дешевым, чем российский спирт. Переход Салоник и островов Эгейского моря был в руках у Греции, наложившей «боевые» пошлины на спирт; ожидание спиртовой монополии или сдачи конвенции, все это сократило до 60% бывший турецкий рынок, который всегда высоко ставил качество российского спирта, ценя его на 5‒6% выше других. Рос экспорт спирта в Персию, где из‒за хороших качеств он употреблялся преимущественно для фабрикации коньяка, ликеров, мадеры и портвейна в смеси с местным виноградным вином. Однако накануне «сухого закона» российский спирт подвергся там двойному обложению: таможенному в 4 руб. 40 коп. с пуда и акцизу с напитков в 6 руб. с ведра21.

Однако, все эти неутешительные обстоятельства не являлись, по мнению А. Д. Голицына, неустранимыми. Настойчивая и целесообразная торговая политика могла дать России рынки сбыта спирта. На Буковине и в Галиции спирта не будет, не будет его и у сербской казенной монополии. Весной 1913 г. австрийцы забрали себе все торговлю спиртными напитками в Белграде. После окончания войны, несомненно, можно будет иметь огромный рынок для осветительного спирта в Германии, привыкшей в домашнем обиходе к употреблению спирта и направлявшую половину своего спирта для технических целей. Таким образом, как бы трудно не обстоял вопрос экспорта, но наладить его было делом только желания и соответствующей политики. Также А. Д. Голицын отметил, что преследование экспортных целей многое изменит во внутренней структуре российского винокурения. Прежде всего, экспорт потребует дешевого спирта (не дороже 50 коп. за ведро, считая пошлину и провоз), а, следовательно, больших заводов. Без некоторой ломки, конечно, дело не обойдется, но жизнь найдет безболезненные выходы из положения. Может возникнуть, наконец, производство сушки картофеля. Дело это было не таким уж и новым: в прибалтийских губерниях уже работали три завода, сбывавшие сушеный картофель в Германию22.

По сведениям генерала В. И. Гурко в период «сухого закона» в России возникли проблемы с сахаром: «результатом запрета на продажу населению спиртных напитков стало повышение спроса на все без исключения продукты питания и привело к тому, что у людей стало больше свободных денег. С другой стороны, у более богатого сельского населения исчезла необходимость вывозить на рынок мелкую продукцию своего хозяйства — домашнюю птицу, яйца и масло. Другим предметом потребления, производство которого несколько снизилось и не вполне удовлетворяло потребности населения и армии, стал сахар. Здесь имело место то же самое явление. Колоссальное увеличение потребления сахара армией и появление у земледельческого населения свободных денег, вызванное прекращением продажи спиртных напитков, привело к совершенно непропорциональному росту спроса на сахар. Достаточно сказать, что каждый солдат стал получать по шесть фунтов сахара в месяц против двух фунтов, выдававшихся ему в мирное время. Одно это увеличение равнялось нашему довоенному экспорту, который окончательно не прекратился. Сахар отправлялся морем нашим союзникам, а также через персидскую границу в попытке поддержать стоимость нашего рубля в Персии. Выдвигалось предположение, что этим путем наш сахар мог попадать в Турцию, а оттуда — в Германию. Этот вопрос должен был решаться в суде, но после революции разбирательство было прекращено, а основной обвиняемый занял пост министра финансов в Украинской раде»23.

В северо‒западных губерниях, где проходили военные действия, Общество винокуренных заводчиков предлагало ввести общий мораторий на действие договоров и исполнение обязательств, заключенных владельцами и арендаторами винокуренных заводов. Также необходимо было ходатайствовать перед военным ведомством об использовании картофеля для откорма скота, заготовлявшегося для питания войск и об исключении из реквизиции для надобностей армии скота, находившегося в имениях с винокуренными заводами, так как этот скот дал бы возможность скармливать излишний для винокурения картофель. В особенно сложной ситуации, граничившей с полным разорением, находилось винокурение в губерниях бывшего Царства Польского. Часть территории (западная) находилась в районе военных действий. Восточная же часть была в более безопасном положении. Тем не менее, распоряжением бывшего Варшавского генерал‒губернатора винокурение запрещено на всей территории этих губерний. Совет винокуренных заводчиков обратил внимание правительства на тяжесть этого распоряжения и на необходимость отмены его при первой возможности. В указанных губерниях 18% всех пахотных земель было занято под картофель. Благосостояние не только помещиков, но всех деревенских жителей Польши основывалось на урожаях картофеля. Ценность ежегодных урожаев составляла около 100 000 000 руб. При отсутствии товарного движения по железным дорогам края, а также экспорта и вследствие уменьшения количества скота ввиду реквизиций, весь урожай картофеля должен был погибнуть, если винокурение не будет разрешено. С другой стороны в этих губерниях в настоящее время и спирт был необходим, по крайней мере, для освещения и отопления, а также для госпиталей и аптек. Достать спирт в данных губерниях стало очень затруднительно, так как в самом начале войны по распоряжению военных властей были уничтожены большие его запасы. А между тем все города бывшего Царства Польского испытывали угольный голод: цена пуда угля в Варшаве доходит до 1 руб., так как Домбровский район занят немцами, а подвоз Донецкого угля был невозможен. Из‒за недостатка угля в могло прекратиться электрическое и газовое освещение. В керосине также ощущался недостаток. Таким образом, денатурированный спирт явился бы надежным и главное местным источником света и тепла.

В плане помощи действующей армии Российское общество винокуренных заводчиков придумало весьма хитрый и запутанной ход: оно обратилось к министру финансов П. Л. Барку с просьбой выдать Обществу 250 000 руб. в счет предполагаемых поставок спирта до 1 июля 1915 г. — за проданный по разверстке, с торгов и хозяйственным образом в размере 50 000 000 вед. и эту сумму удержать при расчете с заводчиками за спирт подобно тому, как это делается с задаточными деньгами из расчета по полукопейке с каждого ведра в 40°. Половину полученной суммы, т. е. 125 000 руб., передать в распоряжение Общеземской организации по оказанию помощи пострадавшим на войне, как наиболее родственной по составу деятелей с владельцами сельскохозяйственных винокуренных заводов, с тем, чтобы Общеземский союз употребил ассигнуемую сумму на организацию особого отдела имени Российского Общества винокуренных заводчиков с допущением уполномоченного по избранию его Общества. Другую половину, под контролем и по указанию Совета Общества, употребить на усиление и расширение уже организованной Правлением помощи больным и раненым воинам и на изыскание новых областей применения и сбыта спирта24.

Необходимому обследованию и испытанию подлежало применение спирта в качестве двигательной силы, а также в области производства химических продуктов. Все эти исследования были сопряжены с необходимостью производить лабораторные опыты, сооружать и усовершенствовать разного рода аппараты и даже небольшие заводы для выяснения как технической возможности, так и экономической выгодности осуществления различных предложений. А на все это были необходимы средства. Совет Общества винокуренных заводчиков с чувством признательности узнал, что по Главному Управлению неокладных сборов и казенной продажи питей на одни только испытания по применению спирта для движения автомобилей было ассигновано 30 000 руб.

Российское Общество винокуренных заводчиков выступило с призывом поддержать свою страну в борьбе с немцами: «Милостивые государи! Наше Отечество под влиянием ожесточенной борьбы с сильным врагом переживает высшее напряжение всех своих духовных и материальных сил и каждый гражданин, а тем более общественные организации должны всеми возможными средствами содействовать успеху начавшейся не по нашему почину борьбы. Поэтому Совет Общества… откликнулся на нужды раненых и больных наших героев‒воинов отчислением крупной суммы в фонд Общеземского союза, как наиболее родственного большинству винокуренных заводчиков‒земцев учреждения. Вместе с тем Совет усмотрел, что русская винокуренная промышленность под влиянием прекращения казенной продажи вина, переживает смертельную опасность вследствие прекращения спроса на производимый продукт с полным уничтожением вложенных, в эту промышленность капиталов и с разорением сельских хозяйств, связанных с винокурением. Поэтому решено проявить самую напряженную деятельность по изысканию новых путей для применения спирта, на поиск нужных для этого средств. В связи с этим Правление призвало всех винокуренных заводчиков жертвовать на нужды армии и на спасение самих себя, отчислением небольшой суммы в размере полукопейки с каждого поставленного и оплаченного до 1 июля 1915 г. ведра спирта, и заявлять об этом местным Акцизным управлениям тем же порядком, который будет установлен в каждом Управлении. Российское Общество винокуренных заводчиков выступило на защиту всех видов и родов винокурения, а также всех местностей, на которые распространяются действия казенной продажи питей. Было возбуждено ходатайство, сопровождавшееся личными докладами председателя и члена правления, всем министрам и Председателю Совета министров. Как это сознание, так и необходимость в самом ближайшем будущем обеспечить сбыт производимого продукта должны побудить каждого винокуренного заводчика немедленно присоединиться к деятельности Общества, вступлением в ряды его членов, так как в настоящее ответственное и крайне опасное для самого существования промышленности время, ни деятельность отдельных винокуренных заводчиков, ни местных их организаций, без объединения и солидарности не принесет никаких реальных результатов. Поэтому, немедленно присоединяйтесь к Российскому Обществу винокуренных заводчиков и записывайтесь в члены этого Общества!… Не забывайте, что в единении сила не только материальная, но и нравственная»25.

С 13 по 15 сентября 1914 г. состоялся Съезд винокуренных заводчиков, на котором были приняты следующие решения: из сумм, поступавших за спирт в данный период ассигновать на изыскание новых областей применения спирта 100 тыс. руб.; по заслушанному докладу правления о критическом положении всей винокуренной промышленности, вызванном полным отсутствием спроса на спирт, для выпуска которого было закуплено и уже собиралось около 200 млн пудов картофеля, а также обсудив заключительные части представления Министерства финансов в Совет министров по вопросу об урегулировании договорных отношений с винокуренными заводчиками по поставке спирта, единогласно было признано что выработанные Министерством финансов положения далеко не разрешали всех экономических, финансовых и сельскозяйственных вопросов, связанных с неожиданной приостановкой приема договорного спирта26.

Помимо этого Постоянное бюро съездов стеклозаводчиков устроило опрос для выяснения влияния войны на состояние стекольной промышленности. Ответы были получены от 37 фирм, из них выяснилось, что главнейшими и общими факторами, влиявшими на уменьшение производства, являлись: 1) уход мастеров; 2) стесненность кредита и неплатежи, как причина недостатка оборотных средств; 3) нарушение правильного коммерческого железнодорожного движения, вызвавшее недостаток сырых материалов и топлива, а также сократившее вывоз готового стекла. Для бутылочной промышленности кроме этих причин имело место также и отсутствие спроса на бутылки в связи с мероприятиями правительства в деле торговли спиртными напитками27.

В эти же дни прошло несколько правительственных совещаний. Так, вечером 15 сентября и днем 16‒го сентября 1914 г. состоялись заседания особого совещания при организации объединенной промышленности по вопросу о форме ликвидации договоров, заключенных между казной и винокуренными заводами на 1914‒1915 гг. Заводчики, как выяснилось, желали получить от казны 35 млн руб за ликвидацию паточного и хлебного винокурения с тем, чтобы картофельное винокурение продолжалось и заботу о хранении этого спирта ведомство приняло на себя. Совещание признало это желание правильным. 16 сентября состоялось последнее заседание межведомственного совещания, образованного под председательством начальника Главного управления неокладных сборов и казенной продажи питей С. С. Хрипунова, для обсуждения вопроса о торговле пивом. Совещание высказалось против возобновления торговли пивом после 1‒го октября, но, вместе с тем, признало возможным, если вопрос этот в дальнейшей инстанции будет разрешен в положительном смысле, допустить разрешение торговли пивом при следующих условиях: 1) крепость пива должна быть понижена до 2 1/2о градусов; 2) должен быть увеличен акциз на пиво, причем стоимость одной бутылки — не менее 25 коп.; 3) ограничение числа мест продажи пива28.