Обреченные на вечные скитания

Сперва неуверенно попытался разбудить друга, слегка толкнув его в плече благо он находился на расстоянии моей вытянутой руки даже чуть ближе. Вместо того чтобы проснутся или проявить свою проснутость он просто пробухтел сонным голосом:

«Мам, я посплю еще немного», и повернулся на другой бок. Словно он лежал на кровати, а не висел в воздухе.

Едва он повернулся на бок как с его груди посыпался лесной сор, громко шлепаясь на холодный пол подвального помещения. Все последствия ночного урагана валялись повсюду в том числе и дорожный знак пешеходного перехода, принесенного ветром откуда-то с далекой дороги, и провалившегося в подвал вместе с нами. – Вовка, - позвал его еще раз. Мой друг только отмахнулся.

Скажите, «это невозможно?» Конечно невозможно, и даже как-то неправильно, но вид завораживающий, вводящий в ступор. Вы не поверите, как я позавидовал ему в тот момент.

«Он мог левитировать, а я видимо нет». Примерно такие горькие мысли крутились в моей голове в тот момент. Но вскоре все изменилось.

Он вновь вернул своему телу исходное положение лежа на спине, по-прежнему веся в воздухе. Потом зевнул, открыл глаза и рухнул на пол, словно провалился сквозь невидимый матрас на котором он лежал, и ударившись плечами о лежавший под ним обломок какой-то доски, громко выругался, замотал головой, вытаскивая из-под себя обломки, тихо ругаясь не обращая на меня внимание, попутно пытаясь понять, откуда он только что упал.

Его «Воскрешение из мертвых» скорее всего произошло как и у меня глубокой ночью. Судя по скованности движений он тоже мучился от боли во всех суставах не меньше моего.

Чувствовали себя буратинами с ржавыми шарнирами.

Растирая затекшие руки и ноги описал ему вкратце ночные события и утренний инцидент. Он также кряхтя и чуть постанывая от всеобщей боли поднялся в более-менее устойчивое положение, и задумчиво почесал свой затылок видимо тоже не очень послушной рукой. Хотя и выглядело это как-то обыденно. Потом посмотрев на меня мутным взглядом, произнёс: «А ерунда какая-то!»

Как сами понимаете, что в этом подвале ни сундуками, ни сокровищами не пахло.

Зато присутствовал явный запах плесени и упавших в подвал химикалий. Вот от них нас просто выворачивало, а в разбитых деревянных ящиках виднелась лабораторная посуда и прочие прелести химической лаборатории, в виде штативов и обернутых в промасленную бумагу всяких держателей и подставок. Наши многострадальные корзинки вместе с грибами лежали тут же. Не без усилия мы поднялись на ноги и даже устроили себе нечто вроде утренней зарядки разогнали так сказать кровушку по телу. Стало полегче, и такой скованности уже не ощущали. А после десятка другого приседаний вообще раскраснелись, вернув себе прежней живой вид.

Окинув грустным взглядом пол помещения, в котором мы находились, решили собрать свое имущество.

Тщательно выбирая уцелевшие грибы мы с сожалением оставляли те, что были испорченные всевозможными порошками или осколками стекол. В конце концов, мы же не враги своему здоровью. Мысленно попрощавшись с частью своей добычи, оставшейся после нашей тихой охоты, предприняли попытку выбраться из подвала. Взобравшись на бензиновую электростанцию мы поняли что через пролом не выбраться. Очень уж плотно его перекрывали стволы и ветви поломанных деревьев, сваленных в одну кучу. Мало того ветви перекрывали дыру так их еще придавило железной ржавой конструкцией заваленной ураганом.

В итоге первая попытка не увенчалась успехом, и мой друг рухнув назад, крепко выругался, но чудом уцелевший рюкзак с бутербродами свисавшие своими лямками в подвал, зацепить ему все же удалось. Мы с надеждой в урчащих желудках откинули его клапан, и в один голос выругались.

— Вот зараза! – сердито произнес он, изучая дыру со следами мелких зубов, вытаскивая чудом уцелевший пакет с хлеба с сыром. Второй же, в котором еще вечером оставались бутерброды с колбасой, бесследно исчез. Ну не совсем бесследно, на дне рюкзака валялись хлебное крошки, мелкие надкусанные ошметки колбасы, и обрывки целлофана.

Видимо бутерброды с сыром им не приглянулись. Что не скажешь о колбасе.

- Зверушки тоже хотят кушать вот и подсуетились, -с некой брезгливостью произнёс я, осматривая то что уцелело после столь наглого грабежа, на предмет покусов.

- Гурманы, мать их за ногу, - ворчал Вовка вытряхивая из рюкзака, обрывки полиэтиленовых пакетов и крошек.

В этот раз на поверхность полез уже я. Мы даже пару ящиков сдвинули для удобства.

Эта попытка тоже оказалась бесполезной, и сплошное разочарование, пролезть через прогал среди ветвей и железной конструкцией оказалось невыполнимой задачей. И еще я увидел свой термос, точнее то что от него осталось. Раздавленный крепкой веткой, синий пластик его корпуса просто лопнул как спелый арбуз. При его виде я не литературно выругался, это был самый лучшей термос в нашей семье.

- Да, теперь Мама точно прибьет, - пробормотал я, с нескрываемой горечью, глядя на блестевшие на солнце осколки его стеклянной колбы. – Ты сперва отсюда выберись, - невесело прокомментировал Вовка, - а потом будешь сокрушаться по безвременной утрате своего термоса. Погибшего в неравном бою с бурей в лесах Захаркино.

- Ага, как подводная лодка в степях Украины, - не весело ответил я.

Что мы оказались погребенными под буреломом было и так очевидно, плохо что ни топора не пилы в подвале не обнаружилось. Настолько плотным оказался завал, что между стволов могла пролезть разве что рука, не более. Из всего оружия, только ножики, с которыми мы ходили по грибы.

- Ну что варианты у нас еще не закончились, произнес мой друг, и указал себе за спину на бронированную дверь. –«может там чего завалялось, топор, или пила какая-нибудь».

- Ну давай попробуем, - согласился я и направился к двери.

При помощи трубы, и такой-то матери, мы справились с ржавыми запорами. Кривой дубовый сук что валялся тут же можно было использовать разве что в качестве тарана. Но против бронированной двери, он был бесполезен.

«Откуда у нас появилась труба»? спросите Вы, отвечу: «мы ее нашли тут же, возле генератора. Для бревен она была бесполезной а вот запоры с ее помощью открыть получилось. Применив ее как удлиненный рычаг, сами запоры как сами понимаете приржавели если не на глухо то по состоянию близкое к этому».

Когда мы навалились на дверь она с трудом поддалась и первое что бросилось в глаза это железные клетки разных размеров, и в несколько ярусов, основная их часть оказались пустыми некоторые даже открытыми. Под ногами попадались кости, в общем помещение с клетками нам сильно не понравилось. Очень уж неприятно было наблюдать в них кости зверей, что укрепило в нашем сознании, версию об «опытах над животными, и паническом бегстве сотрудников этой лаборатории», иначе останков животных, тут бы не нашли. Хорошо что Вовка забыл выложить из кармана своей куртки электрический фонарик, иначе нам бы пришлось мастерить какой-нибудь факел. Это сильно напрягало, вдруг тут есть какой-то взрывоопасный или легко воспламеняющейся порошок, это все же хим-лаборатория и к тому же очень странная.

Когда же мы открыли вторую дверь то в узком луче карманного фонаря, предстала картина в лучших традициях фильмов ужаса.

В помещении явно медицинского предназначения царил полный разгром и это при закрытых дверях. Оборудование лаборатории было разворочено в хлам, медицинская мебель перевернута и раскурочена. Ощущение было такое что тут бушевал медведь. Костей животных тут правда не было но луч фонаря время от времени выхватывал довольно крупные фрагменты костей или обрывки медицинских халатов. И эти фрагменты принадлежали явно не животным. Чудовищного скелета мы обнаружили прямо поверх человеческих. Нас даже передернуло это что за чудовище они тут вырастили? По габаритам медведь но на его черепе были рога и клыки пусть часть и обломаны но здоровенные и опасные. Тут же на лестнице ведущей вверх среди тел мы увидели и ржавое огнестрельное оружие из которого видимо и расстреляли это чудовище. В пыли под ногами мы насчитали около сотни гильз. И судя по количеству гильз, этот зверь был невероятно живуч. Чтобы это все разглядеть фонарь уже не требовался. Дневной свет проникавший через дыру в которой мы еще вечером наблюдали дверь в подвал. Ночным ураганом снесло кусок стены оставив только ее обломки. Это проход тоже был завален поваленными деревьями, но промежутка между ними хватило чтобы вылезти из подвала разрушенного здания. Но едва мы оказались на поверхности как увиденное нами зрелище заставило нас застыть на месте.

Это было нечто.

Прямо перед нами поперек руин некогда существовавшего здания лежала водонапорная башня.

- Ну ни хрена себе! -Я в бога не верил но даже это зрелище заставило меня невольно перекреститься. Бак при падении на землю лопнул и все его тонны воды хлынули вниз смыв с поверхности ту злосчастную сторожку вместе с въездными воротами и обугленным молнией деревом, вывернутого из земли с корнями. Оно кстати маячило среди бурелома метров за сто от своего изначального места произрастания, если не больше. От расколотого и сплющенного при падении резервуара отслеживалась четкая широкая промоина с рыжим налетом, смывшая все со своего пути, местами вывернув из земли, даже куски старого асфальтового покрытия.

Мой друг, только и присвистнул.

Вокруг валялись разорванные куски бело ржавой бочки с оплавленной надписью «Пропан». Искорёженное основание газовой бочки, лежало в аккурат под опорами водонапорной башни, которую просто вывернуло из земли вместе с пластами бетона, асфальта, и земли.

«Так вот что взорвалось прошлой ночью, и взрывом опрокинуло водонапорную башню, на рядом стоявшее здание в котором мы и прятались вот только из-за деревьев мы ее не увидели. Ну а ураган довершил остальное. А мы уже тут на все надумались вплоть до вторжения инопланетян».

Все что осталось от некогда прочного, и надежного кирпичного здания, это одни руины. Обломки кирпичных стен, перемолотые расщепленными стволами, огромных деревьев, с завядшей и обугленной листвой. Металлические лабораторные столы, представляли из себя искореженные куски металла, едва ли не завязанные узлами. Мы перебирались с одного мокрого дерева, на другое, все время, натыкаясь на обломки сучьев и переплетенных между собой веток. Леса не было, был лесоповал. Причем пересекавший сам лес одной широкой полосой.

- Как катком проехали, - произнёс Вовка когда мы добрались до промоины все же лучше идти по свободной пускай и влажной земле, чем скакать по поваленным деревьям словно макаки.

Оставив позади руины химической лаборатории с торчавшими обломками кирпичных стен, заваленных древесными стволами, мы сделали передышку. Легкий ветер донес до нас все тот же зловонный химической дурман. Заброшенная просека, через сотни две метров представляла из себя совершенно непролазный бурелом.

На многих деревьях листва высохла и скукожилась, видимо взрыв пропана серьезно их опалил, и она осыпалась от нашего прикосновения подобно пересушенному гербарию.

Ну что за люди, они опять меня грубо прервали. Ладно потом расскажу что было дальше. L Всём пока!!!

Глава пятая. Дар

Всём привет! J

Если вы, сидя у телевизора, или смоля сигаретку стоя на балконе, внезапно увидите вылетающего из окна парня и летящего не на землю, а на крышу соседнего здания, знайте, это значит, что плохие парни все-таки добрались до меня. Да, несомненно, я необычный мальчик ну или парень если быть точнее, тут вы целиком и полностью будите правы. Как известно в жизни любого человека всегда остаются яркие воспоминания. Первый поцелуй, первый секс, первый полет, или первый прыжок с парашютом, ну это кому что. Вот и у нас было также.

Что с нами что-то не так мы ощутили сразу. Особенно это сильно ощущалось когда нам приходилось карабкаться по стволам поваленных деревьев. И это были настолько неприятные ощущения, что я не на шутку испугался. Особенно после того как перепрыгнув с одного ствола на другой, меня стало тошнить да к тому же еще и мутить и это все сразу и одновременно.

Не знаю даже как объяснить, ощущения были такие, словно неведомая сила возникает в районе солнечного сплетения, растекается теплой волной внутри меня и упирается в плечи, и голову, и выталкивает тело туда, куда собираешься прыгать. Это я даже не знаю, как это можно еще описать. Понимаю что это странно звучит, но когда, тебя буквально сдувает во время прыжка даже тогда когда тебе этого не надо, это бесит, уж поверьте мне на слово.

Когда я в первый раз пытался перепрыгнуть, то тошнота и дурнота так ударила в голову, что в глазах потемнело. Когда всё это отпустило, я понял что застрял среди веток, за намеченной целью, метров шесть от нее не меньше. Ну единственное что я мог выдать на школьном стадионе в прыжке с места, метр или полтора максимум, не больше, и то если очень сильно постараться. И это был мой придел, ну во всяком случае до всего этого. А тут махнул с десяток и не заметил, только слегка запыхался.

Я помотал головой, думая что это мне показалось, и это все еще дурацкая химия, которая никак не выветрится из моего организма.

- Как ты это сделал?! -удивлённо воскликнул Вовка, откашлявшись от накатившей на него дурноты и буквально впечатался в очередной ствол поваленного дерева неподалеку.

— Вот так как-то, - прошептал я, севшим от волнения голосом, пожимая плечами.

Я был удивлен не меньше его, и не нашёлся что ответить: «Ну, так получилось!»

Последствия ночной бури были просто катастрофическими, она выкосила широкую полосу леса, шириной примерно со школьное футбольное поле. ну может его половину. В общем приличное пространство.

Я бы предпочел больше топать по лесным тропинкам, нежели лазать по бурелому с корзинкой в зубах.

Когда мы выбрались за его пределы можно было класть язык на плечо, и падать на землю от усталости. Такое место нашлось.

Солнце находилось прямо над нами, когда мы выбрались за пределы бурелома на берег какой-то речушки и сделали привал на небольшом песчаном пляже на изгибе реки.

Это было красивейшее место.

К сожалению таких мест, в современном мире осталось мало. Очень мало, в таких местах всегда тянет на лирику. Понаблюдать за природой, подышать свежим воздухом, ну и просто отдохнуть.

Это было просто чудесное место, в те далекие времена. Сейчас там Новый микрорайон с многоэтажными домами и гудящими машинами. Ну я что-то опять ушел не в ту сторону.

Мы остановились на песчаном пляже, точнее повалились на него, так как сил куда-то идти, у нас попросту не осталось. Река тихо и плавно перекатывала свои воды, успокаивая нас своим всплеском о прибрежные растения и коряги. Кажется даже где-то время от времени плескалась рыба.

Вот так, лежа на песке, мы отдыхали прислушиваясь к звукам природы. Где-то посвистывали птицы, по одаль от нас где-то в камышах крякала утка. В этом месте река делала крутой поворот, и ее противоположный берег был полностью отвесный, между прочим тоже песчаный, а под ним вода была очень темной, что указывало на довольно глубокий омут. В отвесном противоположном берегу, буквально испещрённым гнездами, острохвостых ласточек, время от времени высовывались маленькие птичьи головки, и осмотревшись, они стремительно улетали в небо, и покружив в воздухе возвращались назад в свои норки. С нашей стороны наоборот берег был очень пологий, переходивший в язык песчаного пляжа. Тут росли невысокие кусты Ивы, и три берёзы, сразу за ними уже начинались лесные заросли переходившие в основной лес.

Вот на этом крошечном песчаном пляже, мы и расположились. Почему небольшой? Ну по тому что он был всего-то метров пять, ну может чуть больше с островками густой травы.

Белый речной песок, после ночного ливня с ураганом сохранил следы крупных промоин и многочисленных ручьев. Звуки природы нарушали разве что звуки наших собственных желудков.

Расположились мы на одном таком травянистом островке и решили приговорить то, что уцелело после ночного грабежа. Благо бутерброды с сыром не пострадали и лесные обитатели их пробовать не стали. Да и желудки стали урчать более настойчиво.

Это действительно было самое подходящее место для отдыха. Как раз перевести дух перекусить, и пустится дальше на поиски обратной дороги в цивилизованный мир, или обжитые территории, кому как.

Мы не сразу заметили что наша трапеза была под неусыпным наблюдением третьих лиц, точнее глаз, ну в общем птиц. На нас с наглыми глазками пялились черные вороны, пока мы уплетали чудом уцелевшие бутерброды, с печалью в голосе, поминая погибший чай. Понятное дело что «червячка мы заморили», а голод не утолили.

Что делать дальше, мы не представляли, точнее представляли, но не могли определить, как далеко мы находимся хоть от какой-нибудь дороги, или деревни.

Тут-то мы и вспомнили, про компас, а то как-то не до него было пока обезьянничали среди бурелома. Вот тут и вскрылась горькая, не утешительная правда.

Когда Вовка продемонстрировал пустую руку и с грустью произнес; «Сперва подумал что я его потерял, когда по деревьям скакали. Но потом вспомнил что его уже не было, когда я пришел в себя. Но как-то не до него было пока там шастали. А после той жути что видели, и вовсе про него забыл вон, тока от него след, и остался. Думал может в подвале обронил даже искал, пока собирал грибы».

Я присмотрелся к его темной загорелой руке. И в правду на ней отпечатался белый контур компаса со всеми его границами ремешками и застежками. Но цвет кожи? Посмотрел на свою, цвет точно такой же не считая грязи и что меня совсем не обрадовало это то, что краска циферблата моих часов вспучилась и местами даже осыпалась мелким порошком, словно они побывали в раскаленной печи а кожаный ремешок потемнел и скукожился.

- Что за черт? – выругался я, когда мне удалось снять свои часы. На моей руке красовался белый незагорелый отпечаток. Словно загорал на море не снимая часов.

Именно в этот момент закралось подозрение, что это была какая-то неправильная гроза, и мы под нее угодили. Хотя наверное нас и спасло то что мы провалились в подвал в том месте где пол подгнил, а то выглядели бы не лучше жареного мяса на шпажках.

— Это что же так жахнуло? – пытаясь приладить свои часы обратно на руку. Получалось правда не очень.

- И что же нам теперь делать? -осматривая наши пустые запястья, спросил друг, как будто я знал на него ответ.

Меня тоже в тот момент мучил тот же вопрос, и я усиленно подбирал варианты, но в голову лезли какие-то фантастические идеи.

Единственное в чем сошлись наши мнения, «это был не простой ураган».

А сейчас я в этом уверен еще больше, хотя ни обломков, ни пожара мы не встретили, лично я думаю, что мы оказались в эпицентре некоего испытания климатического или возможно плазменного оружия. Хотя те события для нас так и остались неразгаданными.

Жаль вы не видели лица моего друга, когда я показал ему свои часы точнее их внешний вид.

Я думаю, вы догадались, что случилось с его пластмассовым компасом, и почему уцелели мои железные часы, и вы будите правы.

Погрустив немного, мой друг решил воспользоваться дедовским способом, нашего определения местоположения на местности.

Как сами понимаете навигатора или Яндекс карт в тот момент у нас не было, так же как и гаджетов этого мира. Да и других миров тоже. Хотя я полагаю что их постигла бы таже учесть что и компас.

В общем решил он воспользоваться опытом сказочных героев из «Бременских музыкантов», что в принципе от методов и задумки не отличается, он просто решил залезть на самую высокую березу.

После легкого перекуса я не горел желанием двигаться с места и продолжал релаксировать на песке, наслаждаясь окружавшей меня безмятежностью, и спокойствием.

Вовка наоборот, горел желанием к активным действиям. Подошел к ближайшей березе, поднял руку наизготовку, и подпрыгнул.

То, что произошло в следующий момент, отменяло все законы физики и сразу. У меня «даже челюсть на песок упала», насколько это выглядело неправдоподобно.

Вовка ракетой взмыл вверх, и, ударившись головой о вожделенную ветку, перекувырнулся в воздухе и запутался в густых ветвях берёзы в десятке метров над землей, и словно рыба выброшенная на берег, хватал воздух, пытаясь отдышаться, безумно вращая очами.

Когда я пришёл в себя, я понял что стою на ногах с раскрытым ртом, и пялюсь на беспомощно болтавшегося в ветвях Вовку.

«Всё-таки он умеет левитировать», промелькнула шальная мысль в моей голове. В тот момент даже не знал, это хорошо или плохо.

Правда, в тот момент пока Вовка болтался на ветках берёзы, как елочная игрушка, на меня словно ступор напал, я находился в таком оцепенении, что не сразу расслышал его истошные мольбы о помощи, пытаясь понять, «как это вообще могло случиться»?

Тем временем мой друг немного отдышавшись, прокричал поддав петуха; - Что это было?!

- Понятия не имею?! – ответил я, почувствовав как в моем горле резко пересохло, а пить из реки со всеми ее бактериями я желанием не горел.

«Ты так и будешь стоять и глазеть, или всё-таки поможешь мне спуститься на землю?!»

В тот момент мне ничего лучшего в голову не пришло, как попытаться забраться на дерево, и по мере возможности распутать друга из неожиданной западни.

Подошёл к дереву, прикинул на глаз расстояние до нижней и самой крепкой ветки, метра три ну может чуть больше. Если правильно подпрыгнуть то достать можно а там подтянуться и во-аля. Присел и подпрыгнул. Вот тогда я и почувствовал, как по мне снизу вверх прокатилась теплая и очень мощная волна, она ударила мне в плечи и голову, и потащила вверх вместе с бутербродом поднявшегося из желудка до горла. Но он застрял где-то по середине, а меня швырнуло вверх.

Вы не ослышались, именно швырнуло да так что в глазах потемнело.

Это было мощнее ураганного ветра, подобно сильному смерчу подхватило, крутануло вокруг своей оси и поволокло вверх.

Вы когда-нибудь прыгали на пружинной кровати или батуте? Вот, это примерно то же самое, только вы раскачиваетесь, чтобы подлететь выше, а тут вы летите без раскачки, сразу и вверх.

Я почувствовал себя легким перышком, подхваченного сильным ветром. Точнее снарядом, выпущенным из пушки. Последнее самое точное описание этого состояния.

В голове все помутилось, мысли путались и сбивались. Сильный поток воздуха ударил в лицо, и сопровождаемый хлесткими, болезненными ударами о ветви.

Неведомая сила, тянула все сильней и сильней. Я потерял ощущения реальности, словно это всё происходило не со мной.

Только и успевал закрываться от болезненных ударов веток по лицу и телу, о ногах я вообще молчу, им досталось больше всего.

Через мгновение промелькнул перед глазами болтающийся в ветвях Вовка, мелькнули отталкивающихся от веток вороны, готовые взмахнуть огромными черными крыльями и тут же все исчезло где-то под ногами, прикрытое жёлтой листвой берёзы.

Как вам такой аттракциончик а?! Не слабо, да! Особенно когда в итоге ты крепко застреваешь в ветвях этого самого дерева, спутанный тонкими ветвями по рукам и ногам. А потом болтаешься над землей в нескольких десятках метров.

- И что делать дальше? -возник резонный вопрос в моей ушибленной голове, наблюдая как а из-под моих ног в разные стороны разлетаются вороны и с паническим криком, мечась по воздуху и гадя под себя.

Сердце бешено колотится, глаза слезятся, отхлёстанная ветвями кожа «горит адским пламенем» и при этом очень, очень хочется на землю. А падать с вершины березы желания не имеется.

Мне пришлось долго заниматься самоуспокоением, и когда мне это почти удалось, я испугался еще больше. Мое тело словно по мгновению волшебной палочки, стало наливаться тяжестью, а тонкие ветки дерева начинают, ломаться под моим весом.

Ещё мгновение, и я начал падать.

За то время падения вниз, пытался зацепиться за ветки. Получалось не очень особенно после того как мне по лицу прилетело еще пару ударов ветвей, и кажется даже пошла носом кровь. В этот момент вспомнил всех святых, и не святых, особенно когда ударился о новую ветку.