Идеальный гад

Только я опускаюсь на стул

– Мяу! – раздаётся громче.

Звук идёт прямо из Кузиной спальни.

– Блин, Персик – выругивается девчонка.

Удручающая догадка о появлении питомца без моего ведома выводит из себя.

– Ты чё, притащила кота?! – гневно громыхаю.

Подрываюсь со стула в погоню.

– Ой!

Вздрогнув с испугу, Кузя забегает в комнату и захлопывает перед моим носом дверь.

Успеваю перехватить ручку до закрытия. Сильно дергаю на себя.

– Ай. – Сестра по инерции врезается в меня и тут же толкает в грудь. – Не трогай его. Персик хороший.

– Кыш!

Силой убираю с дороги девчонку и рассерженным взглядом натыкаюсь на рыжего, усатого, с наглой мордой кота

Глава 5

Пётр

Вы когда-нибудь разговаривали с котом взглядами? Когда у тебя просто слов нет выразить всё своё возмущение!

Я такой: «Здрасьте, блядь!»

А Персик: «Чё надо?»

Я: «Пошёл на хуй отсюда!»

Персик: «Сам пошёл!»

Я: «Ну, Рыжий, тебе пизда»

Персик: «Это мы ещё посмотрим».

Сука.

Как будто это его пушистые хоромы, а я челядь кожаная. Персик – далеко не жирный ленивый кот. У него видок отпетого дворового хулигана, а милое имечко как насмешка. Кончики ушей пооткусаны, над бровью рассечение, усы неодинаковой длины. Глаза бесстрашные и наглые, словно весь мир, и меня в том числе, он на хвосте своём вертел.

– Этот ходячий комок шерсти не будет здесь жить! – взбешённо говорю Кузе.

– Но

– Животину не потерплю! – категорично отрезаю. – На выселку его. Немедленно.

– Куда он пойдёт?

– На шаверму самое то, – коварно улыбаюсь коту.

– Ах! – возмущенно восклицает Кузя и стреляет в меня сердитым взглядом. – Персика в обиду не дам. Он мой друг!

– Да мне похуй, веришь?

– Какой ты жестокий! Бессердечный!

– О да – с наслаждением протягиваю. – Вы можете оба уматывать из квартиры, раз друг без друга не можете. Я без вас буду жить припеваючи!

Тут в носу начинает щекотать. Я чихаю. Да так, что стекла в окнах дрожат.

– Фу, твою мать, – выругнувшись, потираю переносицу.

– Но, Петя, пожалуйста – молебно тянет Кузя.

Первый раз по имени меня называет. На жалость давит.

– Ты готова обрить его налысо? – с вызовом говорю.

Персик, почувствовав угрозу, замирает и на хозяйку смотрит.

– Что за извращения? – округляет глаза та.

– У меня аллергия на шерсть, дура, – злюсь. – Так что либо ты мотаешь из него клубки, либо он идёт на хрен отсюда.

– Я не могу его выгнать – жалобно смотрит на любимого питомца сестричка.

– Зато я могу.

Поморщившись, беру кота за шкирку и несу на выход.

– Петя, нет, пожалуйста! – пищит на бегу Кузя.

– Да-а! – злорадствую.

Её истерика лишь подзадоривает меня.

– Из него получатся вкусные пирожки! Со вкусом персика, – подтравливаю.

Девчачий визг против моей коварной усмешки.

Вдруг Кузя намертво прилипает к спине и всем своим весом удерживает меня на месте. Её тело трясётся от шумных всхлипов. Слёзы, сопли вытираются о футболку. Мелкую разносит в эмоциях не на шутку.

– Персик мне жизнь спас! – отчаянно выпаливает она.

– Душещипательная история будет? – закатываю глаза.

Чувствую, что в ход идёт тяжелая артиллерия. Не выношу слёз, слабость выбешивает. Девочки манипулируют этим, поэтому не особо трогает. Но тут почему-то даю шанс выговориться.

Сестра бессильно сползает со спины на пол и демонстрирует шрам на ноге в районе щиколотки.

– Бешеная собака напала, когда мне лет семь было – судорожно вспоминает. – Персик, как настоящий друг, отважно на защиту мою встал, все глаза псу выцарапал Никого рядом не было. Если б не он, растерзала бы меня овчарка.

Перевожу взгляд на кота, он молча подтверждает.

– Я его из детдома с собой забрала. Так и сказала: без Персика – никуда! Он мне породнее всех будет. И в горе, и в радости. Помню, обожрались как-то сгущенки и на пару потом блевали

Розовые губки растягиваются в улыбке и спускают веселый смешок.

– Выбросить его – это всё равно что родного человека предать, понимаешь? – проницательно уставляется на меня Кузя.

– Он мне – никто! – напоминаю.

– А станет лучшим другом, – уверяет она.

– Это вряд ли, – сужаю глаза на усатую морду.

Персик зубы скалит. Если оставлю его, все тапки обоссыт из-за того, что поставил кошачий авторитет в столь унизительное положение.

– Ну пожалуйста, Петя – опять стонет Кузя.

Слезные глаза блестят. Нижняя губа дрожит. Ладони у груди сложены в умоляющем жесте.

– У меня аллергия, понимаешь ты или нет? – с укором смотрю на бестолковую.

– Он в моей комнате будет жить. Ты его вообще не увидишь! Буду вычёсывать и мыть кота каждый день, полы драить, пылесосить. Тут будет чище, чем было, – с запалом говорит защитница.

– Без него всяко чище будет, – изображаю непреклонность.

А сам думаю: давай умоляй меня ещё! У-мо-ля-й! Можешь на колени упасть, чтобы я сжалился наверняка.

– Дай один шанс. Я всё что угодно сделаю, – смело выдыхает Кузя.

– Всё что угодно, говоришь?

Сканирую прищуренным взглядом сестричку.

Да что с тебя взять-то? Домовой с рыжими косичками

А почему бы не нанять его в личное услужение? Пусть отрабатывает проживание.

Эксплуатировать буду по полной.

– Хата чтоб блестела, – почувствовав власть, повелеваю я. – Всё хозяйство на тебе. Стирка, глажка, уборка. А ещё Готовить мне будешь. Всё, что захочу. Каждый день.

С каждым новым условием лицо Кузи вытягивается сильнее. Брови хмурятся. В глазах отчетливо фраза высвечивает «Да ты охренел».

Так точно, детка.

Дерзко дергаю бровями.

– Согласна или как?

Плотно сжатые губы сопротивляются. Глаза косятся на кота, который до сих пор висит в моей руке. Сглотнув претензии, Кузя кивает:

– Согласна.

– Окей. – Разжимаю пальцы.

Персик приземляет на лапы и, мяукнув кошачьим матом, удаляется в спальню.

Заключив сделку с Рыжей, я достаю из кармана телефон.

– Диктуй свой номер. Буду присылать меню того, чем захочу полакомиться. И чтоб свежее, горячее, вкусное к моему приходу было готово, – гонора добавляю.

Как на прислугу смотрю.

И пусть попробует только возразить, теперь я знаю её слабое местечко.

Скрипя зубами, Кузя диктует телефон. Я вбиваю цифры и сохраняю контакт «Домовой». Дозвон делаю.

– Один. Единственный. Шанс, – выставив указательный палец, шиплю предупреждение. – Облажаешься - я даже до двери не дойду, Персик полетит из окна. Уяснила?

Кузины сверкающие глаза проклинают меня, а губы отвечают:

– Да, мой Император, – с издёвкой. – Как вас правильно величать, не подскажете? Какой вы по счёту в династии – Пётр V или VI?

Выпустив смешок, она быстро клацает по экрану, сохраняя мой номер.

– За такие шуточки – мрачнею.

– Прошу простить меня, Ваше Величество. – Исполняет корявый реверанс и с притворной почтительностью улыбается.

Высмеивает меня, рыжая ведьма.

Открываю рот, чтобы рявкнуть, но вместо этого чихаю. Три раза подряд. Аж перетряхивает.

– Зараза такая

Хихикнув, Кузя убегает в комнату. А я Недовольно фыркнув, толкаю дверь и шурую в аптеку за антигистаминным препаратом.

Глава 6

Кузя

Сообщение от Императора: «Фуа-гра с черным трюфелем и грушей в ягодном соусе».

Я даже баранкой давлюсь, когда читаю. Откашлявшись, перечитываю ещё раз и изумленно приподнимаю брови. Он обалдел? Пишу ответ.

Я: «Аппетит у вас царский, Ваше Величество».

Голимый сарказм. Переводится как «Ты глубоко зажрался, братец».

Пельмени или спагетти с сыром – вот между чем был мой выбор на сегодняшний ужин.

Вчера мажор за милую душу борщ ел, не жаловался. А тут ему деликатесы для богатых подавай на тарелочке с голубой каёмочкой.

Ещё б знать, как это готовить!

Интересно, из яиц и молока реально сделать фуа-гра? В холодильнике шаром покати.

Император: «Я приду ужасно голодный. Если еда не будет готова, то съем твоего кота».

У, живодёр!

Я: «Не переварите, миленький. Запамятовали? У вас аллергия».

Император: *фиолетовые смайлы с рожками*

Копирую заковыристое название блюда и вставляю в поисковую строку Гугл.

Интернет всемогущий, помоги с рецептиком!

Через секунду на экране всплывает результат.

«Фуа-гра – специальным образом приготовленная печень откормленной утки или гуся».

Ну вот, нельзя было сразу по-русски?

Читаю рецепт приготовления с черным трюфелем и грушами и понимаю, что у меня из ингредиентов – ни-че-го из требуемого!

Да и на какие шиши я должна это всё покупать?!

Открываю мессенджер и строчу сообщение братцу.

Не успеваю отправить, как домофон издаёт трель. Слегка удивившись, иду в холл и снимаю трубку.

– Здравствуйте, доставка продуктов.

– Эм-м – зависаю на мгновенье. – Заходите.

Через минуту паренёк из службы доставки заносит в квартиру четыре пакета продуктов. Смотрю я на всё хозяйство широко распахнутыми глазами и думаю Братец что, весь ассортимент магазина скупил?

Блин, теперь от приготовления фуа-гра не отделаться.

– Персик, – кряхчу я, волоча один пакет за другим на кухню. – Помогай! Мне без тебя не справиться, дружок.

Котик оказывает моральную поддержку. Понимает, ради кого я тут в служанки определилась.

Разложив продукты по полкам, я оставляю на столе то, что понадобится для приготовления ужина.

– Ну-с, начнём, – с энтузиазмом хлопаю в ладоши.

Фартук, косынка, перчатки – и я в деле. Пересматриваю рецепт и действую четко согласно ему.

Процесс идёт не по плану, когда нужно поджечь утиную печень, облитую вином.

– А-а-а, мамочки – паникую и трясу сковороду, охваченную огнём.

Испугавшись пожара, сую всё добро под струю воды.

– Ш-ш-ш Дура, – раздаётся ехидное шипение.

А я выпускаю мучительный вой в потолок.

Зато Персик довольный – с удовольствием съедает мяско, которое я испортила.

Попытка номер два. Беру под контроль эмоции и повторяю фламбирование на ура. Ничего не сгорело – считаю, это успех. Мои бедра исполняют ликующий танец в честь маленькой победы.

Пока Персик, наевшись, облизывает лапки, я со всем старанием произвожу на свет кулинарный шедевр.

И не дай бог, привередливый мажор не оценит результат по достоинству!

Отправляю фуа-гра в холодильник на остывание и занимаюсь ягодным сиропом. Мельком на часы поглядываю, как бы Император раньше времени не прибыл.

По окончании готовки прибираю кухню и устало заваливаюсь на кровать. Персик тут как тут. Мурчит, ласки просит. Поглаживаю рыжую шёрстку и приговариваю:

– Ничего. Всяко лучше, чем под мостами ошиваться, а?

Мне вдруг вспоминается тот бунтарский момент в юности, когда сбежала из детдома. Трое суток своими силами выживали с Персиком. Это было смело и незабываемо.

Пока отдыхаю, не замечаю, как проваливаюсь в легкую дремоту.

Резко просыпаюсь от хлопка входной двери.

Его Величество пожаловало.

Выхожу из комнаты и без лишних команд сервирую стол. Подаю блюдо как в ресторане, один в один копия с картинки.

– Справилась? – с весёлой улыбкой засучивает рукава парень.

Его приподнятое настроение обнадёживает.

– В следующий раз выбери что-то поизысканнее. Уж слишком просто, – иронично отвечаю.

Немцов с усмешкой стряхивает вымытые руки и садится за стол.

Я разогреваю себе спагетти с сыром, от печени меня воротит. Уж не знаю, как другие её едят.

Мой повелитель, вооружившись вилкой, протыкает кусочек фуа-гра и запускает в рот. Я даже замираю в ожидании его реакции.

Ничего не говоря, парень съедает второй кусочек.

– Приятного – отмираю.

Взглядом встречаемся. Он кивает. Запускает в рот ломтик груши и молча пережевывает. Лицо непроницаемо. Не ясно, восторг или разочарование испытывает он от поедания деликатеса.

Усаживаюсь напротив гурмана и скромно жую спагетти. Время от времени глазками стреляю в парня. Он съедает всё до крошки и прикладывает салфетку к губам.

– И как? – требую оценки.

– Паршиво, Кузя. Паршиво. – Пренебрежительно бросает смятую салфетку на тарелку.

– Поэтому ты всё сожрал?! – возмущаюсь.

– Я был слишком голоден.

– Ах, ну конечно! – Красными пятнами покрываюсь.

Уперев ладони в стол, Немцов шумно отодвигает стул и приподнимается.

– Не способна воспринимать критику? – язвительно задирает бровь. – Считаешь себя великим шеф-поваром?

– Нет, но – чуть тушуюсь.

– Гов-но, – ловко рифмует он, описывая данным словом мои способности.

Лицо оскорбленно вытягивается.

«Сам ты кусок говна!» – сверкают глаза.

Выдержки едва хватает, чтобы в ответ не выдать таких «ласковых» фраз.

Противный какой, а!

Ядовито улыбнувшись, братец отталкивается от стола и царской поступью шурует к себе.

Чересчур сильно стискиваю пальцами вилку, которая могла бы стать холодным оружием против мерзкого родственничка. Но по факту мысленно шлю проклятия ему в спину.

– Кофе мне принеси, – приказным тоном говорит Повелитель перед тем, как скрыться за дверью.

– Козёл неблагодарный – расстроенно выдыхаю я.

И как такого земля носит?

Вот на 99% уверена, что он специально издевается. В отместку за то, что я существую на его квадратных метрах.

Выжить меня хочет, гад. Морально задавить. Да в курсе ли он, какие круги ада в детдоме я прошла, а? Там своя дедовщина была. Закаляли всеми способами. Так что меня так просто не проймёшь.

Из комнаты выглядывает рыжая мордочка, которая напоминает, по какой причине я терплю и обхаживаю вредного братца.

Вздохнув, иду делать кофе. Пока кружка заполняется напитком, убираю посуду в раковину.

В дверь звонят. Опять доставка? Места уже нет ни в холодильнике, ни в шкафах.

Глянув в глазок, вижу молодую девушку. Приподняв брови, отрываю дверь.

– Здравствуйте, вы к Пете? – приветствую симпатичную незнакомку.

Она похожа на модель, которая только сошла с подиума. Длинноногая смазливая блондинка в фэшн-платье и на шпильках. Яркий парфюм закладывает ноздри.

– Да. А ты кто такая? – грубо отвечает она и сканирует меня с ног до головы. – Что ты тут делаешь?

– Я живу тут.

– Чего? – с претензией повышает интонацию девушка.

Скривив лицо, она с вызовом шагает на меня. Как кобра перед броском. Я интуитивно отступаю.

– А вы кто, простите? – сохраняю такт.

– Я его девушка! А ты временная подстилка.

Судя по ревностным ноткам в голосе, она думает, что я сплю с Немцовым. Бред несусветный.

– А давайте вы не будете хамить, – хмурюсь я.

– Слушай сюда, чучело, ты немедленно собираешь манатки и уматываешь отсюда. Пока я тебе рыжие космы не поотрывала, – угрожающе тычет в меня пальцем девушка.

Маникюр у неё длиннющий, заострённый. Против моих коротких явно выигрывает. Да и ввязываться в драку из-за братца – больно надо.

– Петя! – ору я. – К тебе пришли!

Его Величество выходит из опочивальни. Его лицо изображает замешательство, увидев собственную пассию.

– Дина?

Девушка сразу нападает.

– Как это понимать, а? Уже другую себе нашёл?! – кивает на меня.

– Не ори, – мрачнеет Немцов.

– Перестану, когда эта швабра уберётся из твоей квартиры!

– Она никуда не уйдёт, – твердо отрезает он.

Дина возмущенно хватает воздух ртом.

– Это моя сестра. Она тут живёт, – поясняет парень.

– Ах! Ничего лучше придумать не мог! – оскорбившись, выплевывает девушка. – Так бы и сказал, что я тебе больше не нужна!

Толкает его в грудь.

Я не сдерживаю улыбку.

Ой, а где мой попкорн? Такое представление увлекательное, только успеваю с одного героя на другого взгляд переводить.

– Кузя, скажи ей, – гремит брат, пуская в меня требовательный взгляд. Чтоб я подтвердила его слова и эта истеричка успокоилась.

А что я? Я не собираюсь его выгораживать.

– Ну – растягиваю губы. – Не совсем так.

Если хорошо подумать, не сестра я ему. Формально лишь.

Хлесткая пощёчина прилетает по мужскому лицу.

Ах, как прекрасно! Можно ещё?

Братец выжигает убийственным взглядом мою ликующую физиономию.

– Какой же мерзавец ты, Немцов! – вопит Дина. – Думал, я у тебя в ногах ползать буду?

– Идиотка – рычит парень. – Это реально моя сестра.

Грубо схватив девушку за руку, уволакивает её в свою берлогу, чтобы продолжить разборки без свидетелей.

Они орут за стеной, а мы на пару с Персиком ухохатываемся.

Глава 7

Пётр

– Ты вернулась для того, чтобы тупо поругаться? – теряю терпение в словесной перепалке с Диной. – Ну, цель достигнута. Теперь можешь быть свободна.

Развернувшись, оставляю позади девушку и выхожу на балкон. Подкуриваю «Chapman» и частыми затяжками сжигаю сигарету до фильтра. Натянутые нервы чуть расслабляются.

Последняя дымная струйка вылетает в воздух. В горле горчит. Не от табака, а от разочарования. Отношения с Диной так осточертели. Она выела мне весь мозг. Честно, я даже выдохнул, когда она ушла от меня. Нет, не изменял. Проявлял недостаточно внимания и тем самым давал повод для ревности. Она оказалась ещё той истеричкой.

Ушла, хлопнув дверью, типа «не звони, не пиши, не ищи, имя моё забудь». Так я даже пальцем не шевелил. Сама пришла. И опять двадцать пять.

Пусть сваливает в закат окончательно, раз так. Уходя – уходи. Я точно переживу. «Любовь до гроба» – точно не про мои чувства к ней. Ну да, ухаживал, ну да, встречались, ну да, трахались – неплохо было. Но так, чтобы бегать за ней и на коленях прощения просить, – никогда.

В последнее время Дина вызывает раздражение, и только.

Я напрягаюсь, потому что сзади доносятся её шаги.

Думал, ушла уже. А нет. Чё ещё хочет?

– У меня нет желания разговаривать, – прямо обозначаю.

И слушать её претензии уж тем более.

Щелкнув зажигалкой, прикуриваю вторую сигарету.

Женские руки мягко обнимают меня со спины.

– Ну извини Ты просто ничего не говорил про то, что к тебе переедет сестра, – елейно тянет Дина. – Естественно, я приревновала.

Она прижимается плотнее ко мне и примирительно вздыхает.

Её ладони скатываются с груди на пресс и залезают под кофту. Тонкие пальчики нежно поглаживают напряженные кубики и дорожку волос от пупка. Двигаются вниз и упираются в ремень.

– Я скучала, – признаётся Дина, сжимая металлическую бляшку. – А ты?

А я молча курю.

Она принимает это за положительный ответ и, поцеловав меня в спину, начинает расстегивать ремень.

– Что ты делаешь? – бросаю взгляд через плечо.

– Хочу загладить вину. За пощечину. Я была не права.

Её голос стал похож на приторное мурлыканье.

Она проворно дергает молнию на джинсовых шортах.

Я приподнимаю брови. Да тут неожиданный отсос намечается.

Не останавливаю её. С удовольствием приму такие «глубокие» извинения.

Потушив бычок, разворачиваюсь и опускаю взгляд вниз. Дина уже опустилась на колени и прибрала волосы назад.

Облизнув губы, она приспускает шорты вместе с трусами и, не медля, заглатывает член. Дальше действует по отработанной технике. Оральные ласки – её конёк.

Облокотившись на подоконник, я закрываю глаза от приятных ощущений. Обожаю, когда женский рот занят делом и не несёт хуйни. Всегда бы так.

Собираю длинные волосы в кулак и, надавив на затылок, толкаюсь глубже в женский рот. Бедра наращивают темп, член раскаляется. Дохожу до пика и кончаю в глотку.

Ка-айф.

Дина поднимается с колен и тянет меня за руку в спальню, рассчитывая на продолжение.

Я смотрю на её разомлевшее лицо и сомневаюсь: трахнуть или нет?

Девушка сама расстёгивает платье, и оно эффектно падает к ней под ноги. Глаза загораются на сексуальное полуголое тело. Оставшись в одних трусиках, Дина обольстительно крутит задницей и заигрывает глазками:

– Возьмёшь меня сзади?

Шлепнув по упругим ягодицам, она забирается на кровать и встаёт на четвереньки. В спине прогибается, а попку кверху задирает, типа на всё готовая. Только бери.

Задумчиво потираю подбородок, глядя на столь заманчивую позу.

Возбужденный член дергается в знак согласия.

Ладно, трахну напоследок малышку.

Оргазмические стоны Дины во время секса разносятся на всю хату.

Надеюсь, мы сильно помешали Кузе? Настолько, что её х.б. трусики ненароком взмокли. Камон, она же стопудово девственница. Мальчики её ещё не трогали по-взрослому. Так что от одних только звуков секса её щёчки должны покраснеть, а между ног запульсирует от возбуждения.

Не знаю, зачем я вообще об этом думаю. Откровенные мысли сами в башку лезут.

В квартире стоит гробовая тишина, когда мы выходим из спальни.

Дина сразу идёт в холл прихорашиваться перед зеркалом, а я решаю заглянуть к Кузе с важным поручением.

Открыв дверь её комнаты, закатываю глаза.

Эта «старушка» как ни в чём не бывало вяжет спицами в привычной позе лотоса. Меня не замечает.

– Эй – прочищаю горло.

Не реагирует.

Подхожу ближе и понимаю, что она в наушниках.

Выдергиваю один и, приподняв бровь, смотрю на девчонку сверху вниз.

– Чего надо? – хмурится сестрёнка.

– Мы не сильно тебе помешали? – с усмешкой.

– Ты о чём? – Три секунды непонимания, следом за которыми она снисходительно опускает ресницы и кивает: – Ах, ты про пятиминутный акт соития?

Её глаза насмешливо блестят. Вздохнув с каким-то сочувствием, она отмахивается.

– Пятиминутный? – оскорбленно приподнимаю брови я.

Она чё, засекала?

– Да. По продолжительности как одна короткая симфония, которую я включила, чтобы не слышать истошные звуки, как будто режут кого-то.

Кузя жестко стебётся, сохраняя полную невозмутимость. Из меня вырывается нездоровый хохот. Это задетое мужское достоинство сокрушается.

– Ты... – приличных слов на неё не хватает.

Стиснув зубы, давлю девчонку потемневшим взглядом.

– Ты спринтер, – спокойно заканчивает она и пожимает плечами. – Бывает. Не расстраивайся.

Да какого хера? Многое она понимает в этом!

– А ты марафонцев предпочитаешь, да? – подлавливаю её.

Хоть бы чуточку смутить это рыжее создание.

– Я не ради спортивного интереса, – поправляет очки Кузя и важно продолжает: – Исключительно по любви.

Ну да, члена мужского-то в глаза не видела. Сидит и выёбывается.

Та-ак бесит!

– М-м-м, – недовольно кривлю губы. – Да кто на тебя посмотрит-то? Кошатница. Со спицами своими.

Какая-то неуправляемая злость закусывает. Небрежно дергаю за пряжу, и металлические спицы летят на пол.

Помрачнев, Кузя подбирает их и угрожающе направляет заострённые концы в меня.

– Ещё слово, и я вспорю тебе живот, – опасно сверкают её глаза.

Она резко превращается из безобидного домовёнка в суперзлодейку. Её напарник Персик спешит на подмогу и самоотверженно скалится, шипит на меня.

Неадекватные создания. Я отступаю ради своей же безопасности.