Полная версия
Геноцид, которого не было: правда и ложь о красных кхмерах
Антон Понамарёв
Геноцид, которого не было: правда и ложь о красных кхмерах
© Понамарёв А. В., 2026
* * *Издание книги стало возможным благодаря поддержке многих неравнодушных людей. Без вас, дорогие читатели, без вашей финансовой поддержки ничего бы не было, поэтому редакция издательства искренне благодарит вас за помощь. Значимую финансовую помощь оказали: Александр Гондарь, Станислав Еговцев, Максим Калашников, Кирилл Малошенко, Григорий Смолкин, Арсений Димитров, Артём Пальчиков, Алексей Ланда, Азамат Салахиев, Лев Лебедев, Евгений Бочкарев, Ольга Воблова, Дмитрий Морозовский.
Выражаем особую благодарность товарищам, внёсшим существенный вклад в выход книги. Артём Козуля, Дмитрий Солодянников, Николай Песков – огромное вам спасибо!
* * *Предисловие Петра Балаева
Отличнейшая работа. Исследование с безукоризненной фактологией, неоспоримой аргументацией и выводами, закрывающими все вопросы по теме. Вопросов по теме Кампучии после книги нашего товарища нет. Зато появляются интересные и щекотливые вопросы к господам, которые представляют российское левое движение.
Ещё несколько лет назад, когда наша нынешняя организация, Российская Коммунистическая Партия (большевиков), существовала в виде Коммунистического Движения имени «Антипартийной группы 1957 года», мы имели наглость (а точнее, не наглость, а основания) заявить, что являемся единственной коммунистической организацией в России, что все остальные группы и партии, называющие себя таковыми, называться коммунистическими не имеют никакого права. Немедленно от этих господ раздался истошный вопль с обвинениями нас в сектантстве.
И тогда мы этим господам начали задавать кое-какие вопросы. Например, почему никто, кроме нас, не заметил, что вся так называемая «ленинская гвардия», которую якобы уничтожил Сталин в результате чисток и процессов 30-х годов, была настолько ленинской гвардией, что ещё при жизни Владимира Ильича почти постоянно находилась в активной оппозиции к нему?
Например, как так вышло, что только наша организация возмутилась чудовищной ложью, оскорбительной для советского воина, советского народа, его руководства, сломавших хребет фашизму, о потерях СССР в Великой Отечественной войне, выдутых Хрущёвым и Брежневым (из пальца буквально высосанных) до 20 миллионов человек, а затем, уже в Перестройку, доведённых до почти 27 миллионов человек? И все, абсолютно все левые и называющие себя коммунистическими организациями России сегодня согласны с 27 миллионами без всяких даже оговорок. Как так вышло, господа? Господа, но ведь это же позор какой-то: никто, кроме нас, «сектантов», не возмутился представленной российской публике фальшивкой из Росархива о фальсификации подвига 28-ми панфиловцев корреспондентами «Красной Звезды». Никто! Понимаете, никто! Закадычный приятель известного Роберта Конквеста, поклонник А. Солженицына, бывший директор Росархива Мироненко размахивал, как флагом, этой фальшивкой, и НИКТО даже не пикнул в защиту чести и достоинства, памяти наших воинов, погибших за Родину у разъезда Дубосеково!
Как так вышло, господа, что никто, кроме нас, не возмутился безобразнейшей клеветой в адрес тех людей, настоящих большевиков, настоящих соратников Сталина, в честь которых было названо наше Движение, с обвинениями их в лузерстве, в интриганстве, в заговоре, в результате провала которого они проиграли в борьбе за власть лично Никите Сергеевичу Хрущёву? Более того, из этой группы трое: Ворошилов, Каганович, Молотов – ещё и с Лениным плотно работали. Это не только соратники Сталина, но и настоящая ленинская гвардия.
Господа, а как вы умудрились не заметить того, что почти сразу после смерти Иосифа Виссарионовича и расправы с его соратниками, «антипартийцами», были реабилитированы, подняты на щит и стали прославляться, как выдающиеся борцы за Советскую власть, те персонажи, которых на политических процессах 30-х годов обвинили и осудили за намерения свергнуть Советскую власть и реставрировать в стране капитализм? Как вы умудрились не связать процессы присвоения улицам, скверам, площадям, школам и т. д. имён Тухачевского, Гамарника, Якира, Уборевича и т. д., осуждённых за участие в троцкистско-фашистском заговоре с целью реставрации капитализма в стране, с теми процессами, которые шли в СССР с 50-х годов и закончились распадом СССР? Как так получилось, что китайские коммунисты связали, а вы до сих пор с выпученными от напряжения глазами ищете причины крушения социализма в СССР?
Как так вышло, господа, что вы все дружно согласились с наглейшей, безобразнейшей, запредельно бесстыдной клеветой на сталинский режим, коммунизм и Советскую власть, с клеветой, которую начали сочинять ещё в гитлеровской Германии, потом оттуда с бежавшими от Советской Армии коллаборационистами, изменниками, предателями эта клевета была перенесена в США, где в Гуверовском институте была оформлена в виде концепции «Большого террора», а на излёте Перестройки нашими деятелями из запрещённого ныне «Мемориала» под руководством А. Н. Яковлева и под непосредственным патронажем самого Конквеста, автора термина «Большой террор», этому был придан вид массовых бессудных расстрелов 37–38 годов? Господа, как так вы умудрились согласиться с дичайшей клеветой на Советскую власть в виде бессудных расстрелов 656 тысяч советских граждан? Как вам только пришло в голову признать за факт безобразнейшую даже в смысле её технического исполнения клевету, уравнивающую органы правопорядка СССР с фашистскими зондеркомандами, а политический режим СССР – с фашистским. С фашистским?! Даже гитлеровский режим не доходил до такого зверства в Германии! Как, господа?!
И вы, наверно, уже думали, что мы все вопросы вам задали? Как вы ошибаетесь! И вот вам новый вопрос задаёт наш товарищ Антон Понамарев этой книгой: господа, объясните, зачем вы, все лидеры, руководители всех левых российских организаций, все поголовно, как один, в той или иной форме, но все поголовно, высказались о коммунистическом режиме красных кхмеров Кампучии, как о преступном режиме, устроившем в Кампучии геноцид, уничтожившем несколько миллионов людей?
Вы заметили, что я не задаю вопросов: «Как? Почему? Почему вы не смогли понять, что обвинения Пол Поту в геноциде его народа – клевета?» Такого вопроса нет. Его по определению нет и быть не может. Все те зверства, которые приписали красным кхмерам американская и (дыхание задержите!) брежневско-сусловская пропаганда, доказательства и факты этих зверств – на таком уровне, что ответа «Я не догадался» – принять нельзя. Или вы должны признаться, что являетесь умственными дегенератами, жертвами генетических неудачных экспериментов и представить соответствующее медицинское заключение. И хотя некоторые из вас даже одним выражением своего лица такие подозрения внушают, но большинство признано на медкомиссиях дееспособными. Поэтому у нас к вам вопрос: зачем, с какой целью, в интересах кого и за сколько вы все (абсолютно все) высказались в той или иной форме, что коммунистическая власть, как пример – режим красных кхмеров, может быть настолько преступной, что её преступность выльется в натуральный геноцид? Кто ваши заказчики?
И, конечно, Антон, после выхода твоей книги эти господа снова будут повизгивать в наш адрес, что мы не занимаемся актуальными вопросами современности, чего требуют интересы пролетариата, а ударились в историзм. А вопросы истории уже не актуальны. Актуальнее ипотека и пенсионный возраст. Мы не против актуальности ипотеки и пенсионного возраста, но, господа российские левые, вы себя начали уже считать историческими персонажами? Ведь это вопросы не к какому-нибудь Каутскому или Троцкому, а к вам, нашим современникам. Вам пока ещё рановато свои имена в историю вписывать, не надо так уж из себя мнить.
Хотя на скамейке исторических персонажей марксизма, начинающейся с господина Каутского, для вас место есть. Посмотрите там, за Брежневым, Горбачёвым… Присаживайтесь, не стесняйтесь.
08.08.2025Введение
Красные кхмеры и Демократическая Кампучия. Что представляет при произнесении этих слов рядовой, не погруженный в тему человек? Это зависит от его идеологической платформы. Одни скажут о жестоком репрессивном режиме коммунистов, которые на практике ускоренными темпами воплощали все принципы коммунистического общества, вторые будут рассуждать об аграрных социалистах-националистах, ну а третьи – о коварных антикоммунистах, ставленниках «маоистского Китая», якобы поддерживаемых США, которые установили в стране военную диктатуру и терроризировали население, подготавливая страну к войне с социалистическим Вьетнамом.
И все эти обыватели разных взглядов сходятся в одном: режим красных кхмеров был невероятно жестоким. По уровню жестокости вполне сравнимым с гитлеровским фашистским режимом. Этот режим устроил беспрецедентный геноцид своего собственного народа по не вполне понятным мотивам.
Такое впечатление о режиме красных кхмеров сложилось у большинства населения не случайно. Более 45 лет пропаганда как в нашей стране (в том числе в позднем СССР, который самым активным образом участвовал в свержении красных кхмеров), так и во всех капиталистических странах, внушает идею о «геноциде» и «сущем аде», который якобы имел место в Демократической Кампучии.
В этой книге будет опровергнуто это ложное представление и наглядно показано, на каких ложных и легко опровергаемых постулатах выстроена вся теория «геноцида» в Демократической Кампучии. Будут рассмотрены различные теории этого «геноцида». К тому же, после рассмотрения истории красных кхмеров и обобщения их опыта, мы вынесем несколько важных для современного российского коммунистического движения уроков.
Тезис о «кровавом режиме Пол Пота» родился в 1975–1976 годах в прессе капиталистических стран. Активно распространяла его пропагандистская машина США. Соединённые Штаты имели прямой интерес в дискредитации режима красных кхмеров, поскольку они были ответственны за огромный ущерб, нанесённый ими Камбодже в период империалистической агрессии 1970–1975 годов. Однако не меньший, а возможно, и больший вклад в дискредитацию красных кхмеров и Демократической Кампучии внесла пропаганда брежневского СССР. В книге будет рассказано о сущности позднего СССР, о его роли в данной пропагандистской кампании, будет наглядно показано, как ревизионисты единым строем с империализмом выступали и продолжают выступать против коммунизма.
Разбор антикампучийской пропаганды также позволит читателям лучше понять суть так называемого «левого движения», то есть оппортунистическо-ревизионистского, антикоммунистического движения, которое подхватило эти пропагандистские постулаты. Неслучайно И. В. Сталин отмечал, что троцкизм (и в широком смысле оппортунизм и ревизионизм вообще) «есть передовой отряд контрреволюционной буржуазии» [В.1]. Современные «левые», выступая в качестве такого отряда, вносят огромный вклад в распространение клеветнических пропагандистских штампов, при этом выписывая Пол Пота и красных кхмеров из числа коммунистов.
Глава 1. Особенности революционного движения в Камбодже
Обычно буржуазные и левые (не нужно путать современных левых с коммунистами, современные левые – это изменённое название скомпрометировавшей себя социал-демократии, они враждебны коммунистам, хотя часто и называют себя коммунистами) исследователи красных кхмеров начинают с биографии Пол Пота, с его детства и учёбы во Франции, но мы начнём со становления революционного коммунистического движения в Камбодже.
Одна из самых широко известных особенностей Коммунистической партии Кампучии – это глубокая конспирация. До 1977 года о существовании коммунистической партии широкие массы не знали, им была известна лишь «революционная организация», она же «Ангка». Объясняют это положение обычно некими «идеологическими установками Пол Пота». Но это совершенно неверно, поскольку партия просто была вынуждена конспирироваться из-за жёсткого антикоммунистического террора, свирепствовавшего в Камбодже в конце 1950-х, начале 1960-х годов, о чём не слишком любят упоминать.
Революционные коммунистические организации в Камбодже стали организовываться в конце 1950-х годов. В 1957 году в Пномпене был создан комитет, в который вошли коммунисты. Работу в сельской местности возглавлял оказавшийся в дальнейшем ренегатом и агентом охранки Сиеу Хенг, а работу в городе – Ту Самут. В этот период, во многом в результате подрывной работы Сиеу Хенга, охранка смогла развернуть широкомасштабные репрессии против коммунистов. К 1959 году было арестовано 90 % камбоджийских коммунистов. Среди арестованных были Пол Пот, Йенг Сари, Кхиеу Сампхан. Что примечательно, будущих лидеров компартии, обвиняемых буржуазной и ревизионистской пропагандой в «антивьетнамском национализме», власти тогда обвиняли в «деятельности в пользу Вьетнама».
Именно на фоне антикоммунистического террора, которым руководил министр обороны Лон Нол со своими ближайшими помощниками, в конце сентября 1960 года в здании вокзала Пномпеня в обстановке конспирации собирается первый съезд партии, которая будет известна в дальнейшем как Коммунистическая партия Кампучии. Партия с первого своего съезда строилась как законспирированная организация, и поэтому она оставалась в таком положении вплоть до 1977 года, когда, наконец, смогла изменить свою организационную структуру.
На первом съезде партии был избран генеральный секретарь, один из старейших и авторитетнейших коммунистов Ту Самут. Съезд выработал стратегию и тактику камбоджийских коммунистов, о которой впоследствии будут говорить как о «маоистской» и «мелкобуржуазной». Дело в том, что камбоджийские коммунисты делали большую ставку на беднейших крестьян как на мощную революционную силу. Однако критики забывают упомянуть, что Камбоджа в тот исторический момент была на 85 % крестьянской страной. Также они «упускают из вида», что от руководящей роли пролетариата никто из лидеров кампучийской компартии не отказывался. Сам Пол Пот разъяснял линию партии в этот исторический промежуток таким образом:
«…Кампучийское общество делилось на пять отдельных классов: рабочий класс, крестьянство, мелкая буржуазия, буржуазия и феодальный класс… крестьяне составляли подавляющее большинство населения. Их эксплуатировали все классы. Их эксплуатировали капиталисты и помещики. Таким образом, 85 % населения, то есть крестьяне, находились в противоречии с непосредственно угнетавшим их эксплуататорским классом – помещиками, среди всех противоречий кампучийского общества доминирующую роль играло противоречие между крестьянами и помещиками, поскольку крестьянство составляло подавляющее большинство, 85 % населения… Основной силой нашей революции являлось крестьянство. В нашей стране ситуация отличается от индустриальных стран. Рабочие не были главной силой борьбы нашей революции. Вначале мы также активно работали среди рабочих. С 1955 года мы смогли организовать рабочее движение по всей стране… Однако наш рабочий класс был малочисленным. Движение было активным на каждом заводе, но оно не могло противостоять вражеским репрессиям… Поэтому рабочий класс по своей классовой природе является ведущей силой. Однако на заводах и фабриках он был малочисленным и полностью находился в руках врага… Мы не впали ни в левизну, ни в правоту. Если бы мы продолжали работать только в сельской местности, считая, что роль городов ничтожна, это было бы левачеством. Если бы, напротив, мы считали, что сельская местность играет незначительную роль, а главное – городская борьба, думая, что только она способна привлечь внимание всего мира, это было бы правым. В обоих случаях мы пренебрегли бы стратегическими силами крестьянства. Наша партия не впала ни в левизну, ни в правоту, потому что мы боролись и с той, и с другой стороны (всё в тексте цитаты выделено мной – А. П.)» (Речь на праздновании 17-й годовщины компартии Кампучии) [1.1].
Итак, Пол Пот в доступной и понятной всем форме разъяснил, что переносить бо́льшую часть партийной деятельности в сельскую местность и поднимать на революцию крестьянство коммунистов вынудила ситуация. С одной стороны, феодальные пережитки вели к необходимости произвести сперва народно-демократическую революцию, а после проводить социалистические преобразования (в этом просматривается прямая аналогия с деятельностью большевиков при царизме), а с другой – малочисленность пролетариата и жёсткий контроль власти над рабочим движением имели своим результатом пресечение любых попыток организации крупного рабочего движения. Также Пол Пот, вопреки заявлениям критиков, прямо подчёркивает ведущую роль пролетариата. Таким образом, все левые критики красных кхмеров, которые осуждают их за опору на крестьянство, выступают со своей критикой, по сути, с антиреволюционных, меньшевистских, троцкистских позиций, игнорируя камбоджийскую действительность конца 1950-х – начала 1960-х годов. Ещё стоит отметить, что данная речь и конкретно выделенный фрагмент о городах опровергают приписываемую красным кхмерам «ненависть к городам» и сфальсифицированные, приписываемые Пол Поту цитаты о городе как «обители порока».
На первом съезде партии была особо подчёркнута полуколониальная зависимость Камбоджи от США и выработана задача борьбы с американским империализмом. Зависимость действительно была острой проблемой страны. С 1955 года США оказывали существенную экономическую «помощь» Камбодже. Именно во многом благодаря этой «помощи» был построен порт в Кампонгсаоме, аэропорт Почентонг и т. д. Однако, естественно, эта «помощь», как и любая «помощь» империалистических стран странам третьего мира, имела целью подчинить страну интересам американского империализма, установить в Камбодже компрадорский режим. К тому же назревало противостояние между Северным социалистическим и Южным проамериканским Вьетнамом. Северный Вьетнам помогал коммунистическим партизанам на юге, для чего с конца 1950-х годов была сооружена так называемая «тропа Хо Ши Мина», проходящая по территории Лаоса и Камбоджи. Свобода рук в Камбодже была необходима США для предотвращения вылазок северовьетнамских партизан, но глава её правительства Нородом Сианук придерживался политики нейтралитета и не препятствовал действиям вьетнамцев на территории страны.
Развитие капитализма в Камбодже происходило в связке с сохранением феодальных пережитков. Быстро росла ростовщическая задолженность крестьян, которая к началу 1960-х годов оценивалась в сумме 0,75–1 млрд риелей, что составляло около 20 % стоимости всей сельхозпродукции, производимой в стране. При этом около 90 % сельскохозяйственных угодий находились в руках крупных землевладельцев, а не крестьян.
Компартией были поставлены две первостепенные задачи национально-демократической революции: борьба с американским империализмом и борьба с феодальными пережитками.
В 1962 году агентами охранки был убит первый генеральный секретарь Ту Самут, а новым лидером партии был избран Пол Пот. Партия полностью продолжила свою революционную линию, выработанную ещё на первом съезде. В 1963–67 годах коммунистическая партия крепла, набирала силы и одерживала некоторые победы.
В то время руководитель Камбоджи Нородом Сианук, возмущённый вмешательством США в дела Индокитая, провозгласил курс так называемого «буддистского социализма». Этот курс должен был сблизить страну с социалистическими странами и прежде всего с КНР. Отношения с США ухудшались. В 1963 году вся помощь Америки была отвергнута. В следующем году по стране шли антиамериканские демонстрации. Протестующие атаковали посольство США, сорвали и растоптали американский флаг. А в 1965 году дипломатические отношения с США были полностью разорваны. Это благоприятствовало действиям северовьетнамских партизан и коммунистов и озлобляло как американских империалистов, так и местную компрадорскую буржуазию.
Китай с 1965–66-х годов устанавливает контакты и оказывает поддержку компартии, хоть и не разрывает отношений с Сиануком. В Камбодже в рамках нового курса Сианука проходит национализация внешней торговли и банков, но мера эта проводилась не пролетарским государством, поэтому социалистического характера не имела. В результате этого резко возросла роль чёрного рынка, и уже в 1966 году треть экспортного риса вывозилась из страны нелегально. Никакого существенного улучшения жизни народа, в особенности крестьянства, не произошло, а недовольство лишь возрастало.
В 1967 году в Симлауте (провинция Баттамбанг) произошло крупное народное вооружённое восстание. Что примечательно, выступления были организованы не компартией, а начались стихийно. Восстание было жёстко подавлено, а партия пришла к выводу о необходимости присоединения к революционному движению народа. В середине 1967 года ЦК партии приняло решение начать открытую вооружённую борьбу с правительством, которая со всей силой развернулась с начала 1968 года.
В правительстве укрепились правые проамериканские элементы во главе с Лон Нолом, который стал премьер-министром страны ещё в 1966 году. Именно они были ответственны за подавление восстаний, а также начало жёсткой антикоммунистической политики. Из правительства полностью изгнали представителей прогрессивных сил, таких как Кхиеу Сампхана (самого честного министра, по словам Сианука), вынудив их присоединяться к коммунистическому сопротивлению. Также правые начали постепенно двигаться к возобновлению отношений с США для ведения совместной борьбы против северовьетнамцев и коммунистов.
Начиная с января 1968 и по май 1969 года партизанское антиправительственное вооружённое сопротивление распространилось по всей стране (почти каждый месяц поочерёдно происходили восстания в разных регионах Камбоджи). Известный исследователь войны в Камбодже Верхотуров утверждает: «Тысячи крестьян влились в партизанские отряды, по всей видимости, созданные кхмерскими националистами» [1.2], однако это, вероятнее всего, ошибка. Во-первых, как уже было упомянуто раньше, компартия («революционная организация») на тот момент уже имела достаточный авторитет, к тому же она активно завоёвывала авторитет у крестьянства, и в конце 1967 года приняла решение об организации борьбы с правительством, из чего можно сделать вывод, что именно коммунисты организовали эти партизанские отряды. Ну и во-вторых, сам Пол Пот говорил, что эти отряды организовывали именно коммунисты: «С января по май 1969 года наше партизанское движение распространилось по всей стране. Партизаны были в 17 из 19 провинций Кампучии. В ходе боёв мы брали в руки оружие» [1.1].
Против партизан правительство бросило военных, часть партизанских баз была уничтожена, однако ожесточённое сопротивление не прекращалось. Более того, кхмерские партизаны стали ещё теснее сотрудничать с северовьетнамскими коммунистами, обслуживать «тропу Хо Ши Мина», помогать вьетнамским партизанам, а вьетнамцы, тем временем, снабжали кхмерских партизан оружием, обмундированием и помогали агитаторами. Факт тесного сотрудничества красных кхмеров и Северного Вьетнама, который не скрывается даже буржуазными историками, уже опровергает миф об «антивьетнамском национализме» красных кхмеров и о якобы имевших место «этнических чистках» в Демократической Кампучии вследствие этого «национализма». В результате этого сотрудничества Камбоджа оказалась втянутой в войну во Вьетнаме.
Сианук к 1969 году под давлением правых развернулся в сторону США, в результате чего 11 июня 1969 года было принято решение о восстановлении отношений с ними. Соединённые Штаты ещё весной 1969 года разработали план ковровых бомбардировок районов Камбоджи (известный как операция «Меню»), через которые проходила «тропа Хо Ши Мина», где находились лагеря и склады войск Северного Вьетнама, а также базы сотрудничавших с ними камбоджийских партизан. В рамках операции «Меню», проводившейся до военного переворота, американцами было совершено 3630 боевых вылетов, в результате которых на страну было сброшено 108 тысяч тонн бомб.
В это же время американские спецслужбы устанавливают тесные контакты и вербуют антикоммунистически и прозападно настроенных генералов камбоджийской армии и правых членов правительства, в результате чего 18 марта 1970 года, во время зарубежной поездки Сианука, в Камбодже происходит инспирированный ЦРУ военный переворот. Во главе страны встал радикальный антикоммунист, националист и марионетка США Лон Нол.
Режим Лон Нола сразу же развернул на подконтрольных ему территориях масштабную националистическую антивьетнамскую пропаганду, совмещая её с оголтелой антикоммунистической пропагандой. Целью режима стал крестовый поход против коммунистов и ликвидация «тропы Хо Ши Мина».
Практически сразу после реакционного переворота Лон Нола, который поставил страну в полную зависимость от американского империализма и установил компрадорский режим военной диктатуры (полуфашистского типа), по стране прокатилась волна стихийных народных демонстраций и выступлений. Особенно сильными были волнения 25–27 марта в провинции Кампонгтям. Тысячи кхмеров уходили в партизаны. Протестовали в основном крестьяне, в то время как некоторые пномпеньцы даже поддержали переворот, надеясь на то, что в результате свержения монархии и установления «Кхмерской Республики» у них появятся политические права.