Среди снегов забвения

Рядом со мной останавливается женщина. Её лицо искажено отчаянием, в глазах бездна ужаса. Голос дрожит, когда она отвечает:

— Очередной набег монстров… Вся Долина в пучине смерти! И только здесь мы в безопасности, благодаря барьеру, созданному великими семьями. Быстрее идите в убежище! Не стойте посреди улицы.

Её слова звучат как приговор, от которого холодеет кровь. Смотрю на неё, и в памяти вспыхивают обрывки прошлого. Когда-то и я испытывала страх, такой же всепоглощающий и беспощадный, как они.

Прошлые жизни оставили глубокий отпечаток в моей душе. Это шрамы на сердце, эхо былых страданий. Особенно третья жизнь… Она была тяжела и мучительна, словно бесконечная ночь. Но если бы не те испытания, я бы не очнулась от вечного сна, не вернула бы истинную силу, дремлющую во мне.

Я оглядываюсь по сторонам: улицы погружаются в сумрак, обстановка становится всё более зловещей. Где-то вдалеке слышны крики и рык тварей. Воздух наполняется все сильнее запахом гари и смерти.

«Долина в пучине смерти…» — эхом отзывается в голове фраза женщины. Сколько раз я слышала подобные слова? Сколько раз мир оказывался на грани гибели, а я, как всегда в самом эпицентре хаоса?

Самое время поохотится и собрать себе очередную армию душ…

Я телепортируюсь за пределы города, и мои сапоги погружаются в мерзлый песок, который когда-то был плодородной землёй. Вспоминаю времена, когда здесь царили четыре времени года, когда порталы были редкостью, а монстры прятались в самых тёмных уголках мира. Теперь всё изменилось…

Теперь небо окрашено в цвета запёкшейся крови, словно само мироздание истекает алой жижей. Ветер несет с собой запах тлена и смерти, а песок под ногами похож на осколки разбитых надежд.

Впереди появляется свора ледяных гончих. Их глаза горят неестественным светом, а клыки жаждут крови. Когда-то я испытывала страх перед ними…

— Разберитесь с ними, — приказываю я своим теням, и те, словно чёрные вихри, бросаются на зверей.

Через мгновение от уродливых псин остаются лишь безжизненные тела, искрящиеся осколками льда. Их души ещё трепещут в воздухе.

— Восстать! — говорю я, и души гончих поднимаются из падших тел, шагая мне навстречу.

Магия призыва… Ей я владею в полной мере. Могу призывать души погибших и оставаться их хозяйкой до тех пор, пока не решу отпустить к реке забвения. После смерти они слабее, чем при жизни, но этого вполне достаточно, чтобы чувствовать себя на вершине мира. А сильные магические существа обладают ещё и разумом, могут говорить и без проблем выполняют мои приказы.

Я оглядываю свою новую армию и усмехаюсь. В этих безжизненных глазах — отражение моей воли, в их шагах — покорность, в их сущности — моя власть.

Ветер свистит в ушах, разносит запах тления и пыли. Пустыня простирается до самого горизонта, где небо сливается с землёй в мутное серое пятно. Мои мёртвые слуги шагают в такт невидимому ритму, их тени тянутся по песку, словно чёрные змеи. Они — моё творение, моя сила, моя боль.

Цена этой власти высока. Каждый раз, когда заставляю мёртвые души служить мне, я глубже погружаюсь в пучину одиночества и отчаяния. Мои руки покрыты коркой засохшей крови, а душа — шрамами.

— Что ж… Прогуляемся по пустыне… — шепчу я, и голос мой звучит хрипло, будто сорванный в бесконечных криках.

Мои мёртвые воины замирают, прислушиваясь к моим словам.

Под ногами раздается хруст, словно кто-то перемалывает чьи‑то кости. Мерзлый песок пустыни царапает лицо, словно тысячи крошечных лезвий Ветер воет, словно зверь. Он похож на крики душ, запертые в этой безжизненной пустоши. Я закрываю глаза, и передо мной снова вспыхивают обрывки прошлого — кровавые, резкие, как удары ножа.

…Я пришла в этот мир, спасаясь с древнего поля битвы. Тогда я была могущественная, сейчас лишь тень самой себя: израненная, истощённая, с душой, разорванной на части. За мной гнался клан фениксов. Их огненные крылья полыхали на горизонте, обещая смерть. Прядь за прядью позади клубился алый туман, образовавшийся от смертей моих соплеменников. Я бежала, постоянно меняя направление движения, пока не добралась до дремучего леса — последнего оплота перед бездной.

Там, среди искривлённых стволов и мха, покрытого инеем даже в разгар лета, находился единственный телепорт. Единственный путь выбраться из того ада. Но перед ним…

Перед ним возвышалась костяная гора.

Она росла из земли, как чудовищный зуб, пронзающий небо. Тысячи метров мёртвой плоти, спрессованной временем и проклятиями. Чёрные тучи над её вершиной, словно живые, и их тени ползли по склонам, облизывая кости. Зловещая аура давила на плечи, будто гора хотела раздавить меня одним своим присутствием.

Это было по истине ужасное место, пронизанное тьмой, но я продолжала идти вперед, пока не нашла то, что искала.

Телепорт, словно зияющая рана, пульсировал, как живое сердце, обведённое багровыми венами энергии. Воздух вокруг него дрожал, источая ледяной шёпот.

Но у меня не оставалось другого пути.

Я вся в крови. Раны глубокие, рваные, будто меня терзали когти самого мрака. Магия оказалась бессильна тогда... Она скользила по коже, как вода по камню, не находя входа в измученное тело. Каждый вдох, как нож в лёгких. Каждый шаг, как капля жизни, упавшая в бездну. Именно это я чувствовала в те моменты!

Золотое пламя вспыхнуло вокруг, когда я вошла в портал. Оно не грело, а пожирало. Пламя облизывало кожу, вытягивало силы, высасывало воспоминания. Я вскрикнула, но звук утонул в рёве пространства.

А затем длительная тишина.

И холод.

Я открыла глаза.

Неизвестная сфера. Незнакомый мир.

Каменная деревня атефов встретила меня молчанием. Их дома — груды серого камня, сросшиеся с землёй, как опухоли. Местные жители, словно тени, скользящие между стен, с глазами, полными древнего страха. Они нашли меня на границе пустыни, полумёртвую, истекающую кровью, с рунами на шее, пылающими, как угли.

Они помогли мне тогда. Не уверена, что по доброте… Скорее, из-за страха…

Я лежала в сырой комнате, где стены плакали конденсатом, а воздух был пропитан запахом плесени. Дни сливались в один бесконечный кошмар. Боль не отпускала. Память — тоже.

Сначала я не помнила ничего. Только обрывки: алый огонь, крики, крылья фениксов, пылающие на горизонте.

А затем, наконец вспомнила...

И с этими воспоминаниями пришло осознание: мое племя истребили кланы из высшей сферы, под названием Вельдарис.

Война на краю звезд длилась долгие тысячелетия за ресурсы и целые планеты. В конце концов, такая же участь постигнет и Сириус.

Когда пришло время вернуться в свой мир, телепортов в этом мире так и не нашлось. Мне нужно было вернуть силы, чтобы попытаться использовать любой из едва существующих порталов и переместиться в другую сферу. Я не знала куда именно меня закинет портал… Поэтому должна была как следует подготовиться.

Воспоминания о долгих годах жизни в деревне всё ещё свежи в памяти. Сейчас вокруг лишь унылые руины и мёртвая земля, которая никогда больше не подарит жизнь, но когда-то здесь все было иначе. Простые дни, полные труда и скромных радостей, теперь кажутся далёким сном. Но я должна была отправится домой... Должна была восстановить магию, вернуть семя святой, и отомстить…

Тогда я решилась использовать технику трех перерождений — древний ритуал, который требует от меня прожить три жизни, перенести немыслимые испытания и бремя боли, чтобы вернуть силы тьмы и даже больше. Это дорога через бездну отчаяния и страданий, путь, который не каждому под силу пройти.

Первая жизнь… Я помню тот день, когда мир для меня померк. Мы жили в нищете, в крохотной хижине на краю деревни. Родители погибли на войне между тремя континентами. Их имена давно стёрлись из памяти, остались лишь тени в моих снах.

С детства я знала лишь голод и холод. Зима, как и сейчас укрывала землю белым саваном. Но для нас снег был лишь напоминанием о хрупкости жизни. Он был белым, чистым, а наша жизнь чёрной от грязи и отчаяния.

Я умерла в руинах старого храма. Сидела, прижавшись к треснувшему алтарю, и смотрела, как снежинки ложатся на мои исхудавшие руки. Последний вдох, и тьма поглотила меня.

Вторая жизнь оказалась более насыщенной событиями, но не менее жестокой. Сирота, бесправная, ничтожная… Я служила в богатом доме, терпела унижения и побои. Мои руки покрылись мозолями, а душа рубцами.

Потом меня продали в бордель в Гавани заката. Тогда я была ребенком… Там я вдыхала запах пота, вина. Меня обучали играть на флейте, учили завлекать мужчин… Я видела, как ломаются атефы, как гаснут их глаза, а улыбки превращаются в маски боли.

В итоге, я сбежала с тремя девушками, такими же загнанными, как я. Мы бежали через болота, сквозь туман, который душил нас. Но свобода оказалась иллюзией: болезнь настигла меня в заброшенной хижине. Как иронично…

Я умирала, слушая вой зверей за окном..

Третья жизнь стала самым долгим и мучительным испытанием. Я испытала всё, чего не знала прежде: боль, предательство, унижение и даже любовь, пусть даже такую...

Ноктис… Его имя до сих пор вызывает во мне дрожь. Из-за него вырезали мои глаза. Но даже тогда я не сломалась. Я всегда боролась. Потом хотели использовать мое тело, опоив дурманом… А потом убили, как зверя.

Но были и проблески света… Рен… Мой брат, что так дорожил мной и всегда защищал. Эти теплые чувства в сердце не оставляют меня в покое. Я испытываю волнение… И это так странно.

Эйнар… То, что было между нами ошибка, но он ни разу не подвел меня. Он защищал, как умел. Я благодарна ему…

Техника трёх перерождений требует трёх жизней, трёх испытаний, трёх смертей. Это путь сквозь тьму, где каждый шаг боль, каждое дыхание мука. Но в конце этого пути сила, способная сдвинуть горы.

Но как забыть ту боль? Как стереть шрамы, которые оставили на мне те три жизни? Я не знаю.

Из тумана появляются призрачные жнецы. Высокие, нечеловечески тонкие фигуры в рваных одеяниях, что колышутся, будто водоросли в мёртвой воде. Их лица размытые пятна, но я чувствую их взгляды, холодные и жадные, как лезвия.

Каждый из них вытягивает жизненную энергию на расстоянии, и я ощущаю, как воздух становится гуще, словно пропитан чьим‑то последним вздохом.

— Неплохо… — шепчу я, и в голосе моём звучит не страх, а предвкушение. — Заберу их души себе.

Мои духи откликаются мгновенно, как вихри тьмы, сотканные из криков и боли. Я поднимаю руку, и приказ рвётся наружу, как клинок из ножен:

— Убить их.

Тени несутся вперёд, поглощая всё живое на своём пути. Земля стонет под их шагами, а воздух наполняется воем. Но жнецы… Они сопротивляются?!

Со жнецами справиться сложнее, чем с гончими. Их тела распадаются при ударе, но тут же собираются вновь, словно сотканные из призрачного тумана. Они вытягивают мою энергию, и я чувствую, как холод проникает в кости, как тьма внутри меня дрожит, готовясь отступить.

— Хотите поглотить меня? — смеюсь я, и смех звучит как звон разбитого стекла. — Вы даже не знаете, с кем связались. Я богиня смерти… Повелительница забытых душ…

Я бросаю в бой последние резервы — души павших, что ещё хранят отголоски боли. Они врезаются в жнецов, и начинается танец смерти. Наконец, раздается последний крик. Жнецы падают, их сущности растворяются в воздухе, оставляя после себя лишь запах тления и… Возможность для меня.

— Восстать, — приказываю я душам погибших жнецов.

Они противятся. Их воля, как ржавые цепи, сковывающие мою магию. Я чувствую их ненависть, их нежелание служить. Но я сильнее.

— Я приказываю: восстать ! — мой голос раскатывается, как удар грома, и они наконец, подчиняются.

Медленно, неохотно, но они поднимаются. Их глаза теперь уже не пустые пятна, а чёрные провалы, полные моей воли. Они склоняют головы, признавая меня хозяйкой.

Портал все еще открыт. Он зияет в пространстве кровавым светом, из которого доносятся шёпоты снежных бурь. Шаг в бездну, и я окажусь в другой сфере, где больше возможностей и больше шанс вернуться домой. Но ещё не пришло время... Я должна быть готова к тому, что ждёт меня там. И я даже не знаю, в какую сферу меня выбросит!

По щелчку пальца, портал исчезает, оставляя после себя лишь лёгкое дрожание воздуха и алую дымку.

Я разворачиваюсь, шагая по бесконечности зыбучих ледяных песков. Он хрустит под ногами, и каждый шаг отдаётся в голове, как отзвук далёкого боя.

В небе восходят пять спутников. Их свет холодный и далёкий, но всё же дарит мне слабое утешение триумфа. Я смотрю на них, наслаждаясь их светом, чувствуя, как тьма внутри меня успокаивается. Но это лишь иллюзия покоя. Все только начинается…

Глава 2

Глава 2. ВОЗВРАЩЕНИЕ

Эти двадцать дней я посвятила лёгким прогулкам по улицам долины, мысленно готовясь к открытию храма предков. Каждый шаг по пыльным дорогам для меня был погружением в грядущие события, и предвкушением того, что ждёт впереди.

И вот, наконец я в Гавани Рассвета. Вдыхаю воздух, который пропитан солью и горечью утраченного прошлого. Гавань не так уж сильно изменилась за три года… Но… Города у границ все же, захвачены зверьём из других сфер. Улицы заполонены беженцами и нищими, а преступность расцвела, словно ядовитый цветок. Гильдии и группировки множатся, как тени в ночи.

Туман всё так же плывёт над океаном, но теперь в его клубах чудится что-то зловещее, будто призраки павших воинов ищут дорогу домой. Между деревьями мерцает водяная гладь, отражая не только свет, но и мрачные тени, что прячутся в глубине.

Однако, ничто из этого ужаса не мешает атефам веселится… Каждый из них считает себя лучшим… Думают, что под защитным барьером они в безопасности…

Празднества достигают своего пика по ночам. Вино льется рекой, но пьянит здесь не оно, а эйфория близкой смерти. На сценах танцовщицы с кожей цвета индиго извиваются в ритуальных плясках, выжигая на себе узоры заклинаний, которые исчезают вместе с потом. Маги огня жонглируют плазменными сферами, рисуя в небе сцены былых триумфов девяти великих семей. Смех звучит громко, даже слишком… Так смеются те, кто отчаянно пытается заглушить страх перед бездной.

Мои мысли холоднее льда пустошей. Дарканор должен быть там... Я почти вижу его самодовольную ухмылку, слышу этот бархатный голос, которым он склонял меня к покорности в прошлых жизнях.

Я отталкиваюсь от стены и растворяюсь в потоке тел, направляясь к торговым рядам. Мне плевать на иллюминацию, музыку и танцы на краю пропасти. Сейчас, я хочу остаться одна…

***

Я сижу под ветками плавучей ивы, упиваясь вином. Вино здесь, как память о потерянном, и тёмное, как ночь без звёзд. Оно обжигает горло, оставляя после себя давно забытое послевкусие.

Изящный девичий силуэт, озаренный с востока мягкими лучами морозного солнца, отбрасывает на землю длинную тень. Это была Рия - моя «сестра». Теперь она ученица Верховного мага Элариса, прославленного мастера боевых искусств в вольных землях Гавани Рассвета. Все отзываются о ней как о прекрасной и добродетельной ученице, чьи подвиги смог бы повторить не всякий герой.

«Она такая же, как Делия! Ее душа черна, как смоль» — усмехаюсь я про себя, глядя на её грациозную фигуру, и думаю о том, как тесен этот маленький мир, где судьбы сплетаются, словно нити в паутине древнего демона.

Но безграничная красота этого утра уже не радует меня, как когда-то.

Как быть сильной, не потеряв человечность? Возможно ли это в мире, где тьма поглощает свет, а смерть подстерегает на каждом шагу?

В гавани кипит жизнь, но в ней чувствуется запах лицемерия. Я вижу, как страх и отчаяние просачиваются сквозь трещины в стенах домов. Монстры из других сфер оставляют все больше кровавых пятен, не щадят никого, но атефы погрязли в алчности и зависти. Заслуживают ли они чьей-либо милости?

«Скоро, — думаю я, глядя на туманный горизонт. — Скоро всё изменится. И, возможно, вы поймете, насколько хрупки ваши жизни перед лицом истинной силы».

Вино в моём бокале темнеет, словно впитывая тьму вокруг. Я поднимаю взгляд на небо, где первые звёзды начинают проступать сквозь туман. Они холодные, далёкие, равнодушные к судьбам смертных.

Силуэт Рии давно уже растворился в сумерках.

Скоро храм предков откроет свои врата. Скоро начнётся то, что изменит этот мир навсегда. И я буду в самом центре этого вихря перемен.

— Скоро вы увидите истинную природу силы. И она вам не понравится, — шепчу в пустоту.

Туман сгущается, скрывая город в своих объятиях. Я поднимаюсь, чувствуя, как тьма внутри меня пульсирует в такт с биением сердца.

Я скоро приду за тем, что принадлежит мне по праву.

Ветер приносит шёпот забытых клятв и крики давно ушедших душ. Я иду вперёд, и каждый шаг отзывается эхом в бесконечной бездне судьбы. Моя тень удлиняется, сливаясь с тенями прошлого и будущего.

Я задумчиво прогуливаюсь по берегу, не выпуская из рук бутылку портвейна. Вкус напитка, как отражение моего внутреннего состояния, так же наполнен горечью. Пейзажи кажутся мне мимолётными, как пролетающие мимо облака. Поверхность воды рябит от лёгкого ветра.

Всё утратило для меня смысл. Мир будто поблёк, лишился красок, оставив лишь тусклые тени былого величия. Небо над головой черное, без единого созвездия. Я чувствую себя потерянным в этом бескрайнем сумраке, одиноким путником на краю бездны.

Из моей головы не выходит… Рен… Его имя эхом отдаётся в сознании, пронзая душу острой иглой тоски. Воспоминания о нём, как раны, которые никогда не заживут. Я вижу его лицо: резкие черты, холодный взгляд, в котором всегда таилась тревога. Он был частью меня, моей опорой. Но то была лишь бренная жизнь… Все не так… Он не мой брат… Меня ничего не должно удерживать… Но почему же так больно тогда?

Ветер приносит с собой шёпот чужих голосов. Они зовут меня, манят в тёмные глубины прошлого, от которого я должна отказаться. Но я не хочу возвращаться.

Туман вокруг сгущается, окутывая ивы призрачным саваном. Они качаются в такт невидимому ритму, будто танцуют погребальный танец.

Я останавливаюсь, глядя на тёмные воды.

— Рен… — шепчу я, и голос мой тонет в шёпоте ветра. — Где ты? Получил ли ты желаемое?

Бутылка портвейна в моей руке кажется хрупкой и бесполезной. Я поднимаю её к губам, делаю глоток, но горечь напитка уже не может сравниться с горечью в моём сердце.

Мир вокруг, лишь тень былого величия, эхо утраченных надежд. И я — одинокий странник в этом сумрачном царстве, где смысл жизни растворился в тумане, а память о прошлом стала моим проклятием.

Туман скрывает всё вокруг, оставляя лишь зыбкие очертания мира. Я шагаю в его густую пелену, и с каждым шагом прошлое всё сильнее сжимает свои ледяные объятия.

Что ждёт меня впереди в итоге? Смерть? Новое начало? Или бесконечный круговорот боли и воспоминаний?

***

Спустя два дня я отправилась в Море грёз.

И вот, я стою на возвышенной горе, вглядываясь в водную гладь, чувствуя, как солёный ветер играет с моими волосами. Ожидания позади, и то, ради чего я пришла так близко. Океан словно просыпается, пробуждается от векового сна. Он бьется в агонии, словно само мироздание корчится от боли перед рождением Храма. Ветер сдирает кожу солеными иглами, а вода вздымается до самых звёзд, чтобы затем обрушиться вниз фонтанами алмазной крошки. Небо затянуто свинцом, прорезаемым молниями цвета запекшейся крови. Атмосфера звенит от напряжения; реальность трещит по швам, обнажая первородный хаос.

На берегу застыли Верховные маги Девяти Семей. Их одеяния переливаются сумраком, но лица бледны масками ужаса и алчности. Они стоят как статуи, ожидая явления храма предков. Их одеяния переливаются всеми оттенками сумрака, а в глазах читается предвкушение чего-то великого.

Я чувствую, как сердце бьётся в такт с ритмом волн, а кровь кипит от нетерпения и страха.

Несколько часов я наблюдаю за этим представлением стихий. Прямо в центре вихря начинает проявляться тень. Сначала едва заметная, она постепенно обретает форму. Дворец… Он возникает из ниоткуда, словно материализуется из моих самых тёмных кошмаров.

Он прекрасен и ужасен одновременно. Создан будто из тёмного хрусталя, который мерцает в лучах солнца. Стены его искрятся мириадами крошечных огней, но в этом сиянии есть что-то неестественное, зловещее. С первого взгляда дворец кажется небольшим. Но на самом деле, внутри него бесконечность.

У него нет окон. Только одни ворота. Высокие, украшенные узорами, напоминающими переплетение змей и ветвей. Эти узоры светятся голубым светом, от которого у меня мурашки бегут по коже. Я чувствую, как магия исходит от них, густая и вязкая, словно смола.

Дворец стоит на возвышении, окружённый зыбучими песками. Они меняют цвет от тёмно-синего до кроваво-красного, словно отражая мои внутренние демоны. Вокруг него кружатся души, ищущие покоя. Однако, их долг защищать врата.

— Я должна войти первой, — шепчу я, позволяя тьме стечь с моих пальцев черными каплями дегтя.

Делаю шаг вперёд. Ворота дворца словно зовут меня, манят своей тьмой. Я чувствую, как магия пульсирует в воздухе, и как реальность искажается вокруг.

Тьма вокруг меня сгущается, когда я вижу, как из самого воздуха материализуются фигуры. Они появляются одна за другой, словно призраки из моих самых тёмных воспоминаний.

«Отец»… Рен… «Дядя»… Их лица, когда-то такие родные, теперь кажутся чужими, искажёнными временем и болью. За ними вырисовываются силуэты Эридара — правителя Гавани Заката, так он себя величает. Эйнар… И Ноктис. Все они здесь. Какая же фальш…

Все девять семей… Наконец-то прибыли…

Моё сердце сжимается от предвкушения встречи. Воспоминания терзают душу острыми когтями, рвут её на части, словно голодные хищники. Но я должна придти в себя...

Никто не узнает меня теперь. Мой нынешний облик, лишь тень той, кем я была раньше. Бренные жизни стали лишь отголосками моих кошмаров.

Пока я стою в тени, прислушиваясь к их разговорам, они решают, кто войдёт внутрь. По трое из каждой семьи…

Из моей «семьи» — Рен, «отец» и «дядя», только вот, кому-то придется остаться. Из гавани заката, конечно же, Ноктис, Эридар и Эйнар. Значит, он тоже из их ветви… Брат? Я когда-то думала об этом, но Эридар никогда не признавал его своим сыном, и сам Эйнар отрицал этот факт…

Но сейчас не время думать об этом, время действовать.

— Первыми войдем мы, — слышу голос отца.

Рен молчит, но я вижу, как напряжены его плечи.

— Эйнар пойдёт с нами, — произносит Эридар, и в его голосе слышится сталь. — Его дар будет полезен внутри.

Тени вокруг меня сгущаются, принимая форму гигантских крыльев, сотканных из криков замученных душ. Я чувствую, как сила наполняет меня, как тьма становится моей второй кожей.

Пурпурный плащ соскальзывает с плеч, и раскрывается в воздухе кровавым знаменем, закрывая собой свет молний.

— Никто не остановит меня в этот раз, — мой голос наполнен горечью и ненавистью, которая сочится по венам. — Сегодня, Эридар умрет.

Они всё ещё спорят, всё ещё решают, кто достоин войти первым. А я уже готова сделать шаг.

— Хозяйка, сосредоточитесь на важном… — шепчет тень души, что привязана к моей тьме.

— Пора…

Каждый мой шаг отдается эхом в пространстве. Чёрные лепестки роз, словно капли крови, распускаются там, где ступает моя нога. Они кружатся в воздухе, создавая мрачный танец смерти. Атефы вокруг замирают, их глаза полны изумления и страха.

Они оборачиваются, следят за каждым моим движением. В их взглядах смесь непонимания и зачарованности. Моя вуаль скрывает лицо, прячет черты, которые могли бы пробудить в них воспоминания о прошлом. Тени играют на ткани, искажая очертания моего лица.

— Кто вы? — молодой маг делает шаг вперёд, обнажая меч.

Его оружие светится магическим светом, он думает, что сталь может спасти от истинной силы. Жалкая игрушка... Я даже не смотрю в его сторону. Мой взгляд прикован к рунам на воротах.

Я усмехаюсь, позволяя тьме в моём голосе зазвучать громче:

— Неважно, кто я. Важно лишь то, что вам всем лучше расступиться, — мой голос эхом разносится, усиливаясь с каждым мгновением. Я щелкаю пальцами, и клинок в его руке рассыпается на множество осколков.

Маги переглядываются, не зная, как поступить. Многие достали орудия, с намерением убить… Они чувствуют мою силу, но не могут её понять. Они испугались…

Медленно, с грацией хищницы, я снимаю с плеч пурпурный плащ. Ткань кажется живой, словно пропитанной кровью заката. Подбрасываю его в воздух, и он раскрывается, словно крылья демона, укрывая небо своим мрачным великолепием.

Плащ парит в воздухе, создавая иллюзию портала в иной мир. Все отступают, их лица бледнеют от ужаса. Они видят то, что я хочу им показать — своё превосходство, свою власть.

Тени вокруг меня оживают, тянутся, заставляя их отступать ещё дальше. Жалкие чародеи чувствуют, как их сила становится слабее в моём присутствии. Их уверенность тает, как лёд под лучами солнца.