Героя нравственность труда. Часть 1

Автор пишет, говоря за нас, ветеранов, подчеркивая: «Вся жизнь нашего поколения связана с трудом, который считался делом чести, доблести и геройства. Добавлю: геройства в труде, как и в боях.

Он же передает и следующую нашу установку: Герои Социалистического Труда чествовались и поощрялись так же, как Герои Советского Союза. А разве можно было поступить иначе, - пишет он, -когда победа нашего народа достигалась совместными усилиями на фронте и в тылу? Известно, какой дорогой ценой досталась нашему народу победа над фашизмом. Предстояло восстановить 1710 городов и 70 тысяч сел, превращенных в войну в руины. Но именно русский непоколебимый энтузиазм стал основой самоотверженного труда и главным источником всеобщего вдохновения.

Автор называет плеяду имен Героев труда. Он также заметил: «Вместе с тем, представительство трудового народа в законодательных органах власти сведено к минимуму. Труд – явление многоплановое, и он может быть признан достойным лишь в том случае, если позволит удовлетворить весь комплекс потребностей человека, то есть дать возможность работнику и его семье жить так, чтобы рационально питаться, пользоваться благами образования, культуры, социальной защиты, поддержания здоровья и отдыха.

В этой связи превыше всего должен стать справедливый закон, защищающий интересы трудового населения и карающий того, кто жиреет на нетрудовых доходах. В этом основной смысл и суть подлинной демократии».

Мы, конечно же, подписываемся под этими словами.

Труд…

Еще в 2001 году в письме на имя мэра столицы нами отмечалось, что Российскому государству необходимо возрождать национальные духовные и нравственные ценности, среди которых уважение к труду, традициям народа - являются наиглавнейшими. В то время команде Ю. М. Лужкова идея о создании Московской организации Героев Социалистического Труда и полных кавалеров ордена Трудовой Славы нашли понимание и поддержку. Базой для проведения мероприятий стал Политехнический музей.

В тот период еще крепко сидело в памяти людей, памяти народной, значение звания обладателя Золотой звезды Героя Социалистического Труда, Героя Советского Союза.

И вот мы почувствовали: приходится не то, чтобы демонстрировать звезду героя социалистического труда на груди, входить в уважаемые собрания на белом коне, а уже отстаивать сам статус героя. На самом деле, многие годы мы планомерно работали над тем, чтобы статус Героев труда в нашей стране был равен статусу Героев Советского Союза и Героев Российской Федерации, в частности - как это было в прежние годы. Эту работу, которой мы даем оценку как «серьезная» и вместе с тем и «кропотливая», члены организации «Трудовая доблесть России» и Исполнительная дирекция проводили, можно сказать, ежедневно, постоянно велась об этом речь в высоких кабинетах руководства страны, обсуждалась с лидерами политических партий и общественных движений.

Речь, понятно, о достижении социальной и исторической справедливости.

Я уже подчеркивал, что нашу организацию волновал не исключительно этот вопрос, мы заботимся о поднятии престижа всех людей труда в современном обществе. Одной из мер было проведение совместного с Академией труда и социальных отношений круглого стола «Труд как основа духовно-нравственного возрождения народа», и тогда выступили ведущие специалисты России в области трудовых отношений. Мы подчеркивали, что труд – это основа существования нашего государства.

Не слишком ли это упрощенно? Труд всюду труд, и всюду он важен, - тоже закономерный вопрос для сегодняшнего времени, когда многие не помнят или не желают знать разницы между трудом нашего народа и трудом других народов.

Нет, не упрощенно. Но, согласен, может, пафосно; пафосно повторять истины, которые известны всем и самому государству в том числе. Мы напоминаем государству о статье 7 Основного закона нашей страны о том, что она направлена на обеспечение достойной жизни человека, и что это не дело, когда шестьдесят процентов граждан страны оплачивали налоги государству, не оставив себе средств на элементарные житейские расходы.

Мы напоминали о заслугах прежних наших правителей. О том, что если практически в допетровское время, в 1700 году доля России в мировой экономике составляла 3,2 процента, в 2006 году она стала всего 2,4 процента. И что, между тем, в застойное время наша доля в мировой экономике составляла едва не десяток процентов.

Это было все еще очень трудное время, начало двухтысячных годов. На обочине экономики оказалась вся часть общества, создавшая эту экономику. Мы указывали, что хищнически используются основные фонды, а там, где восстанавливаются – только в нужном олигархам направлении.

Не успевали по телевизору следить – то рванул метан на шахте, то сошел с рельсов электровоз, то показывают аварийные мосты и путепроводы. Но это казалось только началом, поскольку большинству основных фондов было шестьдесят и более лет, и косметический ремонт помочь уже не мог.

Мы говорили, что позором для страны является коррупция и беззастенчивое воровство. Губернатор ворует, глава управы – вор и стяжатель, министр – занимает одно из ведущих мест самых богатых людей страны, хотя является государственным служащим. В то же время банки под разным предлогом отнимают у пенсионеров сэкономленные на еде копейки. Известно, что получить общественной организации грант невозможно, не поделившись с целой сворой государственных чиновников.

Беспокоила нас и хроническая драма на рынке труда, и отсутствие социальной справедливости в оплате труда рядового состава работников промышленных предприятий и руководящего состава сотрудников. Это было на фоне гигантского разрыва в доходах большинства жителей страны и небольшой группы управленцев.

Ведь шло прямое сращивание государственных чиновников и олигархов. Имея мощнейшую металлургическую промышленность, заложенную еще при Петре I, мы доработались до того, что броню для авто и бронетехники Минобороны решил закупать в Германии.

Слава богу, время это миновало, ушли от того, чтобы наша оборонка зависела от импорта. Насколько гарантированно миновало?

Думаю отныне и навсегда.

Но есть сила, мощь государства, и есть то, что является самой главной ценностью – дети.

Нашей постоянной заботой является то, чтобы дети хотя бы не чувствовали недостатка внимания, интересного отдыха, заботы о них старших, их родителей. Мы организуем совместные мероприятия, предоставляем возможность отдыхать на нашей здравнице Организации, причем, тысячам ребят ежегодно.

Спасибо и московским властям. Департамент социальной защиты населения Москвы выделяет места членам Организации для реабилитации в пансионате «Никольский парк» и в здравницах регионов.

Это большое счастье, когда-то быть молодым, радоваться заботе взрослых о тебе, наслаждаться минутами отдыха, родительского внимания, похвалой наставников, помнить все это, а теперь. Со своей стороны, стараться сделать как можно больше для ребятишек, молодого поколения.

Я, порой, приезжаю в свой город детства, Медынь Калужской области, на малую родину, и с этим чувством радости. Счастья и гордостью, говорю с земляками, и говорю в какой-то мере будто всем своим детством, со своей семьей тех лет, со своей родной землей, родившей и сохранившей меня, давшей путевку в жизнь, в счастье труда, счастье жизни, дружбы и любви.

Однажды перед земляками я говорил: моя детская малая родина, моя родная Медынь – это, прежде всего, мои родители, мой дом, мои друзья, и это бескрайние поля и луга, и я на них, босоногий мальчишка. Мечтал ли я тогда о великих свершениях? Может, даже о стройках? Наверное, да, как всякий юноша, который мечтает стать если не летчиком, то капитаном, архитектором, начальником какой-то большой удивительной стройки. Отчего же нет? Ведь любой вид строительной техники, будь то трактор или редкий в те годы экскаватор, а также и кран, перемещающий тяжелые грузы, катки на асфальтировании дорог, металлообрабатывающие или камнерезные машины, - все это вызывало и большое любопытство, удивление и восторг. И восторга становилось тем больше, чем больше постигался смысл силы, заложенной в механизмах, чем понятней становилась технология. И сколько ее оказалось примитивной, но это было замечено позже, когда наступила пора собственной рационализации, повышения уровня знаний, пора высокой образованности, опыта, необходимости учить других и контролировать работу многочисленных подразделений огромного строительного коллектива.

Медынь, бывшая очень простой, хотя, казалось, всегда очень уютной, превращалась в культурный центр области, и она была очень близка мне своими родными улицами и, - хочется особо подчеркнуть, - нашими медынскими самыми красивыми девушками.

И, конечно, близка трудолюьивыми людьми, которые были постоянно озабочены каким-то делом, моя мать, отец, родственники, соседи, чужие приезжие люди. Они приезжали к нам в поимках работы и работали, мы искали себе занятия там, где могли быть полезны, выезжали туда, где в нас нуждались. Где ждала работа, результаты труда.

Как-то, выступая перед земляками, я высказал такое сравнение: Медынь – труженица под стать своему символу – медоносной пчеле. Такая же и трудовая, красивая, хлопотливая. И там, кстати, тогда находилось самое боевое и энергичное отделение Всероссийской общественной организации Героев, кавалеров государственных наград и лауреатов государственных премий «Трудовая доблесть России». Там патриоты энтузиасты шли на бывшие поля боевых сражений и начинали поиск останков воинов для их перезахоронения школьники и подростки поискового объединения «Звезда».

Пришлось ли мне самому сталкиваться с невзгодами военного времени?

Судьба подарила мне возможность выжить в войну, в том числе в оккупации, судьба подарила счастье увидеть возвратившегося с фронта отца… Судьба подарила мне счастливую жизнь, впрочем, во многом очень похожую на жизнь миллионов моих соотечественников, в том числе удостоенных высоких званий, наград, признания, почета.

Если кратко о биографии, скажу следующее. Родился я 8 мая 1936 года в городе Медынь Калужской обл. С 1952года работал мраморщиком в Управлении «Союзметроспецстрой». Там же камнетесом, плиточником, столяром, строймастером, производителем работ, начальником участка, зам начальником управления, в 1973 году возглавил Управление, а потом и «Союзметроспецстрой». До этого, в 1966 году окончил заочно учебу в Институте инженеров железнодорожного транспорта. А в 1982 году получил диплом еще одного вуза - Института управления народным хозяйством Академии народного хозяйства СССР.

Строил много в Москве и по регионам России, реконструировались вокзалы в Баку, Тбилиси, Красноярске, все вокзалы Москвы, аэропорты в Минеральных водах, Киеве, Тбилиси, Таллине, Домодедово, морские вокзалы. Строил метро, Бульварное кольцо, мосты - Андреевский, Бородинский, Краснокалужский, и Крымский в Москве, объекты спортивных комплексов здравоохранения и социальной сферы, концертные залы, осуществлялись строительные работы на крупнейших предприятиях в том числе на ВАЗе и КАМАЗе.

Строились многие историко-культурные объекты, в том числе мемориального комплекса на Поклонной горе и Храма Христа Спасителя. Осуществлялась реконструкция Гостиного Двора, Манежной площади.

Руководил работами резиденции Президента РФ в Московском Кремле.

Автор более десяти научных работ

В 1988 году была защищена кандидатская диссертация.

Неоднократно избирался депутатом Моссовета.

Указом Президента от 5 октября 1990 года «за выдающиеся производственные достижения и новаторскую деятельность» - был удостоен звания Герой Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и медали «Серп и Молот» (за номером 21034).

Заслуженный строитель РСФСР, Заслуженный Строитель Бурятской АССР, Почетный строитель России, Почетный транспортный строитель, Почетный строитель Москвы, Почетный железнодорожник, Лауреат премии Совета Министров СССР.

Награжден также орденом Октябрьской Революции, двумя орденами Трудового Красного Знамени, орденом «Знак Почета», орденом Дружбы, медалями, иностранными наградами.

Имею также три медали ВДНХ СССР. Все это из списка, для интересующихся.

Да, согласен, все это сухие строки биографии, жизни, но за этим и есть вся жизнь. Нужны и свидетельства чувств? Традиционно поведать, с чего все началось? Где первопричина чуда труда?

Если попробовать… Началось с того, что все закружилось, наверное, вокруг, как в начавшем свой отсчет времени, бестелесном и неосязаемым. Потом быстро ощутилась и твердь… где вторым чудом после рождения является уже только труд. Да, да, не мягкие нежные и заботливые руки и близкое заботливое дыхание родной матери, включающие отсчет твоей жизни, а – за ними будто сразу весь мир, твердый, как камень, летящий в бесконечность, безоговорочно и непорочно, как подаренная жизнь, - мир, казавшийся включившимся миром уже навсегда. Со своими плоскостями, вертикалями, гладью, структурой невидимых сингоний минералов, из которых состоит любая твердь. Вместе со мной в этом, как центре мирозданья. Всю жизнь меня окружало бетонное, гранитное, мраморное и стальное, являющее, по сути, собранную в гармонию твердь, сырье земли и продукт его переработки. Это устраивает?

Отчего-то первой вспоминается твердь?

Не знаю. А ведь явно была и пустота, и мягкие руки матери, и теплота… То есть, согласен, пробелы в движении начала жизни, между тем, что брало на руки, кормило и качало, убаюкивая, кладя на сердце первую мелодию мировой любви и покоя, счастья, и между тем, что становилось основательным, незыблемым, до нового пробуждения…

Но, тогда, значит, что покой и счастье, любовь и молоко матери, то, что принято считать началом счастья, - не являлось основательным изначально, но являлось зыбким, невечным? Мы философствуем? И мы отвечаем на заданный мне вопрос: не совсем так, но – да. Вечна любовь и благодарность в сердце, то, во что в конце концов, - и очень быстро, - превращается колыбельная… Как очень быстро рождение превращается в дела и подведение их итогов!.. Затем колыбельная трансформируется в чувство Родины, как все, что с любовью окружает в детстве, например, и скрип стекла, которое моет заботливая рука матери, опускающей полотенце в таз с теплой водой, выжимающей мокрую тряпку, трущей стекло, чтобы стало чище и светлее, вновь ополаскивающей, вновь выжимающей, трущей, вытирающей начисто.

Вспоминаю - набело.

Но, опять же, не на вечно, до нового срока, потому что жизнь оказалась сотканной из повторений, как череда дней и ночей, дней и ночей, недель, месяцев, лет. Затем десятилетий, а теперь уже вновь только лет и, может, считанных месяцев, дней, часов, как у каждого, кто способен подвести в жизни определенные итоги.

Мне было жалко мать?

Как и каждому человеку. Но вначале была за нее гордость, что она умела все. Жалость, понимание нелегкой женской доли - уже позднее. Когда именно? Когда я стал видеть в ней и работницу, и домработницу, когда стал понимать, кем она была в жизни, сколько труда вкладывала в нас, своих детей, в заболевшего после войны отца.

Да, все, разумеется, касалось и отца.

И с пяти-семи лет – уже более всего именно его. Его твердого прикосновения, твердого голоса, твердого взора, в нем я не видел той мягкости и тепла, которые хранили в себе всегда, даже во время редкого раздражения и гнева, глаза матери, ее сердце и ее душа. Впрочем, душа ее гневаться не умела. Она либо пела, либо переживала, болела, и тогда у сердца на груди ее я видел ее руку, комкавшую тонкую мягкую шерстяную кофточку. А отец… Мне казалось, что если бы я смог расшифровать то, что означал его взор, когда он отводил его с любовью, но и со вздохом, - я увидел бы большую прямую, тщательно отсыпанную и заасфальтированную, многослойную, дорогу. Сначала инертные материалы – почти бесплатные дары земли, гравий, щебень, песок, затем иное, созданное на заводах, привезенное тепленьким, горячим, чтобы по всему этому, еще податливому, проехались тяжелой твердью, придали форму, долговечность, пользу. Он на все смотрел практически, и уже много позже понял и я, что, глядя на все вокруг, вижу его глазами, и вижу много больше того, что видят более молодые и менее опытные, кто имел меньше практики жить и трудиться.

Польза… Это слово имеет, кажется, аналог, синоним, в триумвирате слов: Честь, польза, слава… Честь, слава, дело… Так и обозначали, кажется, на императорских наградах России, или как-то очень к этому близко. В Библии говорится о чести и славе, конечно же и о достоинстве и справедливости, доброте…

Читаю ли я Библию? Как все, когда о ней вспоминаешь, чувствуешь необходимость взять ее в руки. Что-то прочесть. Подумать о вечном. В тиши и покое.

Но мне выпало прожить наиболее активную часть жизни в то время, когда был наиболее важен труд, была важна трудовая слава, трудовые герои, и всегда казалась неотъемлемой частью жизни в неустанном труде справедливость, много говорилось и о рабочей чести, и всю жизнь меня окружало достоинство, достойные люди. Это было твердое в своих убеждениях, понятиях о личной чести и славе, а также и справедливости для всех поколение. В нем были и моя мать и мой отец. Их родители часть своей жизни также прожили в этой парадигме советских ценностей, советской необходимости работать на страну, чтобы обеспечить будущее своим поколениям.

В парадигме моральных ли ценностей, и насколько высоких?

Судите сами. Мне выпало стать одним из главных хранителей тех ценностей, которые они приняли всей душой, осознали их и впитали как с молоком матери, так и с твердым словом Родины. Вы можете прочитать, что главная цель нашей общественной деятельности, - деятельности общероссийской организации «Трудовая доблесть России» - заключается в объединении патриотических сил России для защиты чести и достоинства трудового народа.

Да, и в содействии государству, в том, что касается возрождения и развития отечественного производства и опыта героев и ветеранов труда.

За названиями «Герой труда», «Ветеран труда» сегодня многие уже, к сожалению, не видят ни героев, ни труда, но видят штамп, не осознавая, что героями труда, как таковыми, мы называли не только всякого достойного труженика, который постоянно считался с интересами трудового коллектива и в итоге интересами государства. Если кому-то важно пожалеть наше поколение, как поколение достойное в чем-то и жалости, мы только можем гордиться этими благодарными потомками. Да, имелись среди нас и такие герои труда, которым присваивалось высокое звание «Герой социалистического труда» за различные трудовые успехи и – к тому же, например, что человек не имел опозданий на работу. Это, правда, единичные случаи, когда к награде представлялись в тех коллективах, где это могло быть большой проблемой. И это было геройством? – можете с усмешкой спросить вы любого ветерана, и любой вам скажет, что в иные времена – да, геройство и подвиг, а в течение всей жизни – постоянная сила духа и воспитание воли.

Например, в войну, за двукратное опоздание на работу на двадцать минут могли и судить, но, конечно, это были меры острастки, поскольку всякое было, и не судили каждого, кто, отдавая все силы, платил стране тем, чем мог, а большего дать не позволяли физическое истощение, или, например, семейное положение. Это все наговоры, что рабочему человеку было только трудно. Наш советский человек был, по сути, самым свободным рабочим в мире, но не во времена, когда страна собиралась в единый кулак, чтобы дать отпор врагу. В мирное время советский труженик за свой труд получал сполна, чтобы чувствовать себя справедливо оцененным, он получал многие льготы, материальные поощрения. Он имел славу, имел обстановку защиты его рабочей чести, готовый встать на его защиту, защиту его интересов трудовой коллектив, имел возможность козырнуть и своим особым достоинством, если был честолюбив…

Сдается, что честолюбие было не самой последней чертой советского труженика?

Это было его одной из главных черт. Не станем забывать, что советский труженик начинал работать под девизами «Догнать и перегнать», становиться лучшим, причем, во всем мире…

Стал ли и я одним из лучших?

Безусловно. И ощущение, когда получаешь звезду героя свой Родины, что ты лучший не только в стране, но и в мире – это было дня нас, ветеранов в СССР, вполне нормальным, естественным состоянием. Отчего? От того, что все мы работали на будущие поколения, лишались многого, искали оправдание своим лишениям и потерям и, - как всякий ищущий, - находили его.

Но отсюда недалеко и до признания, что мы, все же, жили в тоталитарной системе труда, системе идеологической пропаганды? Не видели ничего, кроме труда, не ощущали ничего, кроме забот о благополучии своей семьи, о приобретении самого необходимого, и долгое время – простейшей крыши над головой…

Прежде всего, была любовь к своим родителям, матери, отцу, труженикам-родственникам, была любовь к Родине, и по этой любви был наш труд. Больше любишь – больше трудишься, потому что признаешь главные ценности своего народа в определенных условиях. В начале революции – да, хороша любая крыша над головой, и за это можно как следует потрудиться, ведь тебе еще повезло, что ты жив, впереди твоя жизнь, твоя судьба, любовь, забота о престарелых родителях, надеющихся на тебя, и забота о своем потомстве. Ведь все мы, прежде всего, живые люди. Всегда главное - любовь в семье или поиск семейной любви. В первых пятилетках эти пресловутые крыши над головой строили уже на всех предприятиях, жили часть в бараках и даже временных землянках, но долго не мучились, этого не допускало человеческое достоинство, и делом чести каждого коллектива было постоянно улучшать жилищные условия для своих людей. Даже, случалось, ходили по близлежащим рощам и лесопаркам, чтобы выявить живущих в шалашах и палатках, чтобы выделить квадратные метры в первую очередь. И, в конце концов, дошли до того, что на иных предприятиях ко времени роспуска СССР уже была полностью решена проблема очередников на благоустроенные бесплатные квартиры. На моей памяти, ряд моих знакомых, товарищей по работе улучшали свои жилищные условия, получая ключи от отдельных квартир в профсоюзной организации, по два раза, редко – но и по несколько раз. При этом в ряде случаев, когда старые квартиры требовались детям, их не изымали, оставляли потомству. Разумеется, если дети шли работать по стопам родителей – тут, вообще, все решалось однозначно в их пользу. Затем и они получали свои бесплатные метры. К счастью, социализм успел показать, что он мог и давал людям не только трудности труда, требования самоотверженно работать во имя Родины, но и много культурных и материальных благ. Достаточно посмотреть на карту, и увидеть, что с послевоенного времени выросли тысячи новых городов и рабочих поселков…

Если бы мой отец строитель теперь видел все это! Мне кажется, его твердый взор, брошенный с высоты его положения активного участника и свидетеля той жизни, указал бы, прежде всего, на тысячи и тысячи благоустроенных городских микрорайонов. На результаты работы строителей на разных участках их благородного точного и одновременно творческого труда. Отчего я обращаюсь ко взору отца? Он постоянно рядом, он будто преследует меня, он, наверное, видится и во сне, и, наверное, когда в молодые годы я нередко парил над тем, что было и есть наша земля, что было создано нашими руками, я был рядом с ним, слушал его, соглашался с ним. Он, я думаю, указывал мне на то и на это.

В чем, прежде всего, спрашиваете вы меня, он хотел бы убедить меня, одного из своих ??? сыновей? В том, к чему обращались многие, вытащившие свою страну из руин и отправившего ее покорять космические вершины. В том, что все, что мы имели, мы были обязаны советской власти. То есть и ему, моему отцу, разумеется, и моей матери, и их родителям, строившим социализм.

А как же более отдаленные предки, они не внесли своего вклада в социализм?

Интересный и очень важный вопрос. Ученые историки нынче ссылаются на исторический закон социализма советского образца, согласно которому все в СССР свершалось, в том числе от того, что имелся некий народный потенциал его исторической памяти, опыта, в том числе опыта проживания возле промышленных предприятий, потенциал стремления постоянно улучшать и улучшать свой социально-культурный быт.

Имелся и чисто исторический аналог многим свершениям социализма, как, например, и аналог защиты своей Родины от внешних врагов до Великой Отечественной войны, в которой победили советские люди, это и война с французским нашествием, империалистическая война начала века, до февральско-октябрьских событий семнадцатого года, то есть, как сейчас говорят, до Великой Русской революции. Имелся, кстати, и аналог строительства метрополитена, и его ветка, согласно проектам, проходила прямо у стен кремля, по Александровскому парку. Проект не был осуществлен, но в советский период строительство метро от Сокольников до Парка имени Горького было вершиной того самого стремления улучшить свой социально-культурный быт. Вы знаете, какое впечатление и сегодня вызывают первые станции Московского метро, Сокольники, Красносельская, Красные ворота (бывшая Лермонтовская), а уж о Комсомольской и говорить не приходится. Позавидовали бы и зодчие лучших грандиозных шедевров древнего Рима. Но только теперь это делалось для советских людей…