Любовь под грифом «Секретно». Тайный код Карины. Книга 2

— Соня, пора вставать! — шутливо шепнула Карина, заползая обратно в постель и обвивая его шею руками.

Кирилл лишь притворился спящим. На самом деле он ждал удобного момента. И вот он настал. Он резко набросился на неё, переворачивая под себя.

— Попалась! — выдохнул он ей прямо в губы и накрыл их головокружительным поцелуем, заставляющим позабыть обо всём на свете. — Сегодня едем за город, — нараспев протянул он, оторвавшись от неё лишь на мгновение.

— Ура! — завизжала Карина, соскучившаяся по свободе. Всю неделю она просидела взаперти: Кирилл строго-настрого запретил ей покидать квартиру. В скуке она перечитала все книги и облазила интернет вдоль и поперёк.

— На все выходные, — добавил Кирилл, окончательно осчастливив её.

В предвкушении поездки они выпили по чашечке кофе, собрали изрядный запас вещей и корзинку с продуктами. После комфортно устроились в автомобиле и двинулись в путь. Солнце припекало всё сильнее, но под прохладное дыхание кондиционера жара казалась восхитительной. Карина наслаждалась моментом, тихонько мурлыча под нос незатейливую песенку.

— Умничка моя, — похвалил Кирилл, окидывая её одобрительным взглядом. — Оделась что надо!

Она удивлённо поморщила носик:

— Тебе не нравится? Ты шутишь?

— Наоборот, я в восторге.

Он провёл ладонью по её голой ноге, задирая короткое платьице. Карина догадалась, куда он клонит, и уже настроилась на игру, игриво передвигая его руку чуть выше.

— Так мы точно до места не доедем, — категорично заявил Кирилл.

— Но ты первый начал! — с лукавой ухмылкой откликнулась она.

К этому времени они уже выехали за город. Кирилл сверился с навигатором.

— Далеко до дачи? — поинтересовалась Карина.

— Около сотни километров. Сводный брат, большой любитель соснового озона, приобрёл что-то наподобие охотничьего домика. Я там ни разу не был, зато слышал восторженные дифирамбы: речка, зелень, тишина. Почти рай на земле.

— У тебя есть брат? Ты не рассказывал.

— Разве? На прошлой неделе он звонил, тобой интересовался, привет передавал.

Карина поправила непослушную прядь волос.

— Не помню, — призналась она. — Всё время в облаках витаю.

— И я вместе с тобой.

Между ними постоянно вспыхивала невидимая искра. Кирилл оглядывался на её милое личико, жмурившееся от солнца. Предмет его обожания обладал природным магнетизмом, заставляя его думать только о поцелуях.

— Не провоцируй меня больше, а то мы больше не проедем ни километра, — предупредил он хрипло.

— Больше не буду, — пообещала она и устремила взор за окно.

В зеркале заднего вида её внимание привлёк автомобиль. Чёрный седан с затонированными стёклами следовал за ними по пятам. Она заметила его ещё на выезде из города, у вывески «Доброго пути!».

— Кирилл, та машина. Мне кажется, она преследует нас.

Он напрягся:

— Ты тоже обратила на неё внимание?

Она часто-часто заморгала:

— Обратила. Ты знаешь, кто это?

— Догадываюсь. Конкуренты решили поиграть. Могли бы придумать что-то оригинальнее, чем игру в догонялки.

— А если они стрелять начнут?

— Стрелять? Сейчас не девяностые... Всюду камеры. К тому же я им нужен живым. Пока...

— Пока! — взвизгнула Карина.

— Им моя программа покоя не даёт. Она же денег больших стоит. Получат — отстанут сразу же. Только фиг им!

— Мне страшно!

— Сейчас оторвёмся. Держись крепче. А лучше глаза закрой.

Карина послушно закрыла лицо ладонями, вжимаясь в сиденье. Кирилл ударил по газам. Ловко маневрируя по встречной полосе, он обошёл несколько автомобилей и оглянулся назад: преследователей не было видно.

— Карин, кажется, они отстали, — удовлетворённо сказал он, нежно сжимая её пальцы.

— Может, и не было никакой погони? Мы ошиблись? — выдвинула версию Карина.

— Как знать. Но согласись, эффектно ушли. Смотри на поток встречных — у них нет шанса протиснуться.

— Да. Ты у меня водитель класс! Самый лучший!

Каринка вздохнула. Она знала: слежка велась круглосуточно. Под окнами квартиры Серебренникова сменяли друг друга Ник и Ром; однажды она даже видела Динку напротив дома. Достали! Ей хотелось лишь одного — чтобы их оставили в покое навсегда. Всё, что было до встречи с Кириллом, хотелось вычеркнуть из памяти. Обидно было осознавать, что именно она подвергала его риску.

— Кирюш... Если я попрошу, ты выполнишь?

Он усмехнулся:

— Любое желание за твой поцелуй.

— Брось затею с этой программой безопасности! Иначе она станет программой опасности. Враги найдут способ надавить на тебя. Ты можешь лишиться всего, даже жизни.

Он нахмурился:

— Странно слышать это от тебя. Вижу, что переживаешь не меньше меня. Но не могу — это выше моих сил. Не так-то просто дело всей жизни выбросить на помойку.

— Надо всего лишь убедить их, что ты отказался от идеи. Что если их обмануть, а они поверят? Тогда вокруг шум уляжется. А спустя время, ты снова запустишь свой проект, и выйдет всё по-другому. Они просто не успеют сообразить, что ты их развёл.

— Понимаешь, в этом бизнесе всё быстротечно. Завтра эта программа станет всего лишь примитивным прошлым. Никому не нужным прошлым.

— Но они не отстанут! Неужели возможность заработать важнее жизни?

— Дело не в деньгах или месте в рейтинге. Скорее — это принцип. Я сдамся и подставлю всю команду «Серебра». Как я после этого смогу смотреть им в глаза? А мой авторитет?

— Ты упёртый! Или камикадзе? Твоя компания — твои решения! Обидятся, а потом поймут и смирятся. Придумайте что-то другое, менее опасное.

— Другое! Да это годы работы! – воскликнул Кирилл, — Не можем же мы переквалифицироваться на создание компьютерных игрушек или музыкальных плееров. Создание ширпотреба – вещь популярная, и более прибыльная, но это откат назад

— Зато все останутся живы, — возразила Карина.

— Наш поворот, — перевел Кирилл тему, круто выворачивая руль.

Карина ловила пальчиком солнечный зайчик, затесавшийся к ним попутчики. У неё закончились аргументы.

— Не дуйся! – попросил он, — пожалуйста. Для меня это больная тема. Важно, чтобы ты поддержала меня.

— Куда мне деваться? Конечно, поддержу.

Карина поняла: спорить бесполезно. «Не справилась с заданием», — пронеслось у неё в голове при мысли об Алевтине. Докладывать страшно; о последствиях можно только догадываться. Нужно было тянуть время как можно дольше.

Они миновали стелу, обозначавшую, что город закончился, и началась область. Съезжая все дальше от центрального шоссе, очутились на отрезке дороги, где мало встречных автомобилей, а населенные пункты и вовсе растворились среди бескрайних полей. Монотонный пейзаж лесных массивов и кустарников, мелькающих за окном, все же был куда приятнее пыльных городских улиц.

Ты свернул не туда? — встревожилась Карина, видя перед собой узкую колею, уходящую вглубь леса.

Привал! — загадочно ответил он.

Среди высоких деревьев выбрались наружу. День обещал быть не только солнечным, но и просто чудесно волшебным при отсутствии ветра и дождя. В этот час стояла необычайная, просто звенящая тишина. Просто потрясающе: не слышны трели соловья, прекратили громкий стрёкот надоедливых кузнечиков. Мир вокруг завис в хрупком равновесии природной идиллии.

— Здесь так спокойно, - заметила Карина, прислушиваясь к шороху листьев.

Кирилл игриво улыбнулся, всем видом показывая, то задумал шалость. Карине знаком этот взгляд. На первом свидании он смотрел точно так же: казалось, откусит от нее кусочек, или вовсе — проглотит целиком.

— Иди ко мне, малышка, – шепнул он ей на ухо. Кажется, хотел сказать что-то ещё, но передумал и просто сжал в объятиях.

В него словно бес вселился. Он наклонил Карину на капот машины, прижимаясь всем телом и губами отыскивая чувствительную мочку её уха. Горячее дыхание обожгло шею. Путаясь пальцами в её длинных волосах, он притянул её голову к себе и с силой впился в губы. Сладко-манящий запах её кожи с нотками цветов и ягод пьянил сильнее вина.

— Не могу больше сдерживаться, ты такая сладкая!

— Стой! Вдруг нас кто-нибудь заметит? — чуть отстранилась Карина, озираясь по сторонам и поправляя одежду.

— Ну и что! — тяжело дыша ответил Кирилл забираясь рукой под подол её платья — Пусть глядят и завидуют!

Всю дорогу он изнемогал от желания при виде её голых коленок и открытых плечей. Карина всё время провоцировала его: влекущая, сексуальная игрушка для взрослого мальчика. И Кириллу было чертовски занятно наблюдать за её поведением. Хотелось схватить её в охапку и задушить в объятиях. Иногда он сам пугался того напора страсти, с которым набрасывался на неё.

— Ты сводишь меня с ума колдунья!

Поцелуй был долгим, глубоким, властным. Карина засунула руки под его футболку расстегнула ремень через брюки ощущая его возбуждение которое отзывалось жаром внизу её живота.

Кирилл тихо назвал её имя, нежно, но с особым вкусом и страстью. Запустил пальцы в её волосы, слегка грубовато оттянул голову назад и впился губами в шею, оставляя влажный след.

Каринка закрыла глаза, наслаждаясь ласками Её нежные пальчики вспорхнули по торсу Кирилла словно крылья бабочки легко но слишком чувствительно для его разгорячённой кожи.

Глава 6

Поворот за поворотом автомобиль Кирилла плавно скользил по узкой, почти забытой просёлочной дороге. Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая небо в тёплые, медовые оттенки, а его последние лучи, словно прощаясь, ласково касались верхушек сосен и берёз. Ветер, врываясь в открытое окно, приносил с собой густой, пряный коктейль ароматов: терпкий запах хвои, свежесть влажной земли, сладость луговых трав и едва уловимую горечь полыни. Кирилл с наслаждением вдыхал этот воздух, чувствуя, как с каждым километром отступает городская суета, пыль и выхлопные газы. Здесь, вдали от мегаполиса, время словно замедляло свой бег, позволяя насладиться настоящим моментом.

Всё это стало возможным благодаря его чудаковатому брату — мечтателю и романтику, который грезил о жизни в деревне и наконец-то приобрёл свой «затерянный островок» среди вековых сосен. Кирилл улыбнулся, вспоминая, как брат с восторгом описывал это место, обещая уединение и покой. И теперь он сам ехал сюда, чтобы разделить это волшебство с Кариной.

Мысли Кирилла невольно унеслись в далёкое детство. Он вспомнил маленькое село у кристально чистого озера, поросшего по берегам колючими кустами шиповника и густым камышом. Вспомнил старый, полуразрушенный мостик, на котором они с деревенскими мальчишками часами сидели, болтая босыми ногами над водой и наблюдая за сонным покачиванием поплавка. Вспомнил, как потом бродил в огромных резиновых сапогах дяди по лесной чаще, выискивая под мхом и опавшей листвой крепкие шляпки грибов. В груди разлилось приятное тепло — то самое чувство беззаботного счастья, которое бывает только в детстве.

— Карин, обещаю: тебе здесь точно понравится, — начал он, желая поделиться этими воспоминаниями.

Но осёкся. Карина уже спала, убаюканная плавным ходом машины и тихой музыкой из динамиков. Её голова покоилась на подголовнике, а на губах играла едва заметная улыбка.

— Мы на месте, — тихонечко прошептал Кирилл, целуя её.

Он нежно коснулся губами её виска. Карина тут же встрепенулась, потянулась всем телом, как грациозная кошка, и распахнула глаза. Взгляд её сразу же упёрся в плотную стену деревьев, чьи кроны смыкались высоко над головой, создавая ощущение сказочного шатра.

— Красота! — восхитилась она. Других слов и не требовалось.

Кирилл был прав: воздух здесь был настолько чистым и звенящим, что от его свежести слегка кружилась голова. Тишина стояла такая пронзительная, что было слышно, как где-то вдалеке стучит дятел.

— А это, как я понимаю, наш терем из сказки! — воскликнул он, указывая на двухэтажный дом из золотистых брёвен.

Дом выглядел внушительно: высокое крыльцо с резными перилами, просторная открытая терраса и огромные окна, отражающие закатное небо.

— У твоего брата отличный вкус, — с искренним восхищением заметила Карина.

— Если честно, я представлял себе что-то поскромнее... — пожал плечами Кирилл. — Братец утверждал, что купил скромный домик, а тут — настоящий дворец! Обманщик!

Внутри их встретило настоящее царство уюта. Интерьер был выполнен в нежных пастельных тонах: кремовые стены, белоснежная льняная скатерть на массивном столе, шторы в мелкий цветочек и множество милых деталей в настоящем русском стиле — от вышитых подушек до глиняной посуды на полках.

— Надеюсь, здесь есть спальня с крепкой кроватью, — игриво протянул Кирилл, обнимая Карину за талию.

Она звонко шлёпнула его по мягкому месту:

— Опять? Не устал?

— Уже соскучился. Ничего не могу с собой поделать, когда ты рядом.

— А как же природа? Прогулки у реки? Ты же обещал!

— Сдаюсь! — театрально вздохнул он. — Идём осматривать барские владения!

Но не успели они сделать и шагу к двери, как Карина ловко вывернулась из его объятий:

— Чур, ты — водя! Догоняй!

Её глаза озорно блестели.

— Хочешь поиграть? Тогда держись! — с азартом отозвался Кирилл.

И началась весёлая погоня. Карина дразнила его звонким смехом и убегала всё дальше по тропинке между сосен. Кирилл бросался вдогонку, ловил её в свои объятия и осыпал поцелуями. Они носились как дети, позабыв обо всём на свете: о работе, о проблемах, о времени. Наконец он остановился, чтобы перевести дух и просто полюбоваться ею: щёки раскраснелись от бега и свежего воздуха, глаза сияли ярче звёзд, а волосы растрепались самым соблазнительным образом.

Бег привёл их к берегу живописного озера. Огромное зеркало воды было спокойным и прозрачным до самого дна. В нём отражалось темнеющее небо с первыми искорками звёзд.

Карина озорно пискнула и одним движением сбросила платье прямо на траву.

— Ты что задумала? — насторожился Кирилл.

Она уже избавилась от белья и стояла на кромке берега совершенно нагая в лучах заката.

— Хочу купаться!

— Куда? Замёрзнешь! Стой! — он сделал шаг вперёд.

— Не-а! Любовь греет! А тебя разве нет? — она дерзко подмигнула, и смело шагнула в воду.

Кирилл чертыхнулся про себя: вода наверняка ледяная! Но разве можно устоять перед такой женщиной? Он быстро сбросил одежду и бросился за ней следом. Холодная вода сперва обожгла кожу, но после лишь приятно освежала.. Они барахтались у берега, брызгаясь друг в друга водой и хохоча как сумасшедшие. Карина подобралась поближе и обвила руками его шею.

Чувствуя её частое дыхание так близко к своим губам, Кирилл прижал её к себе ещё крепче.

— Сама напросилась! — прорычал он и впился в её губы жадным поцелуем.

Карина была полна сюрпризов — эта женщина всегда провоцировала его на самые безрассудные поступки. Раньше Кирилл сто раз бы подумал прежде чем лезть в ледяную воду незнакомого озера. Но сейчас была не та ситуация.

Её горячий язычок уже вовсю хозяйничал у него во рту, затем спустился ниже — к шее и плечу. Она крепко обхватила его бёдра ногами. Кирилл хрипло вздохнул и подчинился этому дикому инстинкту любви прямо здесь, в прохладной воде озера под звёздным небом.

Когда всё закончилось, Каринка выскользнула из его объятий и вновь окатила его фонтаном брызг:

— Догоняй! Ты опять водишь!

И бросилась к берегу.

— А как же купание? Мы же только вошли в воду.

— Так холодно же! — крикнула она на бегу.

Кирилл усмехнулся: вот ведь лиса! Чувствуя себя обманутым и невероятно счастливым одновременно, он поплыл к берегу.

В доме было прохладно после купания. Карина стучала зубами и куталась в огромный шерстяной плед:

— Пожалуйста-а-а... растопи камин!

Кирилл быстро сложил дрова в топку большого камина из дикого камня и поджёг скрученную бересту. Пламя мгновенно занялось, весело потрескивая сухими поленьями и отбрасывая причудливые тени на стены. В воздухе повис тонкий аромат дыма и смолы.

Пока он возился с огнём, Карина обнаружила в холодильнике сюрприз от хозяина дома — бутылку шампанского.

— Кирилл, ты не возражаешь?

— Обеими руками за. Надо же! Братец всё предусмотрел! — восхитился Кирилл.

Они устроились прямо на полу перед камином на огромной ворсистой шкуре неизвестного зверя. Мех был невероятно мягким и пушистым; он ласкал кожу спины и вызывал приятную щекотку. Ночь полностью вступила в свои права за окном, но здесь было тепло от огня и близости друг друга.

Перебирая изящные пальчики Карины, Кирилл ощущал абсолютное счастье — то самое чувство гармонии с миром и собой, о котором он мечтал долгими одинокими вечерами в своей городской квартире. В его понимании свершилось даже больше того, на что он смел надеяться. Вот и не верь после этого во всякие гороскопы или влияние планет. Это было настоящее волшебство. Он не находил других объяснений тому факту, что его девочка оказалась именно у входа в «Серебро» именно в тот час. Как программист до мозга костей, он руководствовался логикой и теорией вероятностей, но эта встреча не поддавалась никаким расчётам.

В душе у Карины тем временем бушевала настоящая буря. Обзывая себя последними словами за слабость и глупость, она проклинала тот день, когда подписала договор с агентством. Она не знала тогда, что ей придётся выбирать между долгом и чувствами... Для себя она уже всё решила: если потребуется — она пойдёт за Кириллом хоть в пекло. Но мучительная внутренняя борьба изводила её до головной боли. Она хотела признаться ему во всём прямо сейчас — рассказать правду о задании, о тайной организации и о своём настоящем прошлом. Но страх быть отвергнутой останавливал её.

Кирилл словно почувствовал её состояние:

— Устала, милая? О чём грустишь?

Карина подняла на него взгляд своих чёрных глаз:

— Нисколечко не устала и вовсе не грущу. Тебе показалось.

Она нежно склонила голову ему на плечо. В её зрачках отражались тысячи крошечных огоньков тлеющих углей в камине. Казалось бы ничто не способно нарушить волшебство этой ночи.

Повернувшись к нему лицом так близко-близко, что их дыхания смешались в одно, она прошептала:

— Обещай верить мне. Что бы ни случилось.

Кирилл нахмурился:

— А что может случиться?

В его взгляде читалось искреннее недоумение.

— Поверь. Я знаю, о чём прошу.

— Не пугай меня. Мне ты нужна живая и здоровая! И я спасу тебя от всего на свете, — пообещал он так твёрдо и уверенно, что у неё защемило сердце от нежности.

Порой Кирилл ловил себя на мысли о том, насколько загадочной была эта женщина рядом с ним. Он знал о ней так мало фактов из биографии или прошлого. Но той близости хватало, чтобы сносило крышу напрочь, а все прочие вопросы казались неважными, а разговоры всегда заканчивались одинаково.

Он раскрыл объятия:

— А ну-ка иди сюда!

Карина оживилась:

— Зачем это?

— Буду внушать тебе доверие! — с улыбкой ответил он.

Она лукаво улыбнулась:

— Придётся постараться. Я такая непонятливая.

Кирилл повалил её обратно на мягкую шкуру, подминая под себя своим сильным телом, требовательно сжимая её кожу, скользя горячей рукой по изгибам живота, груди, возвращаясь к самым чувствительным местам. От прикосновений, Карина выгибалась дугой, словно кошка. Каждое касание волновало её, разливаясь по телу лихорадочным потоком наслаждения. Его губы были так близко. Они целовались жадно, словно после долгой разлуки. Но это было не просто физическое желание — это была потребность быть единым целым, раствориться друг в друге без остатка.

— Мой, — прошептала она, сдерживая стон. Она нуждалась в этом мужчине, как в воздухе, желала его каждой клеточкой тела, каждой частичкой души.

— Твой, — откликнулся он хрипло. — Навсегда.

Немного отстранившись, чтобы заглянуть ей в глаза, он увидел, что сегодня его малышка была особенно горячей, но при этом какой-то сентиментальной, ранимой. Её взгляд из-под густых чёрных ресниц затуманился, дыхание сбилось. Ещё один долгий поцелуй погрузил их обоих в сладостную эйфорию, где не существовало ничего, кроме двух сердец, бьющихся в унисон. При малейшем прикосновении его пальцев Карина закрывала глаза, теряя связь с реальностью. Волосы её разметались по полу небрежно, но невероятно соблазнительно. Время от времени она облизывала пересохшие губы — вишнёвый цвет которых свидетельствовал о предыдущих поцелуях. Следуя велению его рук, она требовала ещё больше ласки. Ощутив его внутри себя, она уже не могла сдерживать стоны. Приняла его толчки: сначала медленные, затем всё более сильные, даже чуточку грубые. Их вздохи смешивались с рычанием. Темп нарастал, бешеный ритм вёл их к пику наслаждения.