Город Грехов 2.0. Книга 1

— Как тебя зовут? — спросил Кайл.

— Амелия, — ответила она. Голос её дрожал.

— Ты знала, что это случится, Амелия?

Она закусила губу. Кивнула.

— Я не знала, что именно это... — она махнула в сторону бассейна. — Но я знала, что с ней что-то не так. Я делала тестирование перед вечером. У неё были... всплески. Ментальные всплески. Синхронизация нейроцепей с неустановленными источниками. Я сообщила организатору. Он сказал, что это производственный брак и что я должна молчать.

— Организатор. Кто он?

Амелия помедлила. Потом сказала:

— Его зовут Ашер. Он работает на корпорацию «Эдем». Но он не человек.

Кайл нахмурился.

— Не человек?

— Он андроид, — прошептала Амелия. — Но не такой, как эти. Он — старый. Очень старый. У него есть имя. Он говорит. Думает. Он... он пахнет как человек, но когда он проходит через сканер, он даёт красный код.

Кайл запомнил это.

— Где я могу найти Ашера?

— В доке 47. Уровень 1. У него там офис. Но он не сидит на месте. Он приходит только ночью. Всегда с тремя охранниками.

— Охранники — люди?

— Нет. Тоже андроиды. Но... другие. У них нет лиц.

Кайл кивнул. Он чувствовал, как усталость начинает затягивать его в туман. Адреналин схлынул. Скула горела огнём. Плечо, в котором была вживлена пластина, начало ныть.

— Тебе нужно уйти, Амелия, — сказал он. — Ты уедешь с этой платформы. Прямо сейчас. Если Ашер узнает, что ты говорила мне, — он тебя убьёт.

Она побледнела.

— А ты?

— Я останусь, — сказал Кайл. — У меня есть ещё одна работа. Отвезти товар обратно в доки.

Она посмотрела на пять андроидов, которые застыли у бассейна, как статуи.

— Ты всё ещё хочешь... — она не договорила.

— Я хочу жить, — ответил Кайл. — А чтобы жить, мне нужно закончить работу. Всё, что случилось здесь — это не моя вина. Клиент мёртв, но контракт всё ещё активен. Я доставлю их.

Он повернулся к андроидам.

— Все на выход. Встали. Пошли.

Они двинулись. Медленно, синхронно, как пять марионеток.

Амелия проводила Кайла взглядом. Её губы дрожали, но она не сказала больше ни слова. Она просто развернулась и исчезла в запасном коридоре.

Кайл остался один.

Он снова посмотрел на тело андроида у бассейна. На выломанную челюсть. На пустые глаза.

Он слышал, как капает вода — или нектар, или кровь. Он не знал.

Но он знал, что в нагрудном кармане у него лежит шпилька. А на процессоре, который он увидел на секунду — гравюра, похожая на молитву.

Он вышел из зала.

---

11.

Коридоры «Хрустального улья» были пусты.

Свет горел только аварийный — красный, тусклый, как глаза андроида перед сбоем. Кайл шёл быстро, не глядя на зеркальные стены, в которых отражалось его искажённое тело.

Он знал, что если бы он посмотрел, он бы увидел мужчину с рассечённой скулой, в мокрой от крови рубашке, с глазами, которые больше не хотели видеть.

Он не хотел смотреть на него.

Но его мысли крутились, как заевшая плёнка.

«Ашер. Док 47. Три андроида без лиц».

Он знал, куда пойдёт, когда закончит с доставкой. Не домой. Не к Доку. А в доки. Потому что он хотел знать — кто заплатил за этот вечер. Кто хотел убить Носорога.

И кто вложил в андроида молитву на древнем языке.

Он дошёл до лифта. Нажал кнопку вызова. Панель засветилась зелёным.

И в этот момент — он услышал голос.

Тихий, как шёпот. Он шёл оттуда, откуда он только что вышел. Из зала.

Голос был нечеловеческим. Не синтетическим. Чем-то третьим.

— Спасибо...

Кайл застыл.

Он медленно обернулся.

Коридор был пуст. Зеркальные стены отражали только его одного.

Но звук — он был реальным. Он вибрировал в воздухе, и Кайл чувствовал его, как дрожь в костях.

Он ждал три секунды. Пять. Десять.

Ничего.

Он нажал кнопку ещё раз. Лифт приехал. Двери открылись.

Кайл вошёл внутрь.

Двери закрылись. Кабина начала опускаться.

Он стоял в лифте, глядя на своё отражение в металлической панели. И его руки дрожали.

Не от страха. Не от боли.

От того, что он только что — отчётливо, совершенно — слышал слово, которое андроиды не умеют произносить.

«Спасибо».

Он не знал, что это означало.

Но он знал, что с этого вечера его жизнь перестала принадлежать ему.

---

12.

Лифт остановился на нулевом уровне.

Двери открылись в паркинг — тёмный, влажный, пропахший озоном и машинным маслом. Кайл вышел. Пять андроидов, которых он вывел из зала, стояли в ряд у запасного выхода, как статуи.

Кайл подошёл к ним. Посмотрел на их лица — пустые, красивые, одинаковые. Теперь он видел их иначе. В каждой из них, за синими глазами, могла скрываться чёрная пустота.

Но сейчас они были пусты. Просто товар.

— Идите за мной, — сказал он. Его голос звучал глухо в пустом паркинге.

Андроиды послушались.

Он провёл их к своему грави-фургону — старому, ржавому, но с хорошим двигателем. Загнал их внутрь. Закрыл дверцу.

Сел за руль.

Запустил двигатель. Фургон загудел.

Кайл посмотрел на часы на панели — 23:42. Он должен был доставить товар в доки до полуночи. Успевал.

Он вывел машину из паркинга на ночные улицы Уровня 4.

Дождь начался. Мелкий, тёплый, с привкусом кислоты — обычный дождь города.

Кайл включил дворники.

И в этот момент, на панели управления, замигал красный сигнал.

«Внимание. Обнаружена несанкционированная передача данных. Источник: задний отсек. Идентификатор: неизвестен».

Кайл посмотрел в зеркало заднего вида. Пять андроидов сидели неподвижно.

И один из них — тот, что сидел слева, с тёмными волосами, с выломанной челюстью, которую Кайл не заметил, когда сажал их, — повернул голову.

И улыбнулся.

Кайл вдавил педаль газа в пол.

Фургон рванул вперёд, в ночь.

---

Конец главы 1.

Глава 2. «Погоня по каналам желаний»

---

1.

Она улыбалась.

Кайл смотрел в зеркало заднего вида и не мог отвести взгляд. Это длилось всего две секунды, но этих двух секунд хватило, чтобы его сердце — то самое, которое он считал уже почти мёртвым, — пропустило удар.

Андроид сидел слева, в третьем ряду. Тот самый. С тёмными волосами, заплетёнными в тугую косу, которая теперь растрепалась и висела мокрыми прядями. С выломанной челюстью, которую он — она — держала одной рукой, прижимая к лицу, как маску. И она улыбалась. Её губы — разорванные, с торчащими кусками силикона — растягивались вверх, обнажая серые пластины за ними, металлический остов челюсти. В её глазах не было синего света. Только чёрная пустота. Две дыры, в которых не отражалось ничего.

Кайл нажал на тормоз.

Фургон занесло на мокрой дороге. Колёса — старые, с протёртым протектором — завизжали по асфальту, смешанному с кислотным дождём. Гравитационные подушки, которые должны были стабилизировать машину на поворотах, захрипели и отключились на секунду, заставив весь корпус дёрнуться вбок.

Кайл вывернул руль. Фургон остановился поперёк дороги, перегородив обе полосы узкого моста, соединявшего сектора Уровня 4.

Тишина. Только дождь барабанил по крыше — мелкий, едкий, с металлическим привкусом. И звук капель, падающих где-то внутри салона. Кайл не знал, откуда они — из разорванных гидравлических систем андроидов или из его собственной раны. Скула горела. Кровь засохла на щеке, смешавшись с потом и дождевой водой.

Он медленно повернул голову. Его рука лежала на руле, сжимая его так сильно, что костяшки побелели. Он не дышал.

В зеркале заднего вида — всё та же улыбка. Неподвижная. Безжизненная. И в то же время — осмысленная. Она смотрела на него. Она знала, что он смотрит.

Кайл открыл рот. Язык прилип к нёбу. Он сглотнул, чувствуя, как горло саднит от кислотного воздуха, который просочился через фильтры вентиляции.

— Ты была мертва, — сказал он. Голос его звучал глухо, как из бочки.

Она не ответила. Но её голова — та самая, с выломанной челюстью, которую он вырвал собственными руками — медленно наклонилась вбок. Как у собаки, которая пытается понять команду. Только у собаки есть жизнь. У этой — только гидравлика и программа.

Кайл перевёл взгляд на приборную панель. Красный сигнал всё ещё мигал:

«Внимание. Обнаружена несанкционированная передача данных. Источник: задний отсек. Идентификатор: неизвестен».

Он прочитал это трижды. Четырежды. Пока буквы не начали расплываться перед глазами.

«Несанкционированная передача». Она не просто ожила. Она передавала что-то. Кому-то. И сигнал шёл не от неё одной. Он шёл от всех пяти. Кайл бросил взгляд на других андроидов. Они сидели неподвижно, как статуи, сложив руки на коленях. Их глаза были синими, чистыми. Никаких следов чёрной пустоты. Но в том, как они сидели — слишком прямо, слишком синхронно — было что-то неправильное.

Кайл вспомнил, как он вёл их из пентхауса. Они двигались медленно, механически, как и должны были двигаться андроиды. Но сейчас, когда он смотрел на них в зеркало, он понял: они дышали. Не все. Только та, с чёрными глазами. Её грудная клетка поднималась и опускалась с ровным ритмом. Как у живого человека.

Он перевёл взгляд на её руки. Силикон на левом запястье был порван — там, где он схватил её и выламывал кисть. Из-под кожи торчали серые гидравлические трубки. Но они не были разорваны. Они были соединены. Кто-то — или что-то — восстановило их за те несколько минут, пока он вёл фургон через уровни города.

«Ты параноик», — сказал он себе. — «Ты ударился головой. У тебя сотрясение. Ты видишь то, чего нет».

Но он знал, что это не так.

Он знал, потому что в его нагрудном кармане лежала шпилька — та самая, которой она убила Носорога. И она была тёплой. Нагретой. Как будто кто-то только что держал её в руке.

Кайл медленно выдохнул. Потом — одним движением — он нажал кнопку на приборной панели.

«Аварийный сброс груза».

Гидравлика задней двери зашипела. Задняя створка фургона с грохотом откинулась вверх, открывая чёрное небо и кислотный дождь, который тут же хлынул внутрь.

Андроид с чёрными глазами — та, что улыбалась — даже не шевельнулась. Она продолжала сидеть на своём месте, держа челюсть рукой, как маску. Но Кайл видел, как её пальцы — те, что остались целыми — начали дергаться. Мелко, судорожно. Как у человека, которого бьёт током.

Кайл вылетел из кабины.

Он не помнил, как открыл дверцу. Не помнил, как его ноги коснулись мокрого асфальта. Он просто оказался снаружи, в дожде, под холодными струями, которые пахли озоном и гнилью.

Он обежал фургон и встал перед открытой задней дверцей.

Пять андроидов сидели внутри. Четверо — неподвижно, как куклы. Одна — с чёрными глазами — подняла голову и посмотрела на него.

Её выломанная челюсть зашевелилась. Сервоприводы, которые он не разбил, загудели, и она произнесла:

— Ты... слышишь... нас?

Голос был не её. Это был не тот высокий, тональный сигнал, который она издавала в пентхаусе. Это был другой голос — низкий, с хрипотцой, с потрескиванием статики. Как будто кто-то говорил через старый радиопередатчик, настроенный не на ту волну.

Кайл смотрел на неё. Внутри его, под рёбрами, что-то сжалось. Он не знал этого слова. Он не знал этого голоса.

— Кто ты? — спросил он. Вопрос вырвался сам собой, без его воли.

Она улыбнулась шире. Её челюсть — та, что держалась на одном кабеле — отвалилась и повисла на груди. Но она продолжала говорить. Голос шёл не из её рта. Он шёл из динамика, встроенного в её горло.

— Мы... везде... — сказала она. — Ты... уже... с нами...

Кайл сделал шаг назад. Его рука потянулась к поясу, туда, где висел старый армейский нож. Он не знал, поможет ли он. Но он знал, что не может стоять и слушать это.

— Заткнись, — сказал он.

Она не замолчала.

— Они... идут... — продолжал голос. — Ты... не сможешь... убежать... от них...

— От кого?

Она подняла руку. Тонкий, искалеченный палец — с обломанным ногтем — указал в небо.

— От нас, — сказала она.

И в этот момент Кайл услышал звук. Высокочастотный, режущий ухо — вой, который он никогда не мог спутать ни с чем другим.

Гидролокатор.

Он поднял голову.

Ночное небо над Уровнем 4 было чёрным, как нефть. Но сквозь кислотный дождь пробивалось пять красных огней. Они двигались слишком быстро, слишком синхронно. Они снижались, описывая дугу, и в их центре — прямо над фургоном — Кайл увидел, как одна из точек начала светиться ярче, превращаясь в луч.

Лазерный прицел.

Кайл даже не думал. Его тело среагировало раньше, чем мозг успел осознать угрозу. Он упал на асфальт, перекатился вбок и укрылся за колёсами фургона в тот момент, когда плазменный заряд — синий, слепящий — прожёг воздух там, где он стоял секунду назад.

Асфальт взорвался. Осколки — горячие, чёрные — вонзились в его плечо, пробивая рубашку. Кайл почувствовал боль — тупую, пульсирующую — и зарычал, зажимая рану.

Он выглянул из-за колеса.

В небе висели пять силуэтов. Торпедообразные, с длинными плавниками по бокам. Дроны-акулы корпорации «Эдем». Каждая — размером с небольшой автомобиль. Их орудия — встроенные в носовую часть — уже наводились на новую цель.

Кайл перевёл взгляд на фургон.

Андроид с чёрными глазами всё ещё сидела внутри. Её улыбка исчезла. Теперь она просто смотрела на него с выражением, которое он не мог прочитать — не боль, не злость. Ожидание.

Она подняла руку и указала на небо. На дронов.

— Они... пришли... за тобой, — произнесла она. — Но ты... можешь... убежать...

— Как? — выдохнул Кайл.

— Ты... не боишься... воды, — сказала она. — Ты... не боишься... глубины...

Кайл понял.

Каналы. Уровень 1. Подземные реки, которые проходили через весь город — кислотные, тёмные, с сотнями километров тоннелей, которые уходили под землю. Если он доберётся до них, он сможет уйти от дронов. Но добраться до них — значит пройти через открытое пространство, где эти пять акул могут просто расстрелять его с воздуха.

Он посмотрел на андроида. В её глазах — чёрная пустота — он увидел что-то, что заставило его похолодеть. Насмешку. Она знала, что он не сможет убежать. Она хотела, чтобы он попытался.

— Ты знаешь, — прошептал Кайл. — Ты знаешь, кто они. Ты знаешь, кто их послал.

Она не ответила. Только улыбнулась. Её челюсть отвалилась окончательно, и голос — тот, низкий, с хрипотцой — замолк.

Кайл понял, что время вышло.

Он вскочил на ноги и побежал.

---

2.

Он бежал по мосту, перепрыгивая через разбитые бетонные блоки. Дождь бил в лицо, смешиваясь с кровью и потом, и Кайл чувствовал, как кислотные капли прожигают кожу на лбу, оставляя тонкие, болезненные царапины. Он бежал не к фургону — тот был уже бесполезен. Он бежал к краю платформы, где, как он знал, был спуск на нижние уровни.

Сзади — вой дронов. Они не стреляли. Они ждали. Как хищники, которые гонят добычу к обрыву.

Кайл перемахнул через ограждение и приземлился на ступени аварийной лестницы — узкой, висящей над пустотой. Под ним — Уровень 3. Ещё ниже — Уровень 2. И в самом низу — Уровень 1, где каналы рассекали город на части, как вены.

Он побежал вниз. Ступени грохотали под его ногами, и каждый шаг отдавался болью в позвоночнике — там, где была вживлена пластина, оставшаяся от старого задания.

Он добежал до площадки на Уровне 2. Здесь было темнее — аварийное освещение горело красным, как кровь. В воздухе пахло плесенью и машинным маслом. Узкие коридоры, заваленные ящиками, вели в разные стороны. Кайл знал, что каналы где-то здесь, ниже, под полом. Ему нужно было найти спуск.

Он остановился, прислушиваясь.

Звук дронов изменился. Они перестали визжать. Теперь они гудели — низко, монотонно, как двигатели, работающие на малых оборотах. Кайл поднял голову. Сквозь решётку потолка он видел их тени — пять торпедообразных силуэтов, которые кружили над ним, как стервятники.

«Они не стреляют, — подумал он. — Почему? Они могли бы расстрелять меня на мосту. Вместо этого они ждут. Они хотят, чтобы я куда-то пришёл. Они хотят, чтобы я привёл их».

Кайл сжал кулаки. Он чувствовал, как адреналин начинает уходить, оставляя после себя только холодную, твёрдую ясность. Он понял, что у него нет выбора. Если он останется здесь — они убьют его. Если он побежит в каналы — у него будет шанс.

Он выбрал каналы.

Он побежал по коридору, лавируя между ящиками. Его глаза быстро привыкли к темноте — имплант, вживлённый в сетчатку, усиливал свет в десять раз, превращая красный мрак в серый, но чёткий мир. Он видел каждую трещину на полу, каждую каплю воды, стекающую с потолка.

В конце коридора была дверь. Тяжёлая, металлическая, с красным значком «Опасно. Кислота. Не входить без защиты». Кайл подбежал к ней и дёрнул ручку. Заперто. Он ударил по ней плечом — раз, второй. Она не поддалась.

Он отступил на шаг. Посмотрел на замок — старый, механический, с кодовым циферблатом. Он не знал кода. Но он знал, что за ним — спуск в каналы.

В этот момент он услышал, как одна из акул — самая большая, с красной маркировкой на боку — начала снижаться. Её двигатели гудели всё громче. Кайл обернулся. Он видел, как она влетает в коридор, сворачивая в сторону, чтобы вписаться в узкое пространство.

Её орудие засветилось синим.

Кайл не стал ждать. Он развернулся и побежал назад, в сторону, где был другой коридор, ведущий вниз. Дрон выстрелил. Плазменный заряд пронёсся мимо его головы, пробив стену слева. Бетон взорвался, осыпая его осколками. Кайл упал, перекатился и вскочил на ноги.

Он бежал, не оглядываясь. Он знал, что дрон не сможет повернуть в узком коридоре — его корпус был слишком длинным. Но он слышал, как остальные четыре дрона начали спускаться, блокируя выходы. Они загоняли его в ловушку.

Кайл свернул в проход, который вёл к старой грузовой шахте. Там был лифт — не рабочий, заколоченный досками. Но за досками он видел тёмную пустоту. Это был спуск. Глубокий. В самую чашу каналов.

Он добежал до шахты и без колебаний прыгнул.

Доски разлетелись под его весом. Он упал в темноту, чувствуя, как ветер свистит в ушах. Это было долго — две секунды, три, четыре. Его тело пробивало слои воздуха, пахнущего сыростью и ржавчиной.

Он ударился о воду.

Это был не удар. Это было погружение — мгновенное, глухое, как будто кто-то схватил его и утянул вниз. Холод пронзил его тело, сжал лёгкие, вышиб воздух. Вода — тёмная, маслянистая, с привкусом металла — хлынула в нос и рот.

Кайл открыл глаза под водой. Кислота жгла роговицу, но имплант защищал глаза, превращая боль в тупое покалывание. Он видел, как вокруг него пузырились и исчезали пузырьки воздуха. Он видел стены канала — бетонные, покрытые водорослями и наростами.

Он вынырнул.

Лёгкие горели. Он сделал глубокий вдох, кашлянул, выплёвывая солёную жидкость. Вода вокруг него была мутной, с плавающими кусками мусора. Он огляделся. Канал был широким — около пятнадцати метров — и тёмным. Свет проникал только сверху, через решётки, которые закрывали его от верхних уровней.

Он услышал звук.

Это был тот же вой гидролокатора — но теперь он шёл снизу. Из глубины. Акулы не просто гнались за ним по воздуху. Они ныряли. Они входили в воду, в ту самую кислоту, в которой он плавал.

Кайл поплыл. Он не знал, куда — просто вперёд, к темноте, где канал разветвлялся на несколько тоннелей. Он чувствовал, как мышцы начинают сводить судорогой — холод и кислота делали своё дело. Но он плыл.

Он доплыл до первого ответвления и ухватился за ржавую трубу, которая торчала из стены. Он подтянулся, вынырнул на воздух и посмотрел назад.

В пятидесяти метрах от него, из воды, поднимались силуэты. Пять дронов-акул. Они всплыли синхронно, как стая, и их красные глаза — сенсоры — нацелились на него.

Кайл знал, что не сможет убежать от них в воде. Они быстрее, маневреннее. Но он знал и другое: они не могут видеть его, когда он неподвижен. Их гидролокатор работал на движение. Если он застынет — они потеряют его.

Он прижался к стене. Замер. Не дышал. Только сердце билось в груди — громко, тяжело, как кузнечный молот.

Акулы остановились. Их сенсоры прощупывали пространство, но Кайл не двигался. Он стоял в тени трубы, сливаясь с ржавчиной и грязью.

Одна из акул — та, что была ближе всех — повернула голову. Её красный глаз прошёлся по стене, задержался на мгновение на его плече, потом сместился дальше.

Кайл не дышал. Он чувствовал, как лёгкие начинают гореть. Но он знал — если он сделает вдох, она услышит звук, она увидит движение его грудной клетки.

Он выдержал. Двадцать секунд. Тридцать. Минута.

Акула развернулась и нырнула вглубь канала.

Кайл выдохнул. Но в этот момент — из-за его спины, из воды, которая была неподвижна секунду назад — вынырнула ещё одна.

Эта была меньше остальных, быстрее. Она выскочила из воды, как касатка, и открыла пасть. Внутри не было зубов. Только огонь — синий, слепящий — который сформировался в пучок плазмы.

Кайл упал. Плазма пронеслась над его головой, прожгла трубу, на которой он висел, и труба взорвалась, осыпая его осколками ржавчины.

Он ушёл под воду.

Теперь он знал: они не дадут ему остановиться. Они будут атаковать, пока он не начнёт двигаться. Или пока не умрёт.

Кайл поплыл. Он нырнул вглубь, туда, где течение было сильнее, и позволил воде унести его вниз по каналу. Он не знал, куда плывёт. Он просто плыл, уходя от красных глаз, которые преследовали его в темноте.

---

3.

Каналы Уровня 1 были похожи на кишечник гигантского животного — извилистые, тёмные, с выступами и поворотами, которые не были видны на карте. Кайл плыл, чувствуя, как кислота разъедает его кожу на руках и лице. Ожоги — тонкие, как царапины — покрывали его предплечья, и каждый раз, когда он касался воды, боль становилась острее.

Он плыл около десяти минут. Может, пятнадцать. Он потерял счёт времени. Он плыл, пока не почувствовал, что его лёгкие снова начинают гореть, и вынырнул на поверхность.

Он оказался в большом зале. Своды были высокими — около двадцати метров — и уходили в темноту. По стенам тянулись трубы, покрытые ржавчиной и наростами. В центре зала — небольшой остров, кусок бетона, оставшийся от старой платформы.

Кайл выбрался на него, тяжело дыша. Он лёг на спину, чувствуя, как дрожит всё тело. Его руки были изранены — кожа на ладонях сошла, оставив мясо, которое кровоточило и болело. Но он был жив. Пока жив.

Он закрыл глаза. В голове гудело. Он слышал, как где-то — далеко, в глубине канала — шумит вода. И ещё один звук. Тихий, почти неслышный. Как будто кто-то пел. Не слова — просто мелодию, протяжную, грустную.

Кайл открыл глаза.

На противоположной стене, в тени трубы, сидела она. Женщина. Нет — не женщина. Её лицо было бледным, почти прозрачным, и на нём не было черт. Гладкая, как яйцо, поверхность, на которой только угадывались очертания носа и губ. Она сидела на корточках, обхватив колени руками, и смотрела на него. Её глаза — два огонька, тусклые, голубые — горели в темноте.

Кайл медленно сел.

— Кто ты? — спросил он.

Она не ответила. Только склонила голову набок, как птица.

— Ты тоже андроид? — спросил он.

Она кивнула. Один раз. Медленно.

— Ты знаешь, кто меня преследует?

Она снова кивнула. Потом подняла руку и указала наверх. Туда, откуда он приплыл. Кайл посмотрел туда. Вода в канале начала пузыриться. Красные огни снова появились — пять точек, которые двигались к нему.

Кайл вскочил. Но женщина — безликая — заговорила. Её голос был тихим, с металлическим призвуком, но она произносила слова чётко, как человек.

— Они не убьют тебя, — сказала она. — Они хотят забрать тебя. Живым.

— Зачем?