Княжна попаданка 2. Призраки прошлого

— Пошли все вон!

Свидетелей, как ветром сдуло, спрятались, кто в бане, кто за санями притаился.

— Ты украл мою деву? Где она?

— М-м-м! — промычал избитый и сделал попытку отползти от обидчика, оставляя кровавые следы на снегу. Разбитый нос, шок и страх не позволяют сосредоточиться и выставить защиту. У напавшего какой-то слишком мощный демон в услужении, человека тут и нет вовсе.

— Где моя Катрина? — прорычал Гуннар и пнул соперника.

— Наверху она, не бейте барина! Провожу, — заверещала бабёнка и спотыкаясь побежала от хозяйских построек к открытым дверям.

— Если дёрнешься и попытаешься магию против меня сотворить, убью и глазом не моргну, — «гость» снова рычит, из-за огромной шубы и косматой бороды – вылитый медведь.

— Не тронь её! Она моя племянница. Не смей. Я её…

— Ещё одно слово и я тебя на тот свет, как всех отступников! Ты и волосинки её не стоишь, а туда же! Предатель рода своего!

Простонав от боли и страха, побеждённый, откинулся на спину, раскинул руки и застонал громче. Не ожидал, что этот изверг настолько быстро найдёт Катерину? И тут же вспомнил про магическое кольцо, заскулил, уж не от боли, а от осознания своей глупости…

— То-то же, лежи! А это не твоё! — нападавший наклонился и безошибочно вынул из кармана помолвочный перстень князя Дмитрия, ухмыльнулся, покрутил в ручище и поспешил в дом, не стесняясь круша всё на своём пути, и этого мало за подлость, какую этот охальник учинил против Катерины.

Народ попрятался. Чуют, что непростой гость заявился, тёмный маг. Такой убьёт, недорого возьмёт.

Через несколько минут мимо стонущего Богдана Матвеевича прошёл Гуннар Черноводов с бесценной ношей на руках, спящей седовласой девицей.

Злодей вытащил несчастную из постели на мороз в одной длинной рубашке, её босые ножки порозовели от холода, но она словно мёртвая. Никто не решился указать «гостю» что девица обморозится без одежды…

Поравнявшись с избитым боярином, «гость» остановился, удобнее перехватил рукой добычу и не стесняясь прокричал в окровавленное лицо:

— Катрина моя! Следы ты запутал, молодец, грязную работу сделал, и за это хвалю, но то, что решил возродить род Лебедевых – огромная ошибка, дважды в реку не войти, упущен шанс, теперь всё иначе! — только хотел перешагнуть через Богдана, как раздался ружейный выстрел.

— Изыди! Мы ужо за дружиной послали! Мишка, заряжай, убьём паскуду! — прокричал один из охранников.

Черноводов только хмыкнул и поспешил со двора, сел в чёрную карету, и его кучер щёлкнул над конями кнутом, те дёрнули и помчались по улице, вздымая клубы морозного снега.

Растворился снежной пелене, словно и не было…

Стоило похитителю уехать, слуги подбежали к стонущему Пожарскому, но он поднял руку, едва заметно вздрогнули пальцы, заставляя челядь замереть и не мешать. Нужно сосредоточиться произнести заклинание и тогда возможно рана начнёт затягиваться, хотя бы кровь остановить.

— Вот мокрая тряпка, позвольте, оботру, на бок надо лечь. Ой, как же вас, а! — не обращая внимания на протесты хозяина женщина, что прислуживала Катерине с лёту, как бежала, упала на колени перед Богданом и протёрла ему лицо, стараясь не давить и не причинять ему ещё большую боль.

— Он забрал девицу?

— Да, без одежды, в одном исподнем, заморозит её, Мишка ему в спину попал! — прошептала служанка, всё ещё пытаясь остановить кровь из носа и рассечённой губы.

— Паскуда! Это не человек! Демон вселился в тело боярина. Если провалюсь в небытие, скажешь дружинникам из нашей управы. Что Черноводов похитил мою племянницу Лебедеву, последнюю кровинушку…

— Ой, как же это! Мы ж её сами отдали, кабы знали, что она вам как дочь, убили бы в подлеца, — с горечью простонал конюх.

Боль только начала стихать, сейчас бы самое время читать лечебное заклинание, но мёрзлая земля содрогнулась.

Гулкий топот заставил Богдана снова поморщиться.

— Управа? — простонал, не поворачиваясь к воротам.

— Да, но центровые с Воронцовскими, — прошептала служанка и осторожно помогла хозяину сесть на обледенелой земле.

— О! Да тут ристалище? Кто ж вас так, Богдан Матвеевич? Катя где?

— Опоздал ты, увезли мою кровинушку. Забрал её изверг Черноводов, совсем ума лишился, он её и похищал, да я у разбойников смог перекупить!

— Значит, Черноводов успел быстрее, зря мы с вечера не поехали… надо было за этой нечестью с вечера следить.

— Уследишь за ним, как же. Вечером у нас дозволения не было от Северных. А местные бы спугнули, и вообще бы концов не нашли, догоним, раз карета, не должна далеко уехать, приметные кони у него! — проворчал Фирс, а сам с презрением смотрит на Пожарского.

— Давно уехал? Знаешь куда? — конь под князем Воронцовым от нетерпения перетаптывается с ноги на ногу, стук копыт больно отдаёт в голове избитого боярина, но встать Богдан ещё не решается.

— Недавно! Должно быть, догоните, туды, туды! — крикнул конюх и махнул рукой.

— Фирс Демидович, и дружина со мной! Архип и вы двое остаётесь, караулить Пожарского! После вернёмся и расспрошу страдальца. С чего это пан нашу Катерину своей кровинушкой вдруг называет. Поспешим улицы проверять!

Дружинники развернули коней и помчались в ту сторону, куда указал конюх.

Проехали один поворот и ни единого следа, что тут карета была, даже намёка магического нет, и Феня молчит. Разделились, объехали почти восемь улиц, спрашивали всех, но тишина, никто не видел чёрного санного экипажа с парой гнедых коней.

— Всех надо поднять, улицы проверять, не мог же он исчезнуть! — крикнул Фирс, возвращаясь с очередного объезда.

Гуннар Черноводов словно растворился, ни единого следа, ни реального, ни магического.

— Поднимем, не сейчас так позже он объявится! Катя! Весточку подай! Катя-я!