Наследие крови

Я остановилась в шаге от парней. Впереди нас ждал месяц, наполненный бурчанием Джереда, тихим недовольством Бакса, безразличием Эрела и Элли, чьи чувства к оборотню уже раздражали меня сильнее, чем Джеред и Бакс вместе взятые. Почему вампиры так несдержанны в своих чувствах?! Я перевела взгляд на Эрела. Хотя по нему так не скажешь.

Ладно, погнали.

— Эрел с Баксом — отправляетесь патрулировать Бруклин. Джеред с Элли — в Куинс. Я пройду по Манхэттену и направлюсь в Бронкс. В Статен-Айленд пока не суёмся — после похищения родственника эльфийского народа там за каждым углом следят. Главное: внутри своих районов не заходите на территорию людей, иначе генерал нам головы оторвёт. — Джеред уже тянул руку, но я смирила его взглядом. — Это приказ.

Члены команды безоговорочно кивнули и направились парами по своим направлениям.

Я зашла в тёмный переулок и двинулась вдоль стен пятиэтажных домов. Кругом не было ни души, и в окнах давно погас свет. Да, возможно, одной бродить здесь — не лучшая идея. Если на меня нападут, будет крайне сложно выбраться, не применяя магию. А после её использования меня парализует, и дружки этих придурков упакуют меня в фургон. Что ж, как-нибудь справлюсь.

Я бы ни за что не пустила никого из ребят в одиночку. Они отлично работают в парах, но не поодиночке. Вампиры быстрее оборотней, а оборотни сильнее.

Я уже привыкла отправляться в одиночку, новсё могло быть иначе. Совершенно иначе. Грек Джарвис. Мой друг и напарник по заданиям погиб два года назад. Он был вампиром и другом детства Эрела. Нас отправили в горы, где вампиры устроили культ и приносили в жертву молодых девушек. Людская кровь сделала их невероятно сильными. Одолеть их оказалось почти невозможным. Грек думал, что его не тронут — он ведь из древней династии. Но озверевшим вампирам было плевать. Они разорвали его у меня на глазах. А затем переключились на меня. К тому времени подоспели остальные — и мне помогли. Части тела Грека валялись в разных углах пещеры. Тогда я впервые увидела Эрела таким... Он упал на колени и рычал на всех, кто приближался к нему, даже на Элли. Только через месяц Эрел смог говорить без рыка.

Стряхнув отголоски воспоминаний, я завернула в очередной переулок и наткнулась на неоднозначную картину. Девушка с белоснежными волосами, выставив руки вперёд, пятилась спиной в мою сторону. Двое парней в чёрных куртках двигались прямо на неё.

— Эй, детка, мы совсем немного развлечёмся с тобой. Тебе понравится, — облизнул губы один из ублюдков.

— П-прошу, н-не надо, — пропищала девушка.

У одного из мерзавцев в руке сверкнул нож.

Ох, блять. Только этого мне не хватало.

Девушка оступилась и упала на пятую точку прямо у моих ног. Вскинув голову наверх, её зрачки расширились от ужаса, когда она увидела меня.

— Эй, иди, куда шла, — подал голос один из придурков. — Или хочешь присоединиться? — ублюдок снова облизнул губы.

Девушка затряслась, как осиновый лист.

Я вышла им навстречу и достала глок:

— Похоже, это вам пора.

Ублюдок с ножом оскалился:

— Джо, тут у нас горячая штучка. Как раз твой типаж. Предлагаю устроить веселуху. Я возьму белоснежку, а ты эту.

Его друг вытащил из-за уха сигарету и прикурил:

— Пожалуй, сначала я хочу посмотреть, как ты развлечёшься с ними один...

Мудила не успел договорить. Мой клинок вошёл прямо в его бедро, а следом прилетел кулак, отправивший его в глубокий нокаут. Выдернув клинок, я полоснула им по боку второго мерзавца и ударила рукояткой чётко в висок. Свинья свалилась в грязь рядом с товарищем.

Я развернулась и встретилась с девушкой, которая, обхватив себя руками, продолжала дрожать.

— К-кто ты? — прошептала она.

Она была на тонких шпильках, в короткой вязаной юбке и лонгсливе. Миленько. Но на что она надеялась, разгуливая в таком виде по тёмному переулку?

— Это неважно. Мне пора, — засунув клинок обратно в чехол, я направилась дальше.

Ещё пару часов патруля — и я окажусь в своей тёплой постели. Затем тренировка, завтрак, ещё одна тренировка, обед, спарринги и стрельбище, сон, патруль — и так по кругу. Получится ли в этот плотный график засунуть пару часов в библиотеке?

— Постой, — девушка догнала меня и ухватила за локоть.

Я нехотя обернулась. Серьёзно?! С ней нянчиться — это последнее, что я хочу делать сейчас.

Она пристально смотрела мне в глаза. Они были глубокими и зелёными, как изумруды.

— Ты мне поможешь и отведёшь к Центральному парку, — она положила руку на моё плечо.

Да кем она себя возомнила?!

Я резко скинула её руку и толкнула к стене, да так, что из той дух вышибло.

— Эй, милочка! А — не смей меня касаться. Б — я тебе не гид. И, сука, В — ты могла хотя бы сказать спасибо!

Девушка сползла по стене и обиженно фыркнула:

— Я бы справилась и без твоей помощи.

Я не ослышалась?! Да пошло оно всё. Я развернулась и направилась прочь от этой биполярной особы, надеясь больше никогда не пересечься с ней.

Остальная часть вылазки прошла спокойно. На рассвете я перешагнула порог штаба и столкнулась с Хьюго.

— Ах, Вальдес, вас-то все и ждут.

Кто бы сомневался...

Зайдя в инструктажный зал, я приметила свою уставшую команду. Оборотни буквально валились с ног.

— Присаживайтесь. У нас для вас объявление.

Мы уселись на привычные места вдоль длинного стола. Позади уже вовсю светило солнце, заливая комнату тёплым светом.

Высокие двери распахнулись, и вошёл генерал Диас. А за ним... Какого хрена она здесь делает?

— Спецотряд, — призвал генерал. — Знакомьтесь, это Аврора Диас — моя сестра. И с этой минуты она член вашей команды, пока вы в Нью-Йорке.

Ох нет, чувак. Ты сильно в этом ошибаешься.

— Диас? — подал голос Джеред. — А я думал, это его имя. И нафига он нам навязывает свою сестру?

Правды ради, я тоже думала, что Диас — это имя. Ошибочка выходит.

— Аврора не будет участвовать в ваших заданиях, но будет помогать в поиске информации и курировать вас через связь во время вылазок.

— Нет, — я встала и направилась к выходу.

На мгновение генерал опешил и нахмурился.

— Это приказ, и он не обсуждается, — отчеканил Диас.

— Нет, — повторила я и, обогнув его, двинулась к двери.

Мёртвой хваткой он вцепился в моё предплечье и прорычал на ухо:

— Живо в мой кабинет!

В следующую минуту он вталкивал меня в свой кабинет и запирал дверь. Продолжая удерживать меня за локоть, он подвёл к столу и развернул лицом к себе. Его клыки стали длиннее, а по лицу заструились чёрные вены. Он был в ярости. В самой настоящей вампирской ярости. Сейчас он — опаснейший хищник, а я — дура, что забыла, с кем имею дело. Я лишь раз видела Эрела в таком состоянии — в Альпах, когда Джеред неудачно пошутил над Элли, и брат потерял контроль.

Я замерла, когда Диас приблизился к моей шее. Его клыки коснулись кожи. Чёрт! Надо же было так вляпаться. Говорила мать: «Алексия, не играй с огнём — хуже будет».

Вторая его рука легла на мою талию и сжала до синяков. Генерал провёл клыками по моей шее — медленно, почти ласково, и от этого контакта по спине пробежала дрожь, не имеющая ничего общего со страхом. Или имеющая? Я больше не разбиралась.

Блять, блять, блять.

Я нащупала клинок на бедре и сжала рукоять, готовая в любой момент выхватить его.

Считается, что укус вампира дарит эйфорию. Так ли это — я не знаю. Я никогда не позволяла этого Эрелу. Да и он не стремился: у них принято кусать только свою выбранную судьбой пару. Она вонзает клыки в него, а он в неё. Дикость, не иначе. Клыков у меня нет, и я точно не его пара. Как минимум, эта байка — для романтиков. Как максимум — прикрытие для совета, чтобы создавать нужные им союзы. Нарекут каких-нибудь детей из древних династий истинной парой — и всё: родители в восторге, дети возвышены до небес, а совет укрепляет позиции.

Диас резко выдохнул и упёрся руками в стол по обе стороны от меня:

— Чего ты добиваешься, Вальдес?

Я выпучила глаза. Да тут никакое ДНК не нужно — такой же биполярный, как и его сестра. Вопрос, почему эта ненормальная вела себя как жертва в том самом переулке до сих остаётся открытым. И мне почему-то кажется в опасности была вовсе не она.

Вспомнив о генерале, я стала атаковать:

— Эм, это вообще-то ВЫ меня схватили, и ВЫ затащили сюда!

— Постарайся больше не перечить мне... — голос генерала звучал хрипло, а дыхание было тяжёлым, будто он только что пробежал марафон.

Собравшись с силами, он оттолкнулся от меня и сделал шаг назад.

— Теперь Аврора в вашей команде. И будь добра, не испытывай моё терпение вновь, — он пригладил волосы. — Это не обсуждается.

— Ладно, — я скрестила руки на груди, пытаясь скрыть дрожь. — Главное, чтобы она не лезла под руку.

Диас ухмыльнулся себе под нос и прошёл к своему креслу.

— Договорились. Свободна.

Скрепя зубами, я развернулась и направилась на выход. Взявшись за ручку, я зависла и, резко обернувшись, бросила ему:

— Ты хотел укусить меня.

Диас медленно поднял взгляд:

— Нет.

— ДА!

— Алексия, не выдавайте желаемое за действительное.

Вот тут я опешила. ЖЕЛАЕМОЕ? ЗА ДЕЙСТВИТЕЛЬНОЕ?!

— Ваши клыки были на моей шее! — пропыхтела я, чувствуя, как щёки заливает жар.

Генерал повёл бровью:

— Но не в ней.

И отмахнулся от меня, как от надоедливой мухи.

— Ступайте, Алексия.После разговора с Диасом мне хотелось расстрелять пару мишеней. Желательно с его портретом. В любом случае, от этой беседы у меня остался лишь горький привкус и дикое желание больше никогда не оставаться с ним наедине.

Глава 6

Следующий месяц прошёл словно в тумане. Тренировки и патрули смешались воедино, дни превратились в бесконечную череду однообразных ночей, и я перестала замечать разницу между рассветом и закатом. На удивление, Элли подостыла к Баксу. Переключила своё внимание на Аврору — и теперь буквально всей душой ненавидела сестру генерала. Кстати, я полностью поддерживала её в этом. Эта девчонка только и делала, что лебезила перед нашими парнями, а те слюнями исходили. Да, у Авроры была неплохая фигура — но, боже, она оказалась жуткой стервой. Тут даже наличие сисек и жопы не поможет. Я считаю, ей стоит всегда молчать, а так, в принципе, картинка неплохая.

Сегодня была последняя вылазка в патруль. Дальше, как сказал генерал Диас, нас ждало более крупное задание. Перед выходом мне необходимо было проинструктировать каждого — сегодня мы хотели исследовать каждый угол Нью-Йорка, а для этого требовалась вылазка по одиночке.

Постучав в дверь Эрела, я подождала минут пять, но ответа так и не дождалась. Этот чёртов вампир точно был у себя. Если он дрыхнет, я его прибью.

Распахнув дверь, я застыла на пороге. Какого?! Блять?! Хрена?!

Полностью обнажённый Эрел нагнул Аврору и трахал её на своей постели. Да и блять не просто трахал эту суку — он впивался своими клыками в её шею и пил кровь. Уловив, что они больше не одни, Эрел вышел из неё и томным взглядом окинул меня. С его губ скатывались кровавые капли и очерчивали рельеф тела. Девушка на его постели оскалилась в победной улыбке. И тут я поняла: капли на его теле были не только её. На шее Эрела зиял глубокий укус, и оттуда тоже текла кровь. Грёбанные кровососы. Фу...

Внутри меня что-то глухо оборвалось. Не ревность — нет. Обида? Разочарование? Или просто омерзение от того, как легко он променял всё, что у нас было, на эту белобрысую тварь? Я сжала челюсть и почувствовала, как в груди разрастается ледяная пустота.

— Ты сегодня отдыхаешь, — сказала я резче, чем следовало бы, и захлопнула дверь. Звук ударил по ушам, как пощёчина.

Переходя на бег, я вышла на улицу, где меня ждала команда. Ночной воздух обжёг лёгкие, но не прогнал тошнотворный привкус, оставшийся во рту.

— Что ж, последняя ночь. Погнали.

— Эм, а где Эрел? — Джеред покрутил головой, оглядываясь.

— Он сегодня отдыхает, — я дёрнула застёжку на кофте и направилась в сторону. Из-за этого самовлюблённого вампира мне придётся захватить Бруклин. Благо большая его часть заселена людским видом. А так: Статен-Айленд — на Джереда, Бронкс — на Бакса, Куинс — на Элли. Надеюсь, до утра управимся.

Элли неодобрительно покосилась на штаб, где, вероятней всего, Эрел продолжал трахать эту белобрысую суку. Я безмолвно бросила: «Потом» — и направилась вдоль тротуара.

Как он мог? Этот придурок ещё буквально вчера предлагал провести незабываемый вечер. Пф...

Честно признаться, мне почти что плевать. Да, чутка обидно, что Эрел променял мою компанию на эту. Но он нарушил ихнезыблемое правило: испил крови себе подобного. И если мне не изменяет память, он теперь должен жениться на ней. Но у меня такое предчувствие, что им абсолютно плевать на это правило, как и большей половине современного поколения.

Я опять погрузилась в раздумья и, завернув за угол, продолжая бухтеть себе под нос, чуть ли не врезалась в чёрный фургон. Сердце пропустило удар. Я быстро ретировалась в неосвещённую фонарём выемку в стене, прижимаясь спиной к холодному кирпичу.

— Чёрт, Рик, у меня уже спина болит, — здоровяк показательно выгнулся и отошёл в сторону, открывая мне вид на нечто окровавленное, обёрнутое в белые простыни.

Так называемый Рик прикурил сигарету и прицокнул:

— Не заводи эту шарманку. Ты знаешь, сегодня их два только из-за очередной химозы этих горе-гениев, новых лаборантов. Видите ли, захотели удивить начальство. Ну-ну, химичат они, а таскаем их плоды творений — мы. Чед, давай закругляйся и погнали. — Рик сделал последнюю затяжку и кинул окурок на землю.

Низкий и толстый Чед поправил спадающие штаны и одёрнул окровавленные простыни.

Боже...

Это было настолько ужасно, что и в самых страшных кошмарах не представить. Мне было плохо видно, но я отчётливо различала высушенные до безобразия трупы. Кожа обтягивала кости, словно пергамент, а лица застыли в гримасах нечеловеческой муки.

Я перевела взгляд на двух парней. Чед закинул простыни в фургон и уселся на пассажирское. Рик был сильно выше, фонарь освещал его выразительные скулы и рельефное тело. Этот точно был не просто чистильщиком.

Рик устроился за руль и завёл двигатель. Без фар машина двинулась прочь из переулка.

Я подошла к тому месту, где лежали тела. Первый — высушенный труп вампира с застывшей навечно маской ужаса на лице. Второй выглядел странно: если первый был вампиром, то второй принадлежал к какому-то необычному виду — то ли сирена, то ли эльфиец. От обоих разило смертью и чем-то химическим, резким и тошнотворным.

Фургон уже был в метрах ста от меня. Пора выдвигаться по крышам.

Перепрыгивая с одного карниза на другой, я не выпускала из виду чёрный фургон. Ветер бил в лицо, ночная прохлада остужала горечь, всё ещё тлеющую внутри от увиденного. Медленно, но верно они приближались к границе людских земель — туда, где мой путь был заказан.

Фургон пересёк священную границу. Я по инерции отрекошетила назад, будто наткнулась на невидимую стену.

Фургон всё удалялся среди высоток мегаполиса, его фары мелькали между зданиями, как глаза хищника.

Я вскинула голову вверх. Генерал Диас, пожалуйста, не сожрите меня, когда узнаете, что я сделала. Перешагнув воображаемый барьер, я выдохнула и ринулась вперёд, чувствуя, как сердце колотится о рёбра.

Фургон резко затормозил, круто повернул вправо, вильнул и скрылся в подземном паркинге. Я остановилась на крыше прилавка, удачно расположенного напротив семидесятиэтажного здания, в чьём паркинге и исчез фургон. Мой взгляд упал на табличку: «Компания Альт Х». Не тут ли наш дорогой мэр разрабатывает супервакцину?

В принципе, я отлично поработала. Надо сматывать удочки и валить...

Жаль, что эта мысль не посетила меня раньше.

Я услышала скрип черепицы и резко развернулась. В метрах пяти от меня стоял тот самый Рик. Теперь я могла лучше его разглядеть. Помимо внушительных размеров, его отличал шрам, тянувшийся от брови до скулы — белый, выпуклый, словно след от когтя.

— А тебе в детстве не говорили, что подсматривать — нехорошо?

Надо срочно валить с людской территории. Схватка неизбежна, но мне хотя бы перенести её на земли вампиров. Поэтому я не придумала ничего лучше, чем мило улыбнуться, развернуться и стартануть.

Я прыгала с крыши на крышу — благо по этой стороне были низкие дома. Позади я отчётливо слышала тяжёлые шаги преследователя. Он догонял. Ещё немного, ещё чуть-чуть — и можно будет дать отпор. Главное — добежать.

Ещё одна крыша. Собрав все силы, я зацепилась за карниз соседнего дома, подтянулась и выдохнула. Я была на территории вампиров, где уж можно разгуляться в отличие от людских земель.

Преследователь пересёк границу, даже не замедлившись. Он приземлился в шаге от меня — я ещё не успела подняться. Тяжёлый ботинок врезался мне в спину, и я кубарем полетела вниз, цепляясь за всё, что попадалось под руки. Холодная мощёная дорога встретила меня глухим ударом. Боль пронзила левое плечо. Я коснулась его и почувствовала липкую горячую кровь. Вот сукин сын!

Раскрыв глаза, я увидела, как он спрыгивает следом, летя прямо на меня. Быстро среагировав, я перекатилась и вскочила на ноги. Рик приземлился точно на то место, где я лежала мгновение назад. Ещё чуть-чуть — и он раздавил бы меня.

Схватив клинки, я тут же метнула парочку прямо ему в голову, но этот ублюдок увернулся с нечеловеческой грацией и зарычал, продемонстрировав длинные клыки. Класс. Он вампир, и я на территории вампиров. Что может быть лучше?

Огнестрел в этом случае беспомощен. Только клинки.

Перехватив ещё пару, я направила их прямо ему в сердце. Но он перехватил мою руку — огненная боль из-за раны в левом плече тут же прострелила тело, отдаваясь в каждой клетке.

— Ты будешь неплохим дополнением в ихколлекцию, — прошипел он, облизывая губы.

Я развернулась и ударила его под колено. Он выпустил мою руку, и я вонзила клинок ему в грудь, провернула лезвие в его теле и шарахнулась назад. Но он спокойно встал, выдернул клинок, даже не поморщившись, и снова двинулся в мою сторону.

— Чёрт, да ты хороша. Кто ты? Вампир? Оборотень? Эльфийка? Хм... Может, кто-то из иных?

Кровь ручейками стекала по моей руке прямо на булыжник, но вампира это ничуть не смущало. Будто ему было плевать на мою кровь. Плюс любой другой смог бы учуять нотки магии. А это значило, что этот псих точно мутант. Но кем он был до этого? Человеком? Другим видом?

— Знаешь, а ты мне нравишься, не считая, конечно, твоих острых зубочисток. Я бы предложил тебе иную жизнь. Ты бы хотела обрести силу, неподвластную даже сильнейшим из «Священного совета»?

— Мне и моей хватает, — я оттолкнулась от стены, придерживая плечо. Каждое движение отдавалось пульсирующей болью.

Выцепив из кобуры глок, я прицелилась ему в голову. Бесполезно, глупо — да. Однако он даже не запыхался, а я сейчас коньки отброшу. Боль в плече становилась всё сильнее, сознание начинало плыть. Если нашпигую этого вампира магазином патронов, возможно, у меня будет небольшая фора.

Но этот поганец оказался быстрее. Лишь одна пуля из семнадцати достигла цели, прорезав ему шею. Он даже не вздрогнул.

Вампир схватил меня за горло и приподнял. Мои ноги оторвались от земли, воздух перестал поступать в лёгкие. Я цеплялась из последних сил, но рана в плече ограничивала движения — рука онемела и почти не слушалась.

— Как неблагодарно с твоей стороны. Я ведь дал тебе шанс.

Я начала хвататься за его руку, пытаясь разжать стальной обруч, и ударила ногами в солнечное сплетение. Вампир выпустил меня, и я скатилась по стене, хватаясь за плечо, задыхаясь и кашляя.

— Ах ты сука! — прорычал он и снова двинулся на меня.

Но тут передо мной возникла тень. Рик замер, будто врезался в невидимую стену.

— А ты ещё кто такой? — недовольно фыркнул вампир и тут же отлетел к противоположной стене — его тело врезалось в кирпичную кладку с глухим хрустом.

Я подняла голову. Чья-то прохладная ладонь коснулась моего лица, и я увидела перед собой маску. Разноцветные глаза, прямо как из моего сна, смотрели на меня сверху вниз, и в них мелькнуло что-то — беспокойство? Или просто любопытство? А затем они внезапно исчезли, будто это всего лишь навождение, сменившись изумрудным взглядом и недовольным выражением лица генерала Диаса.

Чёрт. Опять меня куда-то несут и опять я без сознания. Надо как-нибудь пересмотреть взгляды на эту жизнь. Раз, два такое ещё можно допустить, но в третий раз — это уже нездоровая тенденция.

Краем глаза я заметила ещё один силуэт и, как он растворился в тенях, словно его и не было. Опять привиделось?

Диас прижал меня к себе, и я почувствовала запах дорогого одеколона и едва уловимый металлический привкус — вампирский след, от которого у меня всё внутри сжалось. Сознание меркло, унося меня в тёплую темноту, где не было ни боли, ни преследователей, ни белобрысых стерв. Последнее, что я услышала перед тем, как провалиться в забытье:

— Держись, Вальдес. Я не дам тебе умереть. Не сегодня.

Глава 7

— Алексия, проснись. Они идут за тобой. Они знают, кто ты. Остерегайся ночи, что дарит радость, и утра, что дарит прозрение! Они не должны узнать! Не теряй контроль! Не раскрывай силу! Твоя сила опасна для них! Ты исключительная наследница крови! — женский голос звучал отчаянно, почти на грани истерики, и был таким знакомым и таким далёким, будто доносился сквозь толщу воды.

Я очутилась посреди руин города. Кругом летали неизвестные мне твари, и разносились истошные крики. И тут чьи-то руки схватили меня и развернули к себе. Я не видела его лица — только глаза. Один фиолтеовый, другой чёрный. Взмах руки — и дикая боль, разливающаяся по всему телу. Отшагнув от него, я обнаружила кинжал в своём животе и кровь. Море крови. Кровь за кровь, — прорычал мужской голос.

Я резко вынырнула из сна, села и схватилась за живот, где только пару секунд назад был кинжал. Но наткнулась лишь на повязку, переходящую от плеча к ключице. В моём животе не было зияющей раны, а жуткий сон канул в лету, оставив лишь липкий холод страха на коже. Прикрыв глаза, я нашла силы встать и прошла в ванную, где встретилась со своим не самым приятным отражением. Спутанные волосы, бледное лицо и окровавленное плечо. Надо точно менять подход к этой жизни.

Я включила кран и ополоснула лицо холодной водой. Эти сныи эти разноцветные глаза сводили с ума.

Отодвинув футболку вместе с повязкой, я оценила масштаб травмы. Пусть умелая мазь и моя регенерация с горем пополам справлялись, и ткань уже почти затянулась, однако рана от шеи через ключицу и до плеча выглядела ужасающе — такой шрам будет затягиваться десятилетиями.

В дверь настойчиво постучали. Я неохотно вернула повязку на место и направилась к двери, футболка по-прежнему спадала с плеча. Гость не унимался и тарабанил в дверь с такой силой, что та дрожала.

— Да, иду я. Иду! Что ж такое!

Распахнув дверь, я не успела опомниться, как в меня врезалось твёрдое мускулистое тело и прижало к себе.

— Какого...

Эрел сильнее прижал меня к себе и положил голову на мою макушку. Следом за ним зашла Элли и прикрыла дверь.

— Алексия, дорогая, мы так испугались! Как ты себя чувствуешь? — Элли коснулась моей руки, желая тоже обнять, но Эрел не выпускал меня из своей хватки.

— Прости меня, Алексия. Прости. — Он поцеловал мою макушку. — Я придурок. Если бы не моё грёбаное идиотство, ты бы не пострадала. Прости меня, детка.

Так. Во-первых, он был прав: если бы не его желание трахнуть местную шлюху, я бы не получила шрам, что ещё долгие десятилетия будет мозолить мне глаза, так как тот округ прочёсывал он бы. Но, во-вторых, если бы не его эгоизм, я бы не отследила тот фургон. Так что, спасибо за службу, Эрел.

— Отпусти, — процедила я сквозь зубы. Вампир тут же разжал руки, но я понимала, что это только начало — следом на меня набросилась Элли. Вот эту прилипалу даже сам король воинов-смерти не отлепит.

— Мы так волновались. Когда Диас принёс тебя, ты еле дышала. Мы думали, что потеряли тебя.

— Со мной всё в порядке, — попыталась я успокоить подругу, но та скептически посмотрела на меня.

— Как бы не так, — Элли указала на плечо.

Я натянула спадающую с плеча футболку, чувствуя, как внутри всё сжимается от нежелания говорить об этом.

Вампирша уловила моё настроение и быстро сменила тему:

— Да, кхм. Через час генерал ждёт нас у себя в кабинете, чтобы ввести в курс дела по следующему заданию.

Я кивнула и скрестила руки на груди. Я не собиралась им ничего рассказывать, отчего повисло неловкое молчание. Эрел промял шею:

— Элли, пойдём. Она хочет побыть одна.

Вампирша фыркнула на брата, мило улыбнулась мне и скрылась за дверью. Эрел ещё на мгновение задержался.