Полная версия
Невероятно? Но факт!
Перефразируя более позднее высказывание Столыпина, Азеф мог бы воскликнуть: Вам нужна великая Россия, а нам нужны великие потрясения!
Авантюрист уже подготовился к тому, чтобы пожинать плоды этих великих потрясений.
Пушка сработала отлично, мост буквально разлетелся на куски.
Но произошло непредвиденное.
Вопреки ожиданию, жертв не было! Ни одного человека! Не было даже тяжело раненых!
Через несколько часов к месту происшествия прибыл новый генерал-губернатор Трепов. Но, похоже, появления императора ждать не приходилось. Гибель же Трепова – главного карателя восстания, хотя и вызвала бы много толков, но вряд ли привела бы к великим потрясениям.
Вдобавок Азефа ожидал еще один малоприятный сюрприз.
Он недооценил охранку, считая, что может вертеть ею, как вздумается.
Агенты охранного отделения давно уже шли по следу его особой группы. Они видели, что в одной из квартир с окнами на Фонтанку затевается что-то подозрительное, но никак не связывали это с изобретением профессора Филиппова. И лишь когда на их глазах рухнул Египетский мост с людьми, они бросились на штурм нехорошей квартиры. Надо полагать, в яростной схватке были убиты все боевики, включая Студента, восстановившего изобретения своего учителя. Так эпохальное изобретение было похоронено вторично.
Впрочем, нельзя исключить, что Студент хранил свои записи (а также записи профессора) в таком месте, про которое не знали ни полиция, ни Азеф. Кто знает, может быть, эти бумаги преют в каком-нибудь тайнике до сих пор?
Параллельно Азеф успел еще организовать убийство великого князя Сергея Александровича в Москве, но затем в жизни провокатора настала черная полоса. Очевидно, его харизму сломила весть о полном крушении его грандиозных планов.
Впрочем, идею о покушении на Николая Азеф попытался реализовать еще раз через два с лишним года в Шотландии, в Глазго, на церемонии спуска на воду построенного по заказу России крейсера Рюрик, где присутствовал и российский император. Один из матросов - Авдеев должен был выстрелить в самодержца. Но Авдееву не хватило духу произвести выстрел.
Правда, по мнению журналиста Владимира Бурцева, разоблачившего Азефа, это покушение было бутафорским. Его организовала охранка, чтобы обелить Азефа в глазах его товарищей, которые уже начали подозревать главного боевика в предательстве.
Дальнейшая судьба Азефа известна: окончательное разоблачение, приговор, бегство, нелепая смерть. Ему так и не было суждено стать инициатором великих потрясений в России. Эту роль история отвела другим фигурам.
Но в 1905 году Азеф, похоже, играл по-настоящему.
* * *
Вскоре после катастрофы на Фонтанке специальная комиссия городской управы обследовала все столичные мосты и сочла аварийным еще один – Пантелеймоновский, тоже цепной. Он был тут же закрыт для движения. Было решено построить вместо него и обрушившегося Египетского два новых моста. Пантелеймоновский разобрали в 1907 году и вскоре действительно заменили новым. А вот Египетский был восстановлен лишь полвека спустя, в 1955-1956 гг., тоже в ином виде. Но сфинксы остались, те самые. Молчаливые свидетели истории, как им и положено по статусу.
Документация, касающаяся проведения секретной полицейской операции по делу профессора Филиппова, была уничтожена. Либо сразу же, по горячим следам, либо в вихре 17-го года, когда горели многие архивы.
Колоритная фигура профессора Филиппова вдохновила Алексея Толстого на создание образа инженера Гарина – изобретателя таинственного гиперболоида.
Но секрет резонансной пушки не раскрыт до сих пор.
Раздел Наука
Глава 1 Избранник Урании
Недавно совместная комиссия датских и чешских экспертов, по разрешению Пражского магистрата, вскрыла могилу выдающегося датского астронома Тихо Браге (1546 – 1601) и приступила к эксгумации его останков.
Надлежит провести томографию скелета, а также исследовать образцы костной ткани.
Специалисты полагают, что такого рода экспертиза позволит однозначно установить, был ли Тихо Браге отравлен.
Основания для подобного рода предположений имеются, и они весьма весомы.
Быть может, новая серия исследований прольет свет на загадку, которая вот уже четыре с лишним столетия не дает покоя историкам.
Несомненно, что у музы Урании, покровительницы астрономии, имелись свои избранники.
Одним из самых обласканных ею был датчанин Тихо Браге.
Ничем иным, кроме как вмешательством хозяйки звезд, нельзя объяснить того обстоятельства, что во все переломные моменты своей судьбы Браге становился свидетелем удивительных и редчайших небесных явлений, которые как бы направляли его к избранной цели.
В 1560-м году, в 14-летнем возрасте, будучи уже студентом Копенгагенского университета, Тихо наблюдал полное солнечное затмение.
Его поразило не столько даже само явление, как возможность загодя предсказывать его с максимальной точностью!
Именно в тот день Браге раз и навсегда определил свою дорогу в жизни.
Однако семья, а юноша принадлежал к древнему аристократическому датскому роду, была весьма недовольна таким выбором. В духе семейных традиций парня видели в будущем важным сановником с юридическим образованием при королевском дворе. Занятия же наукой считались в ту пору уделом простолюдинов, стезей, недостойной знатного дворянина.
И снова запутанная ситуация разрешилась не иначе, как по воле небес.
В скором времени в результате несчастного случая умер дядя Тихо – бездетный адмирал Йерген Браге, который по бытовавшему тогда обычаю являлся также его приемным отцом.
И вот 19-летний юноша нежданно унаследовал крупное состояние, а вместе с ним и независимость в своих действиях.
Браге продолжил постижение тайн звездного неба в различных университетских центрах Европы, одновременно изучая бывшую тогда в моде алхимию и астрологию.
Молодая, горячая кровь давала о себе знать.
Тихо отличался вспыльчивостью и высокомерием, был несдержан на язык и резок в общении с окружающими.
На одной из студенческих пирушек разгорелся спор, закончившийся дуэлью на саблях, и в результате будущий гений остался, что называется, без носа.
Пришлось ему срочно заказывать себе медный протез, который он носил уже до конца жизни.
Но даже это обидное увечье еще крепче привязало его к астрономии, занятия которой требовали уединенности.
Для наблюдения за звездами он покупал астрономические приборы, заказывал их у лучших мастеров, а некоторые делал сам.
В этот же период Тихо вступил в переписку с видными учеными и постепенно сам приобрел некоторую известность в Европе.
В 1571 году скончался отец молодого ученого, оставив ему половину своего немалого состояния.
Поневоле Тихо с головой окунулся в хозяйственную деятельность.
Оказалось, что в нем дремала предпринимательская жилка.
Вместе со своим дядей он открыл две фабрики – по производству бумаги и стекла.
Не то чтобы он совсем забросил астрономию, но времени для ночных бдений оставалось все меньше.
И вот тут-то муза Урания еще раз послала ему ясный сигнал.
11 ноября 1572 года в созвездии Кассиопеи вспыхнула яркая звезда, которую можно было наблюдать даже днем невооруженным глазом.
Все хозяйственные заботы мигом были отложены в сторону, и Тихо Браге вновь целиком обратился к небесной сфере.
Сейчас-то нам известно, что это была вспышка сверхновой в нашей галактике, но астрономы 16-го века терялись в догадках относительно природы необыкновенного явления.
Переполошилась вся Европа, твердили, что это предвестник страшной эпидемии, большой войны или даже конца света.
Браге был первым, кто на основании регулярных наблюдений доказал, что новое светило – это звезда, находившаяся на значительном расстоянии от Земли.
В том же году он совершил еще один решительный поступок, если и связанный со звездами, то косвенно, - женился.
Его избранницей была женщина незнатного происхождения по имени Кирстина, которая позднее родила ему восьмерых детей (двое умерли в младенчестве).
Большая аристократическая семья снова выразила ему свое неудовольствие, но Тихо Браге давно уже взял за правило поступать во всем по собственному усмотрению.
На следующий год он издал книгу О новой звезде, которая стала сенсацией в научном мире Европы, а ее автор получил широкую известность.
Король датский Фредерик II пригласил прославившегося подданного прочитать курс лекций в Копенгагенском университете.
Еще через год Тихо Браге совершил большое путешествие по Европе, в ходе которого завязалось его знакомство с коронованными особами – покровителями науки и искусства: ландграфом Вильгельмом Гессен-Кассельским и императором Священной Римской империи Рудольфом II.
Несколько позднее ландграф написал датскому королю письмо, в котором назвал Тихо Браге величайшим украшением Дании и выразил надежду, что ученому будет оказано высочайшее покровительство.
То ли это письмо оказалось вполне убедительным, то ли снова не обошлось без тайного вмешательства музы Урании, но только Фредерик проявил неслыханную щедрость.
Своим указом от 23 мая 1576 года он подарил ученому остров Вен, расположенный в проливе Эресунн, в 20км от Копенгагена, а, кроме того, выделил средства для постройки астрономической обсерватории.
Деньги даже по нынешним меркам были немалые: больше бочки золота!
Возведение обсерватории, получившей название Ураниборг в честь музы-покровительницы, началось в том же 1576 году и продолжалось четыре года.
Проект составил сам Тихо Браге.
3-этажный замок-крепость в плане представлял собой квадрат со стороной 18м, точно ориентированный по странам света.
В свою очередь, каждая из сторон была оборудована отдельной обсерваторией, оснащенной раздвижной крышей и лучшими по тем временам инструментами, изготовленными по личным указаниям ученого.
Здесь же располагались лаборатории, типография и бумажная фабрика, мастерские, жилые комнаты для ученых и слуг.
Наблюдения начались, несмотря на продолжавшееся строительство, уже в 1577 году.
И тут, словно воздавая должное энергии исследователя, в небе появилась яркая комета, наделавшая еще больше переполоху, чем недавняя вспышка яркой звезды.
Наблюдения за кометой позволили Тихо Браге сделать новое важное открытие: кометы –это вовсе не атмосферное явление, как считалось еще со времен Аристотеля, а внеземные объекты.
На остров часто приезжали знатные гости, просившие Браге составить для них гороскопы.
Благосклонность к ученому проявляла и королева София - ученая дама, увлекавшаяся астрономией и алхимией.
Она подолгу беседовала с ученым наедине, внимая его пояснениям.
В этот период Тихо Браге, которому приходилось регулярно бывать в королевском дворце, заказал для подобных визитов золотой протез на свой изувеченный нос.
Несмотря на громкую славу, нрав его не сделался мягче.
Многие придворные откровенно ненавидели королевского астронома и, терпя от него оскорбления, платили ему той же монетой, распуская порочащие его сплетни.
Но ученый, чье положение при дворе представлялось незыблемым, не обращал на их интриги особого внимания.
Вскоре рядом с Ураниборгом он построил еще одну обсерваторию, назвав ее Стъернеборг, то есть, Звездный замок.
Располагая штатом квалифицированных помощников, Тихо Браге вел планомерные наблюдения звездного неба, занося результаты в особые книги, которые переплетал в кожу.
Как ни щедр был король, но выделяемого им золота для содержания столь крупного научного центра, каким стал Ураниборг, все же не хватало.
Тихо Браге покрывал дефицит из собственных средств, и постепенно остров Вен вобрал в себя практически все его немалое состояние.
КОРОЛЕВСКАЯ НЕМИЛОСТЬ
Призрак грядущих бед замаячил перед Тихо Браге в 1588 году, когда скончался его король-благодетель.
Ввиду малолетства наследника трона Кристиана IV, управление страной взял в свои руки Регентский совет, при этом королева София, по-прежнему благоволившая ученому, искусно вела свою партию.
Тем временем придворные сумели настроить короля-подростка против создателя Ураниборга, рассчитывая, что эта ненависть в будущем заденет и королеву-мать.
Муссировались слухи о том, будто бы Кристиан вовсе не сын Фредерика, что королева София ездила на остров Вен не только за астрономическими знаниями
В 1596 году, по достижению совершеннолетия, Кристиан был коронован, и с этого момента началась последовательная травля недавнего столь еще удачливого Тихо Браге.
Сначала молодой король отменил всякое финансирование Ураниборга, затем в резкой, ультимативной форме потребовал, чтобы ученый прекратил свои астрономические занятия
Волей-неволей Тихо Браге вынужден был покинуть свой любимый Ураниборг, не зная еще, что это навсегда.
(Кристиан наказал и свою мать, фактически отправив ее в ссылку.)
Два года ученый провел в Германии, а затем, в 1599 году, переехал в Прагу, которую выбрал своей резиденцией император Рудольф II, тонкий ценитель прекрасного, страстный коллекционер произведений искусства, но также сумасброд и меланхолик, страдавший психическими расстройствами.
При его дворе можно было встретить, как серьезных ученых, так и всякого рода шарлатанов, мошенников и проходимцев, причем этих последних было, пожалуй, больше.
Эксцентричный Рудольф назначил своему новому придворному астроному богатое содержание в размере 3тыс. золотых дукатов в год.
Другое дело, что обещанных денег Тихо Браге так и не получил, поскольку королевский казначей заявил ему, что казна пуста.
И все же условия для научной работы у астронома появились вполне комфортные, и он продолжил свои наблюдения за планетами и звездами, снова обретя душевное равновесие.
А на текущую жизнь этот, еще недавно весьма состоятельный аристократ зарабатывал тем, что составлял гороскопы для местной знати.
В 1600 году в Праге появился еще один астроном-скиталец.
Это был немецкий ученый Иоганн Кеплер, чей первый печатный труд Тайна Вселенной составил 29-летнему автору определенную известность в научных кругах, хотя, конечно, и не такую громкую, какая окружала Тихо Браге, этого, несмотря ни на что, избранника музы Урании.
Собственно говоря, Браге сам вызвал Кеплера, с которым состоял в переписке, письмом в Прагу, поскольку остро нуждался в ассистенте-математике.
Император Рудольф охотно уважил просьбу своего придворного астронома и положил Кеплеру 1500 дукатов в год, впрочем, денег тот тоже не получил.
Довольно быстро выяснилось, что ни о каком творчеством содружестве между двумя выдающимися личностями не может быть и речи.
Кеплер был убежденным сторонником гелиоцентрического учения Коперника.
Браге же пытался выстроить собственную систему, по которой планеты вращались вокруг Солнца, но само Солнце и Луна – вокруг покоящейся Земли, находящейся в центре мироздания.
С точки зрения Кеплера, система Браге была, конечно же, полным абсурдом.
Самого же Браге убеждения его помощника волновали мало, Кеплер был нужен мэтру как своего рода вычислительная машина.
Со своей стороны, Кеплер нуждался в тех данных, которые Браге собрал за десятилетия своих наблюдений, в частности, по особенностям движения планеты Марс.
Молодой ученый не сомневался, что эти сведения помогут ему вывести те закономерности, о которых он размышлял в последнее время.
Но Тихо Браге вовсе не собирался делиться своим сокровищем ни с Кеплером, ни с кем-либо другим.
Свои пухлые, переплетенные в кожу тома, которых насчитывалось уже 34, он держал под замком в особой комнате, а Кеплеру давал только те колонки цифр, которые требовались для расчетов на данном этапе.
Нетерпеливый Кеплер пытался однажды тайно проникнуть в запретную комнату, но был застигнут, что называется, на месте преступления.
Между учеными мужами произошел громкий скандал, едва не закончившийся разрывом, но Браге, который высоко ценил математический талант своего помощника, все же сохранил за ним место.
А затем произошло то, вокруг чего до сих пор ведутся споры.
В начале октября 1601 года Тихо Браге был гостем на банкете у барона фон Розенберга, где присутствовал и император.
Ничто не предвещало беды, но к концу обеда ученый почувствовал себя так плохо, что его унесли домой в бессознательном состоянии.
Несколько дней он находился между жизнью и смертью, но вот появились первые признаки выздоровления.
Уже казалось, что больной вскоре встанет на ноги, когда внезапно наступило резкое ухудшение, и 13 октября, на 11-й день после банкета, Тихо Браге скончался, не дожив двух месяцев до своего 55-летия.
По словам очевидцев, перед смертью он прошептал: Жизнь прожита не напрасно
Врачи объяснили, что Браге после обильных возлияний слишком долго сдерживал напор мочи, не смея встать из-за стола раньше императора по соображениям этикета.
В результате возникло воспаление, которое и закончилось смертью.
По распоряжению императора усопший был похоронен с рыцарскими почестями в пражском Тынском соборе.
Через два дня после церемонии Кеплер получил место придворного математика.
Рудольф приказал также передать ему все инструменты и записи почившего.
Семье обещали выплатить компенсацию, но это так и осталось на бумаге.
Уже через несколько лет, проанализировав особенности движения Марса на основе данных, собранных Браге, Кеплер сумел доказать, что эта планета движется вокруг Солнца не по круговой, а по эллиптической орбите, а позднее сформулировал два своих первых закона движения планет, что принесло ему славу одного из крупнейших астрономов за всю историю человечества.
Слухи о том, что Тихо Браге помогли умереть, возникли еще до похорон датского астронома.
Но лишь после того, как в 1990 году датские эксперты исследовали волоски из его усов, хранившихся в Пражском национальном музее, эта версия получила научное подтверждение.
Оказалось, что содержание ртути в организме астронома в сто раз превышало норму!
Конечно, Тихо Браге мог отравиться и сам по неосторожности, производя опыты с ртутью в своей алхимической лаборатории.
Однако в этой истории есть один весьма настораживающий аспект.
Тот же анализ показал, что в течение девяти дней болезни уровень ртути в организме неизменно снижался, а затем, за несколько часов до рокового исхода, вдруг резко повысился.
Это могло означать, что больной получил вторую дозу яда, оказавшуюся смертельной!
Но тогда возникает логичный вопрос: кому была выгодна его смерть?
В 2005 году авторы Джошуа Гилдер и Анна Ли Гилдер опубликовали выводы своих многолетних исследований по этой теме.
По их мнению, Тихо Браге был отравлен Кеплером, стремившимся завладеть бесценным банком данных датского астронома и совершить прорыв к эпохальному открытию!
При этом ссылаются на самого Кеплера, писавшего: Тихо – человек, с которым нельзя жить рядом, не подвергаясь беспрерывным жестоким оскорблениям.
Сразу же оговоримся, что рассуждения Гилдеров носят чисто умозрительный характер, и большинство историков не воспринимают их версию всерьез.
В начале 2009 года профессор Страсбургского университета Петер Андерсен, датчанин по происхождению, сообщил о том, что в королевской библиотеке в Стокгольме он обнаружил дневник графа Эрика Браге, дальнего родственника знаменитого астронома.
Часть записей в дневнике сделана шифром.
По мнению профессора, граф, отличавшийся склонностью к красивой жизни и мотовству, а потому постоянно нуждавшийся в деньгах, состоял на секретной службе сразу у нескольких королевских дворов Европы.
Можно предположить, что однажды он принял заказ от Кристиана IV, который пылал жаждой избавиться, наконец, от опасного свидетеля, посвященного в тайны династической кухни.
В дневнике, по утверждению профессора, есть указание на то, что граф спешно выехал из Швеции в Копенгаген, а оттуда в Гданьск, где тайно встречался с доверенными лицами датского короля, в том числе, с его младшим братом, принцем Иоганном.
Якобы, именно тот передал Эрику последние инструкции, после чего граф отбыл в Прагу, где свел знакомство со своим именитым родичем (ранее они никогда не встречались).
На том злополучном банкете он сидел рядом с Тихо. Кроме того, через девять дней, когда больному стало легче, граф снова посетил его дом, и уже назавтра великого астронома не стало.
Так был ли Тихо Браге действительно отравлен?
Ясный, без всяких недомолвок ответ на этот вопрос, ответ, основанный на самых современных методах экспертизы, мы получим уже скоро.
Но, если версия отравления подтвердиться, то кто возьмет на себя смелость назвать имя истинного злодея?
Похоже, вокруг этой исторической загадки будет сломано еще немало копий.
Раздел Спецслужбы
Глава 1 Датский провалНелепый, досадный, маловразумительный и, вместе с тем, грандиозный по своим последствиям провал, о котором вспоминают до сих пор, потерпела наша военная разведка в феврале 1935 года в Дании.
Уже в 20-х годах молодая советская военная разведка – Разведупр Красной Армии – раскинула свои агентурные сети по всей Европе, а также на Дальнем Востоке и в США. Во Франции на Разведупр работала так называемая сеть Ж.Креме. Резидентура в Берлине насчитывала порядка 250 агентов. И подобных примеров можно привести немало. Добываемая этими и другими нелегалами информация, а также секретные документы, чертежи и даже отдельные образцы вооружений направлялись по тайным каналам в Центр непрерывным потоком.
Военные разведчики многое сделали для укрепления обороноспособности своей родины.
Вместе с тем, примерно с середины 20-х годов военная разведка вступила в «черную» полосу провалов.
Их причины лежали на поверхности: пренебрежение правилами конспирации, неопытность кадров, в том числе, руководящих, но, пожалуй, главное – ставка на агентов из числа членов местных компартий.
Этим агентам не надо было платить, они охотно работали, порой с риском для жизни, ради идеи.
Вместе с тем, при всей своей бескорыстности и готовности к самопожертвованию, они не соблюдали дисциплину, продолжали поддерживать отношения с партийными товарищами и, что самое печальное, отличались невероятной болтливостью.
Многие из них находились «под колпаком» у полиции. Малейшее подозрение в причастности к шпионажу приводило к тому, что за «объектом» устанавливалась слежка, итогом которой становилось очередное разоблачение.
Вдобавок, спецслужбы западных стран активно внедряли в ряды местных коммунистов своих осведомителей.
Ситуация приобрела столь тревожные масштабы, что в декабре 1926 года, после очередного громкого провала наших разведчиков в Праге, ЦК ВКП(б) принял специальное постановление, категорически запрещавшее резидентам вербовать агентов из числа членов компартий страны пребывания.
Но этот документ так и остался на бумаге.
Уже весной 1927 года последовала новая серия провалов.
С подачи британских спецслужб, на протяжении двух-трех месяцев прошли аресты советской агентуры в восьми странах мира, от Швейцарии до Китая. Французская спецслужба Сюртэ раскрыла сеть Ж.Креме, регулярно поставлявшую в Советский Союз огромный массив ценной информации.
Едва Разведупр восстановил некоторые из разорванных связей, как всего через несколько лет, в начале 30-х годов, накатила новая волна разоблачений.
Не прекращавшаяся череда досадных неудач поколебала в глазах советского руководства авторитет, как Разведупра в целом, так и его начальника Яна Берзина, которого еще совсем недавно считали крупнейшим специалистом в своем деле.
Политбюро приняло решение укрепить центральный аппарат военной разведки руководящими кадрами из ОГПУ.
23 мая 1934 года в Кремль был вызван начальник иностранного отдела ОГПУ Артур Артузов, опытнейший мастер тайной войны, один из разработчиков классических операций «Синдикат-2», «Трест», «Тарантелла» и целого ряда других.
Сталин в присутствии наркома обороны Ворошилова и зампреда ОГПУ Ягоды предложил Артузову занять специально учрежденную должность первого заместителя начальника Разведупра.
Артузову не хотелось уходить с прежнего места, но под давлением вождя он вынужден был согласиться, поставив условием, что ему разрешат взять с собой ряд коллег из ОГПУ, специалистов, которым он всецело доверял.
Сталин не возражал, поручив Артузову первым делом детально разобраться с причинами неудач Разведупра и подготовить доклад на его имя.
Вскоре «пришельцы» из ОГПУ заняли многие ключевые посты в аппарате военной разведки, вызвав скрытое неудовольствие наркома Ворошилова.
А тут еще ему донесли, будто Артузов обмолвился в своем кругу: «Товарищ Сталин, направляя меня в Разведупр, сказал, что я должен быть там его глазами и ушами».
