Общество слепых

- Остается только Илья, - резюмировал я.

- Ну, спасибо, что ты на меня не подумал.

- Подумал вообще то, - сказал я и усмехнулся.

Сашка молчал, и я подумал что ему был неприятен сам факт того, что между нами троими пробежала черная кошка.

***

Посвященным быть невыносимо тяжело по причине того, что ты одинок в своем знании. Никто ни в курилке, ни в кабинете не в курсе того, что ты знаешь то, что другим недоступно. И вообще довольно странно работать в организации, которая освещает события, которые не происходят в реальности. Мы здесь занимаемся тем, что строчим тексты и рисунки для фантастических комиксов, которые должны развлекать миллионы людей в нашей стране, давать им почву для серьезных рассуждений выводов Господи, сколько средств и ресурсов тратится впустую!

Евгений вместе с его синим костюмом, которого еще пару дней назад я на дух не переносил, теперь казался мне жалким подопытным кроликом. В курилке я больше не появлялся, и не по причине того что я не курю, а потому что темы ежедневных разговоров теперь казались мне ничтожными.

Однажды после обеда я вернулся в свой кабинет и обнаружил на рабочем столе оставленную кем-то газету. Это было издание с моей предыдущей работы. Сначала я не придал этому значения, но когда развернул газету и прочел передовицу, я понял что оказалась она у меня на столе совсем не случайно. По центру красовалась фотография Анны К. Мое сердце учащенно забилось и я углубился в чтение статьи.

С первых строк стало понятно, что это был омерзительный пасквиль, содержащий абсолютную ложь и приправленный таким количеством грязи, что я еле сдерживал отвращение. Я дочитал статью до конца. В ней было все, что когда-то требовал от меня Горшок: вызывающее поведение, пьянство и даже намек на сумбурную интимную жизнь. Значит, команда Олега Дмитриевича победила и они решили вместо опровержения добить несчастную Анну К. Но самым неприятным было то, что статья эта не имела подписи автора. Вернее, была подписана инициалами, которые странным образом походили на мои собственные. Но не полностью - совпадали только имя и отчество. Но этого было достаточно, чтобы дать понять что статью написал именно я и недостаточно для того, чтобы предъявлять претензии Горшку. Это был довольно хитрый ход.

Сказать, что я был вне себя, это не сказать ничего. Впрочем, я сам был виноват во всем случившемся. Даже если предположить, что статья имела бы подпись «группа товарищей» или «доброжелатель», после выхода первой статьи вторую и все последующие все равно будут приписывать мне. Теперь все эта воина, которая развернулась на страницах моей бывшей газеты будет вестись от моего имени, какими бы абсурдными и нелепыми именами или инициалами ни подписывались тексты. Именно на это и рассчитывал Горшок.

***

Кафе Метелица на Калининском слыло в народе злачным местом, известным в среде фарцовщиков, девиц жаждущих красивой жизни и работников руководящего ранга. В общем место это посещали все те, к кому я испытывал чувство легкой неприязни, это мягко говоря. Сашка знал об этом, однако свой день рождения он решил отметить именно там.

Мы с Дашей пришли одними из первых, и теперь сидели за длинным столом, накрытым белой скатертью, и уставленным пустыми тарелками и бокалами. Саша с Мариной тоже были на месте и подсели к нам. Мы говорили обо всяких пустяках, когда в зале появился Илья со своей новой девушкой. Я не общался с Ильей с того памятного дня, закончившегося нашей потасовкой и честно говоря побаивался этой встречи. Нет, я не боялся конкретно Илью или очередного выяснения отношений, мысленно даже желая повторения. Мне было просто неприятно, что я столько лет ошибался в человеке, которого считал своим другом.

- Привет, Андрюха, - сказал Илья как ни в чем не бывало.

Он протянул руку и вызывающе смотрел мне прямо в глаза. Именно этого жеста и этого взгляда я и боялся больше всего. Но я ответил на приветствие. Илья представил свою подругу, и они сели напротив нас с Дашей. Я понял, что вечер будет не из тех, на которых старые добрые друзья напиваются, беззлобно подшучивая друг на другом и в завершение всего, обнявшись горланят свою любимую песню с понятным только им одним смыслом. Дай бог если обойдется без мордобоя или разборок. Но это зависело не от меня. Я с замирание сердца следил, как будет вести себя Даша, станет ли она отвечать на провокации Ильи? Будет ли Илья провоцировать нас? На самом деле я был в который уже раз очарован Дашей она была необыкновенно хороша и мне казалось, что Дарья буквально светится изнутри. Ну и конечно же некий черт внутри меня твердил, что это все потому, что Илья сегодня здесь, с нами да еще и с новой пассией. Меня душила ревность и мне хотелось как можно скорей распрощаться со всеми, забрать Дарью и уехать.

Но сбежать не получилось и скрыться от посторонних глаз было негде. Мало того, Илья постоянно поглядывал в мою сторону и мне даже показалось, он искал повода подойти и заговорить. Повод появился как-то сам собой, девочки о чем-то оживленно разговаривали на дальнем конце стола, Сашка вышел на улицу перекурить, я остался практически в одиночестве и тут ко мне и подошел Илья. Начал без подготовки, видимо он и сам понимал, что времени на прелюдию нет.

- Слушай меня в ментовку вызывали. Знаешь, по какому делу? – спросил он как мне показалось с некоторым вызовом.

Я сказал, что догадываюсь. Меня несколько удивил вопрос, но я постарался выглядеть равнодушным. Илья присел рядом на соседний стул, придвинул две свободные рюмки и открыл бутылку с водкой.

- Выпьешь со старым другом?

Я молча кивнул. Он налил, и мы выпили не чокаясь, каждый за что-то свое. Я ждал что будет дальше. Илья поставил рюмку и продолжил:

- Они твою фамилию называли, спрашивали как давно мы знакомы. Спросили про печатный станок и ну, в общем интересовались типографией в подвале.

- Типографией? Так прямо и сказали? – усмехнулся я.

- Да, так и сказали. А еще говорят, что станок вроде стащили со склада Машиноэкспорта. Интересно, правда?

Я пожал плечами и промолчал. Но при этом смотрел прямо в глаза Илье.

- Откуда они могли это узнать, нет идей? Может, вложил кто? – спросил он.

Мне показалось или Илья произнес это таким тоном, как будто подозревает меня? Вероятно, он выбрал тактику нападения, как лучший вариант защиты. Илья конечно же узнал или догадался об истинной причине моего агрессивного поведения при нашей последней встрече, просто сейчас старался скрыть это. Я тогда хорошо запомнил его недоуменный взгляд. Теперь он пытается показать мне, насколько я был к нему несправедлив, так что ли? Врет, конечно же ни в какую ментовку его не вызывали. Но в конце концов мне скрывать нечего.

- Меня тоже вызвали, - сказал я.

- И что?

- Допрашивали, спрашивали про тебя.

- Даже так? И что ты им рассказал? – спросил Илья.

Мне было неприятно, что приходилось оправдываться. Мой друг без особого труда загнал меня в позицию виноватого. Это бесило меня и я еле сдерживался. Я мог бы рассказать ему все, что было на допросе, но это действительно выглядело бы как оправдание. Поэтому я был по возможности краток и максимально сухо произнес:

- Ничего. Все то же, что и восемь лет назад, ничего нового не добавил.

- Слушай, - голос Ильи смягчился и он сказал уже без напора, - я на твоем месте наверное так же поступил. Я просто тогда реально не врубился что происходит ты как буйный накинулся, что мне оставалось?

Я поморщился.

- Тебя реально допрашивали? – снова спросил Илья, явно намекая на то, что хотел бы получить более развернутый ответ.

И тогда я рассказал ему про допрос, одновременно наблюдая за Ильей и в какой-то момент окончательно понял, что это был именно он. Именно Илья - мой старый друг с потрохами сдал меня ментам. Было заметно, как он сначала напрягся, а потом расслабился, когда услышал что я придерживался своих прежних показаний и не упомянул как мы вдвоем тащили станок с его склада в тот чертов подвал, и о том что изначально вся идея с печатью Библии принадлежала непосредственно самому Илье. Мы помолчали с минуту.

- Слушай, браза - наконец сказал он, - ты что, реально решил, что я мог тебя ментам слить? Делать мне нечего Из-а Дашки? Ты точно рехнулся, бро.

Он сам озвучил причину, которая прозвучав из чужих уст внезапно показалась мне и вправду ничтожной. Но я тут же с удвоенной энергией начал убеждать себя в обратном. Внутри меня происходила настоящая борьба. Мне было неловко признаться Илье, что я действительно считаю историю с Дашей причиной его предательства, но и отрицать не стал, просто красноречиво промолчал и уставился на свои ботинки. Вокруг гремела музыка, по полу плясали разноцветные огни и мне показалось, что я нахожусь в каком-то нереальном мире, обсуждаю совершенно ничтожные проблемы, принимаю никому не нужные решения. Я устал, я внезапно осознал насколько все это неважно. Пусть Илья считает что я ошибался на его счет, нужно успокоить его и хотя бы сегодня прекратить обсуждение этой темы. Ведь мне нужно сосредоточиться на другом, более важном деле. Господи, если бы только он знал, какова она – истинная реальность! Я на секунду представил себе выражения лиц всей этой модной тусовки отплясывавшей в Метелице, узнай они сейчас то, что известно мне. Я еле заметно усмехнулся.

- Забудь, Илья. Я не хочу даже обсуждать все это. Под меня кто-то копает, может быть с работы, я не знаю. Я подумал что это ты, да извини я просто хотел выяснить. Забудь.

- Окей, бро. Давай еще по одной?

Илья налил и мы снова выпили.

- Я тогда был на взводе, сам понимаешь. Не парься.

Все это я постарался произнести насколько возможно искренне, как будто между нами ничего не произошло. Не было ни Даши, ни этой дурацкой драки.

- Слушай, а кто тогда? Варианты есть? - спросил он.

От меня не ускользнуло, как быстро Илья постарался подхватить тему и вот он уже заинтересованно спрашивает, есть ли у меня кто-то на подозрении. Я пожал плечами. Мы выпили еще и тут же повторили. Внутри разлилось тепло и одновременно с этим к горлу подступила тошнота. Мне уже порядком надоела наша беседа.

- Не хочу говорить об этом. Не сегодня. Хорошо?

Я встал и пошатываясь направился на танцпол. Вокруг меня отплясывала разношерстная публика. Самодовольные физиономии так называемой московской элиты: проститутки, дети партийных функционеров, воры и фарцовщики импортным шмотьем. Знали бы они где и кем отшиваются эти шмотки. Я усмехнулся.