Твоя задача выжить

– С чего вы так решили?

– Он мне сказал.

– Это только слова. Так куда вы дели статуэтку?

– Если вы считаете, что это я убила дядю – арестуйте, – крикнула Аня и протянула руки. – Только сначала докажите, что это я!

– Анна Викторовна, не горячитесь, – смягчился следователь. – Но поймите и меня. Кому выгодна смерть вашего дяди? Только вам.

Аня посмотрела на следователя с ненавистью. Как он может! У девушки внутри образовалась пустота по размерам с чёрную дыру в космосе. Внутренности закрутило, свернуло в тугой узел. Ане хотелось плакать, разбить о голову следователя монитор. Ничего такого она, конечно же, делать не стала.

– У вас есть что мне предъявить? – холодно спросила Анна, хотя внутри всё дрожало и готово было вырваться наружу.

– Пока нет, – ответил Морозов. – Но я найду. И тогда, Анна Викторовна, вам будет не отвертеться.

– А вы уверены, что выбрали правильную тактику? Вы запугиваете меня?

– Боже упаси! – Морозов поднял обе руки вверх. – Я стараюсь найти убийцу вашего дяди.

– Мне кажется, что вы его уже нашли и за уши стараетесь притянуть улики.

Морозов поморщился. Аня смотрела прямо в его глаза. Она собралась и уже решила – сама найду убийцу и убью. Потом подумала:

«Сначала найду, а там видно будет».

– Денис Александрович, я поняла вашу точку зрения. Я остаюсь в городе и никуда выезжать не собираюсь. Если надо подписать какие-то бумаги о невыезде – я готова. И только такие.

Морозову нечего было предъявить Анне. Красивый вариант: племянница убила дядю из-за наследства, не вырисовывался. И точил следователя червячок сомнения, а интуиция толкала далеко в прошлое.

«Девочка с характером. Нет, не могла она… Хотя, бывает всякое», – подумал Морозов, а вслух сказал: – Я вас вызову для снятия показаний. Телефон у меня ваш есть.

– Я готова встретиться с вами.

Морозов ушёл. Аня с облегчением выдохнула. С таким бравым следователем убийцу дяди не найдут никогда. Анна стукнула кулаком по столу. Мозг лихорадочно заработал, строя план своего расследования.

«Нет! Я рыдать и печалиться буду потом. Когда найду и крысу в агентстве, и убийцу. Может это один и тот же человек? А угроза? Она не из агентства. Это другое. Я всех найду. Дядя, ну почему ты мне ничего не сказал?»

За окном цвёл апрель. Весна не радовала Аню. Она осталась совсем одна. Кто друг? Кто враг? Дядя берёг её от этой грязи. Вот и у полиции она первая на очереди в убийцы.

– Надо действовать! – произнесла Анна вслух. – Никто, кроме меня не разберётся.

Найденная записка с угрозой вылетела у Ани из головы. Первоначальным планом являлось – найти крысу в агентстве.

Глава 12. Анна собирает информацию.

Анна обошла всех сотрудников, поговорила и незаметно выяснила про вчерашний день: кто где был, чем занимался, куда ходил, видел ли посторонних и во сколько ушёл, чьи машины стояли на стоянке.

В голове сложилась картинка. День прошёл как обычно. Посторонних не было. С работы ушли все вовремя, кроме дяди, Ольги, костюмерши и Эмиля. Он там колдовал с костюмами и аксессуарами, чертил план дефиле, подбирал музыку под костюмы. Эмиль так и говорил:

– Я не работаю. У меня творческий подход. Я колдую.

Задержалась Ольга в примерочной с костюмершей. Надо было что-то подогнать, что-то исправить. Ольга ушла раньше, а костюмерша осталась. Анна спросила её, во сколько та ушла.

– Время? Да примерно в одиннадцатом часу. На стоянке стоял чужой автомобиль. Я села в свой и уехала, – сказала костюмерша. – Никого в той машине не было.

«Когда Ольга принесла дяде заявление? И зачем она задержалась с костюмершей, если собралась уволиться?» – подумала Аня.

Она вспомнила, что Ольгу сегодня не видела. Спросила у моделей.

– Ольга взяла отпуск за свой счёт на неделю.

– Когда?

– Так вчера.

– У нас же показ, – удивилась Анна.

– А она сказала, что без неё, как ведущей модели, показ не состоится, – ответила одна из девушек.

– Показ состоится, даже если я умру! – завопил Эмиль.

Анна тут же набрала телефон Ольги. Гудки шли, но никто не отвечал.

– Она никому не отвечает.

– Прибежит через день! Куда она денется! – хмыкнул Эмиль. – От такого показа никто не отказывается.

– Ольга решила сорвать показ.

Эмиль расхохотался.

– Что она себе возомнила?! Вешалка для нарядов!

– Почему? – удивилась Аня.

– А её Евгений Алексеевич бросил.

Анна удивилась. Свою связь дядя старался держать в тайне. Аня холодно ответила:

– Он её не подбирал, чтобы бросать.

– Да ладно вам, Анна Викторовна, все в курсе их романа.

Анна посмотрела на девушку. Все всё знают. Плохая конспирация. Модели все казались Ане на одно лицо. Все красивые, с правильными чертами лица, высокие, стройные, с бесконечными ногами и на голову выше Анны.

– Откуда информация? – спросила Анна.

– Так Ольга и сказала. Поставите меня ведущей?

«Ольга и сказала – вот засада. А дядя её бросил», – подумала Анна, а вслух сказала: – Разберёмся. Показ не отменяется. Всё идет по плану.

– А кто Ольгу заменит?

– Я подумаю, – ответила Аня и вышла из зала, где тренировались модели.

Аня прикрыла дверь не плотно и услышала продолжение разговора:

– Ольга не вернётся, у неё новый любовник. Он машину ей подарил. Ольга к нему в фирму устроилась. Она еще по зиме говорила, что подцепила какого-то мужика с «ПромСервис+».

– Кем? Секретаршей? – хихикнул кто-то.

– Она же бухгалтер. И не плохой. Она в нашей бухгалтерии подрабатывает. Всё Евгения Алексеевича поразить красотой и умом хотела. Девки с бухгалтерии говорят, что неплохо шарит.

Анна притаилась и прислушалась. Даже дышать перестала.

– Откуда знаешь?

– Да, Ольга сама хвасталась. Она мне и сказала, что уходит. И машину я видела.

– Где машину видела?

– Да на нашей стоянке. Ольга вчера на ней приезжала. «Опель» красный.

Послышались хлопки в ладоши и голос Эмиля:

– Хватит болтать! На исходную! Встали! Пошли! Быстро! Шевелите задницами!

Заиграла музыка. Анна задумалась:

«Красный «Опель» – машина Ольги. Ольга убила дядю? Возможно. Она написала заявление. Дядя вызвал её к себе. Они разругались, подрались, и Ольга убила дядю. От неё это можно ожидать. Взрывная, уверенная в себе, всегда добивается своих целей. А с дядей не повезло. Она поняла, что Евгений Алексеевич не собирается официально оформлять отношения, несмотря на её ожидания».

Анна направилась в отдел кадров, но заявления на отпуск там не было.

– Не писала Ольга никаких заявлений. Вы что? У нас же показ. Каждый день на счету.

Аня помялась, вспомнила про заявление.

– А про увольнение не говорила?

– Ольга? Уволиться? Да где она себе найдёт работу модели? Возраст-то уже поджимает.

– Ей всего двадцать пять.

– Пенсионный возраст для модели.

Аня вернулась в кабинет. Села за стол дяди. Полистала папки в компьютере. Встала, подошла к окну, сложила руки за спиной, как дядя, и посмотрела на город. Апрель захватил права мая. Вовсю светило солнце, почки набухли и лопнули нежными салатовыми листочками. Деревья и кусты стояли в зелёной дымке. Люди спешили по своим делам кто в футболке, кто к куртке.

– Что мы имеем? Виктор Сергеевич упорно рвётся к власти. Хотя дядя говорил, что он никогда этого не допустит. Они поругались и Виктор убил дядю. А из-за чего поругались? Ольга получила отставку и написала заявление на увольнение. Пришла к дяде, они поругались, и Ольга в порыве злости убила его. И машина на стоянке её была. Ключи она не сдаёт. Осталась в агентстве, вечером пошла поговорить с дядей и убила. Заявление! Заявления в кадрах нет.

Заявление было в ящике стола. Вчера следователь показал Ане записки, смятые счета, разорванное заявление Ольги. Ольга собралась уволиться в день смерти дяди. Он размашисто написал «Дура» и разорвал. Или Ольга разорвала?

Аня открыла программу и стала искать документы, которые перекинула дяде. Некоторых важных документов, касающихся финансовых операций агентства, не было. Не было и договоров с посторонними фирмами, что нашла Анна. Их же нельзя уничтожить из программы. Но их не было. И камеры не работали. Аня позвонила программисту.

– Дэн, у меня есть просьба…

– Я восстановил всё. Можете открыть и посмотреть.

– Спасибо, Дэн, посмотрю. В программе «1С» ты можешь восстановить пропавшие документы?

Программист хохотнул:

– Кто-то уничтожает улики?

– Дэн, я серьёзно.

– Я понял, Анна Викторовна. Но в «1С»… мне придётся привлечь друга. Он пишет эти программы.

– Привлеки. Неофициально.

Программист замялся.

– Если дело в деньгах – я заплачу.

– Не вопрос. Когда?

– Сейчас, Дэн.

Программист вздохнул.

– Я попробую. Но, возможно надо будет задержаться. Надо чтобы никто в программу не заходил.

– Я предупрежу Павла Ивановича.

– Ок.

– Спасибо. Только это тоже никому не говори.

– Я понял.

– А камера? Кто следит за камерами?

– Да никто. Они стоят, пишут.

– А кто их может отключить?

– Да кто угодно. Они в серверной. Она не закрывается.

– А узнать, кто отключил?

– Да никак не узнать. Ими и не интересовался никто. Стояли так, для проформы. Через две недели запись стиралась.

– Понятно. Чьё распоряжение?

– Евгения Алексеевича. За ними и не следил никто.

– Ясно. Спасибо.

Оставалось мало времени до показа, предстояло сделать ещё очень много. Девушку постоянно отвлекали, дергали. Часто заходил Виктор Сергеевич и расспрашивал про расследование. Интересовался показаниями сотрудников.

– Виктор Сергеевич, расследование ведёт полиция. Я не знаю таких тонкостей.

– А вам разве не рассказывают о деталях расследования? Это же ваш дядя!

– Нет, не рассказывают. Я и не спрашивала.

– А вы поинтересуйтесь, Анечка. Они сейчас обвинят невинного человека, а может быть Евгений сам на нож напоролся. По неосторожности.

– И так два раза, – мрачно пошутила Аня. – Откуда вы знаете про нож?

Следователь предположил, что дядю убили канцелярским ножом, потому что его не было в кабинете. Аня сама на это обратила внимание Морозова. Судмедэксперт сказал:

– Канцелярским ножом можно только порезать. Лезвие у него тонкое и непрочное. Тут что-то попрочнее было, вскрытие покажет. Статуэтки, говорите, нет. Вот она как раз подошла бы. Голову-то проломили, и смерть наступила от удара. Не ножом. Только где она?

Аня пожала плечами, а следователь буркнул, что найдут.

Аня внимательно смотрела на Виктора Сергеевича. Он замялся и погладил правую руку. Отвёл глаза.

– Не смешно. Что-то вы поздно уходите с работы, берегите себя.

Про нож ничего не сказал. Виктора не было в ту ночь в агентстве, и он не мог знать, как убили дядю. Эмиль наболтал?

– А вы откуда знаете, что засиживаюсь допоздна? – спросила Аня.

– В журнальчике у Павла увидел время, когда вы ключи сдаёте.

– Вам-то что?

– Так не бережёте себя. Я помощь предлагаю, а вы всё сами.

– Я тоже вас видела несколько раз поздно уходящим. Вы-то чем заняты?

– Отчетность у меня. Показ так же. Всё оплатить, предусмотреть. Работы, знаете, выше крыши.

Аня устала от старшего экономиста. Он вызывал неприятное чувство. Когда оно появилось, Аня не поняла. Ей стало неловко перед Виктором за свою неприязнь.

«Этак я всех ненавидеть буду… За то что они живы, а дядя…» – подумала девушка.

– Идите уже, Виктор Сергеевич, некогда мне болтать с вами.

Старший экономист ушел. В рабочей суете день прошёл быстро и незаметно. Вечером Аню выгнал домой Павел Иванович.

– Аня, иди, не рви себя. Всех дел сразу не переделаешь.

Аня нехотя поднялась и поехала домой. Дома её никто не ждал. Ане хотелось спрятаться под одеялом и выплакать свою боль, отчаяние и страх подвести дядю, упустить агентство. Она жалела себя, злилась на дядю. Умение держать себя в руках, как говорил дядя: «Ты должна уметь держать лицо», к вечеру истончилось и сползло мятой маской к ногам. Сдерживаемые весь день слёзы и боль выползли из-под маски. Дома Аня рухнула в постель, как в бездну, где нет забот и грустных мыслей. Следователю о записке с угрозами Анна так и не сказала. Закрутилась и забыла.

Глава 13. Ольга и Дмитрий.

Бар «Панорама», размещён на крыше самого высокого отеля в городе. Стены бара – панорамные окна. Отсюда весь город лежит как на ладони. Обстановке в стиле «модерн». Везде зеркала, увеличивающие пространство. Прозрачные столы на блестящих железных ножках, кресла из прозрачного пластика, барная стойка из акрилового камня, приглушённый свет из многочисленных светильников на столах, на барной стойке, на стенах. Это модное место, где собирается молодёжь из обеспеченных семей, местная богема.

Дмитрий пришёл в бар чтобы хоть как-то показать себе, что он тоже золотая молодёжь. Он сидит один за столиком с бокалом виски. Сегодня Дмитрий узнал, что дядя Анны убит. Анна теперь богата, а это шанс не только вернуть её, но и самому войти в другой круг. Анна с Евгением вращались среди политиков, банкиров, бизнесменов и теперь за счёт Анны он тоже может туда попасть. Смерть дяди – это шанс без помех восстановить отношения с Анной. Но как и с чем подойти к девушке?

Дмитрий обвёл зал скучающим взглядом зал. К барной стойке неподалёку от Дмитрия подошла высокая красивая черноволосая девушка. Их взгляды встретились в зеркале за стойкой бара. Дмитрий узнал ее – это Ольга, любовница Аниного дяди. Ольга взяла коктейль и повернулась в Диме.

– Ты ведь Дима? Бывший Анин.

На лице Дмитрия появляется лёгкая ухмылка.

– А ты та самая модель, которую променяли на племянницу. Какая досадная ситуация для твоего эго.

Ольга подошла к его столику, Дима кивнул: присаживайся. Ольга села, закинула длиннющую ногу на ногу. Юбка, и так короткая, поднялась ещё выше. Дмитрий оценивающе посмотрел на Ольгины ноги.

– Эго здесь ни при чём. Это было личное оскорбление. Он предпочёл мне эту серую мышь. Представляешь? – улыбается девушка.

– Я прекрасно представляю. Меня она тоже променяла. Сначала на учёбу, потом на дядю. Знаешь, что самое смешное? Я пытался быть хорошим парнем. Терпел все эти семейные ужины. А в итоге меня просто списали в утиль.

Ольга хохочет, закидывая голову назад, выставляя красивую грудь.

– Не ври! Ты сам променял её на дочь банкира.

Дмитрий делает большой глоток виски. Ольга снисходительно спрашивает:

– И что ты чувствуешь теперь? Когда её дядю убили, а она стала единственной наследницей всего этого?

Ольга неопределённо крутит рукой в воздухе, намекая на богатство Евгения. Дмитрий ставит стакан на столик и наклоняется к Ольге.

– Я чувствую, что меня кинули. А теперь эта девчонка, которая ничего из себя не представляет, получила всё. Особняк, деньги, статус.

Ольга придвинула свой стул ближе к Дмитрию, и понизила голос:

– Что, если мы поможем ей окончательно потерять покой? Заставим её думать, что кто-то очень могущественный хочет её смерти. Кто-то из прошлого её дяди.

– И какой в этом смысл для тебя? – шепчет в ответ Дмитрий.

– Когда она будет доведена до отчаяния, когда её единственным другом и защитником будешь ты, – Ольга на минуту замолкает, – ты сможешь попросить у неё всё, что захочешь. Например, переписать на тебя какую-нибудь часть наследства. В знак благодарности за спасение. Или просто стать её мужем и управлять всем от её имени.

Дмитрий молчит, думает. Идея ему нравится. Как ему самому такое не пришло в голову? Он смотрит на Ольгу с новым интересом.

– А что получишь ты? Кроме того, что увидишь, как она страдает?

– Я хочу, чтобы она страдала долго. Униженно. Чтобы каждый день своей новой богатой жизни она помнила, что заняла чужое место. И да, ты прав. Мне нужна доля. Небольшая. За помощь в организации. У меня даже есть ключ от её квартиры.

Дмитрий протягивает руку Ольге. Она смотрит на его руку, затем в глаза. Её улыбка становится шире. Она пожимает его ладонь. Сговор заключён.

– По рукам, – говорит Дмитрий.

Ольга хочет отомстить, отомстить мёртвому Евгению и унизить серую мышку Анну. Дмитрию не нужна месть. Он уже получил свою порцию унижения от Анны, когда она не приняла его предложение – начать сначала. Теперь им движут два мотива: деньги и уязвлённое самолюбие.

– Знаешь, я участвую в этом не ради твоей вендетты. Моя цель – наследство. Я помогаю тебе потешить твоё эго и раздавить эту девчонку. Взамен я получаю доступ к деньгам. Мы оформляем на меня долю в бизнесе, или я становлюсь её мужем и управляющим. Выбирай. Без этого сделки нет.

– Обсудим? – улыбается Ольга. – С меня план, а с тебя исполнение и физическая сила.

Дмитрий кивает и поднимает бокал. Они чокаются и выпивают.

– Ты пугаешь, я создаю реальные проблемы, которые я же героически решаю. Никакой крови, – уточняет Дмитрий.

Ольга ухмыляется. Она так сильно ненавидит Анну, что хочет не просто напугать, хочет разрушить её жизнь, Дмитрий в роли спасателя, добьёт ее окончательно. Ведь ему не любовь Анны нужна, а статус, деньги. Подчинив девушку, он может жить в своё удовольствие. А Анна будет страдать. Всю жизнь. Вот что греет Ольгу. И тогда можно будет сказать Анне в лицо:

– Посмотри, как легко мужчины предают тебя ради денег. Ты думала, ты особенная? Нет, ты такая же, как все.

И, конечно же, доля в бизнесе. Но это лишь приятный бонус к главному блюду – отмщению.

Глава 14. Неудачное покушение.

На следующий день к Анне в кабинет пришёл программист.

– Анна Викторовна, мы восстановили документы. Приятель закрыл их от общего пользования. Вот гриф доступа к ним, – Дэн положил перед Анной листок. – С приятелем бы расплатиться.

Аня дала требуемую сумму. Открыла программу. Все счета были на месте.

– Спасибо. А кто там постарался уничтожить документы?

– Не знаю. У вас программа установлена без паролей. Зайти и уничтожить мог кто угодно под чужим именем.

Аня вздохнула. Дядина безграничная вера в людей дала неожиданные всходы. Не всем можно доверять как себе. Анна вспомнила про красный «Опель». Чья это машина? Ольгина? А могут посторонние попасть на территорию стоянки?

– Дэн, на стоянку могут попасть посторонние?

– Ну что вы, Анна Викторовна, Ворота и калитка электронные. Калитка открывается ключом, а ворота звонком с телефона. Все ключи завязаны на телефоны сотрудников.

– А скажи, ключи электронные от ворот где заказать можно?

– Так у меня. А что с вашими? Размагнитились?

– С моими всё хорошо. А кто-то заказывал ключ недавно? – скучным голосом проговорила Аня, чтобы Дэн не заподозрил её интереса.

– Да, Зайцев Виктор Сергеевич заказывал. Дней пять назад. Для себя и Ольги. Два ключа.

«Ещё до смерти дяди», – подумала Аня.

– Так я могу идти?

– Спасибо. Иди. Я тебе премию выпишу за помощь.

– Да что вы, Анна Викторовна, я же просто помог. Да и не я «1С» восстановил.

– Любая работа должна быть оплачена. Спасибо. Иди.

Аня окунулась с головой в документы. Если дядя понял, кто крыса, то и она должна понять, разобраться. И чем больше смотрела, тем очевиднее становилась картина. Ежемесячно шли платежи в фирмы, которые открывались и закрывались через месяц. Аня нашла их в интернете и никакого отношения к модельному бизнесу они не имели. Ежемесячные суммы около ста пятидесяти тысяч рублей перечислялись в компанию «ПромСервис+». Это строительная компания. Об этой фирме упомянула одна из моделей. Именно туда собралась уходить Ольга. Анна поискала в интернете и нашла фирму. Её соучредителем был Аркадий Степанович Волков. Фамилия Анне ни о чём не говорила. Ольга? Дядя вычислил Ольгу? Она убила и пропала. Надо сказать следователю. Или самой найти и поговорить с Ольгой?

Дальше шла оплата несуществующих рекламных кампаний на общую сумму восемьсот тысяч рублей. Аня точно знала какую рекламу и где заказывала. Она и суммы точные знала, потому что сама этим занималась. Была оплачена покупка оборудования, которое вообще отсутствует в помещениях агентства. Анна нашла контракты, подписанные с использованием печати агентства, но содержащие юридические неточности в адресе и реквизитах. Подписи Виктора Сергеевича на контрактах выполнены разными стилями. Что это за договоры? Подлинные или подделка? Кто составлял эти договоры? Сам ли Виктор Сергеевич этим занимался или Ольга? Денег на счету осталось мало, только чтобы оплатить рекламу показа и на зарплату сотрудникам.

Анна пришла в ужас и решила провести ревизию реквизита. Постановщик дефиле схватился за голову.

– У нас нет времени на эту ерунду! Нам надо готовиться! Чем вы занимаетесь? А чем должны? Я увольняюсь! Мне не хочется опозориться на всю индустрию!

– Мы всё сделаем без вас. Дайте ключи от реквизиторской.

– Нет! Вы всё испортите! Даю вам сутки! Не более!

– Хорошо, хорошо, – согласилась Анна. Прямо сейчас и начнём.

Анна проводила инвентаризацию с бухгалтером и с Эмилем. Бухгалтер спокойно отмечала реквизит, а Эмиль истерил, хватался за голову, пять раз увольнялся, пил успокоительные, запивал их кофе и закатывал глаза.

– В этом агентстве будет ещё один труп! Мой! И в моей смерти будете виноваты вы, Анна!

Аня соглашалась, утешала и упорно продолжала инвентаризацию. К восьми часам вечера всё было закончено. Постановщик дефиле сидел понурый. Недоставало дорогостоящих аксессуаров, используемых для фотосессий. Пропало несколько образцов продукции партнеров агентства. Не было части компьютерного оборудования, числящегося на балансе.

– Я пропал. Я не брал. Кто мог так меня подставить? – сокрушался Эмиль. – Вы меня уволите. Меня никуда не возьмут. Моя жизнь кончена. Меня посадят и скажут, что это я… – Эмиль зарыдал. – Я убил Евгения.

– Успокойтесь. Никто вас не уволит. Особенно накануне показа. Да и потом не уволим. Разберёмся, кто тут виноват, а кто нет.

Эмиль Анне не поверил, остался сидеть мрачный. Трясущейся рукой наливал успокоительные капли в стакан и запивал их кофе. Кофе расплёскивался по полу. Затем вскочил, побежал и моделям. Анна услышала его истеричный крик:

– Пошли все вон! Выходной! Завтра в девять!

– Мы же с десяти работаем, – возразил кто-то из девушек.

– Тот, кто работает с десяти – уволен!

Анна грустно улыбнулась. В агентстве действительно появилась крыса. Давно. Года два назад. Анна подняла счета за последние пять лет. Она просидела в кабинете допоздна, пока не зашёл Павел Иванович.

– Ты ещё тут? Работаешь? А ну марш домой!

Анна подняла глаза и кивнула.

– Хорошо, дядя Паша. Ухожу.

Ане всегда не хватало дня, она часто засиживалась на работе, пока Павел Иванович не выгонял её. Об этом все знали. Вот и в этот раз уже стемнело. Анна вышла из кабинета, Павел Иванович продолжил обход по второму этажу. Домой идти не хотелось. Там всё напоминало о дяде и остро чувствовалось его отсутствие. Аня вышла на стоянку агентства, подошла к автомобилю, щёлкнула сигнализация, мигнули фары. Сбоку Аня увидела какую-то тень и развернулась. Два мужских силуэта двигались в её сторону.

– Это частная стоянка. Что вы тут делаете?

В ответ тишина и приближающиеся фигуры. Внутри всё сжалось. Темно. Лиц не видно. Вокруг никого. Аня испуганно нажала на тревожную кнопку на брелоке. Несколько недель назад Евгений Алексеевич настоял на этом.