НАШ РЕБЁНОК - НАРКОМАН, или - как спасти человека. Книга для родителей.

7.Нужно ли разрешать Ему выписываться из больницы самостоятельно?

Нужно ли разрешать Ему выписываться из больницы самостоятельно? Я думаю, что этот вопрос можно было бы и не задавать – Вы уже сами знаете правильный ответ на него. Самостоятельное возвращение домой из стационара превратится для Вашего ребёнка в величайшее искушение – Вы ведь не оставите Его без денег на случай выписки, и Вы не сможете просчитать в точности, какая именно сумма будет ему нужна на обратную дорогу. Что это означает? Это означает, что денежная сумма будет Вами на этот случай оставлена с запасом, а Он постарается филигранно минимизировать свои расходы – например, доехать автостопом, а сэкономленные деньги в этом случае останутся в его полном распоряжении. Откуда Вы узнаете, на что именно Он их потратил? Забирайте Вашего ребёнка из больницы сами! Выписка – это серьёзный ритуал, включающий в себя прощание с другими больными, напутствие доктора и другие тому подобные вещи – всё это имеет значение. Не пренебрегайте важными деталями – если Вы их упустите, то навёрстывать упущенное придётся на следующих этапах борьбы за жизнь Вашего ребёнка, и возможно, делать это будет намного сложнее.

8.Чего ожидать от второй госпитализации?

Вторая госпитализация – это очень серьёзный процесс с последствиями для всех – для Вас эти последствия могут быть даже более значимыми, чем для Вашего ребёнка. Если Он ехал в больницу просто под Вашим нажимом и с собственными лукавыми мыслями, то после второй госпитализации через определённое время с Ним произойдёт то же самое, что произошло после первого попадания в стационар, и Вам придётся крепко задуматься об изменении Вашей стратегии, а если Он действительно имел хотя бы минимальное желание прекратить приём наркотиков, тогда повторное лечение даст Ему неплохую возможность очень серьёзно подвинуться в правильном понимании собственного не очень хорошего положения.

После выписки из больницы Он будет неплохо представлять самые простые сложности, которые будут ожидать Его на пути к здоровой жизни. Это же самое касается и Вас – розовое представление о будущем, которое могло сложиться в Вашей голове во время первой госпитализации, теперь уступило место более критичному и гораздо более реалистичному подходу. Вы теперь прекрасно понимаете, что срыв больного в систематическое употребление наркотика возможен практически в любое время. Вы понимаете, что какие-то формы контроля за ситуацией неизбежны, и Вы должны тщательно продумывать, на что способны в таком положении дел именно Вы – с Вашей семейной ситуацией, с Вашей работой, с Вашими взглядами на жизнь, с особенностями Вашего характера.

Конечно, госпитализация – это надежда, Вы должны надеяться на лучшее, но по известной пословице, должны готовиться к худшему. Вы должны надеяться на то, что кошмар, который пришёл в Ваш дом вместе с наркотиком, наконец, прекратится, но Вы одновременно должны понимать одну непреложную истину: возможно, что и это Ваше действие не приведёт Вас к желанному успеху, и тогда обязательно нужно будет делать следующий шаг.

9.Вы во второй раз приехали из больницы. Что дальше?

Вы во второй раз приехали из больницы. Что дальше? А дальше в немалой степени будет продолжаться то, что уже было после того, как Вы приехали из больницы в первый раз, разве что Вам придётся почти сразу разрешить своему ребёнку прогулки – если в первый раз Он, возможно, не долежал положенного срока, и Вы пытались выдавить из него этот срок хотя бы дома, то в этот раз Он полностью вылежал назначенный ему курс лечения, и у Вас нет никаких оснований серьёзно ограничивать его в передвижениях.

На самом деле – это проблема, потому что Он привык проводить своё свободное время определённым образом, и рассчитывать на то, что Он пойдёт в библиотеку или в спортзал особо не приходится. Вы хорошо знаете своего ребёнка, чувствуете Его и потихоньку начинаете понимать суть процесса, в который Он погрузился. Этот процесс занимал Его время и давал Ему определённые ощущения, которые Ему очень нравились. Теперь время освободилось, а вместо ощущений у Него образовалось пустое место. Да, природа не терпит пустоты, но чем Он её заполнит? Что Вы можете Ему предложить, и будет ли Ваше предложение, или – предложения, интересны Ему? Чем Он займётся? Ведь если никакого занятия не будет, укоренившиеся и приятные в своей глубинной сути привычки непременно потянут Его к себе назад. Да, Ему необходимо задуматься о своём здоровье и о своём будущем – и Вы, и многие другие люди об этом говорили Ему немалое количество раз, но и Вам самому придётся очень глубоко задуматься о будущем – о Вашем общем семейном будущем, в котором существует больной наркоманией человек.

Помимо смутных чувств и тягостных раздумий, Вы спокойно можете и должны совершать уже проверенные и опробованные действия – Вам нужно сконтактировать с наркологом поликлиники, если этот контакт в Ваших глазах имеет смысл, а если особого смысла в нём Вы не видите, тогда контакт с доктором надо будет совершить хотя бы на формальном уровне.

Если Вы ещё после первой госпитализации нашли хорошего психолога или психотерапевта – попробуйте связаться с ним, и при желании Вашего ребёнка заниматься с этими людьми, Вы можете эти занятия организовать. Это будет стоить Вам неплохих денег, и Вам желательно внимательным образом последить, в чём будет заключаться смысл предложенных Вам сеансов. Если у Вас вдруг возникнет чувство, что сеансы проводятся формально, или их количество неоправданно затягивается – постарайтесь их ненавязчиво прекратить, но учтите, что если Вы отказываетесь от психотерапевта, то этим психотерапевтом в самом недалёком будущем предстоит стать Вам самому. Наркоман – психически нездоровый человек, он нуждается в лечении, и если Вы не прибегаете к услугам посторонних людей, значит, эти услуги Вы обязаны взять на себя.

Вам необходимо не забывать о контроле. Учитывая то, что Ваш ребёнок согласился пройти полный курс лечения, позитивно вёл себя в стационаре и после выписки соблюдает все внешние признаки семейного приличия, Вы можете в ответ немного либерализовать свои подходы – это будет легко сделать, ведь гораздо сложнее подходы ужесточать. При этом хочу сказать, что смягчение подходов и отношения к событиям должно носить для Вас внешний, может быть, даже немного показной характер, потому что причины для успокоения у Вас покуда нет никакой – Он просто выписался из больницы, и скорее всего, несколько дней не колется. Всегда помните о том, что хрупкая идиллия может разрушиться в любой момент времени.

10.Может ли Он бросить наркотики после второй госпитализации?

Может ли Он бросить наркотики после второй госпитализации? Может. Наркотики может бросить кто угодно и когда угодно, другое дело, что почти никто просто так этого не делает. Возвращение из больницы после полноценно проведённого там курса лечения – это всегда позитив для любого наркомана на любом этапе его внутреннего бытия – чуть не написал «развития» Но ведь не все развиваются – кое-кто, к сожалению, и деградирует.

Вторая госпитализация предоставляет больному отличные возможности для принятия ответственного решения – он уже понимает, что просто так из наркомании не уходят и что для этого нужны немалые усилия и неплохое физическое самочувствие. Он уже понял, как легко вернуться к прежнему печальному состоянию, он впервые прошёл полный курс лечения и чувствует себя очень неплохо – и физически, а при уходе из больницы – и психически, – при уходе из психиатрической лечебницы человек всегда ощущает эмоциональный подъём.

Даже если в больнице Вашему ребёнку пришлось сконтактировать с бывалыми старыми наркоманами, переданный ими их прожжённый цинизм ещё не стал частью Его личного негативного опыта. Этот цинизм покуда просто болтается в Его неокрепшей голове и не является базовой основой Его действий.

Короче говоря, больной после второй госпитализации – это благоприятное поле для достижения позитивного результата. Мой врачебный опыт, конечно, говорит о том, что в этом случае мало кто бросил наркотики навсегда, но количество ремиссий самой разной продолжительности после второй госпитализации при взгляде издалека выглядит очень значительным, и пускать такую благоприятную ситуацию на самотёк будет с Вашей стороны очень не дальновидно.

В завершение этой главы я хотел бы рассказать Вам одну историю. Я тогда работал в небольшом районном центре на Украине и заведовал отделением в областной психиатрической больнице. Больница стояла в лесу и для меня была чем-то вроде творческой лаборатории, в которой я исследовал то, что мог исследовать – в том числе, и опийную наркоманию.

Однажды в моё отделение поступил молодой двадцатидвухлетний человек. У него была русская фамилия и он очень неплохо говорил по-русски – его отец был русским, а мать – украинкой. Родители его давно разошлись, он жил с матерью в областном центре и незаметно для себя пристрастился к наркотикам. Около года назад он съездил на лечение в соседний областной центр, но там ему не понравилась методика лечения, которая была ориентирована на финансовую составляющую – больных попросту переводили на другой препарат, тоже дающий привыкание, а после минимальной стабилизации, достигнутой за счёт действия этого препарата, больных выписывали. Понятно, что возвращаясь домой, они очень скоро начинали чувствовать сильный дискомфорт и в подавляющем большинстве случаев очень быстро возобновляли употребление привычного им наркотика. Это же произошло и с моим новым больным.

Кто-то ему рассказал обо мне, и он решил, что ему нужно поехать и пролечиться именно у меня. Он долго откладывал выполнение своего решения – наркотик держал его в своих объятиях довольно плотно, но, в конце концов, он решился, взял в наркодиспансере направление, и приехал. Мне было очень приятно с ним разговаривать – я позитивно относился к украинцам, но грустил по России, мне критически не хватало русских людей для элементарного общения, а тут – человек, в котором русская генетика преобладала явным образом. Когда я разговаривал с этим больным, а разговаривали мы подолгу, передо мной раскрывался спокойный рассудительный русский парень, который, впрочем, в России почти никогда и не бывал. По психологии это не был тип наркомана, но физическое влечение сделало своё дело, и наркоманом он стал. Книг за свою жизнь он перечитал немного, политикой не интересовался совсем, к бандеровской идеологии, которой вокруг меня там в ту пору уже всё дышало, он был полностью равнодушен. Он стойко перенёс ломку, полностью, безо всяких внутренних эксцессов прошёл курс лечения, выписался, взял у меня на прощание телефон и уехал. Никого из его родственников за время лечения я не видел ни разу, и ещё подумал тогда что-то вроде такого: «Хороший человек, а некому ему помочь. Сейчас залезет снова в наркотики и будет в них болтаться дальше».

Через некоторое время на своей страничке в «Одноклассниках» я обнаружил его предложение стать моим другом. Я ответил согласием, но мы почти не переписывались – и он писал редко, и я в соцсетях очень пассивен. Через некоторое время я узнал, что он не употребляет наркотики, женился и что его жена ждёт ребёнка. К тому времени Украина прошла через Майдан, началась война в Донецке. Эти события привлекали моё обострённое внимание, о котором я, живя там, где я жил, не мог почти ничего почти никому говорить.

Однажды, во второй половине пятнадцатого года я шёл по центральной улице областного города. В придорожном сквере к тому времени там уже была устроена выставка с большими портретами жителей города, погибших в составе украинской армии в боях в Донецке. Неожиданно для себя среди изображений погибших я увидел знакомое лицо – это был он, мой больной! Он был изображён в десантном берете, под портретом были написаны его имя и фамилия, стояла знакомая мне дата рождения и стоял год гибели. Таких, как он, тогда в армию не призывали – он мог пойти только добровольцем. Я не знаю, что руководило им, русским по мышлению и очень сильно русским по крови парнем – видимо, он просто был очень порядочным человеком, и решил защищать родину так, как он её понимал – у меня нет другого объяснения этой истории.

Когда я думаю об этом, мне в голову иногда приходит мысль о том, что может лучше бы он не бросал наркотики, но я вспоминаю других своих больных с их лукавством и подлостью, и отбрасываю эту мысль, и начинаю думать о том, что может быть, Господь спасал его душу таким грустным – в чистом виде кровопролитным способом?

Но это моя личная история, для Вас же она интересна тем, что человек может бросить наркотики сам, не будучи семи пядей во лбу, без чужой семейной помощи, может устроить свою жизнь и дальше достойно идти по ней. Поделюсь ещё одним наблюдением: в каждом деле есть лишние в нём люди, лишние люди есть и в наркомании. От всей души желаю Вам, чтобы Ваш ребёнок был в наркомании лишним человеком – таким, каким был этот мой больной, и тогда Ваша задача очень упростится. Пусть будет так, хотя говорить дальше мы будем о других ситуациях и других вариантах развития событий.

11.Можно ли сохранять высокую жёсткость в отношениях после второй госпитализации?

Можно ли сохранять высокую жёсткость в отношениях после второй госпитализации? Можно – если Вы на неё способны. Напомню при этом то, что я уже говорил: жёсткость не должна переходить в жестокость, а грань этих чувств находится внутри Вас, и только Вы сами перед собой можете определить – были Вы в данный конкретный момент времени жестки или жестоки – Ваша совесть Вас не обманет.

С Вашей стороны будет очень правильным, если Вы при совершении какого-то строгого поступка со своей стороны каждый раз будете говорить своему ребёнку, что Вы любите Его, но не любите то, что Он сейчас с собой и со всеми Вами делает, и поэтому вынуждены сопротивляться этому всеми доступными Вам методами. Объясняйте ему при этом, что Его наркомания – это не Его личная болезнь, что она превратилась в болезнь всей семьи, что от неё страдают и родители, и другие дети, страдают все, живущие под одним кровом люди. Этот момент в Ваших разговорах должен звучать обязательно, его надо внести в сознание Вашего наркомана, единственное, чего стоит избежать в этом случае – излишней пафосной драматизации. Если Вы перегнёте палку, то Ваш ребёнок или почувствует, что Вы переигрываете, и в душе не поверит Вам, а ещё хуже – просто тайком посмеётся над Вами, или – в случае каких-то Ваших слишком ярких и затяжных эмоций, Вы вгоните его в избыточное чувство вины и в дополнительную депрессию.

Спросите: «Как это может быть?» «Может!» – отвечу я. Может в том случае, если на момент Ваших разговоров Он будет ощущать невозможность бросить наркотики и если в то же время у него будет высокая степень привязанности к членам семьи. Конечно, угрызения совести лучше душевного безразличия, и если Вы можете вызвать эти угрызения, их надо вызывать, но повторюсь – во всём хороша мера, хороша она и в этом.

В одной из предыдущих главок я обещал рассказать Вам о случае, в котором высокую степень жёсткости в отношениях с сыном проявила мать, женщина – я подчёркиваю – ЖЕНЩИНА! Этот случай, к сожалению, не характерен, но очень показателен.

Она привезла к нам в больницу своего девятнадцатилетнего сына на лечение и поставила ему при мне очень суровые условия – она предупредила его, что ни в коем случае не смирится с его наркоманией, и будет держать его в больницах до тех пор, пока он не поймёт пагубность своей привычки.

Женщине на вид было лет сорок, по крайней мере – не более сорока пяти, выглядела она очень хорошо. По жизни она была частным предпринимателем, то есть – человеком, привыкшим постоянно проявлять инициативу. На момент нашей встречи она два или три года была во втором браке с солидным и основательным человеком. Почему распался её первый брак с отцом единственного ребёнка, я решил не спрашивать. Она неплохо поблагодарила меня, оставила деньги на лечение, и уехала. Сын во время лечения вёл себя очень дисциплинированно, хотя временами наркоманский характер всё-таки проявлял. Понятно, что он прошёл полный курс лечения. Когда мать приехала его забирать, она мне рассказала, что уже сходила в военкомат, нашла там кого нужно, и договорилась, что её сына призовут в серьёзные строевые части. Объявить об этом она ему решила по возвращении домой.

В следующий раз она привезла его ко мне примерно через месяц – ему предстояло вскоре уходить в армию, и мать не хотела, чтобы у него был даже шанс перед призывом погрузиться в наркотики.

Когда она уехала, я разговорился с парнем, и он признался мне, что за прошедший месяц он раза три-четыре всё-таки укололся, но в «систему» ему погрузиться не удалось – слишком строгим был контроль со стороны матери.

В последний раз мы встретились с ним чуть больше, чем через полтора года – молодой человек отслужил в десантных войсках, и мать почти сразу после демобилизации в профилактических целях привезла его к нам на реабилитацию, хотя реабилитироваться ему было особо не от чего. Впоследствии я узнал, что он устроился на неплохую работу, женился, у него родился ребёнок. Вот такая история.

Вам, прочитав её, стоит задуматься: способны ли Вы на подобного рода поступки, и способен ли Ваш ребёнок позитивно выдерживать подобного рода прессинг. Но согласитесь – блестящий результат в конкретном данном случае полностью оправдывает применённые суровые средства.

12.Чего Вам ожидать в реальности после второй госпитализации?

Что Вы можете ожидать от второй госпитализации в реальности? В который раз оговоримся: если Вам исключительно повезло, и Ваш ребёнок на этом этапе перестал употреблять наркопрепараты – радуйтесь радостью необыкновенной, закрывайте нашу книгу, открывайте Евангелие или – сказки Пушкина, и наслаждайтесь свалившимся на Вас счастливым покоем. В реальности же от второй госпитализации Вам дано ожидать более-менее продолжительной ремиссии – Ваш ребёнок может несколько дней или недель не колоться вообще, потом Он может начать употреблять наркотики эпизодически, от случая к случаю, перемежая любимые опиаты или соли с более лёгкими наркотиками или с алкоголем. Рано или поздно истина вновь откроется перед Вами в своей неприглядной наготе, и Вы увидите, что Вам снова придётся хорошенько засучивать рукава потому, что полумеры, на которые Вы понадеялись в ожидании благоприятного хода событий, ни к чему позитивному не привели.

Глава шестая. Да что же этотакое!

1.Что делать при возобновлении Им употребления наркотиков?

Если Вы убедились в том, что Он возобновил приём наркотиков, то есть – сделал очередной шаг в движении по пути болезни, Вы обязаны сделать свой шаг в избранном Вами направлении – направлении борьбы с Его наркоманией. Каким именно будет этот шаг – решать Вам, но шаг этот должен быть осмысленным, и в который раз повторюсь – он должен соответствовать Вашему внутреннему духу, иначе – в конечном итоге ничего не получится, Вы изнасилуете свою собственную сущность и ничего в конечном итоге не добьётесь. Ну, и ещё одно – этот шаг должен соответствовать не только Вашему духу, но и канонам медицины в широком смысле её понимания, он должен соответствовать глубинным принципам лечения заболеваний вообще и лечения наркомании в частности. Принципы эти совершенно не обязательно изучать в медицинском институте – для их познания вполне достаточно человеческого здравого смысла, обычной житейской мудрости, но для того, чтобы эти принципы познать и применить их в действии, необходимо эту мудрость в себе самом раскрыть, и применить её к пониманию конкретной житейской реальности – в данном случае, реальности наркомании у Вашего собственного ребёнка.

2.Может быть, снова отправить Его в больницу?

А может быть, снова отправить Его в больницу? Что ж, это будет не самым плохим решением, но для этого необходимо будет снова взять направление, найти некоторую сумму на лечение и договориться с доктором, терпение которого не беспредельно – если между госпитализациями прошёл не очень большой срок, доктор, вероятнее всего, дал больному некоторые задания, которые больной должен был бы выполнить. Вместо выполнения заданий доктор увидит перед собой человека, который довольно тупым образом вернулся назад в наркотик. Что прикажете доктору делать в таком случае? Конечно если у доктора с фантазией всё в порядке, он чем-то нагрузит больного, даст ему некоторые задания, но в психологическом плане задача с быстрым возвращением в больницу после второй или третьей госпитализации выглядит напряжённой как для больного, так и для того, кому будет суждено его лечить.

В этом случае госпитализация выглядит, как наказание за совершённую ошибку – это тоже метод, но если пользоваться госпитализацией, как наказанием, доктор из ведущего превращается в ведомого – он может на это согласиться, так ему будет даже удобнее, но Вы при этом должны чётко понимать, что все отсылки в беседах врача с Вашим ребёнком будут делаться в Вашу сторону. Например, доктор будет объяснять больному, что ему придётся лежать в больнице столько раз и столько времени, пока не будет достигнут полноценный консенсус с Вами. Вам же в это время предстоит понять, что больница далеко не всегда является крайним местом в лечении людей, больных наркоманией.

Обратим внимание и на то, что далеко не всегда и далеко не в каждом стационаре Вам будут идти навстречу при выполнении Ваших желаний – разные врачи в разных больницах по разному видят свою задачу, и полное совпадение интересов будет Вам кое-чего стоить, Вы же при этом не всегда сможете понести необходимые затраты.

Но при любом ходе дел отправлять Вашего ребёнка в больницу Вам иногда придётся – в этом периодически будет появляться смысл. Этот смысл при наличии печальной необходимости Вы непременно научитесь чувствовать.

3.Есть ли у пребывания в больнице системные недостатки?

А нету ли у неоднократного пребывания наркомана на лечении в больнице каких-то системных, трудно искоренимых или вообще неискоренимых недостатков? Конечно есть! Когда Ваш ребёнок отказывается от очередной госпитализации, может быть Он в чём-то прав, сам того даже приблизительно не понимая? Вполне вероятно, что это так.

Несколько страниц назад мы с Вами немного говорили о недостатках повторной госпитализации, но практически ничего не говорили о системных недостатках стационарного лечения наркоманов.

«Наши недостатки являются продолжением наших достоинств» – так гласит известная всем пословица. Она верна и в отношении лечения больных в наркологических стационарах.

Для чего предназначен наркологический стационар в первую очередь? Для лечения острых и неотложных состояний. Первоочередной целью врачей наркологического отделения является спасение жизни больных людей и максимальное сохранение их общего физического здоровья. Надо признать, что с этой задачей доктора довольно неплохо справляются – в подавляющем большинстве случаев упрекнуть их не в чем.

Основные сложности пребывания в стационаре ожидают Вашего ребёнка и Вас после ликвидации основных проявлений абстинентного синдрома. Какие это сложности? В первую очередь – проблема свободного времени, его у наркомана в отделении очень много, и человек в этом случае просто не знает, чем себя занять, а ведь досуг в больнице должен быть не просто заполнен, а заполнен продуктивными занятиями, подвигающими больного человека к осмыслению своего положения. Что же может предложить обычная наркологическая больница попавшему в неё пациенту?

Телевидение? Как правило, в отделении есть телевизор, но, во-первых, никто не позволит смотреть его с утра до вечера – в отделении должен соблюдаться правильный режим, во-вторых, из множества программ при просмотре придётся всегда выбирать одну единственную, которая конкретному человеку может быть не по вкусу, и в-третьих, телевизор – это далеко не самое идеальное средство развлечения и познания мира.

Книги? Скажите мне честно, вот Вы лично сколько книг прочитали за последние три месяца? А за полгода? Ваш ребёнок будет читать в отделении какие-то серьёзные книги? Среди множества больных, прошедших, так сказать, через мои руки, в больнице книги читали единицы, и о чтении, как о способе заполнения досуга наркобольных говорить, к сожалению, не приходится.

Интернет? Очень больной вопрос. Я не разрешал больным пользоваться телефонами, которые в ту пору были преимущественно кнопочными, не разрешал из самых разных побуждений. Одним из них было то, что наркомания – криминальное занятие, наркотики не продаются в продуктовых и хозяйственных магазинах, всякий наркоман априори входит в круги криминального общения, и как же я, доктор, могу допустить, чтобы во вверенном мне учреждении люди с широкими контактами в криминальном обществе из моих рук получили средства связи? С моей точки зрения это недопустимо.