Границы крови и любви

Шрам посмотрел на меня, в его глазах читался вызов и некое предвкушение. И он протянул мне руку.

— Пойдем, Риверс, — его голос прозвучал мягко, но уверенно. — Все как учили.

Да, мы учили, но я не думаю, что я сделаю все идеально как надо. Я вложила свою руку в его ладонь. Его прикосновение было теплым, сильным, обжигающим. Мы поднялись, и в этот момент все взгляды в зале обратились к ним.

Мы встали в центр зала, и музыка подхватила нас. Данил взял меня за талию, его рука легла на её спину, притягивая ближе. Я положила свою руку ему на плечо, чувствуя тепло его пиджака. Шаг, ещё шаг. Как учили. Он двигался плавно, уверенно, словно родился с этим вальсом. Он вел меня, направляя, и я, сама того не замечая, начала подстраиваться под его ритм.

И это получалось. Удивительно, но получалось. Наши движения стали более свободными, наши шаги – более точными.

Пары вокруг замедляли свой ход, их взгляды были прикованы к ним. Я чувствовала их восхищение, их удивление. В их глазах мы были не просто актёрами, играющими роль. Мы были парой. Настоящей парой. И в этот момент, кружась в объятиях юноши, я забыла обо всём. О фальшивой игре, о том, что я вовсе не его девушка, о том, что это всё понарошку. Я забыла обо всём, кроме музыки, его рук и того, как сильно её сердце билось в унисон с его.

Танец закончился так же внезапно, как и начался. Под аплодисменты гостей вернулись на свои места. Я была взволнована, мои щеки горели. Я посмотрела на Даню, и он, словно читая мои мысли, улыбнулся.

— Я же говорил, Лия, — тихо сказал он. —Ты способна на многое.

Однако, чем дальше, тем больше я чувствовала, как вино начинает действовать. Вино, которое я пила, чтобы снять напряжение, чтобы лучше вжиться в роль, начало играть со мной злую шутку. Я не любитель пить алкоголь, как я говорила ранее. Только сейчас возникли какие-то проблемы. Стоило мне сделать глоток ‒ так я уже несу бред и меня не остановить. До этого пила очень редко, по праздникам.

Слова миллиардера начали звучать как-то размыто, а музыка – слишком громко. Я чувствовала, как мое сознание ускользает, а вместе с ним – и моя способность контролировать себя. Я начала говорить что-то несвязное, перескакивая с темы на тему, смешивая реальность и фантазии. Я видела, как Данил пытается меня остановить, как он бросает на меня обеспокоенные взгляды, но я уже не могла остановиться. Я говорила о звездах, о танцах под луной, о своих мечтах – о том, что совершенно не соответствовало нашей роли.

Миллиардер, казалось, был озадачен, но, к его чести, он держался с достоинством. Даня, поняв, что ситуация выходит из-под контроля, мягко прервал разговор.

— Прошу прощения, — сказал он, глядя на меня с еле заметной улыбкой, которая, однако, не могла скрыть его беспокойство. — Уже поздно. Мы, наверное, поедем.

Он пытался поднять меня, но я сопротивлялась.

— Никуда я не пойду. Отстаньте от меня, Даниил Сергеевич! О, а вы знали, что... — я говорила бессвязные вещи, смеясь и пытаясь удержаться на ногах.

Вольф с трудом, но все же сумел меня вывести из здания и усадить в машину. Он был зол, я чувствовала это.