Откровения животных двора

Я стучу по деревянной двери и не могу в который раз не подумать, что это убожество уже давненько пора заменить.

Не ожидая ответа, я направляюсь к столу Натали Александровной.

- Здраствуйте. – Бросаю я. – Я пришел контрольную писать. – Скинул рюкзак с плеча и зажал его ручку в ладони.

- Здравствуй, Оскар. – Отвечает мне учительница.

И я слышу пару смешков в классе. Казалось бы, уже вся школа давно обмусолила моё имя и придумала миллион теорий о том, что я какой-то немец или ещё кто. Но все равно обязательно найдутся те, кто снова начнет говорить что-то по этому поводу. Меня это уже давно не трогает.

Так ещё и училка, как на зло, произносит моё имя громко и четко. Натали Александровна, я знаю, что у вас громкий голос, как у сержанта какого-то, но нельзя хотя бы постараться говорить тише?

Она дает мне листок в клеточку и контрольную. Уже не объясняет куда идти, просто отвлекается и поворачивается к классу.

Я прохожу на задние парты, попутно ненароком замечая, что сейчас Натали Александровна ведет урок у 11-ого класса, только я не знаю, А это или Б.

Сев за парту, я подписываю листок и ловким движением залезаю в задний карман джинс. И ничего там не нащупываю…

Но мне не свойственно сразу начинать беспокоиться, поэтому я ощупываю пальцами другой карман. Не найдя ничего и там, я искренне забеспокоился. Обшарив передние карманы, я также не обнаружил шпаргалки.

Сердце забилось чуть быстрее, и я обречено уставился на лист с заданиями.

«Понятие вектора, координаты вектора». Какие-то непонятные полоски.

Тест. Конечно, можно попробовать поставить наугад, но мне нужна хорошая оценка, а интуиция – далеко не всегда верный способ.

Я выругался, взялся за голову и уставился в листок обреченным взглядом.

Невольно я начал прислушиваться к словам Натали Александровной.

- А теперь мы разберем 13 задание из ЕГЭ профильной математике. Ох, подождите, сейчас выведу на экран. Витя, держи указку, нажми вон ту кнопку на проекторе.

Я снова опустил глаза в лист с заданиями. Снова выругался.

А потом услышал…

- Сочувствую.

Я поднял глаза и увидел перед собой темноволосую девушку с густыми бровями и пухлыми губами.

- Контрольная что ли? – Она повернула лист с заданием к себе.

- Костенко, отвернись от него, отстань от человека, пусть решает. – Натали Александровна нахмурила брови. – Давай-давай, порасторопней.

Девушка отвернулась, но, как только Натали Александровна отвлеклась, снова повернулась ко мне. В этот раз ненадолго, она быстро прочитала что-то на листке с заданием. А потом зашуршала чем-то под партой, через пару секунд у меня на парте уже лежала записка: «Напиши свой телеграмм». Я замялся, подумав, что сейчас ну точно не то время, когда мне хотелось бы с кем-нибудь познакомится, закатил глаза. Но все-таки взял бумажку и написал свой ник, затем протянул листочек к самому краю парты.

Почти сразу же я заметил, как рука, с длинными коричневыми ногтями, утащила его к себе. Минуты через полторы я снова получил записку: «Уведомления включены?». Отвечаю: «Да.»

И уже совсем скоро на весь класс начинается раздаваться мелодичное звучание, Натали Александровна удивленно поднимает глаза и недовольно смотрит на мой рюкзак.

Я не придумываю ничего лучше, чем:

- Ой, мама звонит. – Энергично вскакиваю со стула и бегу к рюкзаку, оттуда достаю телефон и, стараясь изобразить смущение, говорю. – Можно я маме отвечу?

- Давай, Перов. Только быстро!

Пулей я вылетаю из класса. Конечно, звонила мне не мама, она никогда не станет тревожить меня в школе. Но кто?.. Неожиданность! Темноволосая незнакомка с предпоследней парты… Я открываю Телеграмм, захожу в чат и начинаю максимально быстро читать ответы, стараясь запомнить. Так: 1-в, 2-а, 3в. Параллельно бросаю обрывки фраз:

- Мам, ну ты же знаешь, что я пришел контрольную писать! – 6-б, 7-д, 8-в – Мам, ну я не могу сейчас.

- Перов, ну ты там где? – Я слышу, как Натали Александровна поднимается со стула и идет по направлению к двери. 9-а, 10-б, быстро прикладываю телефон к уху:

- Всё, мам, больше не могу пока.

Как только я заканчиваю эту фразу, то в дверном проеме показывается учительница, она с презрением смотрит на меня, а затем протягивает руку за телефоном:

- Поговорил с мамой, Оскар?

- Да, - быстро бросаю я и заныриваю в класс, где кладу телефон на учительский стол.

Направляясь к парте, я прокручиваю в голове ответы, как загипнотизированный я сажусь и начинаю очень быстро, неразборчивым почерком писать ответы, пока они не стерлись из моей памяти.

Ответив на последний вопрос, я облегченно вздыхаю, слегка тянусь торсом вперед и полушепотом говорю:

- Спасибо.

Уже когда я пришел домой, давно закончивший с контрольной по алгебре, получил сообщение от уже известного аккаунта.

Было написано: «Привет, это я те седня ответы помогла найти.»

Я сразу понял кто это и ответил как-то наотмашь, что-то вроде «ага».

Совсем не придав значения сообщению девушки, я продолжал свой день, как всегда посекундно расписанный. Вернувшись с тренировки по волейболу, которая в этот раз выдалась особо долгой и насыщенной, я увидел еще пару сообщений:

«А ты с какого класса?

Меня, кстати, Виолеттой зовут.

А ещё мы это, с одного двора, я - Белка».

Я смутился, чего это вдруг понадобилось от меня взрослой, кажется, 11-класснице. Отвечал я с опаской, чувствуя какой-то подвох. Я никогда не был особо общительным, если и общался, то только с мальчиками со двора, ну и Лизой, конечно.

Сначала я нехотя отвечал девушке, но постепенно меня начало втягивать в разговор. Виолетта говорила обо всем подряд: о учителях, о том, какие иногда вкусные дают в столовой оладушки, о бесконечно протекающем потолке в туалете на втором этаже, о крысе, которую она однажды видела в коридоре и почему её саму назвали Белкой.

Её поведение вызывало у меня интерес. До этого мне никто так не писал и потому вся эта ситуация пробуждала во мне непонятного рода возбуждение, щекочущее чем-то тревожным в животе.

Виолетта написала мне и на следующий день. И на позаследующий, и на позапоза… Так я и сам не заметил, как стал для Виолетты другом.

Да, из-за тренировок я часто не отвечал ей, и тогда она начинала писать мне о том, почему я её игнорирую. Мне было непривычно такое повышенное внимание к моей персоне и я, как, думаю, и любой бы из нас, грелся под лучами этого загадочного солнца, пока еще день не обернулся одинокой ночью.

Обычно я не делился с ней какими-то своими переживаниями и, вообще, не особо проявлял эмоции, что, как я уже говорил, вполне свойственно мне. Но Виолетту это не останавливало, оно продолжала писать мне все с тем же энтузиазмом, порой мне казалось, что это просто злая шутка старшеклассниц. Да, настолько увлеченно вела себя Белка.

Вот с нашего спонтанного знакомства с Виолеттой прошло уже немало времени, зима прошла и весна – красавица сразу же одарила нас дождями и теплой погодой. На улице была слякоть, но не настолько тепло, чтобы можно было снять куртки. В общем, весна пришла совершенно обычная, и, как и любая другая весна, послала нам слякотный и неприятный март. И почему-то именно в эту погоду Белка предложила мне встретится: спонтанно и нелепо. Сначала, я хотел отказаться, но потом произошла некоторая ситуация, а точнее…

Брат приехал неожиданно, я узнал о том, что это произошло, когда увидел около дома уже знакомую мне жёлтую машину. Брат всегда говорил мне в детстве, что купит себе автомобиль именно такого цвета, ведь существует у подростков такая примета: в шутку бить друга, когда вы видите желтую машину. Я пулей залетел в подъезд и начал быстро перебирать ногами, поднимаясь по лестнице на свой третий этаж. Сердце замирало. Сколько я уже не видел брата? Два месяца, шесть, а может год? Сложно, когда твои близкие люди уезжают в другой город и приезжают, чтобы навестить, только на праздники. Я открыл дверь квартиры и мои легкие наполнились знакомым ароматом его парфюма, я растянул рот в нелепой улыбке и, захлопнув за собой дверь, облокотился на нее, наслаждаясь родным запахом. По коже бегали мурашки, хотя мне не было холодно, мне было очень тепло и уютно. Я почувствовал себя по-настоящему счастливым. Наскоро я скинул куртку, даже не повесил её, просто кинул на пуфик в проходе, и бросился, скользя носками по полу, на кухню. Там, попивая чай из большой ярко-рыжей кружки, сидел он. Сложив ногу на ногу и внимательно разглядывая меня, сидел мой кумир. Его глаза – такие же, как у меня, только чуть красивее и выразительнее, отражали лампочки на потолке. На щеках моего героя появились ямочки – он улыбался. Я бросился на шею брата, хватая воздух пересохшим ртом:

- Леон! – я захихикал, дергая за плечи того, по кому так соскучился, мои глаза сверкали и мне хотелось рассмеятся от счастья. Знаете, когда я говорил, что не особо люблю проявлять эмоции. То забыл упомянуть – это не касается моего брата. Он всегда вызывал у меня какой-то особый трепет и любовь, потому был единственным человеком, который способен был пробудить во мне весь спектр эмоций. Я забыл обо всем, о том, как прошел мой день, как мне надоела руссичка со своими контрольным, про Белку. Я тяжело дышал, отстранившись и начав с интересом разглядывать своего брата. С нашей последней встречи его борода выросла еще сильнее, теперь она была густой и солидной, но все такой же, однако, кучерявой. Его лицо уже давно потеряло юношескую пухлость и теперь было худым и вытянутым, чем он напоминал мне отца. Волосы, точь-в-точь как мои по цвету, стали очень коротки, настолько, что даже и не понятно, что когда-то человек, сидящий передо мной, цеплял всех девчонок на свои темные кудряшки.

Леон потрепал меня по плечу:

- А ты совсем не меняешься, - усмехнулся он. Разглядывая меня со всех ракурсов. – Но остался таким же настоящим плэй боем, скажи же, Даш?

Только сейчас я обратил внимание на девушку, сидящую рядом с братом, она кивнула. Даша была полненькой девушкой с пышными формами и очень нежным и добрым лицом. Она совсем не красилась и носила закрытую скромную одежду.

- Привет, Даша. – Сказал я, немного засмущавшись. Сейчас мне показалось, что она отдалено похожа на Белку, с такими же темными волосами и густыми бровями.

- Представляешь, - вдруг начала моя мама, обращаясь ко мне. – Леон недавно сделал Даше предложение! – Мамины глаза сияли, она лучезарно улыбалась, глядя на двух влюбленных.

Я тоже посмотрел на них, Даша прерывисто задышала и закивала головой.

- Поздравляю, - выдавил я, но внутри всё сжалось, от какой-то непонятной ревности: «Эй! Вообще-то это мой брат, не отбирай его!», ругался в голове какой-то детский голос.

Я очень любил своего старшего брата. Именно он был для меня примером, как зеркало, я повторял за ним стиль одежды, походку, поведение. Он был для меня авторитетом, эталоном. В общем-то, это очевидно, любой другой мальчик также всегда смотрит на своего старшего брата светящимися глазами и берёт с него пример во всём, так же и девчонки смотрят на своих старших сестёр, копируя их повадки и привычки.

Но, на самом деле, я был искренне рад за своего брата и Дашу. Мне казалась вполне приятной мысль о их скорой свадьбе.

- Ну что? – Сказала мама, наливая чай в большие коричневые кружки с ручками необычной формы. – Ты посидишь с нами или пойдёшь в свою комнату?

- В комнату. – Отрезал я, ведь вечером у меня была поздняя тренировка и я должен был успеть выполнить всё домашнее задание до этого времени.

Мама кивнула головой и отодвинула одну из кружек, в которую ещё не успела налить кипяток:

- Он у нас такой занятой, вечно в делах. – Усмехнулась она, с какой-то горечью взглянув на Леона. - Он в своё время был таким же. – Посмотрела мама на Дашу и свободной рукой указала на брата. – Вечно то бокс, то уроки, то гитара, - она улыбнулась и тихо прибавила, - то девчонки.

- Не было такого, мам! – Сказал Леон, рассмеявшись, он зажал между пальцев вытянутую овальную конфету и начал раскручивать её, как это обычно делают с ручками или карандашами.

Я слышал, как они смеются на кухне, как Даша громко хихикает, как Леон мешает ложкой чай, размешивая сахар, и она ударяется о стенки, издавая мерный звонкий звук. Наверное, я хотел бы к ним присоединиться, посмеяться, поболтать, но у меня не было на это времени, я внимательно изучал учебник биологии и старался разобраться в пищеварительном тракте человека, все эти строчки о переваривании пищи совсем не вызывали аппетита, однако мой живот громко заурчал, разрезав тишину комнаты. Я вспомнил, что, совсем забывшись, ничего не съел на обед, живот проурчал снова, однозначно намекая на то, что он пуст.

Нахмурившись, я придвинулся ближе к столу и крепче сжал в руках книгу, тонкие страницы учебника мялись от моего сильного нажатия.

«Нет, так продолжаться не может.» - Чётко отрезал я. – «Надо что-то перекусить».

И с этими мыслями я неуклюже и быстро встал со стула и направился в сторону двери, как раз когда она неожиданно открылась. Занятый мыслями о своём голоде, я совсем и не услышал, как на кухне все затихли и ложка перестала биться о стенки стакана.

Леон стоял в дверном проеме, облокотившись рукой на дверь, он улыбался.

Я улыбнулся в ответ, убрав руки за спину.

- Ну что, брат, куда спешишь? – хихикнул Леон и вальяжно зашёл в мою, а точнее раньше нашу, комнату, он осмотрел всё очень внимательно и, не дождавшись ответа на свой вопрос, вынес вердикт. – Растёшь не по годам, а по месяцам. – Он сел на диван, который стоял теперь вместо его кровати, и постучал по мягкой тканевой обивке, приглашая меня сесть к нему.

Застыв в нерешительности, я сложил руки на груди, думая, послушать брата или свой желудок. Уважение и восхищение перед старшим взяло верх и я двинулся вглубь комнаты, мимо своей кровати и письменного стола. Я подошёл к Леону и молча сел рядом с ним, предано глядя в глаза самому важному члену семьи.

- Ну что, как жизнь, мелкий? – спросил ласково и дерзко Леон, потрепав меня за волосы, я нахмурился и немного поморщился.

- Всё норм. – Сдержано ответил я, мне почему-то не хотелось вдаваться в подробности.

- А точнее? – Старший брат ласково потрепал меня за плечо и приобнял. – Как с учебой? – без особого интереса промямлил он, а затем с большим интересом спросил, - На личном как?

Мои щёки слегка покраснели и я спрятал лицо в ткани одежды:

- Никак. – Чуть слышно пробубнил я и краем глаза заметил, как Леон внимательно наблюдает за моей реакцией.

- Эй, да тебе есть что рассказать. – Рассмеялся он и ткнул мне под ребро своим острым тонким пальцем.

- Да не, честно всё не меняется. – Соврал я, стараясь никак не показывать эмоций внутри себя. Увидев недоверчивый взгляд брата, я добавил, - да и когда мне. Сам знаешь! Тренировки, соревнования, сборы. Никакого времени нет на себя, не то, чтобы на девчонок.

И вот вроде лицо Леона выразило понимающе печальное выражение, он очень озадачено покачал своей короткостриженой головой и пощупал бороду. Все эти телодвижения значили одно: он мне поверил. Обрадованный этим, я облегченно выдохнул, чем сразу же раскрыл свой замысел брату.

- Ты думаешь, старший брат не заметит? – Он толкнул меня в плечо костяшками пальцев и я поморщился, это было немного больно. – Эй, давай колись, кто?

Меня начинало немного злить его поведение и пусть сам по себе я не был особо эмоционален, но с братом все мои чувства обострялись, причём, как позитивные, так и не очень.

- Да нет никого. – Отпрянул я от него, оскалившись.

- Эх, и ничего он не хочет рассказать брату, вот так и вырастают наши… - Задумался Леон, подбирая самую что ни на есть идиотскую фразу, - отданные мороженные и отобранный самокат. – Он хихикнул.

- Лааадно. – Простонал я, придвигаясь ближе к брату, и заговорческим тоном начал, - есть одна девочка, она…

- Она тебе нравится?! – С явной радостью в голосе почти завизжал этот с виду серьезный и грозный мужчина. – Я уж начал подумывать, что ты из этих. – Рассмеялся он. И неудивительно, что он так решил, ведь мне никто и никогда не нравился, даже в самом детстве.

- Не то, чтобы нравится, - фыркнул я, проигнорировав все остальные слова. – Мы просто общаемся.

- Общаетесь? – Ухмылка на лице брата начинала всё больше раздражать и заставляла жалеть, что я вообще решился что-то ему рассказать. Это глупое значение, которое так любят предавать все взрослые слову «общение».

- Хватит. – Дерзнул я. - Просто иногда переписываемся, не сказал бы пока, что она мне нравится. – Я задумчиво отвёл взгляд. – Но как человек она очень даже ничего.

- Ну да, конечно, переписываетесь. С девочками надо гулять, а не смски строчить, а то так и останешься телефонным бойфрендом. Пригласи её по…

- Мы должны были встретиться завтра, но… но… я стесняюсь, - Леон удивленно посмотрел на меня.

- А чего тут стеснятся? Это же просто прогулка. Можно сказать - даже не свидание. – Он игриво бросил взгляд на потолок. – Если, конечно, она тебе всё-таки не нравится.

— Это тебе легко говорить, ты у нас настоящий сердцеед, а вот я с девчонками ещё не гулял!

- Ну не льсти мне! - Леон вновь потрепал мои волосы, будто трогая их вспоминал времена, когда сам ходил с такими кудрями– Не то, чтобы прям сердцеед.

- Не меняет сути, - восприняв его слова всерьёз, махнул я рукой сердито.

- Да уж, яблоко от яблони точно не правда. – Брат положил мне руку на плечо и склонил ближе к себе. – Да не ссы ты, всё будет супер. В любом случае, попробовать стоит. Эй, ради своего брата, пройдись разок, одна пропущенная тренировка тебя не убьёт. – Он нежно похлопал мне по плечу и приобнял. – Ну что же, по рукам? – И Леон протянул мне свою большую горячую руку.

Как-то даже не задумываясь я пожал её, и теперь был обязан брату. Отказаться от прогулки я уже не мог.

- Ладно, мелкий, - брат приобнял меня снова, - мне пора идти, - он похлопал меня по спине одновременно нежно и настойчиво, отпрянув от меня, он поправил свитер и направился к выходу из комнаты, - до следующей встречи, я буду скучать. – Леон сглотнул как-то грустно и безвыходно, в моём сердце что-то болезненно ёкнуло, напоминая о том, как сильно я скучал по брату всё это время. – Ты пиши хоть иногда, дружок. – Он почти вышел за дверь, когда я бросился к брату и со всей силы обнял его, движимый каким-то удивительным порывом, мне так не хотелось, чтобы он уезжал, чтобы строил новую жизнь, новую семью, в которой уже не я буду его «любимым мелким», а будущий ребенок. Пусть я знал, что, скорее всего мы вновь увидимся через месяц или два, но это время казалось мне самым что ни на есть адом, тянущимся бесконечно. Я отпустил Леона и улыбнулся ему грустно и скомкано, он дружески постучал мне по плечу и вышел из комнаты. Я попрощался с Дашей на входе в комнату и железная дверь квартиры с лёгким скрипом закрылась.

Я вошёл в комнату и вновь остался наедине со своими мыслями.

«Я должен пойти.» - осталась у меня в голове одна единственная мысль. Я не стал противиться ей. Взял в руки телефон и написал Виолетте: «во сколько ты хотела встретиться?»

Уже на следующий день она наметила нам встречу и мне даже пришлось пропустить ежедневную тренировку волейбола ради этой прогулки. Воздух был морозный и совсем неприятный, ветер холодный и колкий жалил плечи и лицо. На мне была лёгкая олимпийка голубого цвета, серые сапоги и чёрные джинсы с небольшой незапланированной дыркой на коленке. Дверь подъезда жалостливо скрипнула и меня окатил холодный ветер, я поежился. В кармане раздалась вибрация и я, слегка переживая, всем телом от кончиков пальцев на ногах до самой верхней волосинки почувствовал встряску телефона в кармане, он прожужжал ещё пару раз, оповещая о новом сообщении, прежде чем я взял его в руки. Лицо засияло в прежде незнакомой улыбке: «Сейчас зайду в магазин и бегу» - прочёл я сообщение от Виолетты и всё внутри трепетно поежилось, мне было немного жутко от нашей встречи, ведь у меня раньше не было такого и это казалось мне чем-то очень важным и серьёзным, однако воспоминания о словах старшего брата немного смягчали ситуацию, и мне было уже не так тяжело думать о предстоящей прогулке.

Но для Белки это таким серьёзным не было точно. Это я понял, когда она вылетела из-за поворота с шоколадным батончиком в руке и с самой что ни на есть непринужденным выражением лица.

Её длинные густые волосы были закручены плойкой и заделаны в высокий хвост, на её коренастых плечах было накинуто расстёгнутое бежевое пальто, на ногах тёмно-коричневые высокие ботинки на неровной большой подошве с чёрной строчечкой. Совсем по-взрослому на её руке весела чёрная женская сумка. Увидев меня её темно-карие глаза загорелись и она улыбнулась, отчего её пухленькие губки сложились в какую-то слегка причудливую форму, а щёчки забавно округлились.

Мы встретились на середине пути от моего подъезда к выходу из двора. Белка подскочила ко мне так резко и энергично, что у меня не осталось единого сомнения, что такое прозвище ей дано неслучайно, девушка, лучезарно улыбаясь, что скрашивало неприятную слякотную погоду, распростерла руки с намерением обнять меня. Я осторожно подошел к ней, позволяя неловко и быстро сомкнуть руки за моей спиной, чтобы потом также резко и неловко из разъединить. Сам я не обнял её в ответ, я сам не знал почему, хотя это казалось бы таким логичным, но, видимо, в моменте я решил по-другому и постеснялся обнять девушку.

Это огорчило её не больше чем на пол минуты, после чего она, как и не бывало, спросила меня задорно и звонко, каким всегда, судя по голосовым сообщениям, был её голос:

- А мы куда пойдём? – Беззаботность её определено умиляла меня.

Вместо ответа я пожал плечами.

Это видно её расстроило, и она отвернулась, разглядывая старый листочек, плавающей в светло-коричневой луже.

- Куда глаза глядят? – попытался сгладить я обстановку и это её обрадовало, она снова улыбнулась и активно закивала головой.

- Мои глаза глядят, - она завертела головой и её хвост полетел в разные стороны. Она повернулась налево и по-детски глупо, словно это я был старше, а не она, указала мне пальцем куда-то. – Туда.

Она хотела взять меня за запястье, чтобы пойти в нужную сторону, но я смущенно отдернул руку. Девушка ничего на это не сказала и лицо её не поменялось, она с таким же энтузиазмом двинулась туда, куда только недавно указывал её палец, словно держала мою руку.

Белка так быстро двинулась с места, что я даже на своих длинных ногах не смог догнать её.

- Эй! – Успел я только вскрикнуть вслед ускользающей фигуре в бежевом пальто. Её ножки непринужденно тревожили гладь и спокойствие лужи, от чего та кидала вокруг небольшие коричневые брызги и ещё долго раскачивалась, даже когда Виолетта была уже далеко.

На этой прогулке она была так красива, так мила и беззаботна. Мне самому, как человеку неловкому и далеко не такому раскрепощённому было интересно наблюдать за этой утонченной и при этом неуклюжей девчонкой, так и пылавшей свободой и непосредственностью. Она смеялась, кружилась на месте, иногда вскакивала и вела себя нелепо, эмоционально рассказывала что-то.

На прощание Белка хотела обняться, но я сделал шаг назад, интуитивно препятствуя происходящему. Я сглотнул и неловко улыбнулся. Почему я не хотел обнять её? Потому что мне было несвойственно такое и я физически не мог переступить через свою угловатую интровертную натуру.

Через пару дней она вновь позвала меня гулять. Мне хотелось этого, но согласиться я вовсе не мог, ведь в тот же день, намеченный Виолеттой для прогулки, у меня должны были состоятся соревнования по волейболу в доме спорта в соседнем районе. Я не видел смысла лукавить перед девушкой и рассказал о соревнованиях, дав чётко понять, что прогулки не состоится. Белка выразила мне через переписку полное понимание и наш чат ненадолго замер. Пока в тишине моей комнаты, как раз когда я делал растяжку перед сном, не прозвенело уведомление, телефон сообщил мне о новом сообщении от Виолетты – она спрашивала: «А к тебе на соревнования можно прийти?»

Я опешил слегка и мои щёки запылали, словно были с лихвой намазаны свеклой, на лице натянулась нелепая улыбка, как у какого-то чучела огородного, сердце заёкало. Собравшись с силами и переборов совсем непривычные эмоции, я сжал мобильник покрепче и написал, сдержано: «Можно».

Никогда раньше я не переживал из-за матчей, ещё с детства родители учили меня, что проигрыш – не страшно: главное выложится на полную и играть в удовольствие. Поэтому меня, в отличие от других участников команды, не брало в дрожь от каждого соревнования, я не расстраивался при поражении, ведь это лишь значило, что мне было к чему стремиться. Однако в этот раз в горле застрял ком, а пальцы начинали неметь от волнения, мне стало страшно, я боялся поступить как-то глупо и опозорится перед Белкой. Я пришёл в раздевалку раньше, чем обычно, и сидел на лавочке у шкафчика, пялясь глазами в зелёный деревянный пол.