Ты моя игрушка

В бессилии я роняю голову на мужское плечо. Острый пряный аромат залетает в легкие.

– Такие, как ты, специально идут работать прислугой, чтобы быть ближе ко мне, – раздаётся рокот на ухо.

– Неправда, – пищу.

– Ты безобразно течёшь от моих пальцев, сучка.

Он проникает под влажную ткань трусов и давит на возбужденный клитор.

Я выстанываю сопротивление. Это всё, на что я способна. Тянущий спазм волнами накатывает, сильнее и сильнее. Яркая пульсация бьёт между ног, заставляя звенеть каждый атом.

– Я даже не знала, кто ты такой, когда устраивалась, – выдыхаю правду.

– Познакомилась? И как я тебе?

– Отвратительный…

– Взаимно, служанка.

Демьян вынимает руки из трусов и подносит влажные пальцы к своему носу. Они блестят от смазки. Я сконфуженно округляю глаза и впадаю в немой ступор.

– Ты пахнешь как похотливая дрянь.

Он мажет пальцами по моим губам. Я резко отстраняюсь и вытираю рот. Смотрю на парня как на конченого извращенца. А парень только усмехается.

– Возбуждаешься по щелчку. Из тебя бы получилась неплохая эскортница. Не от хорошей жизни люди нанимаются прислугой. Тебе ведь нужны деньги, верно?

– Да, но продавать своё тело – мерзко, – морщусь я.

– Приятнее отдаваться бесплатно, да?

Нахальная улыбка расплывается на мужских губах. Я оскорбленно вспыхиваю.

– Подумай, Ева, – впервые произносит моё имя Демьян. Я была уверена, что он не запомнил его. – Заниматься сексом или драить полы?

– Драить полы куда надёжнее, – уверенно приподнимаю подбородок.

– Зато секс куда приятнее…

– Понятия не имею.

– Девственница? – приятно удивляется он.

– Вас это не касается, Демьян Александрович.

– На таких спрос особенный. Лакомый кусочек. Кто-то бы миллионы заплатил, чтоб порвать тебя. Решайся, пока не поздно.

– Спасибо за предложение. Пожалуй, откажусь, – сдавленно выталкиваю я.

– А я от себя лично ничего не предлагал. Я смогу трахнуть тебя просто так. Ты кайфовала, когда я трогал тебя. Бесплатно раздвинешь ноги. Так же приятнее, да?

Каждая фраза жестко унижает женское достоинство. Очевидная насмешка задевает до глубины души. Демьян втаптывает меня в грязь словами и добивает высокомерным взглядом.

Поджав губы, я отрицательно мотаю головой и отступаю. С опаской поглядываю на добермана.

За спиной распахивается дверь. В комнату заходит Алла. Утонченная красивая блондинка в сексуальном платье.

– Вот ты где… Я тебя обыскалась, – обращается она к Демьяну.

– Чё хотела? – холодно отзывается он.

– Выйди вон, – гаркает на меня девушка.

Взглянув на парня, я быстро перебираю ногами на выход.

– Дёма, я соскучилась, – доносится до ушей женское мурлыканье.

Я скрываюсь за дверью и, затаив дыхание, прислушиваюсь к звукам и голосам. Неразборчивый шепот сменяется рваным дыханием и влажными причмокиваниями.

Вот чёрт… Демьян потрахивает подружку отца?

Прикрыв рот рукой, я убираюсь подальше оттуда.

Глава 5. Ева

Восхитительный хвойный запах стоит в воздухе. Рабочие привезли ёлку к Новому году – живую, высокую, пушистую, с раскидистыми колючими ветвями. Мы битый час украшаем её гирляндами и шарами. Ощущение приближающегося праздника зарождает внутри детскую радость. За утро я улыбалась неприлично много для девушки, жизнь которой похожа на несчастную побитую собаку. Но даже в этом состоянии я не перестаю верить в чудо. Это моя маленькая слабость и мой источник силы. Каждому человеку необходимо верить во что-то прекрасное, в гораздо лучшее, чем он имеет сейчас. За верой появляется уверенность и способность двигаться вперёд, как бы трудно ни было.

Мне девятнадцать. Я родилась в неблагополучной семье. Папа – «космонавт», который улетел и не обещал вернуться в семью. А мама – слабохарактерная, зависимая женщина, которая совсем не занималась моим воспитанием. На моё совершеннолетие она приготовила мне подарок – повесилась по пьяни. Это был незабываемый вечер.

После похорон я собрала манатки, скудные сбережения и сбежала из деревни в столицу. Это был вызов самой себе. Хотела поступить в вуз, стать приличным, образованным человеком. Увы, не вышло. Скромные баллы за экзамены не позволили зачислиться на бюджет. На платное денег нет. Поэтому я начала искать любую работу, чтобы просто выжить в незнакомом городе. А в лучшем случае – умудриться накопить на учёбу.

Я ориентировалась исключительно на заработную плату. Самой высокой из доступных оказалась вакансия горничной в доме Бесовых. Поэтому я тут.

Здесь хорошо платят, кормят, дают спальное место – этого достаточно, чтобы временно смириться с неприятными издержками профессии.

– Раз, два, три – ёлочка, гори! – хором проговариваем мы, закончив с украшением.

Елка зажигается огнями под бурные аплодисменты и восторженное ликование.

– Ну красота, – одобрительно ахает Захаровна, разомлев на мгновенье. Но быстро возвращается в реальность, где хлопот – выше крыши. – Так, коробки, стремянки унести, хвойный мусор собрать, пол вымыть. Живее-живее.

Мы приступаем к работе. После обеденного перерыва появляются новые задания. В этом доме они никогда не заканчиваются. Беспрестанно трудишься как белка в колесе. Обычно под конец дня ноги гудят от усталости и хочется просто лечь и умереть. Но сегодня вечером я выхожу погулять на задний двор. Морозно, свежо, сугробы блестят. Благодать. Идея слепить снеговика приходит очень спонтанно. Я увлеченно катаю снежные комы и формирую основу.

– Вот так, – с улыбкой похлопываю варежкой по бокам будущего снеговика. – Стой, не падай, я побежала тебе за глазами и носом.

Охваченная энтузиазмом, я набираю в ведро всё необходимое: морковку, пуговицу, шарфик, замороженную рябину. Со всем богатством выбегаю из дома и на повороте поскальзываюсь. Ведро с содержимым летит в сторону, звучно брякает о лёд, а я, вскрикнув, больно приземляюсь на задницу. Глаза зажмуриваются от испуга, сердце в пятки улетает.

– Эй, красавица, не сильно ушиблась? – доносится мужской голос, и я слышу скрип шагов по снегу.

Распахиваю ресницы, приподнимаю голову и вижу незнакомого молодого человека с курчавой шевелюрой.

– Живая? – протягивает руку мне.

– Кажется, да, – сконфуженно отвечаю я и принимаю помощь.

У парня очень приятные тёплые ладони. Они даже не испугались моих промокших заснеженных варежек.

Рывком подтянув меня вверх, незнакомец смотрит мне в глаза и улыбается. Так обаятельно, что мои губы растягиваются в ответ.

– Спасибо.

– Куда так спешила?

Парень отряхивает мою спину от снега.

От неловкости язык болтает что попало:

– Меня снеговик ждёт.

– Кто? – приподнимает брови он и весело усмехается: – Интересная ты, Снегурочка.

С любопытным прищуром голубые глаза присматриваются ко мне.

– Меня Ева зовут, – смущенно поправляю шапку. – Я леплю снеговика на заднем дворе.

Поднимаю ведро и начинаю собирать все, что рассыпалось.

– Где морковка? – озадаченно оглядываюсь.

– Нашёл.

Парень запускает руку в снег и вытаскивает потерянный оранжевый "нос".

– Давай сюда, – подставляю ведро.

Он закидывает морковку и решительно кивает:

– Показывай, где твой снеговик. Заинтриговала.

– Там...

Указываю в сторону рукой и шагаю вперёд. Парень идёт следом. Я слышу его шаги и громко негодую про себя.

Ему делать нечего? Он странный. Интересный.

– Как тебя зовут? – поворачиваюсь к парню.

– Иван. Но не дурак, – юморит он. – Можно просто Ваня.

– Приятно познакомиться, – улыбаюсь я. – Что ты делаешь в доме Бесовых?

Было бы здорово, если бы Ваня оказался каким-нибудь рабочим. Но модный прикид вызывает очень сильные сомнения.

– Я друг Демьяна.

– Ясно.

Так и думала. Он озвучил самое худшее предположение.

– Пришли. – Останавливаюсь возле снежной композиции и почёсываю затылок. – Пока выглядит непрезентабельно, но… Ты готов к волшебству?

– Всенепременно, – лыбится Ваня.

Мне нравится, как он подхватывает любую авантюру. Это вдохновляет.

Я втыкаю пару пуговиц, и лицо снеговика заметно преображается.

– Хочешь воткнуть морковку? – предлагаю парню.

– Тайно мечтаю об этом.

Весело усмехнувшись, он приделывает нос снеговику.

Я формирую улыбку из красных ягод.

– По-моему, он симпатяшка, – хихикаю я.

– Красавчик.

Парень надевает ведро на голову снеговику, а я оборачиваю шарф вокруг шеи.

Мы любуемся результатом со стороны. Обмениваемся весёлыми улыбками. Глаза Вани красиво сияют, когда он смотрит на моё крайне довольное лицо.

– Надо придумать ему имя, – предлагаю я.

– Я Олаф, люблю жаркие объятия, – пародирует известного снеговика Ваня.

Я заливисто смеюсь на то, как смешно он изменил голос.

– Смотрела этот мультфильм?

– «Холодное сердце». Обожаю его.

– И я.

Слияние взглядов останавливает время. Я вижу только красивые и глубокие, как океан, глаза. Переливающаяся бирюза в радужках. Искренний добрый блеск. Лучи тепла. Я таю, как снежинка на ладони.

– Эй, статуи! Чем вы там занимаетесь, а?

Резкий голос Демьяна рушит волшебный момент. Мы оборачиваемся и видим, что он размашисто и на вызове шагает к нам.

– Почему моя служанка шляется без дела? – карает меня недовольным взглядом Демьян. – Заигрываешь с моим другом, а? Иди работай, убогая.

Стиснув зубы, я дергаюсь вперёд. Ваня удерживает меня за локоть и хмурится.

– Бес, ты чё атакуешь? Ева слепила снеговика, я помог.

– Помогатор, блядь, – ухмыляется Демьян и шлепает снеговика по носу. – Детский сад.

Морковка летит в снег. Поджав губы, я подбираю её и втыкаю обратно. Безобидное действие становится открытым протестом. И пробуждает в Демьяне разрушительную злость. Я считываю её в сверкающих темных глазах.

Один крепкий удар сносит голову чудному, распрекрасному снеговику.

– Ах, – восклицаю я, прикрыв рот варежкой.

Нахальная улыбка поджигает во мне ответный гнев. Не думая, беру снежный комок и запускаю в лицо противному мажору. Попадаю точно в цель. И тем самым пробуждаю в нём настоящего зверя.

– Ну, сучка, держись...

Взвизгнув, я подаюсь в бега, но через пару метров Демьян нагоняет меня. Грубые тиски рук поднимают меня в воздух и кидают в сугроб. Я барахтаюсь, пытаюсь выбраться, но этот дьявол макает меня лицом в снег и давит на затылок.

– Не издевайся над девочкой, Бес, – вмешивается Ваня. – Успокойся, бешеный.

Он отталкивает Демьяна и помогает мне встать на ноги. Лицо горит. В груди клокочет от злости. Я исподлобья смотрю на мерзкого гадёныша. Он темнее грозовой тучи. Молнии в глазах сверкают. Зубы скрипят.

– Пошла в дом, – гаркает на меня так громко, что птицы слетают с деревьев. – Я научу тебя слушаться, служанка. Забыла, кто твой хозяин?

Я готова блевануть от чрезмерного высокомерия в его тоне. Демьян изо всех сил старается унизить меня перед Ваней. Перед парнем, который мне понравился, и это вдвойне отвратительно.

Я пронзаю противного мажора сердитым взглядом. Мысленно проклинаю. Желаю ему всяческих мук.

– Я не твоя рабыня, и ты мне не хозяин, – непокорно заявляю я, глядя в его жестокие глаза.

Приподняв подбородок, я разворачиваюсь и ухожу. Демьян пытается задеть меня очередным оскорблением в спину, но Ваня затыкает его:

– Да угомонись ты. Ведёшь себя как черт. Взял и снеговика сломал, чудовище….

– Чё эта убогая говорила тебе?

– Ева не убогая. Нормальная девчонка…

Я отдаляюсь и больше ничего не слышу. В глазах стоят слезы от обиды. Демьян всё испортил в свойственной ему омерзительной манере.

Не понимаю, как Ваня может общаться с таким конченым уродом?

Но факт, что он вступился за меня, приятно согревает затравленную душу…

Глава 6. Демьян

– И я подонок, я изменщик, я газлайтер и абьюзер. Я не нравлюсь твоей маме, да и хуй с ней, – ору слова песни, которая дубасит из дрожащих колонок.

Ладонь по рулю в ритм стучит. Тело знатно вибрирует от шикарных басов. На спидометре отметка 200, за лобовым – идеальная прямая для разгона. Друзья хвостом едут. Черти на воле. Ахуенная ночка.

– Детка, я не плохой парень, я плохой человек, – выдыхаю дым с ароматом цитруса. – И я нормальным быть пытался, но я заебался. Я рождён уебком, недостойным любви. Извини.

Песня качает, по нервным окончаниям бьёт что надо. Артерии усиленно пульсируют от избытка адреналина. Фейерверки стреляют в мозгу. В моменте кайфую от этой гребаной жизни.

– Ю-ха-ха! – Весело давлю на газ, когда вижу в боковом зеркале нагоняющую кислотную тачку Шаха. Жмётся, сука.

Феррари стремительно идёт на обгон и вырывается вперёд.

– Вот гондон! – Включаю рацию и саркастично выдавливаю: – Ванечка, а ты куда так спешишь? Тебя мама дома ждёт живым и здоровым, не забыл?

– Сорри, малыш, ты плетёшься как черепаха. Задницу твою вонючую заебалось нюхать, – раздаётся в ответ пьяная голосина.

– Вызов принят, сучоныш.

Гонюсь за ним, выжимая из тачки максимум. Жажда скорости дурит голову. Из кожи вон вылезу, сдохну, но выебу этого козла.

– А-а-а! Выкуси, Ванечка! Маменькин сосунок! – издевательски надрываю связки, обгоняя Феррари.

– Впереди менты стоят, – басит рация.

– Блядь. Вижу, – криво ухмыляюсь погонам. – Хуль ты мне махаешь? Засунь свою палочку в жопу.

На бешеных скоростях проезжаю мимо гаишника.

– Погоняем с мигалками? – с энтузиазмом спрашивает Шах.

– Не входило в планы, – недовольно рычу.

Притормаживаю и съезжаю на обочину. Черти проезжают мимо.

– Откупайся, раз ограбил казик, – угорают парни.

– Завидовать нехорошо, – выдавливаю ядовитую улыбку.

Менты сзади паркуются. Выходят из машины и двигаются такой уверенной походкой, что сейчас будут жестко, без смазки натягивать меня.

Я расслабленно парю, заполняя салон ароматным дымом. Дергаю головой в такт музыке, пальцы прыгают по рулю.

Требовательный стук по стеклу. Нажимаю на кнопочку и вместо приветствия выдыхаю струю пара в ментовскую рожу. Пока он там что-то нудное бубнит и светит «корочкой», я расстегиваю пузатую сумку и достаю оттуда пачку баксов. Удачно в казино сходил. Не люблю делиться, но хрен с ним.

– С наступающим, дядя, – кидаю капитану деньги. Тот неодобрительно хмурится. – Чё, мало? Бля, какие все жадные. На-на, подавись.

Пихаю ему ещё парочку пачек. Бедолага впадает в немой ступор. Отказаться не может. Деньги – они такие. С ума сводящие. Сраная бумага.

Не прощаясь, даю по газам. Улетаю стрелой в погоню за чертями.

– Девочки уже на месте. Нас ждут, – звучит из рации.

– Пусть клитор натирают.

Люто угораем. Молодые, дерзкие, обнаглевшие, развращенные. Любим деньги, любим секс, любим маму. Ещё футбол, но это больше профессиональное.

Шумной компанией заваливаемся на нулевой этаж особняка. Тут бассейн, чил-зона, бар и... красивые сучки. Все в сексапильных купальниках. На любой вкус. Особо не различаю их. Но приятны глазу выдающиеся формы.

– Приветик, – лепечет шлюшка, перекатывая трубочку коктейля на пухлых губах.

Ухмыльнувшись, киваю ей. Плюхнувшись в кресло, раздвигаю ноги и хлопаю по бедру, предлагая место для аппетитной задницы.

– Крутить умеешь? – протягиваю купюру даме.

– Без проблем, – дергает бровями и забирает бумажку.

Пока её проворные пальчики мастерят трубочку, я плескаю в стакан виски и залпом употребляю. Потом с кайфом затягиваюсь и откидываюсь на спину.

– Ползи вниз, – даю команду сучке.

Она знает, что делать. Рот рабочий, опытный. Заглатывает по самые гланды.

Ухожу в полный отрыв. В нирвану, мать её. Теряю счёт времени. Утопаю в похоти. А когда отпускает, становится скучно, и я ищу новый допинг. На этот раз без запрещённых веществ. Мне нужна живая кровь. Настоящие эмоции. От искусственных кукол их хрен добьёшься, с ними неинтересно, а вот с любимой служанкой можно развлечься.

Где моя игрушка? Подь её сюды!

Набираю Еву в телефоне. Не отвечает. Спит? Сто плетей охреневшей холопке!

Пишу ей сообщение: «Если ты через пять минут не будешь возле меня, я приду сам – и ты сильно пожалеешь».

Две галочки загораются моментально. Прочитала.

Улыбаюсь ехидно, как шакал. О да, детка, я так соскучился… Жду не дождусь увидеть твою недовольную упрямую мордашку.

Глава 7. Ева

БЕСячий: «Если ты через пять минут не будешь возле меня, я приду сам – и ты сильно пожалеешь».

– Он издевается? На часах четыре утра, – раздраженно сжимаю корпус телефона.

Подушка глушит мой жалобный вой. Спокойный сон машет прощально ручкой.

На кой чёрт я ему в такое время?

Отголоски шумного веселья доносятся до моей комнатушки. Меньше всего я желаю появляться на вечеринке богатых извергов, но Демьян же меня из-под земли достанет. В этом нет сомнений.

Не желая злить чудовище в человеческом обличье, я нехотя сползаю с кровати и натягиваю спортивные штаны и кофту.

Зевая на ходу и прибирая волосы в хвост, я спускаюсь на нулевой этаж, где проходит бал Сатаны.

– Какого… – отвисает челюсть при виде голых женских тел.

Проплаченные «нимфы» бесстыдно светят выдающимися формами перед мажорами. Обнажены они, а стыдно мне. Глаза опускаются вниз и обнаруживают разбросанные купальники на полу. Переступив через блядские тряпки, я ищу взглядом Демьяна, но натыкаюсь на Ваню. Он по пояс раздет, в штанах, весело смеётся в компании парней. Ему массажирует плечи какая-то загорелая девица с темным каре и упругими сиськами.

Не ожидала…

Хотя это вполне закономерно, если он друг Бесова. Глупо было полагать, что Ваня – примерный мальчик, который не пьёт, не курит и не общается с дамами легкого поведения. Но всё-таки я разочарована, потому что в нашу первую встречу он произвел куда лучшее впечатление.

– Эй, дай пройти, – раздаётся сзади.

Я делаю шаг в сторону и пропускаю огненно-рыжую фурию с пирсингами на сосках и татуировкой на заднице. Она спускается по лестнице в бассейн и непринуждённым брасом плывёт к какому-то парню. Я зачем то смотрю на то, как они целуются, и не сразу замечаю за розовым надутым фламинго знакомую мужскую фигуру. Демьян прижимает какую «русалочку» к борту и очень однозначно вбивается в неё бедрами.

Что ж, он очень сильно занят и, вероятно, совсем забыл про меня.

Затаив дыхание, я бесшумно отступаю назад, чтобы остаться незамеченной и тихонько скрыться.

Мой план проваливается, когда чья-то наглая ладонь смачно шлепает меня по заднице. Я взвизгиваю от страха и отпрыгиваю от парня, который неожиданным образом оказался за спиной.

– Девочка, у нас тут особый дресс-код. Раздевайся, – пожирает меня горящими глазами он.

– Я уже ухожу… – пячусь назад.

Бугай с выточенным прессом и накачанной бицухой уверенно наступает.

– Да кто ж тебя отпустит, золотая.

Я кривлю губы, осознавая весь ужас происходящего. За меня же тут никто не заступится. Пьяные, извращённые мажоры изнасилуют, глазом не моргнув.

Паника охватывает. Сердце тарабанит. Я тщетно ищу пути для спасения. Как загнанная в ловушку зверушка, опасливо отступаю, глядя в глаза надвигающемуся незнакомцу.

Шаг назад, и я врезаюсь спиной в чьё-то крепкое тело. Вздрагиваю.

– Ева, что ты тут делаешь? – бархатный баритон пропускает дрожь облегчения через всё тело.

Я разворачиваюсь к Ване и умоляюще шепчу:

– Пытаюсь сбежать. Помоги.

Он приподнимает брови на мой лепет, потом хмуро сдвигает их и кивает похотливому другу:

– Эй, Тор, не приставай к ней. Она работает в этом в доме.

– Ручаешься? – ухмыляется тот.

– Да.

– Жаль, хороша цыпочка.

– Уходи, – говорит мне Ваня.

– Спасибо.

Пискнув, я ускоренно двигаюсь вперёд. Чуть не поскальзываюсь на мокром полу. Сохранив равновесие, отпинываю чьи-то стринги и улепётываю прочь.

– Стоять! – врезается в спину командный голос Беса.

Твою мать. Не успела.

Электрический разряд стреляет по мышцам. Я столбенею.

Слышу приближающиеся шаги и мысленно проклинаю мажора.

– Куда побежала, а? – гаркает он. – Кто здесь всё прибирать будет?

– За тряпками, – медленно разворачиваюсь я.

Подрагивающие ноздри и сжатые губы выдают во мне раздражение, которое испытываю при виде наглого ублюдка.

– Так зачем ходить? Сними их с себя, – ухмыляется Демьян.

Я криво улыбаюсь, умаляя его способности удачно шутить.

– Почему без формы? – шарит взглядом по моей бесформенной одежде он.

Фирменное платье с фартуком больше похоже на костюм из секс-шопа, чем на трудовую униформу.

– Ты вызвал меня не в рабочее время, – напоминаю я.

– Спала?

– Очевидно.

– Дерзишь? – колко щурит глаза парень.

Ему лишь бы докопаться до меня. К любой мелочи придирается.

– Говорю факты, – отвечаю я.

Демьян склоняется к моему лицу и противно скрежещет:

– Вот именно, что до хуя чешешь языком. Иди работай.

Сглотнув колючий комок, я сжимаю пальцы в кулаки и с внешним послушанием иду к столикам, на которых образовался настоящий срач. Вооружившись пакетом, скидываю туда весь попавшийся мусор.

– Какая мерзость… – пищу про себя, отлепляя использованный презерватив от пола.

Бренча стеклянными бутылками, иду вдоль бассейна и случайно натыкаюсь на девушку.

– Эй, корова тупорылая, смотри, куда прёшь, – огрызается шлюха.

– Судя по твоему свисающему вымени, корова здесь ты, – пренебрежительно кошусь на её голые сиськи.

– Чё ты там вякнула, уродка?

Она плескает в меня шампанским из бокала и довольно усмехается. Открытое унижение от какой-то шлюхи хлещет плетью по самооценке. Помрачнев от злости, я протираю ладонью лицо и срываюсь на дерзость:

– Иди соси член, продажная шкура.

– Как ты смеешь, тварь…

Девица грубо толкает меня в грудь, я теряю равновесие и с визгом падаю назад. Прямо в бассейн. В момент полёта я, к своему ужасу, вспоминаю о том, что не умею плавать.

– Помогите… – захлебнувшись, проваливаюсь под воду.

Глава 8. Ева

Я пребываю на грани отключки, когда чьи-то сильные руки резким рывком подтягивают меня вверх. Бессильно повиснув на мужском плече, я громко выкашливаю из себя воду и жадно глотаю воздух. Сердце дико колошматит от стресса. Заложенные уши едва различают голос своего спасителя. Он что-то спрашивает, но я толком не соображаю.

Парень вытаскивает меня из бассейна и садится рядом, пока я прихожу в чувство. Я насквозь промокшая, одежда прилипает к дрожащему телу, с волос капает. Протерев лицо, я вскидываю голову и вижу Ваню.

– Ты как? – переживает он за моё состояние.

– Пойдёт, – кашляю в кулак. – Спасибо.

От мысли, что могла попросту утонуть, меня трясёт ещё сильнее. Обняв согнутые ноги, я утыкаюсь носом в колени и всхлипываю.

– Эй, всё обошлось, – подбадривает Ваня.

Мужская рука мягко приобнимает спину. Я выпрямляюсь и тихонько улыбаюсь в ответ.

– Теперь я обязана тебе жизнью, – с благодарностью говорю я.

– Да брось, – усмехается Ваня.

Мы смотрим друг другу в глаза, которые излучают взаимную симпатию.

– От тебя одни проблемы, служанка, – раздаётся недовольный голос Демьяна.