Вкус

Находясь перед своим командиром, которого знал уже четырнадцать лет, Айг на миг засомневался в правомочности приказа. Именно Аббах был его первым военруком. После он взял молодого парнишку в штаб под свое крыло.

— Раньше отправляли большую группу бойцов для обезвреживания, экологов отлавливали и подвергали суду.

— Но и подобного нападения оппозиция прежде не предпринимала. Захват целого поля! — парировал командир.

Айг вспомнил утренний репортаж и слова Аббаха, что это было лишь фикцией для успокоения населения. Народ Союза верил в то, что правительство контролирует ситуацию, но тому не удалось скрыть нападение на склад — экологи сами об этом сообщили, врезавшись в прямой эфир, чего тоже прежде не совершали.

Внутренне Айг был растерян и, вероятно, его глаза это выдавали.

— Хочешь оспорить приказ?

— Нет, командир.

— Это приказ президента. Я хочу, чтобы ты это знал. Он очень озабочен экспериментами, которые хотят провести эти ублюдки.

Мужчины неотрывно смотрели друг другу в глаза.

— Почему я?

— Это твой шанс получить повышение. Поэтому я предложил твою кандидатуру на военном совете.

Это действительно был шанс Айга добиться внимания отца. И Аббах, знавший своего подчиненного еще ребенком, прекрасно это понимал.

Мысль об отце, о признании, на которое он положил четырнадцать лет службы, заглушила минутные сомнения. Он уже мысленно отбирал людей и отбрасывал тех, кто мог не выполнить и его личный приказ.

— Это мой долг — защитить ценные ресурсы и уничтожить врага. Я возьму своих людей, — как истинный патриот, заявил капитан. — Разрешите идти?

Командир кивнул.

Айг покинул кабинет и быстрым уверенным шагом преодолел расстояние до своего места. Сел за стол.

— Тренировка отменяется, — сказал он, закатывая рукава.

— Я так и знал, — довольно улыбнулся Кест, не поворачиваясь к капитану. — Когда летим?

— Через два часа. Нам дали десять дней. Оповести остальных. И мне нужны последние разведданные с Восточных полей. — Айг открыл общую карту Восточного региона.

— Какое именно поле интересует?

Айг подался вперед, вновь внимательно всматриваясь в карту.

— Алитай. Нужны данные по Алитаю и близлежащей территории.

Несколько минут Кест перелистывал на своем экране каталог записей с запрошенной капитаном информацией. Наконец сказал:

— Последний раз туда летали два года назад.

— Значит, пора запустить дрон.

Глава 5

Киль смотрела в одну точку и не могла пошевелиться с тех пор, как вернулась домой. В боксе работал ВМ, но казалось, что девушка не слышит ничего из того, что вещают с экрана. А дикторы снова говорили об увеличении урожайности на полях, сравнивая сотые процентов, о достижениях ученых в сельском хозяйстве. Подобные новости давно перестали быть в новинку. Ими словно намеренно заполняли эфир, не обращая внимания, что есть и другие проблемы.

Киль не волновало ничего из этого. Она сидела в старом кресле на колесиках, которое ей с большим трудом удалось сохранить после смерти Арвина Крина.

Голову прошила режущая боль, выводя Киль из оцепенения. Она поднялась, чтобы налить воды. Выдавила из блистера таблетку и положила в рот. Опустошив стакан, облокотилась на узкую кухонную столешницу, разглядывая фотопанно: старый двухэтажный дом, за которым вдалеке виднелся лес; рядом кусты какой-то давно забытой ягоды почти черного цвета и небольшой огород, на грядках которого росли томаты. На жилистых стеблях сверху донизу свисали кисти со спелыми плодами, в те времена еще имевшими натуральный кисло-сладкий вкус.

Киль знала этот вкус только из искусственных добавок. А вот Арвин еще мальчишкой застал вкус хоть и слабый, но еще натуральный и охотно делился с Киль воспоминаниями. А после «вкусные» продукты так подорожали, что стали доступны лишь немногим.

— Вкус не пропал в один момент, это происходило постепенно на протяжении всего прошлого века. Ученые били тревогу, агрономы и экологи кричали на всех углах об опасности, предсказывая исход, но производители ничего не могли с этим поделать, продолжая выращивать продукцию по отточенным годами технологиям. Людям нужна была еда, — вздыхал Арвин тогда.

Диктор на экране за спиной предупреждал о новых столкновениях с оппозицией на Восточных полях.

— На Восточных… — протянула Киль и слегка прищурилась, продолжая разглядывать панно.

Ее взгляд скользил по старому дому, так напоминавшему тот, в котором ей довелось побывать с Арвином и Миртой, — дом предков, ее корни.

Киль сморщилась и выпрямилась. Преодолевая головную боль, она вернулась к столу и запустила программу запроса передвижений, через которую осуществлялся контроль и корректировалась логистика продпайков.

— Нам нужен Восточный регион. Алитай… А именно — Лутен. — Зажав кончик языка между зубами, Киль сосредоточенно пролистывала список регионов и городов Союза. — Уеду на два месяца… Нет, лучше на три, чтоб наверняка…

Глава 6

Закатав рукава, Киль усердно заполняла форму запроса и покачивала головой в такт музыке, доносившейся из экрана. Система сама рассчитала ее норму пайков, исходя из возраста, должности, заболеваний и предложила обычный базовый набор на разрешенный срок выезда.

Когда бодрая мелодия сменилась, Киль бросила быстрый взгляд на картинку ВМ, чтобы посмотреть, что же сопровождала эта дивная мелодия.

Несколько девушек в платьях в пол из теплой ткани, с множеством вырезов в нужных и ненужных местах, медленно двигались под музыку, то скрываясь, то появляясь среди длинных лоскутов, развеваемых потоком воздуха.

— Хех, новую рекламу девок запустили, — хмыкнула Киль и отвернулась.

Из динамика ВМ полился монотонный голос ведущего, будто без всякого интереса сообщавшего об изменениях: «Принят новый закон, расширяющий перечень заболеваний…»

Не в силах слушать то, с каким равнодушием говорил репортер, Киль вскочила и хлопнула ладонью по кнопке выключения. Замерла на секунду, чтобы справиться координацией, нарушившейся из-за резких движений.

— Нужно поторопиться, пока меня еще не внесли в базу невыездных, — вздохнула она, оттягивая показавшийся вдруг тугим ворот водолазки.

Девушка села и вернула внимание на экран, чтобы закончить заполнение формы запроса.

С Лутеном прямое транспортное сообщение отсутствовало, что усложняло процедуру. Требовался дополнительный запрос на поезд, после подтверждения которого будут назначены дата и время отправления.

Чтобы Киль могла прожить в Лутене ей требовалось еще немного, совсем малость — обмануть систему проверки. Потому что самое большее, на что она могла рассчитывать, — это поездка сроком на десять дней.

Киль размяла пальцы и зашла в сеть через каскад анонимных прокси-серверов, как учил ее Арвин, и превратилась для всемирной паутины в «невидимку». Теперь никто не мог отследить ее действия.

Преодолев кордон файрволов с помощью поддельного сертификата, эмулируя служебный трафик, Киль получила доступ к закрытой зоне программы.

Но ввести данные напрямую было нельзя. Каждый запрос имел шифрованную цифровую подпись, и раз в день они подвергались тотальной проверке. Она попросту не успеет даже выехать, как подделка будет обнаружена и отклонена.

Однако был другой, гораздо более красивый путь, чем прямой взлом. Киль открыла лог-файлы системы в поисках ежедневной синхронизации и перезагрузки справочников.

— Где же… где…

Молодая хакерша искала время, в которое система переключалась в режим обслуживания и перезагружается сервер.

— Бинго! — вскрикнула она спустя десять минут.

Вскинула руки и крутанулась на кресле, торжествуя.

У нее будет окно в восемь секунд. Киль сверилась с часами.

— Системы безопасности так зациклены на цифровых подписях, что никто не проверяет целостность справочников после перезагрузки. И тогда все последующие запросы будут сверяться с новыми данными, — прошептала Киль, составляя в уме план. Головная боль уже отпустила.

«Что ж, главное — продержаться и не уснуть. А пока можно и поиграть», — подумала девушка и сняла с подставки шлем виртуальной реальности, чтобы убить два часа в игровом мире. Надела его и включила консоль погружения. Потратила несколько минут на выбор игры и опустила визор. Поприветствовала в чате многочисленных друзей, никого из которых даже не знала в жизни.

Чаще она играла дома, а не в центре развлечений, в котором порой было трудно найти свободное место. Приходя после смены с монотонной работы, Киль, как и почти все, сбегала в другой мир — игровой. Ненастоящий.

Не от хорошей жизни, а чтобы хоть как-то подсластить безвкусное убогое существование. Сменить одну искусственность на другую, но яркую.

В реальности бежать было некуда.

Через два часа Киль добавила в справочный код программы всего одну цифру — «0», — и теперь ее запрос на сто дней проживания должен быть принят как легитимный, потому что в точности соответствовал обновленным правилам.

«Наверняка это будет тот же архаичный вагон», — подумала Киль, с трепетом проводя ладонью по шершавой поверхности стола. Раритет, еще с тех пор, как нынешний президент запретил любые «природные» имитации.

Подобные вещи Киль встречала только на черном рынке за бешеные деньги. Поэтому ей оставалось довольствоваться остатками роскоши, изготовленной еще до запрета.

Арвин Крин с десяти лет опекал девочек. Профессиональный геймер, знавший о мире больше, чем положено, привил Киль не только любовь к истории, но и разным секретикам. За что она его обожала, а ее сестра Мирта тихо ненавидела.

Через несколько дней Киль получила ответ на свой запрос. Девушка работала в Управлении качества сетевого оборудования, обрабатывала и распределяла заявки касаемо его замены и ремонта. Рабочий процесс не позволил Киль отлучиться и узнать подробности. Пришлось ждать перерыва. Как только прозвучал короткий сигнал, она направилась к двери, сталкиваясь плечами с коллегами в толпе. Быстрым шагом добралась до запасного выхода и остановилась в небольшой нише, скрытой от посторонних глаз.

Пульс ускорялся с каждым прочитанным словом.

Глава 7

«Запрос передвижений одобрен. Дата выезда назначена на 14-04-2488.

Восточный порт. Выход 09-7. Рейс NVR2. Время 20:20.

Запас продуктовых пайков вы сможете получить в Норске перед посадкой на поезд».

Мысль о том, что у нее все получилось, кружила голову. Киль от радости подпрыгнула на месте и захлопала в ладоши. Не веря своей удаче, она перечитала сообщение несколько раз, до тех пор, пока не заучила. Когда она немного успокоилась и привела дыхание в норму, ее взор привлекли еще два непрочитанных сообщения.

На черном рынке ей удалось найти списанный военный спальный мешок. Торговец отозвался, но, по понятным причинам, доставить товар в ее блок не мог.

Киль не знала, в каком состоянии дом в Лутене, поэтому готовилась основательно.

«Съездим, не проблема», — подумала она, переходя к следующему посланию.

Прочитав имя отправителя, Киль пожалела, что вообще открыла текст. В пищевод тут же подкатила желчь, готовая вырваться наружу. Киль зажала ладонью рот и шумно задышала носом. Делала глубокие вдохи, наполняя легкие. Ее чуть не стошнило. И, как ответная реакция, тотчас заболела голова.

«У меня еще полсмены впереди. Нужно выдержать», — убеждала себя Киль, прижимаясь затылком к прохладной стене. Веки закрылись, погружая в ненавистную тьму.

Справившись с тошнотой спустя несколько долгих минут, девушка написала ответ торговцу, договариваясь о встрече на следующий день. Совершить сегодня две поездки ей было уже не по силам — сперва ей все-таки придется съездить и подписать документы, как он нее требовалось во втором письме.

Стоило Киль после непростого и насыщенного на события дня оказаться в боксе и лечь на кровать, как она уснула.

До выезда в Лутен оставалось всего несколько дней.

На следующей день после рабочей смены Киль выпила таблетку обезболивающего и поехала по координатам, которые полчаса назад ей скинул торговец. Точки продаж подпольных товаров заранее не раскрывались. И, к удивлению девушки, нужный адрес располагался практически в центре мегаполиса, напротив Департамента сельского хозяйства.

«Хочешь спрятать — положи это на виду», — усмехнулась Киль, выходя из вагона монорельса.

В торговом центре шумела толпа, отовсюду доносилась какофония зазывающих песен и рекламных роликов. Киль шла мимо центров развлечений, на вывесках которых были изображены подземные лабиринты, населенные монстрами, безжизненные острова, звездные вселенные и космический флот, сотни персонажей из популярных игр, одним из которых мог стать за небольшую плату любой желающий.

На миг через всю эту какофонию в толпе ей послышалось собственное имя, что кто-то зовет ее. Преследователь, бывший парень Банденс, от навязчивости которого ее тошнило. Киль бросилась к лифту, толпа позволила ей затеряться.

Этажом выше находились павильоны с продпайками на любой… цвет. О вкусе речи не было. Большинство предпочитало пить безвкусные пайки, без синтетических добавок. Истощенная почва, недостаток солнечного света и другие факторы сыграли злую шутку. Даже мясо, ставшее горьким, теперь было деликатесом.

Поплутав среди магазинов, Киль нашла нужный павильон и стала пробираться к нему через многочисленных покупателей.

«Что может быть проще? Тут такой трафик, что никто не обратит внимания». Оглянулась, что за ней никто не следит, и вошла внутрь.

К кассовым терминалам стояли очереди. Киль обошла их, проходя вглубь в поисках продавца, а заприметив его, поторопилась.

— Хэй… для меня здесь посылка. — Она волновалась, все ли правильно делает и будет ли правильно понята. Перекатываясь с пятки на носок, сунула руки в карманы анорака.

Не поднимая головы, продавец покосился на стоящих рядом людей.

— Тут у всех посылки. Код доступа есть? — тихо спросил он.

У нее был спецзаказ, запрещенный. Она протянула ему руку с коммуникатором, показывая код, который получила вместе с адресом. Мужчина кивнул и указал глазами на дверь слева от них.

Глава 8

— Идем.

Торговец встряхнул гривой из сотен тонких косичек и пошел вперед. Улыбаясь и глядя на необычную прическу невысокого мужчины, Киль не отставала.

Темный узкий коридор за дверью вел их вокруг павильона. Вскоре она оказались в небольшом помещении с другой стороны.

Взгляд Киль заметался. На стеллажах лежали самые разные предметы. Комната вмещала не так уж много, но всего этого уже нельзя было встретить нигде, кроме как в подполье у старьевщиков. Киль медленно шагала вдоль шкафов и разглядывала раритеты: небольшая деревянная статуэтка, десяток флеш-накопителей, стопка полотенец, в составе которых наверняка был натуральный хлопок… Киль останавливалась, рассматривая каждый предмет, пальцы тянулись потрогать, но она не позволяла себе, боясь что-либо повредить. Когда дошла до конца, на самой последней полке увидела книги. Их было всего три, со старыми потертыми корешками.

— Настоящие бумажные книги… — с придыханием прошептала она.

В этот момент мужчина положил на маленький стол в центре продолговатый черный сверток:

— Ваш заказ.

Киль вскрыла упаковку и извлекла спальный мешок. Старый, потертый, в двух местах надорванный. Подергала молнию — со второй попытки она поддалась. Она не знала в каком состоянии дом, и это было малое, что она могла с собой взять. Киль упаковала мешок обратно и с помощью коммуникатора оплатила товар. Торговец написал кому-то сообщение.

— Нужно подождать подтверждения.

Киль кивнула и снова прошла в угол. Ее любопытный взгляд скользил по корешкам книг не меньше минуты, прежде чем она осмелилась спросить.

— Я могу их… посмотреть? — нервничая и боясь отказа, попросила она.

Торговец махнул рукой, разрешая. Сам взял их с полки и положил на стол. Киль присела на край стула и, затаив дыхание, взяла из стопки верхнюю — историческую, рассказывающую о Первой Тридцатилетней войне Союза. Обложка изображала миг перед катастрофой: железные птицы кружили в воздухе, а к земле стремилась бомба. Киль подвинула к себе следующую. Ею оказалась кулинарная, с рецептами. Девушка проверила год издания на обратной стороне — двести восемь лет назад. Тогда люди еще любили готовить. Киль отодвинула книгу и взяла последнюю. На обложке увядало растение. Работа автора Рейчел Карсон «Безмолвная весна».

Все книги лежали перед девушкой закрытыми. Киль не хотела их тревожить лишний раз своим касанием.

— Сколько они стоят? — спросила она.

Подняла быстрый взгляд на мужчину и тут же вернула его к книгам, словно боясь, что они исчезнут.

— Эти две — по четыре тысячи мри, эта, — он указал на книгу рецептов, — девять тысяч.

Киль аж присвистнула.

Книги не были запрещены, их существовало бесчисленное множество, но только в электронном виде. Бумажные перестали печатать около двухсот лет назад, а те, что были выпущены раньше, оставались в хранилищах под замком.

Или встречались у торговцев.

— Для кого они? Кто-то их заказал? — поинтересовалась Киль.

— Их недавно нашли, сюда привезли временно. Их еще даже не объявили. Хотите купить?..

Киль замотала головой.

— …Деньги пришли, — вскоре произнес мужчина.

Он протянул сверток девушке. Быстро сунув его в рюкзак, Киль кивнула, сообщая о готовности. Вышли они через другую дверь и оказались в соседнем павильоне.

Спустившись к платформе, Киль уставилась в окно и рассматривала Департамент сельского хозяйства.

«Девять тысяч мри! — Эта мысль не отпускала ее. — Это же весь мой доход за последние три года! Я могла бы не работать, растянуть эти деньги и прожить на них еще лет пять… Ну и зачем мне сейчас эти деньги?»

Абсолютно уверенная в своем решении, Киль развернулась. Подошла к уже знакомому павильону, чуть приподнялась на мысочках, высматривая невысокую темную макушку с косичками.

«Мирта была бы в бешенстве, если бы узнала!» — ехидно подумала Киль и активнее закрутила головой, спеша сделать то, что задумала.

Заметив мужчину, протиснулась к нему сквозь многочисленных покупателей. Торговец стоял спиной, она обошла его и остановилась перед ним, сунув руки в карманы. С ее губ не сходила самодовольная улыбка.

Слова не потребовались. Продавец сразу понял, за чем она вернулась. Ухмыльнулся и молча направился к уже знакомой двери.

— Какую? — спросил он, стоило им оказаться в тайном помещении.

— С рецептами, — выдохнула Киль.

Брови торговца взлетели на лоб. Он покачал головой и снял с полки книгу.

— На тот же счет? — уточнила она, запуская приложение для оплаты.

— Да.

— Деньги ушли.

Все время, что они ждали подтверждения транша, Киль размышляла, как ей перевезти эту ценную ношу домой. И когда мужчина подтвердил перевод, она снова достала черный сверток, раскрыла его и спрятала книгу внутрь спальника. Свернула его и убрала в рюкзак, будто ничего и не было.

Обычно торговцу было все равно, зачем люди покупают себе все эти старые вещи. Он всего лишь посредник. Но в этот раз товары, выбранные Киль, да и сама девушка вызвали его любопытство. Когда они шли по узкому коридору к выходу, мужчина не выдержал — подался чуть вперед и склонился к ее уху:

— Вы куда-то отправляетесь? Для чего вам спальный мешок? — шепнул он.

Хотя рядом никого не было и никто не мог их видеть, она продолжила соблюдать конспирацию, поэтому, не оборачиваясь, молча кивнула.

— В поход.

— Не в мертвые же земли вы собрались? — забеспокоился он.

— Нет, — замотала Киль головой. — В горы, — не сдержавшись, добавила она и скосила взгляд на мужчину, который уже поравнялся с ней.

Тряхнула головой, чтобы скрыть за волосами самодовольную улыбку. Но торговец, похоже, все равно успел ее увидеть.

— Удачи, — искренне пожелал он. — Приходите еще, как вернетесь.

Киль снова спустилась на платформу. Очень скоро приехал поезд. В вагоне она забилась в дальний угол ближе к окну. Села, опустила рюкзак на колени и обхватила его руками.

Пути монорельса огибали конусообразное здание Департамента сельского хозяйства на протяжении следующих трех станций. Киль неплохо знала этот район, и еще в Департаменте работала Мирта. Но они не виделись уже почти два года. Последний раз сестры встречались в крематории, когда прощались с последним их родственником — дедушкой Арвином. Но даже тогда сразу после церемонии Мирта смогла уделить сестре лишь две минуты и убежала на работу выполнять очередное поручение начальства.

Киль подняла голову и осмотрела здание сверху вниз. Входные двери постоянно открывались и закрывались, впуская и выпуская служащих.

«Вот и Мирта служит на благо сельского хозяйства... Позже с ней свяжусь». — Киль крепче прижала к себе рюкзак.

Она вздрогнула, когда из размышлений ее вырвал звонок на коммуникатор. Банденс.

Глава 9

Этот парень не понимал вежливых слов, хоть девушка и не рассыпала их перед ним. Со страхом осмотрелась по сторонам, внимательно вглядываясь в лица пассажиров. Он ей мерещился даже когда его не было рядом. Убедилась, что среди них нет Банденса, и выдохнула. Сбросила вызов.

В один момент она сообщила ему, что расстается с ним. Это было три года назад, когда парень попытался взломать ее переписку, чтобы узнать, о чем она ему недоговаривает. Тогда в целом был не лучший период в жизни Киль, а из-за той попытки взлома она жутко разозлилась на него и ушла.

Но поддалась его уговорам, и они воссоединились снова. Да и трудно было дистанцироваться от Банденса и избежать его присутствия, когда он работал вместе с Киль в том же зале в нескольких метрах от нее.

С тех пор они расходились и сходились еще не меньше четырех раз. Иногда периоды расставания длились дольше, чем периоды отношений. И первое время Банденс не напрягал, но чем дольше они встречались, тем больше прав он на нее предъявлял. И чем больше был номер попытки воссоединения, тем труднее Киль давались отношения под его постоянным присмотром. И она вновь бросала его в надежде, что на этот раз точно все. Но обаятельный высокий шатен умел уговорить.

— Ты меня душишь своим контролем, понимаешь? — кричала Киль в последнюю встречу.

— Это вышло случайно, я не следил за тобой. Я просто проезжал мимо, — оправдывался парень.

Поначалу и временами после примирений он устраивал Киль. Не был активным приверженцем правительства, так же, как и она сама, любил нарушать правила. Но Банденс считал, что имеет полное право знать о ней все, вплоть до минуты, где и с кем она была. Ее это раздражало. Она не желала перед ним отчитываться. Свобода — ее все.

— В этот раз точно! Уходи! Я больше не потреплю твоих выходок! — злилась Киль в их последнюю ссору.

Банденс взглянул на нее с высоты своего роста и улыбнулся. Поправил куртку, браслет на запястье. Наверняка он полагал, что, когда Киль успокоится, он снова сможет ее уговорить. Развернулся и ушел, оставляя ее в покое и давая время.

Но Киль сегодня не появилась на работе, оформив длительный отпуск, и Банденс вновь активизировался и стал ей звонить.

Разговаривать с ним и уж тем более воссоединяться Киль точно не собиралась. Ее ждало путешествие.

Время для звонка сестре настало за день до вылета. Киль собрала три комплекта одежды, бытовые и гигиенические средства, обувь и разложила это все на узкой кровати в своем боксе. Но прежде чем приступить к упаковке, подключила свой коммуникатор к видеомодулю и набрала номер Мирты. Опустилась в удобное кресло и, покручиваясь в нем, ждала.

Сестра ответила только с третьей попытки.

— Да, Киликаль! — с легким раздражением ответила девушка.

— Мирталь! Вот это да! А я уж подумала, что не ответишь.

Киль тоже назвала сестру полным именем. Но если Киль ее полное имя заставляло каждый раз кривиться от того, что оно такое длинное, то Мирталь от своего получала удовольствие и, наоборот, заводилась, стоило ее назвать коротким «Мирта».

— У тебя что-то срочное? — нетерпеливо спросила она.

— Вообще-то… да, — намеренно растягивала слова Киль. — Как насчет увидеться?

— Так мы же по видео говорим.

Брови Киль иронично изогнулись, потому как она даже не видела лица сестры, скрывавшееся за длинными волосами. Приняв вызов, Мирта отвернулась от экрана и продолжала работать.

— Я говорю о живой встрече.

— Чем тебя эта не устраивает? — Сестра сказала это так, будто больше никогда и не собиралась встречаться с Киль. — Я уж и не помню, когда мы последний раз виделись.

— Зато я помню. На кремации, — немного грубо ответила Киль и вцепилась в свою темную короткую челку.

— Это когда было?

Киль понимала, что сестра делала это не специально, не хотела задеть этим. Из-за своей занятости Мирта действительно не помнила.