Демофон

Терентьев всмотрелся в лицо мальчика, пытаясь понять, почему следующим телефон выбрал именно его. Приятные черты лица, чёлка, сбившаяся на левую сторону, и весёлые маленькие глазки. Конечно, не красавчик, но и уродом его вряд ли можно назвать. Обычный прыщавый подросток со своими проблемами. Только вот с какими?

В этот момент со стороны коридора раздался глухой удар. Они замерли. Стук повторился. Гдето за стеной явно ктото был.

— Александр, это уже не смешно — прошептала Ольга, сжимая вазу так крепко, что у неё побелели костяшки пальцев.

Они вернулись в коридор, где стук был громче. Ктото колотил в дверь ванной изнутри.

— Выпустите меня! Федя, если это ты, то я тебе башку оторву, маленький засранец! — послышался женский крик изза двери.

— Кто там? — спросил Терентьев.

Наступила непродолжительная пауза, потом в дверь вновь ударили.

— Это вы кто? Выпустите меня отсюда! — последовал ответ.

Терентьев нащупал дверную ручку и замочную скважину под ней. Нашёл небольшую выемку обратного поворота замка.

— Я сейчас! — крикнул он и убежал на кухню.

Вернулся он уже с консервным ножом в руках, сунул его в выемку замка и повернул. Дверь открылась – и из ванной вышла девочка лет шестнадцати. Одета она была в цветастую футболку с надписью «Если мне надо, то я делаю». В русых волосах – красные и синие косички, свисавшие на плечи. Глаза её не показались Терентьеву странными – скорее они горели вполне понятным ему вызовом. Она смотрела то на него, то на Ольгу, которая неловкими движениями пыталась пристроить вазу на журнальный столик.

— Какого такого хрена вы тут делаете? — спросила девочка.

— Мы услышали шум, — начал Терентьев.

— Мы из ПДН, — одновременно произнесла Ольга.

Девочка задержала взгляд на Ольге. Казалось, слово «ПДН» ей известно не понаслышке.

— Соседи услышали шум и сказали, что с детьми чтото стряслось, — поправилась Ольга. Она достала из сумочки всё то же фальшивое удостоверение и продемонстрировала его девочке, закрывая большим пальцем кривую синюю печать на фотографии. Девочка, как и тренер, не должна была отличить оригинал от фальшивки.

— Что у вас тут стряслось? — спросил Терентьев.

— Я не знаю как, но мой брат! Это всё мой тупоголовый братик! Он усыпил родителей. Они запретили ему уходить из дома и просили отдать какойто телефон. Похоже, балбес стырил чейто телефон или чтото типа того. Он типа так взбесился, хлопнул дверью, а потом закрыл меня в ванной и усыпил родителей.

— Может, он чтото им подсыпал? — уточнила Ольга.

— Не думаю, — девочка замотала головой. — Придурошный слишком тупой для этого. Ему ктото помог. Я точно вам говорю!

— Ты сказала, что он кудато ушёл, — сказал Терентьев.

— Я слышала, как он выходил. Кричала ему, но он лишь игрался со своим телефоном. Он типа с кемто говорил, что ли. Какоето бормотание я слышала. Ну, типа как из трубы говорят.

— Ты не знаешь, куда он мог пойти? — спросил Терентьев.

Он думал о том, что мальчика направлял телефон. Скорее всего, телефон помог ему усыпить родителей и подготовил всё для следующего этапа. Теперь он вёл мальчика, как когдато вёл и самого Терентьева, — готовил к совершению чегото действительно ужасного.

— Нужно осмотреть его комнату, — скомандовал Терентьев.

— Вы типа, может, хоть объясните — начала девочка.

— Потом! — оборвал он.

Глава 40 Тайник

Комната мальчика казалась живой – захламлённой, но посвоему уютной. Терентьев порылся на столе, перебрал ворох брошюр, цветные стикеры с супергероями, карандаши и анимезначки. Он не мог себе признаться – и уж тем более признаться Ольге, – что сам не знал, что именно хотел найти. Надеялся, что в комнате мальчик ему чтото оставил: чтото, что могло помочь понять, как действовать дальше.

Постепенно он добрался до выдвижных ящиков, поднял ворох странных и нелепых рисунков, шоколадных обёрток. В одном из ящиков он нашёл фигурку Флэша, изучил её и отбросил на пол.

Ольга стояла в дверном проёме, скрестив руки.

— Что мы ищем? — спросила она.

Терентьев заглянул под стол, вытащил стопку картонных карточек «Звёздных войн», ещё полосатый носок и клубки пыли. Перебрался дальше – под кровать. Тоже ничего, лишь старый футбольный мяч, который пролежал там, наверное, целую вечность.

— Александр, — повторила Ольга.

Она продолжала наблюдать, не зная, стоит ли вообще вмешиваться. Возле неё уже стояла сестра мальчика и неодобрительно косилась на копошащегося в вещах Терентьева.

— Алё, — сказала она, — если этот придурошный чтото прячет, то под шкафом.

Ольга вздохнула и обернулась к девочке:

— Послушай, нельзя же так о брате

Но её слова утонули в глухом звуке: носком ботинка Терентьев легко задел цоколь шкафа, и тот подался, сдвигаясь внутрь. Он тут же наклонился, убрал планку в сторону и заглянул в тёмную нишу – место, куда никто не должен был проникнуть.

Там обнаружилась металлическая коробка от чая. Он потряс её – внутри чтото звякнуло.

— Похоже, ты нашёл сокровище, — сказала Ольга.

— Если в этой комнате есть то, что поможет нам отыскать мальчишку, то это здесь, — ответил Терентьев.

Он смахнул со стола груду хлама, который сам выгреб из ящиков, поставил коробку посередине и сделал шаг назад. На крышке коробки шагал гигантский слон, украшенный цветной попоной и золотым платком на голове.

— Чего мы ждём? — спросила Ольга, оказавшись прямо у него за спиной.

— Там всё равно один хлам, — предположила девочка, тоже оказавшаяся рядом.

Терентьев аккуратно подцепил пальцем крышку и отложил её в сторону. Внутри лежал телефон. Надежда мелькнула в голове: возможно, Федя какимто образом вышел из дома без телефона!

Он вытащил его и сразу же понял, что ошибся: обычный старенький телефон с треснувшим экраном. Судя по всему, Федя нашёл ему достойную замену – замену в виде адского телефона Яала.

Ещё в коробке оказались пластиковые фигурки солдатиков, фишки от «Монополии», маленький перочинный ножичек и несколько вырезок из газет и статей из интернета – все сокровища мальчика.

Он вытащил одну из вырезок и пробежался взглядом по заголовку: «Скоро команды юношей поборются за летнее первенство». На небольшом листочке – открытое футбольное поле с надписью «Заря», список команд и время проведения матчей. Дата стояла сегодняшняя.

Другие вырезки оказались не менее интересными. Качество печати оставляло желать лучшего, но с первого взгляда стало понятно, что все они посвящены новому городскому злодею – «Отмороженному». Именно так прозвали преступника, который взорвал в парке лавку мороженщика. Ещё одна статья рассказывала о взрыве мусорки в том же районе. В третьей описывались оба случая сразу, а в конце большими буквами стоял вопрос: «Куда в следующий раз ударит Отмороженный?»

— Вы что, типа хотите сказать, что это Федя? Ну, фигня же. Он придурошный, но не маньяк, понимаете? — спросила девочка. Голос её был явно обеспокоенным.

— Я хочу сказать, что Федя в беде, — отреагировал Терентьев. — И мы должны ему помочь.

— Да что случилосьто? Я вообще уже не врубаюсь! — сказала девочка.

— У Феди неприятности. Очень нехороший человек может вовлечь его во чтото ужасное, — попыталась объяснить Ольга.

— Так, стопэ. Какойто урод вовлёк моего брата в какоето дерьмо, и мы ещё здесь?

Терентьев продолжал перебирать вырезки. Он смотрел на заголовки, на изображения, даты. Пазл складывался.

— Парень коечто задумал, — тихо сказал он. — Кажется, я догадываюсь, что именно.

Ольга посмотрела на него с тревогой. Девочка тоже замерла и настороженно вскинула брови.

Терентьев медленно поднялся, держа в руках вырезки: