Дети грозы. Кровные узы

- Ты хотела новую сумку на лето, а еще себе платье, мне куртку и ботинки. И не забывай про комод. И от чего мы можем отказаться?

- А ты взрываешь лампочки и портишь мои мобильники! – упрямо огрызнулась Яна.

- На которые сам заработал.

- В нашей семье зарабатываю я, а ты аферистов на деньги разводишь!

- Мам, ты хочешь комод?

Хотела. Поэтому Яна промолчала и позволила сыну дальше разграблять тележку. Попадая в магазин, она теряла голову от многообразия товаров и нерационально подходила к покупкам. Нередко бывало, что вначале набирала, затем смотрела на цену, ужасалась и в сильном смущении возвращала лишнее. И в отрезвленном состоянии Яна прекрасно осознавала всю глупость совершенных покупок. Правда, зачем ей сотая жаба?

Олег сам повез тележку и менял дорогой товар на дешевый аналог.

- Рыбу не трогай, – буркнула Яна, плетясь сзади.

- Ты её готовить не умеешь, – не оборачиваясь, бросил Олег.

- Вот обязательно мне по самолюбию бить?! – возмутилась мама. – Можно сказать это как-то помягче?! Вечно ты в лоб говоришь гадости! Второй Женька!

- Что это изменит?

- Ничего, но мне хотя бы не будет так обидно!

- А-а-а, ну, тогда ты хорошо готовишь, только рыбу мы все равно оставим в магазине.

- Если я не буду пробовать, то никогда не научусь!

Олег тяжко вздохнул. В страшной сказке сложно представить, как плохо готовила его мама. Он бы предпочел, чтобы готовкой занялась бабушка Дарья. Но вряд ли мама согласится на его предложение, еще сильнее обидится. Иногда Яна с упрямым отчаянием хотела всем доказать, какая она – хорошая хозяйка.

- Заменить на полуфабрикаты? – уточнил Олег.

- Нет!

Представляя масштабы катастрофы и количество выброшенной пищи, он под возмущенный писк Яны вернул на полки еще больше покупок.

Дома Олег вместе с мамой разложил продукты в холодильник.

- Мне помочь? – спросил он.

- Нет!

- Ты уверена?

- Да!

- Тогда удачи, я буду в своей комнате.

Ответом ему послужила с грохотом упавшая на пол сковородка и чертыханье Яны. Завтра предстояла встреча с профессоршей Тамарой и её семейством.

Глава 10

Лимра сидела на ветке и наблюдала за суетливой молодой женщиной, игравшей вместе с детьми. Над шутками человечка смеялась громче всех. Иногда она наклонялась и обнимала одного из двоих мальчишек. И столько нежности и любви было в её действиях, что Лимра испытывала почти физическую боль от невозможности поменяться местами с мальчиками.

Набравшись смелости, принцесса закрыла глаза и прислушалась к внутренним ощущениям. Сомнения разом развеялись…

- Я нашел! – радостно объявил Амрон, притащив бессознательное мужское тело. – Обработаем его сознание и сможем пообщаться с нашим братом! Ты что… плачешь?

- Мама! – произнесла Лимра, всхлипнув. – Она жива! Они нам лгали!

Амрон веселость растерял, когда взглянул в сторону жилища старшего брата. Реагируя на его настроение из стволов деревьев потёк сок.

- Что-то мне захотелось пару вопросов папе задать, – мрачно озвучил Амрон. – Ты со мной?

- Я всегда с тобой…

***

Инаран закрылся в кабинете на все замки, сорвал с головы диадему и бросил её в угол. Выудив из бара бутылку дорогого вина, он пригубил из горла, а затем разжег огонь в камине и сел напротив пламени.

Достали. Ненавистная супруга, глупый советник, непослушные дети. И как Искросу удавалось справляться с королевскими обязанностями и не сойти с ума? После выходки наследника союз миров не переставал ни на минуту бурлить недовольством. Сотни писем, сотни встреч, сотни интервью, сотни угроз и обвинений. На одном из собраний шепелявый «гуманист» предложил посадить Амрона на цепь и изолировать от цивилизованного общества. Инаран с мрачным удовольствием вспомнил, как ломалась «гуманная» челюсть под его кулаком. После инцидента последовало тысячное обвинение в расизме, гомофобии и ксенофобии, хотя Инаран не помнил, кому дал по морде – рефлекс сработал.

Откровенно утомила истеричная супруга. В её сознании, непонятно каким образом, сложилась логическая цепочка, что это он, Инаран, организовал заговор против неё. Она с уверенностью заявляла, что муж намеренно выставил её посмешищем. Мрана кричала и требовала, чтобы всех виновных в её позоре казнили. Она и список составила, кому хотела отрубить голову. Старший принц не удивился, когда первым в списке увидел себя.

Под треск огня заскрипело дерево. Немного осовевший Инаран повернул голову на звук. Фигурка противника двигалась по доске акши сама по себе.

- Призраки…

Даже если его посетили возмущенные предки, чтобы направить на путь истинный, лишенный дара потомок их не видел.

Фигурка подпрыгнула, намекая, что Инарану ходить.

- Ладно, призрак, давай поиграем.

Обычно игра заканчивалась через пару успешных ходов, но не в этот раз. Принц сбивал фигурки, отмечая, что ему попался сильный противник. Только через час он сделал решающий ход и объявил:

- Бой окончен, ты проиграл.

Инаран едва не подпрыгнул на месте, когда раздался хриплый женский голос:

- Мой мальчик стал совсем взрослым.

За голосом последовал требовательный стук. Инаран похлопал себя по щекам и мрачно посмотрел на дверь.

Нет, хватит с него. Еще одной истерики или жалобы он не выдержит и кого-нибудь точно прибьет, возможно, даже себя.

Но терпением гость отличался еще меньшим, чем сам Инаран. Дверь с грохотом выломали. Старший принц не сдвинулся с места, когда в его кабинет вошли дети.

Амрон взглядом вернул дверь на место. Вылитый Искрос в гневе. Разве что глаза не воспламенялись, как у предшественника, и никто не корчился в предсмертных муках, пожираемый серебряным пламенем…

- Вот тебя я сейчас точно видеть не хочу! – озвучил Инаран.

- Я тебя тоже, – ответил сын, – но у нас есть вопросы к тебе!

Инаран засмеялся и пренебрежительно приложился к вину. Бутылка из рук отца полетела в пламя. Серые глаза Амрона всё-таки вспыхнули, а цвет огня в камине изменился на синий.

Несколько минут старший принц суеверно разглядывал сына, словно перед ним восстал мертвый брат, но наваждение быстро прошло. Искрос был сильнее. Амрону до него далеко. К счастью.

- Мило, угрожаем отцу? –Инаран стряхнул с серого костюма капельки спиртного. – Дальше что? Бунт? Переворот? Война?

- Решать истинному наследнику, а не мне!

- Истинному наследнику? – уточнил старший принц, не скрывая сарказма. – Ты тогда кто? Ты себя в зеркале видел? Если не видел, то полюбуйся. Лично у меня никаких сомнений не осталось на твой счет…

- Мы были у матери, – перебил Амрон.

- У кого вы были?! – опешил Инаран.

- У матери, которая «умерла» при родах! – съязвила Лимра.

Разыгрывали не иначе. В закрытый мир без знаний и подготовки только сумасшедший отправится. Да и миновать стражей границы далеко непросто.

- Помолились за упокой её души? – не удержался от вопроса старший принц.

Лимра сжала кулаки. В кабинете затряслись вещи: сорвались со стен украшения, опрокинулась мебель.

- Скажи, – Амрон погладил сестру по плечу. – Ты знал, что существует еще один член королевской семьи в закрытом мире?

- Нет, впервые об этом слышу, – отец устало потер веко.

- Ты знал о том, что мама жива! – заорала дочь. – Лгун!!!

Кабинет заполняли лианы, вылезая из окон и расползаясь по стенам. Ноздри защекотал цветочный запах. В отличие от брата, Лимра редко теряла контроль над даром. Значит, не разыгрывали…

- Грозовая завеса, – сам себе кивнул Инаран. – И кто вас научил сквозь неё проходить?

- Зачем ты нам лгал?! – снова закричала Лимра, игнорируя вопрос отца. – Почему мы не могли встречаться с нашей мамой?! Почему?!

- Родная, так было лучше для вас и для неё, – терпеливо пояснил старший принц. – Ей стёрли воспоминания. Она не помнит никого из нас.

- Ты мог помешать!

Инаран взял вторую бутылку и заглушил душевную боль вином. За тысячу лет самые разные женщины любили его. Его всегда окружали прекрасные, грациозные и страстные искательницы приключений. Но в душу запала неуклюжая человеческая девчонка. Ни страсти. Ни грациозности. Одна смешная нелепость. Но именно с ней установилась духовная связь, породившая двух монстров…

- Папа! – напомнила о себе Лимра. – Почему ты ничего не сделал?!

- Правила союза миров для всех едины, – отложил бутылку в сторону Инаран. – Я не имел права заводить романа с человеком из закрытого мира, но…

Старший принц зажмурился, едва не сказав детям, что потерял голову и напрочь забыл обо всех законах и условностях.

- Не будь я одним из вымирающей разновидности веронов, меня бы судили, потому что я влез в заповедник и подверг опасности людей, – словно со стороны услышал он свой голос. – Даже обычные веронские дети для закрытого мира опасны, а мы говорим о королевском отпрыске, рожденном при духовной связи.

- Почему тогда оставили нашего брата с мамой?! Разве он не опасен?! Или его приняли за человека?!

Инаран тяжело вздохнул:

- Вы хотите, чтобы я поверил в то, что совет магов оставил члена королевской семьи веронов в закрытом мире сроком на семь лет? Вы хотя бы понимаете, что случилось бы, пробудись у него дар? Даже совету магов было бы трудно скрыть тысячи пострадавших от веронского дара людей.

Дети переглянулись, словно мысленно посовещались.

- Но мы видели его! – упрямо воскликнул Амрон. – Кольцо из чаши власти упрыгало к нему!

- В чаше власти семь лет не появлялось никаких других артефактов, кроме ваших колец. Вы можете сами спуститься в тронный зал и убедиться в этом.

- Но… что если в тронном зале подделка?

- Я видела вторую чашу власти в кабинете Завса! – добавила принцесса.

- Чашу власти создавал король веронов Лорал. Мой отец не нашел способа уничтожить или повредить её. Я больше скажу, никому не удалось сдвинуть чашу с места, хотя попытки предпринимались. Я не верю, что Завсу удалось разделить древнюю реликвию на две части.

- Но мы видели мальчика! – топнула ногой Лимра. – И видели кольцо!

- Чего вы пытаетесь добиться этим враньем? Чтобы я сам отправился в закрытый мир? Для чего? Я не верну вашей матери воспоминания!

Кабинет снова хорошенько тряхнуло.

- Прекратите ломать мои вещи! – прикрикнул Инаран. – Учитесь сдерживаться! Иначе ваше правление будет самым коротким за всю историю Размараля! Никому не нужны истеричные правители вроде вас!

Амрон демонстративно сложил гармошкой бар с коллекционным спиртным отца. Инаран некоторое время в шоке смотрел на то, как по полу водопадами разливались столетние напитки.

- Хотите знать правду?! – в ярости заорал Инаран, едва подавив желание размазать сына по стенке. – Так идите и узнайте сами! Вы меня не спрашивали, когда посещали закрытый мир! Хоть раз решите проблему так, чтобы мне не пришлось разгребать за вами развалины!

- И мы решим! – пообещал наследник.

В этот раз Амрон не возвращал на место выломанную дверь, вдобавок обвалил камин.

Инаран недобро проводил детей взглядом.

Сыну не дадут дожить до совершеннолетия, если он и дальше продолжит в том же духе. Убьют, как Искроса, и не будет никакого наследника.

Поморщившись, старший принц облизнул губы. От вина остался едва заметный горький привкус…

- Вызвать Одита, ваше высочество? – показался в проеме двери дрожащий от страха эрлд.

- Мастера вызови и принеси мне что-нибудь выпить…

***

Мир теней не всегда лишен красок.

Одит снял очки и прошелся вдоль стены с полками, заполненными всевозможными зельями, эликсирами и микстурами. Он сам их готовил и без этикеток по одному только цвету и форме флакона определял где, какое зелье. В руку привычно лёг болотный флакон.

Одит сел за тёмный стол с прозрачным кристаллом сбоку и красной стопкой бумаг по центру. Использовать бумагу считалось старомодным, но зоу не мог отказаться от древесного запаха – запахом его родины – ядовитым и горьким, как и сама бумага.

От количества накопившейся работы у Одита раскалывалась голова. Знал ведь, что церемония плохая затея. С характером Амрона подождать бы лет двадцать-тридцать, а то и все сорок. Но разве Завса переубедишь? И старший принц выбрал непонятную позицию невмешательства в решения советника.

- Не даст мне наследник спокойно до отставки доработать, – грустно сказал Одит, приложив к голове холодный компресс.

В этот момент к нему заглянул один из новеньких. С непривычки он споткнулся в полумраке и подслеповато обвел пространство взглядом. Заметив красные глаза начальника без солнцезащитных очков, юноша вздрогнул и отступил к двери.

Люди. Молодая, слабая и боязливая раса, для которой существовал заповедник на случай, если в открытых мирах их всех перебьют. Правда, живучие как паразиты и с такой же скоростью размножались. Взять хотя бы новенького. Вспыльчивый наследник не отправил его в лазарет, ничего не сломал и током не поджог. Сам Одит никогда бы не притронулся к волосам наследника без защитных перчаток, а новенькому их выдали с опозданием…

- Вызывали? – не выдержал длительного молчания человек.

- Заходи и садись.

Как только юноша исполнил приказ, Одит уточнил:

- Юлиан? Правильно?

- Да.

- Ты понимаешь, зачем я тебя вызвал? – закурил трубку зоу, наполняя комнату едким запахом.

- Догадываюсь…

Догадывается он. По лицу видно, что наследник его предупредил о замыслах. Юлиан и его компания таких же бестолковых новеньких вышли сухими из воды в буквальном смысле, тогда как другие, в том числе сам Одит, едва не захлебнулись и не переломали себе кости. В итоге выговор, уязвленная гордость и подмоченная репутация. Выговор – ерунда – старший принц компенсирует, но вот истерика Мраны и визгливые оскорбления Завса забудутся нескоро.

- Что тебе сказал наследный принц? – приступил к расспросам Одит.

- Сказал, чтобы я уходил, пока мне ничего не оторвали.

- И больше ничего? – сузил красные глаза начальник.

Юлиан на секунду-другую замялся, но ответил:

- Он сказал не ходить на церемонию.

- Почему? – напирал зоу.

- Что меня не ждет ничего хорошего.

- И ты не доложил об этом сразу мне?! Разве тебе не выдали инструкции?!

- Я не знал, что это важно. Я… я думал, что на церемонии будет небезопасно только для таких, как я…

- Не представлял, насколько мальчишка силен? – закончил Одит.

- Для меня его способности за гранью понимания. Я приехал из колонии, где владеют в основном бытовой магией и полагаются на технологии. Он для меня… сродни божеству…

- Что он еще говорил? – не расчувствовался Одит.

Зоу взял со стола прозрачный кристалл и смотрел на него, а не на Юлиана.

- Что кое-кому припомнит принцессу. Это важно?

Кристалл загорелся зеленым, а Одит засмеялся, разрядив напряженную обстановку.

- Почему ты пошел к наследнику вместо того неудачника? Его же приставили к наследнику, а не тебя.

- С везучестью моего друга, наследник случайно убил бы его. Нико точно назвал бы его принцессой.

- Наследник мог покалечить тебя вместо него. Он за месяц троих в лазарет отправил из-за шутки про принцессу.

- Почему не запретите, раз знаете?

Одит прищурился и снова взглянул на кристалл. Угрозы человек не представлял…

- Чем меньше во дворце останется идиотов, – засыпал еще курительной травы в трубку зоу, – тем меньше будет посылок в закрытых ящиках. Наследник пока обходится без смертельных случаев, но кроме него в замке предостаточно опасностей и ловушек. На прошлой неделе один умник пытался украсть веронскую реликвию. Мы едва отодрали его от стены. Если страдаешь клептоманией, советую излечиться прямо сейчас.

- Не страдаю… Но знаете, странно как-то, что при такой огромной силе, наследник никого не убил… – почесал затылок Юлиан. – Разве королевской семье не запрещено оживлять и лечить с помощью божественного дыхания? Насколько я знаю, оно меняет сознание.

- Не он оживляет, – уважительно хмыкнул Одит, отмечая сообразительность человека. – Поэтому если увидишь рядом с наследником верона, Завсу ни слова, да и лучше вообще никому ничего не болтай.

- Я могу задать провокационный вопрос?

- Задавай.

- Почему мы – стражники?

- Чтобы было, кого на парадах показывать и что в отчетах писать, – откинулся на спинку стула зоу.

- Но… мы, по сути, вообще не нужны. Мы себя защитить не можем, а оружие и броню нам выдали – смех один, да и только. На мой взгляд, веронский ребёнок с даром – огромная проблема и с ней отличнейшим образом могут справиться сами вероны, а не кучка идиотов вроде нас.

- Дела веронов и Завса меня не касаются, и тебе я не советую лезть, если хочешь дожить до детей и внуков. И, кстати, если наследник тебя еще о чем-то предупредит, идешь ко мне и сразу докладываешь, чтобы я успел принять меры.

- Вы хотите, чтобы я за ним шпионил?

- Наследный принц веронов – это бомба. А бомбу надо обезвреживать вовремя, если мы не хотим лишних жертв. Теперь иди отсюда и не сдохни по дороге.

Юлиан не задержался.

После его ухода Одит подошел к полке с маленькими разноцветными бутылочками. Хорошо, что новенький оказался сообразительным малым. Не юлил и ничего скрывал. Зоу не любил использовать на подчиненных зелья правды…

- Маленькая воровка!..

***

Амрон шел по коридору с большими арочными окнами и, гримасничая, передразнивал Инарана:

- «Хоть раз решите проблему так, чтобы мне не пришлось разгребать за вами развалины» - развернувшись назад, он крикнул: – Вот и решу! Лучше чем ты решаешь!

- Если папа не знает, то кто может знать? – рассуждала Лимра, шагая рядом с братом и закусив ноготок.

- Завс, – не раздумывая, ответил Амрон.

- Долго ковырять защиту его амулетов…– сразу отмела сестра. – Еще кто? Закара? Гекада?

- Начнем с Закары, а если он не знает, то и до скользкого Гекады доберемся.

- Как мы заставим их говорить?

- Сломать что-нибудь…

- Сломать как стол папы? Тогда нам точно ничего не расскажут.

Она подошла к открытому окну и забрала от подвижной лианы бутылочку с болотной субстанцией.

- У тебя умная сестра? – улыбнулась Лимра, демонстрируя добычу брату.

- Когда ты успела?

- Я взяла её сразу после нашего возвращения.

- Неужели ты собиралась использовать её на папе?!

- Вообще-то я её использовала…– немного сконфузилась девочка, но потом с обидой сказала: – И он заслужил! Он ничего не рассказывал нам о маме! Предатель!

- И кто-то еще говорит, что у меня плохой характер?

- Идём к Закаре, заставим его говорить, – сменила тему недовольная критикой брата Лимра.

Дети вылетели из замка и зависли напротив окна Закары, осторожно следя за грузной фигурой. Главный помощник Завса ходил по кабинету и громко ругался, поминая нехорошим словом наследника из-за безвозвратно испорченных вещей.

Закара искренне считал себя наследником адских предводителей, о чем с гордостью делился с окружающими, особенно с женщинами. Слуги его ненавидели и за спиной называли потомком скотоложцев, а за невыносимый характер – скотиной.

Красные глаза, лысая голова с двумя похожими на рога выступами на лбу и копыта действительно придавали ему схожесть с высшими демонами. Но борцовское крупное телосложение и выпирающая вперед челюсть портили впечатление. Да и возраст сказывался: тело обрюзгло, а кожа напоминала припудренный пергамент.

- Надо дождаться, когда он проголодается, – прошептал Амрон. – В чай налить или в еду…

- Он, может, ничего не захотеть, а времени у нас немного. Одит заметит пропажу и начнет нас искать!

- Могла подменить бутылочки…

- Думаешь, ты один такой умный?! – вспылила сестра. – У меня еще ни разу не получилось Одита обхитрить! Он всегда замечает подмену!

- Ладно-ладно. У тебя есть идеи, как заставить Закару выпить зелье?

Лимра задумчиво укусила ноготь и взболтнула бутылочку.

- У тебя как с меткостью?

- Да вроде неплохо. А что?

- Ты водой управляешь, а зелье – жидкость.

Амрон забрал у сестры бутылочку, открутил крышку и с помощью дара извлек содержимое.

- У тебя одна попытка, – предупредила принцесса. – И осторожнее, мы же не хотим, чтобы он умер.

- Да помню я! – раздраженно ответил Амрон, ожидая подходящего момента.

Прямо во время очередного проклятия в рот Закары устремилась большая капля. Помощник советника поперхнулся и закашлялся. В панике он бросился к выходу, но его обездвижили лианы принцессы.

- Попался! – обрадовалась Лимра, первой проникая внутрь кабинета через окно.

- И как быстро подействует зелье? – последовал за сестрой Амрон.

- Давай проверим, – отозвалась принцесса и приблизилась к Закаре, заложив руки за спину. – Что ты обо мне думаешь, Закара?

- Ваше высочество, зачем вы напали на меня? Немедленно развяжите меня! Вам незачем меня связывать! Я много лет служил вашей семье верой и правдой! Если у вас есть какие-то вопросы ко мне, то я с удовольствием на них отвечу, когда вы меня развяжите… – через минуту его лицо перекосило, и он хрипло ответил на вопрос принцессы: – Ты должна была сдохнуть сразу после рождения, мерзкая маленькая тварь!

- Подействовало! – широко улыбнулась Лимра. – Теперь он ответит на наши вопросы!

- Закара, сколько детей у Инарана, о которых ты знаешь? – зашел издалека Амрон.

Помощник советника процедил сквозь зубы:

- Четверо.

- Я, Лимра, Акрас… а четвертый кто?

- Я не знаю его имени.

- Почему его не привезли во дворец?

У Закары задрожала массивная челюсть. На лбу выступила испарина.

- Отвечай подробно и не упусти ни одной детали! – рыкнула на него Лимра. – Почему вы его оставили?!

- Потому что он – настоящий наследник веронского трона! – заорал Закара.

- И как вам удалось обмануть веронов и скрыть его? – спросил Амрон.

- Завс нашел способ разделить чашу власти на две части и тайно отследить рождение следующего наследника. Когда в копии чаши власти появилось кольцо, мы уже знали, кому оно принадлежало. А барьер закрытого мира идеально скрыл мальчишку от веронов.

- Зачем вам понадобилось отслеживать рождение наследника?

Закара заскрипел зубами, но все-таки процедил:

- Чтобы убить его.

Брат и сестра обменялись взглядами.

- Вы не убили меня… - первым заговорил Амрон. – Почему?

- Ты не наследник и лишь пользуешься силой брата. Мы заметили, что магия дворца путает вас, когда привезли тебя.

- В чём для вас разница между мной и братом?

- Тобой можно будет управлять после пробуждения ментального дара, а наследник – эта огромная и опасная сила, которая никому не подчиняется. Он не подвержен ни одной из известных способностей манипуляций разума.

- Если вы хотели убить его, – тихо произнесла Лимра, – то почему не убили его до сих пор? Что помешало вам?

В красных глазах мелькнул животный страх.

- Мальчишка перебил многих наших преданных союзников. Нам пришлось искать иные способы, чтобы устранить его.

- Семь лет вы не можете убить одного мальчика? – изумилась принцесса. – Пусть он и королевских кровей, но не бессмертный же.

- Он поубивал больше народа, чем Искрос, – оскалился Закара. – Любое покушение на него заканчивалось одинаково – он убивал всех участников. Завс слишком труслив, чтобы действовать самостоятельно, а наши союзники отступили после того, как мальчишка положил весь конклав колдунов из серого созвездия.

- Так это он их… - ошеломленно сказал Амрон, помнивший с каким жаром Инаран обсуждал гибель конклава с Одитом. – Инаран и Акрон были последними в королевском роду. Их убить было легче. Нет королевской семьи, нет и наследника. Зачем столько сложностей?

- Королевский род должен продолжаться. Члены совета магов и Завс боялись уничтожения королевской семьи веронов больше, чем появления наследника. Без вас невозможно подчинить веронов. И только член королевской семьи может заставить их повиноваться даже, если они этого не желают. Но вероны выходили из-под контроля, они все чаще отказывались подчиняться Инарану, рвали кровные узы и открыто игнорировали его приказы. Нужен был новый член королевской семьи, которого вероны будут слушаться и которого можно будет без труда контролировать.

- Акрас должен был стать вашей марионеткой?

- Да. Если бы он был первенцем Инарана, у нас бы всё получилось. Он приобрел бы необходимую силу для контроля над веронами, но родились вы и всё испортили! Из-за вас Акрас – бесталанный! Вы – нелепая ошибка! А ты не истинный наследник, а всего лишь избалованная кукла, которую терпят!..

Сверху на голову Закаре приземлилась бронзовая статуэтка, лишая его сознания.

- И зачем ты это сделала? – недовольно спросил Амрон сестру. – Он мог еще что-то важное сказать.

- Время действия зелья проходило. Он должен был отвечать на наши вопросы, а не оскорблять нас.