Дети грозы. Кровные узы

Добравшись до соседского телефона, она мастерски приукрасила странности буйного пациента психиатрической больницы.

- Вот он! – обрадовалась Лена приезду милиции и победно показала им «ляльку». – Забирайте его!

Но торжество длилось недолго. Через мгновение грозные милиционеры братались с чужаком, как давние знакомые. Без малейшего понимания языка они звали его выпить в пятницу и закусить шашлыком. Расстались лучшими друзьями под ошеломленные взгляды сестёр.

- Это вообще нормально? – спросила Яна.

- Колдун он какой-то или гипнотизёр? – недоумевала Лена.

- Давай Женьке позвоним!

- Женька нас сразу в дурку оформит и слушать не станет.

- Родителям?

- Ты представляешь, какой случится апокалипсис, когда мама узнает, что мы в квартире одни с полуголым мужиком?

- Она все равно от соседей узнает…

- Когда узнает, тогда я скажу, что он взял нас в заложницы, а до того, как не найду способ его выгнать и словом о нём предкам не обмолвлюсь. Еще не хватало, чтобы он предков загипнотизировал, а они переписали на него квартиру.

- Нас-то он не загипнотизировал…

- Может его гипноз не на всех действует. Пойду, лучше доложу родителям, что ты не спалила квартиру…

Пока Лена созванивалась и общалась с мамой, чужак окончательно оккупировал родительскую кровать. Ближе к ночи Лена «смирилась» с его присутствием …

- Слушай, а почему ты со мной спишь и зачем тебе клюшка? – спросила Яна, повернувшись к сестре лицом.

- Я ему не доверяю, – буркнула Лена, поправив подушку.

- Он ко мне не приставал…

- Это пока! – огрызнулась сестра. – Он псих! Он жрёт улиток! С милицией как с друзьями общается! И по-русски ни бе ни ме ни кукареку!

И пока Яна сладко спала, Лена на протяжении часа следила, как беспокойно ворочался во сне пришелец. Уснула под утро, сжимая под одеялом клюшку для хоккея.

При побуждении голова кружилась, а пришелец казался страшным сном. Сонная Лена отправилась в ванную, где увидела зареванную сестру, а переместив взгляд на кухню, обнаружила вчерашнего незваного гостя. Сонливость как ветром сдуло.

- Ты все еще здесь, бессовестная морда, – злобно сказала Лена.

- Лена-а-а, у нас на кухне дохлые голуби-и-и, – всхлипнула Яна из ванны. – Он пытался ими меня накормить! Сырыми-и-и! Ва-а-а!

- Не реви!

Ощипанные и выпотрошенные голуби лежали на столе без голов и лап. В мусоре не нашлось отходов. Лена предположила, что остальное пришелец съел сам.

- Чтоб ты кишечной палочкой заболел, – злорадно пожелала она, пальчиком толкнув одну из тушек. Мертвый голубь был еще теплым. – Вдруг они больные?! Мы не едим диких голубей, мы едим куриц! – извлекла из холодильника замороженную тушку курицы и продемонстрировала чужаку. – Куриц! Не голубей! Умеешь отличать одну птицу от другой?!

Он хмыкнул, пожал плечами и забрал голубей, на ходу съедая их. Обнаружив, что сумасшедший пришелец покинул квартиру, Лена радостно закрыла балкон, все окна и наглухо заперла двери.

«Теперь он точно не вернется!» – счастливо думала она.

Но через час незваный гость вернулся с добычей…

- Он уби-ил зайчи-иков! – вновь разрыдалась Яна, с жалостью глядя на мёртвых животных.

Чужак заметил её реакцию и расстроился. Он намеревался унести зайцев, но Лена с жадностью торговки отобрала у него тушки. В отличие от младшей сестры у неё с детства сложилось прагматичное отношение к пушистым и жирным зверькам.

- Ну, чего ты ревешь?! – проворчала Лена. – Ты знаешь, сколько заяц стоит?! Да еще и со шкурой!

- Ты имеешь в виду штраф за браконьерство или цены на рынке? – всхлипнула Яна, размазывая по щекам слёзы.

- Очень остроумно! Пускай платит нам за жилье, раз свалить не собирается!

Пока сестры ссорились, чужак перебрался на потолок, чем окончательно вывел Лену из равновесия – она едва зайцев на пол не уронила.

- У него какое-то устройство на заднице?

- Еще у него зубы как у акулы! – мстительно напомнила Яна.

Острыми зубами странности чужеземца, назвавшегося Инараном, не ограничивались. Он без труда включал телевизор, не используя пульт, на расстоянии мог вырубить свет и запустить молнию в проезжавшую мимо машину. Скорость его передвижения и физическая сила превышала человеческую. Он видел в темноте и летал подобно супермену.

- Может, в КГБ на него заявить? – с беспокойством озвучила мысли Лена, наблюдая, как пришелец с наслаждением грыз кабанью ногу.

- Он будет с ними пить на брудершафт, – мрачно отозвалась Яна. – Мужики со двора научили его материться, а баба Зина ему пироги печет.

- Баба Зина-а?! Пироги-и?! – такого коварного предательства от бабы Зины Лена не ожидала. – Завтра куплю крысиного яда и отравлю всех нафиг!

Инаран не бросил странные попытки приударить за младшей из сестер. Лена едва по стенке не сползала от смеха, когда чужак приносил подарки, а Яна в ужасе закрывалась от него в ванной и выла.

После очередной неудачи Инаран закинул на лицо хохочущей Лене большого лохматого паука, любовно перевязанного ленточкой. Она громко завизжала и, сбросив насекомое с носа, присоединилась в ванную к сестре. Выли вдвоем.

Но по-настоящему запаниковала Лена, когда Инаран узнал слабое место Яны: он часами сидел и смотрел с ней самые наивные мультфильмы.

«Ни фига ж не понимает, хитрая макака!» – наблюдала старшая сестра за тем, как натужно смеялся Инаран.

Когда он поцеловал Яну в щеку, а та густо покраснела, Лене показалось, что в голове завыла тревожная сирена. Она без промедления побежала к подруге, чтобы вызвать подкрепление в лице старшего брата Евгения.

- Женя-а, у нас ЧП! – заорала вместо приветствия Лена в трубку.

- ЧП как в прошлый раз, когда ты разбила батину машину и попала на бабло? – лениво уточнил Евгений.

- Нет! – немного сконфузилась сестра.

- Тогда, что за ЧП, о котором ты не можешь рассказать нашим родителям?

- Яна влюбилась в мужчину с внешностью мечты эротического романа!

- Э-э-э… не врубаюсь в чём проблема.

- В том, что этот хрен не против того, чтобы воспользоваться её наивностью!

«Еще он – псих и жрёт улиток!» – едва не ляпнула Лена.

- Так пускай воспользуется, – насмешливо хмыкнул Евгений. – Ты же сама сказала, что он – мечта эротического романа, а нашей сестре не десять лет.

- Женя, мать твою! Ты Яну не знаешь?! Этот стриптизёр её бросит, а она повесится! Ты её потом из петли вынимать будешь?!

Было слышно, как Евгений посетовал на непутёвых младших сестёр.

- Приезжайте на вокзал в четыре, я куплю вам билеты, заберешь их в кассе.

- Зачем? – не поняла Лена.

- Увезешь её на дачу, будет под контролём предков и далеко от этого вашего… стриптизёра.

«Какой он молодец!» – восхитилась она сообразительности брата. Не теряя ни минуты, Лена воспользовалась отсутствием Инарана и увезла Яну на многолюдный вокзал.

- Куда ты меня тащишь?! – не выдержала младшая сестра, когда Лена затолкала её в вагон, силой усадила на сидение и села рядом, словно надзиратель в тюрьме.

- Подальше от пожирателя улиток!

- Он мне нравится!

- Ты не принцесса и не в сказке живешь!

- Я не страшная и нравлюсь парням… - обиженно насупилась Яна. – Думаешь, я не знаю, что твои подружки говорят за моей спиной?! Что я не пара ему!

- И я не пара, – не слукавила Лена. – Он – Аполлон, а мы с тобой дочки барана и козы.

Яна поперхнулась от сравнения.

- Вспомни любую древнегреческую легенду, – продолжала Лена. – Что делают небожители? Развлекаются со смертными девушками и всё равно возвращаются к прекрасным бессмертным женам. Так и твой Инаран. Использует тебя и выбросит, потому что небожителям нужны богини, а не смертные.

- И это я живу сказками?! – скрестила руки на груди Яна. – Что за ересь ты несешь?!

- Я искренне желаю тебе счастья, но не хочу, чтобы ты стала тысячной возлюбленной языческого древнегреческого божка.

- Почему ты решила, что он – древнегреческий бог?!

- Может, сам Зевс! – не смутилась Лена. – Ты же сама видела, как он молниями швыряется! Однозначно Зевс! Вот родится у тебя полубог, и что ты с ним будешь делать?!

- Ты чокнутая шизофреничка! – воскликнула Яна и яростно зашептала: – Ты биологию в школе вообще учила?! Ты его кровь и зубы видела?! Он не человек! Он другой вид! Возможно, пришелец с другой планеты! У нас не может быть детей, как у кролика с котом!

- Я считаю, что он – Зевс! – упрямо отвернулась старшая сестра.

- Двоечница. Женьке расскажу, пускай поржет над твоими познаниями в биологии.

- Бе-бе-бе.

По приезду на дачу сестры ничего не рассказали родителям о незнакомце, и на все провокационные вопросы отвечала Лена. Она красочно поведала родителям о последствиях шторма и о сломанном телефоне. Затем ей удалось убедить родителей в необходимости присутствия младшей дочери на даче.

Долгое время Яна обижалась и не разговаривала ни с кем. Но затем Лена заметила с её стороны подозрительную веселость. Взгляд был такой счастливый, словно еще немного и из глаз посыплются сердечки.

«Влюбленная дебилка!» - с раздражением наблюдала за её поведением Лена, решив ночью проследить за глупой сестричкой.

Она прокралась в яблоневый сад вслед за Яной и увидела сцену, надолго врезавшуюся ей в память и окончательно убедившую её в божественном происхождении чужака. Инаран и Яна целовались, обнявшись на земле, а сквозь их вены и веки нечто ярко светилось.

Инаран заметил подглядывающую девушку. В его взгляде промелькнуло злорадное торжество, взбесившее Лену как быка красная тряпка. Она отправилась в сарай и взяла самые грязные вилы. Но на прежнем месте парочки не оказалось. Смятая пижама с сердечками валялась на земле.

- Мерзавец! – Лена воткнула вилы рядом с пижамой.

Её душу опустошали ненависть, бессилие и гнев. Она ничего не могла изменить. Влюбленная Яна не услышит и не поймет её.

Требовалось смягчить последствия плохого романа, поэтому утром Лена съездила в аптеку и вернулась с покупкой, которую вывалила на кровать сонной сестры.

- Что это?! – с ужасом спросила Яна.

- Контрацептивы! Или ты не знала, что от того, чем вы занимаетесь, бывают дети?! Или может ты хочешь на свой выпускной заявиться с пузом?!

Сестрица густо покраснела, но дерзко ответила:

- У нас не может быть детей! Он – инопланетянин!

- Он – языческий бог! Тебе родители голову оторвут, если ты от него залетишь! Так что, жри давай, раз с мозгами не дружишь!

- И не подумаю! Не может быть между человеком и пришельцем детей! Понятно?!

- Нам не нужен полубог в семье!

- Шизофреничка!

Сестры подрались. Во все стороны полетели волосы. Яна оглушила сестру подушкой и, собрав таблетки с одеяла, побежала в сельский туалет, где утопила всю упаковку. Догнавшая Лена отвесила ей подзатыльника. Драка возобновилась.

Разнял их Инаран, подвесив обеих на ветки дерева. Растрепанные и поцарапанные сестры висели и свирепо сверлили друг друга взглядами.

- И все равно я права, – сдула волнистую прядь Лена.

- Я докажу, что нет.

- Драца плохо, – укоризненно произнес Инаран.

- Тебя спросить забыли! – попыталась лягнуть его старшая сестра и с криком свалилась на землю.

- Драца очен плохо.

- Пошёл в ж…пу…

Но вопреки всем неутешительным прогнозам отношения с Инараном не закончились ни через месяц, ни даже через два. Яна продолжала бабочкой летать к нему на свидания и раздражать старшую сестру счастливым видом.

- Вот чего ты бесишься?! – спросил Лену как-то Евгений. – Ну, встречается она со стриптизёром, пускай встречается.

- Я ему не верю!

- Может, ты просто завидуешь, что ты не на её месте?

- Я не завидую!!! Я ненавижу его!!! – взбесилась Лена.

Никто её не понимал и не хотел слушать. Называли завистливой и подлой лицемеркой, которая не могла искренне порадоваться счастью младшей сестры. Подруги и те отвернулись, не желая принимать её слепую ненависть.

Но весной Инаран пропал без следа, а Яна с истерикой призналась семье, что беременна. Отец намеревался найти опозорившего его дочь «негодяя», чтобы укорить на голову. Мать долго причитала и ругала. Евгений пообещал нанять бандитов. Со старшей сестрой Яна подралась.

- Я говорила тебе, что он – языческий бог! Родишь полубога!

- Чокнутая шизофреничка! Оставь меня в покое!

Но на следующий день сестры с рыданиями мирились и обнимались. И в один голос ругали обманщика, строили планы, как вместе воспитают малыша, чтобы он вырос, нашел и дал Инарану по морде.

Двадцать седьмого октября родились тройняшки: девочка и два мальчика. Но из всей семьи Лена единственная кто об этом помнил…

В ночь, когда за детьми пришли, Лену разбудило детское хныканье. Её удивило, что никто не спешил убаюкать малыша. Она тихонечко прокралась в спальню к сестре и увидела крупную фигуру с ножом в руке, занесенной над кроваткой.

Не раздумывая ни секунды, Лена с разбегу толкнула убийцу. Нож выпал, а нападавший головой пробил окно и сбросил с подоконника цветы. Лена кинулась к кроватке, где остался всего один младенец из троих.

Она схватила малыша на руки и побежала прочь из дома.

- На помощь!!! – что есть силы заорала Лена, трезвоня в соседские квартиры.

Никто не отозвался, словно дом вымер.

В ночь и холод Лена выбежала из подъезда и ударами по колесам вызвала вакханалию сигнализаций. Но когда уловка не сработала, она с ужасом осознала, что убийца усыпил или… убил весь район. На помощь ей и ребёнку никто не пришел.

- Только через мой труп, – сглотнула Лена, прячась за одной из машин.

Вскоре сигнализации заглохли одновременно, словно их выключили с одного пульта. Лена затаила дыхание, боком залезая под автомобиль.

«Только бы он не заплакал! Только бы не заплакал!» - как молитву повторяла она.

Шаги приближались и голоса, но куда ползти? Где искать убежище от языческих богов?

Машина, под которой пряталась Лена, взлетала, как по волшебству. Но в момент, когда над беглянкой нависла тень, произошло следующее: взорвались фонари и вспыхнули как головешки глаза преследователей. Поднятая в воздух машина с грохотом упала на соседнюю легковушку. Брызнуло во все стороны разбитое стекло.

Лена поднялась с земли и, укачивая младенца, осторожно приблизилась к неподвижно лежащим телам. Из выжженных глазниц поднимался дым.

- Господи, пускай всё это окажется сном…

Едва рассвело, мертвецы исчезли, как и последствия инцидента. Оцепеневшая от ужаса Лена стояла возле припаркованных машин, наблюдая, как прямо на глазах менялась реальность. Никто больше не пришёл.

Утром обледеневшую сестру и младенца нашёл Евгений. Он ей не поверил и привёз в больницу. Там же перепуганная Лена узнала, что всей семье, кроме неё, поправили память. Она прошла курс лечения у психотерапевта, но до конца не избавилась от страха. Вдруг языческие боги вернутся за последним ребёнком?..

***

Настоящее время

Олега вытащили из воды. Алирая держала его поперек талии и гладила по мокрым волосам. Со всех сторон зажглись сиреневые огни, освещая бескрайнее тёмное озеро, на глубине которого виднелись обрывки видений из прошлого.

- Не погружайся так далеко, – прошептала Алирая, шагая по воде. – Ты не готов для подобных путешествий. Не отделяешь себя от той личности, чью жизнь просматриваешь.

- Я не хотел… – устало сглотнул Олег, собирая разрозненные мысли воедино и избавляясь от остатков чужого страха.

- Понимаю, ты не обучен контролировать дар.

Олег ощутил прикосновение её губ к щеке.

- Что ты искал в чужих воспоминаниях? Зачем погружался?

Он промолчал, разглядывая парящие в воздухе нити. За каждой из них скрывалась чья-то жизнь и судьба. Стоило к ним прикоснуться, как Олега затягивало в озеро – в чужое воспоминание. Ему передавались чувства, эмоции и мысли хозяина нити.

- О своём отце ты мог спросить у меня, – Алирая снова погладила его по голове. – Тебе не нужно искать ответы через кровные узы с людьми.

- Зачем я здесь? – спросил Олег, безропотно принимая ласку. – Что тебе еще от меня нужно?

- Это ты призвал меня, когда искал ответы, – тепло улыбнулась Алирая. – И сейчас это ты позвал меня.

- Ты – самое необычное подсознание из тех, что я встречал во снах.

- Неужели? Ты не веришь в то, что я реальна?

- Нет, – уверено ответил Олег. – Ты – плод моего воображения. Я тебя придумал, чтобы не сойти с ума в этом месте.

По тёмному озеру прошла рябь.

- В твоей жизни присутствует столько чудес, а ты все равно не веришь?

- Чудеса имеют объяснение, а твое существование в моих мозгах – нет.

Алирая громко расхохоталась и закружилась вместе с ним на месте.

- Спроси меня и я отвечу на твои вопросы, – остановилась гостья. – Не погружайся в озеро воспоминаний.

- Почему он ушёл и не помогал нам? Его убили?

Она вытянула руку и перед Олегом засветилась тонкая волнистая нить.

- Одно можно сказать точно, он жив, – Алирая ласково провела вдоль нити кончиками пальцев. – Твои кровные узы с ним сильны. Но…

- Но?

- Твой отец живет очень далеко. Так далеко, что не может чувствовать тебя.

- Но я его чувствую, разве не так?

- Потому что ты сильнее его. Взгляни, – она провела рукой и от ее действия засветились сотни нитей. – Посмотри, какие красивые и яркие кровные узы, связывающие тебя с людьми. Слышишь? Как они отзываются мелодией? Чувствуешь их эмоции?

В озере отражались истинные образы нитей. Яна сидела за компьютером и быстро печатала. Бабушка Дарья смотрела сериал на кухне. Дедушка Геннадий чинил табуретку, зажав губами пару гвоздей. Евгений в белом халате и фонендоскопом на шее гордо вышагивал по коридору. Лена читала сказку дочери.

- Есть и такие как мы с тобой, – продолжила Алирая, делая шаг в сторону. – Видишь? Какие они тонкие и как их мало. И никто из них не подозревает о твоем существовании.

- Так тётя Лена была права? Они языческие боги?

- Нет. Мы называемся веронами, – Алирая с грустью коснулась тонкой нити Инарана. – Нас связали миллионы нитей кровных уз, но сейчас… они порваны, и я не слышу их мелодии.

Она нахмурилась и поднесла Олега к ярко-алой нити.

- Генлий… – прошептала Алирая с дрожью в голосе. – Я никогда не видела его нити кровных уз – он всегда скрывался за туманом…

- А это кто? – указал Олег на две ярко зажегшиеся нити. – Они тоже вероны?

В отражении озера двое детей копошились в одежде и мерили костюмы, придирчиво рассматривая себя в зеркалах.

- Я думаю, что вы скоро познакомитесь, – не сумела скрыть радости в голосе Алирая.

Она поцеловала его в висок, а затем мальчик проснулся.

Глава 8

Размараль

Воспользовавшись всеобщей суматохой первым в замок вернулся Акрас. С того момента, как к нему попала книга на древнем языке, его мучило непреодолимое желание посетить обитель советника. Вдруг среди бесчисленной коллекции Завса найдется словарь?

Акрас не опасался, что хозяин кабинета вернется. Завс нескоро выберется из больницы после наводнения, устроенного непокорным наследником. Нечто подобное Акрас ожидал от вспыльчивого старшего брата. Бунтарь никогда не смирится и не склонит головы. Глупый советник натерпится мук от так называемого наследника, если не поймет, что легче устранить мальчишку, чем контролировать его действия…

Шлепая по мокрому полу и обходя препятствия в виде опрокинутых столов и предметов декора, Акрас приблизился к заветной двери. Без сомнений, советник защитил кабинет магией от непрошенных гостей. Но нарываться на расставленные ловушки в планы принца не входило. Он подошел к стене и коснулся её кончиками белых когтей.

По камню прошла волна, а затем открылся тайный проход.

Оказавшись внутри помещения, Акрас победно хмыкнул. Вопреки всеобщему мнению, магический дар в нём пробудился в положенный срок, правда, не стихийный, а ментальный – большая редкость среди веронов. И бесталанность – прекрасное прикрытие для невидимки. Лишнее внимание ему ни к чему.

Не зажигая свет, Акрас осмотрелся. От безвкусной роскоши рябило в глазах. Но… от каждой безделушки и щепки в кабинете старого параноика фонило тёмной магией. Завс боялся собственной тени и защищался всеми доступными способами.

Акрас подошел к столу с документами и личными вещами советника. У Завса имелся портал, ведущий в тайник, куда прятались самые ценные талисманы и артефакты. Вопрос только, где установлен проход?

Взгляд принца остановился на большом прямоугольном зеркале. Тайник показался слишком простым и очевидным…

Отражение исчезло после первого же прикосновения к золотой оправе. Акрас разочаровано хмыкнул. Чего и следовало ожидать от ленивого советника, с трудом передвигающегося от ожирения.

Портал вел в зал с неаккуратно сложенными коробками вдоль многочисленных полок. Посередине непримечательного серого помещения располагалась белая каменная чаша, оплетённая живыми ветвями.

- Чаша власти, – прошептала Акрас и провел кончиками пальцев по поверхности холодной гладкой реликвии.

В старые тёмные времена бывали случаи, когда венценосный младенец рождался у пары веронов, не имевшей отношения к ветви королевской семьи. И чаша власти указывала местонахождение новорожденного с помощью кольца-атрибута. Для веронов древности было важно найти его, обучить и передать городу, где ему предстояло править и держать оборону.

Инаран как-то упоминал при сыне, что жена его брата Искроса – Алирая носила кольцо-атрибут. Веронка не являлась прямым потомком ни Дунгрога, ни тем более Фарада, что не помешало ей править одним из крупных веронских городов и не уступать по силе никому из веронов главной ветви королевской семьи.

Акрас прошел бы мимо чаши, если бы его не привлек металлический блеск. Принц осторожно приблизился к алтарю и заглянул внутрь. В голубоватой воде лежало небольшое кольцо с васильковым камнем.

- Еще один безродный бастард, – равнодушно произнес Аркас, теряя интерес и обращая взор на полки с коробками.

Внезапно кольцо подпрыгнуло, едва не стукнув принца по лбу. Оно обжигало силой и требовало найти его хозяина.

- Замолчи, кусок металла, – принц отошел на безопасное расстояние.

Когда Акрас рылся в коробках в поисках полезных вещей, кольцо подпрыгнуло так высоко, что со звоном упало на пол и по инерции сделало еще несколько лягушачьих скачков.

Оно отзывалось на кровные узы.

Акрас пожалел, что не умел глушить кровную связь, как Акрон – дядя Инарана и свободный брат Конрака. После гибели Искроса Акрон отказался принимать титул временного правителя, послал матерное проклятие совету магов и скрылся в неизвестном направлении. Найти его ни одной ищейке так и не удалось.

Кольцо покатилось, дав понять, что не отстанет. Акрас раздраженно опустил взгляд на артефакт.

- Я не могу тебя взять, – произнес он вслух, ощущая всю глупость ситуации. – Завс заметит твою пропажу, и тогда я сюда больше не попаду!

Непонимающее кольцо очертило дорожку синего пламени вокруг фигуры принца.

Акрас глубоко вздохнул. Он совершил ошибку в тот момент, когда поддавшись любопытству, заглянул в чашу власти. Кольцо-атрибут преследовало владельца до тех пор, пока не оказывалось на его пальце или хотя бы в кармане. Свободно проходило сквозь стены и магические преграды. Странно только то, что оно преследовало Акраса…

- Катись к хозяину! Чего ты ко мне пристало?

Огненная дорожка продолжала расти. Когда кольцо в очередной раз высоко подпрыгнуло, Акрас машинально отмахнулся от него…

Тысячи голосов зазвучали в голове, из носа пошла кровь, а щеку обожгло холодом после соприкосновения с грязным полом. Мир кружился, вертелся и туманился.

- Змей, – позвали.

На пол попадали коробки с верхних полок. Веером рассыпались завернутые в ткань картины. На нескольких ткань вздулась и порвалась, словно от сильного порыва ветра.

Раньше Акрас не верил в рассказы слуг о том, что в картинах веронов жили призраки. Во дворце висело тысячи самых разных портретов со всех уголков Размараля, но никто из них никогда не оживал. Однако, по какой-то причине после смерти Искроса, Завс распорядился снять портреты правителей прошлого и сжечь. Но уничтожить древние холсты оказалось советнику не по зубам: картины не горели в огне и не тонули в воде, их не брала кислота и тёмная магия.

Акрас лежал на полу безвольной куклой, когда одна из картин приняла прямое положение и со скрипом развернулась к нему лицевой стороной. На холсте неведомый художник изобразил белокурого юношу с голубыми глазами. Серебряный костюм без единой складки или пятнышка. Идеально ровно сидящая на голове корона…

- Дунгрог, – опознал предка Акрас.

Юноша на портрете оживал и шевелился. Некоторое время он рассматривал потомка с придирчивым строгим прищуром. Испачканный в грязи и в крови Акрас представлял то еще зрелище.