Дети грозы. Кровные узы

- Тебе рано знать, кто я, хотя мы и давно знакомы с тобой, – последовал туманный ответ, – но что для меня дело прошлое, для тебя – будущее.

Она повернулась, но её лицо никак не запоминалось, словно ускользало от взгляда. Глаза незнакомки за одно мгновение поменяли несколько цветов.

- Жаль я не дожила, чтобы увидеть, – девочка коснулась плеча Олега дрожащей рукой. В меняющих цвет глазах зажегся фанатичный блеск, – как колесо завертелось… как все нити пересеклись… не застала триумф моего лучшего ученика…

- Где мы? – спросил Олег, решив не вникать в бессмысленные фразы безумной гостьи.

- В царстве снов.

- Ну, то, что сплю, я и так понял…

- Я не говорила, что это твой сон, – засмеялась девочка. – Пора разрушить тёмные чары!

С неожиданной силой она толкнула его в огонь. Олег полетел в темноту, чтобы приземлиться в густую жижу. Его чувствительный слух резанул отчаянный крик, а в нос ударило смрадом падали.

Неуверенно Олег поднялся. Постепенно зрение привыкало к гнетущей и неприятной тьме. Казалось, нечто смотрело на него из темноты. На мгновение он ощутил движение в жиже и подготовился к нападению. Но… едва невидимый враг коснулся его ноги, как пространство ослепило вспышкой света, а нечто с диким воем отступило. К смраду падали добавилась вонь палёного мяса.

- Прочь! Прочь! – выло из тьмы. – Он мой!

Внимание Олега привлекла крошечная белая точка. Он направился прямиком к ней, ощущая необходимость выбираться из странного места и с трудом пробираясь через мерзкую жижу.

Белой точкой оказался тонущий мальчик в белой одежде. Олег, наконец, понял, что за жидкость хлюпала под ногами и мешала идти…

- Вернись! Вернись! – кричал пленник кошмара, захлебываясь слезами и беспомощно барахтаясь в гниющем супе из крови и костей.

Поддавшись порыву, Олег потянул его за руки. Жижа не отпускала и, казалось, хищно рычала.

- Он мой! – выло невидимое нечто. – Прочь!

Но Олег не сдавался и продолжал с усилием тянуть мальчишку из трясины. От его фигуры распространился синий огонь. Тьма постепенно расступалась, а кровь превращалась в воду, привычные голоса из воспоминаний заглушили вой невидимого чудовища.

Олег повалился вместе с освобожденным из трясины пленником.

- Не трогай меня, бастард! – спасенный взмахнул когтями. – Это ты виноват!

Пока Олег флегматично трогал кровоточащие царапины на лице, мальчишка ошеломленно вертел головой.

- Это не сон и ты не Амрон… – прошептал он, после минутного изучения спасителя. – Что за магию ты используешь?

- Понятия не имею.

- Разве это не твой дар оборвал мой кошмар?

- Понятия не имею, – повторил Олег, поднимаясь и отряхивая одежду.

- Кто тебя прислал?

Олег едва в третий раз не сказал: «понятия не имею», но вместо этого направился в противоположную от мальчика сторону.

- Ты куда?!

- М-м-м, прогуляюсь, пока не проснусь. Любой сон когда-нибудь заканчивается, даже самый бредовый.

- Кто тебя прислал ко мне?! – догнал его спасенный мальчик. – Я не просил о помощи!

- Оно и видно было, – хмыкнул Олег.

- Где мы находимся? – нахмурился призрак. – Что это за место?

Ответ читался на лице Олега.

Название место не имело. Да и у кого спросить, если тебя окружали немые? Раньше он блуждал по озеру в одиночестве, разглядывая безмолвных призраков, встречавшихся по пути. Тишь да благодать. Но гость из смрадного болота принес с собой беспокойство и шум. От его голоса дрожала поверхность воды. Алирая Олегу нравилась больше – она самая неназойливая часть его подсознания – появлялась редко.

- Ты же не первый раз здесь?.. – напомнил о себе призрак.

- Не первый, но я не знаю, как сюда попадаю. Иногда везет, и я просто вижу самые обыкновенные сны, но чаще часами… днями… блуждаю по этому месту… встречаю таких, как ты… призраков.

- Я не призрак! И я не хочу застрять здесь на несколько дней!

- Боюсь, у тебя нет выбора.

- Есть же какой-то выход?

- Есть. Проснутся.

- Не смешно!

- Похоже, что я смеюсь?

Постояли, помолчали. В тишине потрескивал огонь, разлетались обрывки фраз из озера.

- Почему ты назвал меня призраком? – нарушил молчание мальчик.

- Это первое что пришло мне в голову. Надо же как-то вас называть, – пожал плечами Олег и продолжил путь в неизвестность.

- Нас?

- Вон твои друзья стоят, смотрят, – Олег указал вдаль. – Но в отличие от тебя, эти никогда не разговаривают со мной. Раньше напрягали, но я привык к ним.

Взглянув в указанную сторону, мальчик изменился в лице.

- Там же стоят мертвые!

- Да? – с безразличием уточнил Олег и снова пожал плечами: – Может и так. Значит, я угадал с названием.

- Но я живой!

- Не исключаю.

Спасенный мальчик разозлился:

- Почему ты такой спокойный?! – заорал он. – Разве ты не боишься застрять здесь навсегда?! Почему ты ничего не делаешь для того, чтобы вытащить нас отсюда?!

- Любой сон заканчивается, даже самый длинный, – последовал ответ.

- Ты разве не понимаешь, что находишься на границе с миром мертвых?! Здесь можно застрять, глупый микроб!

- Я всегда просыпаюсь, – ответил уверенно Олег и продолжил прогулку.

Призрак вновь последовал за ним, будто опасался остаться наедине с мертвыми. До слуха доносилось его недовольное бормотание.

- Меня Акрас зовут, – представился призрак спустя полчаса блужданий.

Олег ничего не ответил.

- Ты не хочешь назвать мне своё имя? – послышались нотки раздражения в голосе Акраса. – Или я и дальше могу обращаться к тебе, как к глупому микробу?!

- А надо? Я думал, ты и так знаешь моё имя.

- Представь себе, не знаю! Ты разве не догадываешься, кем я прихожусь тебе?

Олег обернулся:

- Ты часть моего подсознания с нелепым именем.

- Я не твое подсознание, глупый микроб! Я – твой брат! – вновь вспылил призрак. – И у меня нормальное имя!

- Пусть будет так.

- Как же ты бесишь…

Олег впервые засмеялся. Спорить с собственным подсознанием оказалось занятно. Разве что непонятно, почему оно принимало такие причудливые образы. Вначале женщина, затем маленькая крылатая девочка, а сейчас брат со странным именем.

- Ты хуже Амрона! – продолжил Акрас. – Они же тебя нашли? Так?

- Кто нашел?

- Два таких же глупых микроба, как ты!

- Те двое сумасшедших, считающих себя детьми короля, а меня его наследником?

- Э-э-э… да, – неуверенно отозвался Акрас.

- Да, нашли.

- И когда они привезут тебя на родину? Они сказали тебе?

- На родину? – остановился Олег и повернулся к брату. – Я не собираюсь никуда переезжать. Я прекрасно себя чувствую дома.

- Но ты – наследник! Ты должен приехать в Размараль и занять трон!

- О, еще один псих, – закатил глаза Олег. – Я никому ничего не должен!

Акрас упрямо поджал губы и нахмурился. Из его носа потекла кровь, а Олегу показалось, что ему почесали череп изнутри.

- Ясно… все оказалось сложнее, чем я думал, – вытер кровь рукой Акрас. – Я ожидал, что с тобой как истинным наследником будет проще, чем с Амроном.

- Я никакой не наследник, вам промыли мозги сектанты…

- Смотри туда! – перебил его Акрас, указывая на мертвых. – Там стоят твои предки! Там стоят короли!

Он взял Олега за руку и без страха приблизился вместе с ним к стене из мертвых.

- Они все здесь! Вот Дунгрог, а это… - Акрас запнулся, когда сверкнула молния и раздался раскат грома.

Мертвые ожили и одновременно повернули головы к мальчикам. Безмятежная вода пришла в движение, по ней побежали волны. И грохот был такой, что казалось, со склона катилась огромная тележка с инструментами.

- Это была очень плохая идея! – заорал Олег, пытаясь перекричать приближавшийся грохот. – Называть его имя здесь!

- Ты не предупреждал меня об этом! – закричал в ответ Акрас.

- А ты не спрашивал!

- И что будет?!

- Я однажды призвал покойного прадедушку, и он меня часа три отчитывал, пока ему не надоело! А ты кого позвал?!..

Акрас упал, будто на него упали каменные плиты, Олег и сам едва не грохнулся от силы придавившей плечи. Он помог брату подняться, но тот висел на нём безвольной куклой.

- Он слишком силен для нас… – прохрипел Акрас, кровь текла не только из его носа, но из глаз и из ушей.

Тот, кого называли Дунгрогом очнулся и пошевелился. Он оценивающе взглянул на потомков и взмахом руки поднял гигантскую волну. Не сговариваясь, братья вцепились друг в друга, а затем их с головой погрузило под воду.

***

Раздавшиеся в глубине сада крики привлекли внимание наложниц правителя, кичливыми группами важно расхаживающих по гаремному скверу. Удивления, испуга или ужаса на прекрасных лицах дам не отразилось. Борьба за власть – не женское дело, любопытные долго не жили. И это правило девы гарема усвоили прочно.

Не утративший свойственного детям любопытства пятилетний сын короля встал на стул. Но самое интересное скрывали фруктовые деревья, живая изгородь и дурацкий фонтан в форме пучеглазой рыбы, льющей воду из ноздрей. Шутника-скульптора король казнил, а его творение оставил повеселить наложниц.

- Инаран, сядьте, – попросила мачеха Гнера, прикрыв немолодое костлявое лицо коричневым веером. Завернутая во множество дорогих тряпок, словно бежевый цветок, она сидела сбоку от юного принца.

- А кто кричал? – спросил мальчик, нахмурив чёрные изогнутые брови.

На миг его серые глаза вспыхнули, зародив в Гнере бесплодную надежду на пробуждение дара у подопечного. Но нет. Магический блеск погас. Принц унаследовал внешность отца, но, к сожалению, не его могучую силу.

- Так кто кричал? – напомнил о себе Инаран.

- Никто, вам показалось.

Когда ребёнок спрыгнул со стула на землю, Гнера преградила ему дорогу костылём и ласково спросила:

- Вы помните, что вам велел брат?

- Во всем слушаться Гнеру, – со вздохом ответил мальчик, не теряя надежды улизнуть от назойливой няньки за пределы обители королевского гарема.

- Раз вы помните, давайте продолжим, – она указала на заколдованные фигурки из игры под названием «Акша» [Логическая игра с живыми фигурами, где игрок выступает в роли полководца, управляющего армией].

- Но…

- Инаран, не заставляйте меня рассказывать о вашем поведении Искросу. Мы же не хотим расстраивать вашего брата? Правильно?

Инаран посмотрел на других женщин в поисках поддержки, но никто не возразил Гнере – негласной королеве гарема. Со вздохом мученика принц подчинился ей и сел рядом за чёрным игровым столом.

- Продолжайте играть, – властно кивнула Гнера.

Вторая жена короля – Ила усилием мысли переставила фигуру на магической доске. Инаран нахмурился. Несмотря на нежный возраст, он прекрасно понимал, что ему поддавались. Неглупая Ила намерено выбрала наиболее неудачный и проигрышный вариант.

- Бой окончен, ты проиграла, – произнес Инаран, поставив подбородок на ладонь.

- Ваше высочество, мы восхищаемся вашим умом! Вы снова победили! – дружно захлопали в ладоши сразу четыре дамы.

- Когда вернется Алирая? – с капризной нотой спросил принц. – Почему она не играет со мной?! Где она?!

Наложницы замолчали и застыли с глупыми натянутыми улыбками. Гнера взмахом веера показала, чтобы они убрались прочь.

- Поймите, наконец, Алирая не вернется к нам, Инаран, – мягко сказала мачеха, едва осталась с принцем наедине.

- Почему?!

- Она предала корону.

Во взгляде Инарана отразилось недоумение. Он считал Алираю лучшим другом, и не понимал, как предательство короны мешало играть с ним? Она же корону предала, а не их дружбу.

С первого дня жизни младший принц вместе с тремя братьями-одногодками жил у Алираи в городе Элире и лишь три месяца назад переехал в столицу к отцу. В день переезда замок Алираи пылал. Инарана с братьями грубо вытащили из кроватей, вынесли сквозь дым и пламя на улицу. Кашляющих детей показали жуткой тени.

- Этот подходит, – булькнул голос, указывая на Инарана. – Остальных убрать.

Его одного привезли в столицу, где передали Гнере. Со дня переезда он не видел ни братьев, ни Алираи. Скучал по ним и плакал по ночам. Спрашивал. Его просили забыть.

- Если я предам корону, то я смогу снова с ней играть? – спросил Инаран.

Гнера едва со стула не упала:

- Немедленно забудьте о своих словах! Не хватало, чтобы об этом услышал ваш отец!

Инаран насупился еще больше. Какое дело великому королю до младшего бесперспективного сына? Отца принц видел всего два раза в жизни: в момент рождения и на празднике плодородия, когда король уделил ему пару секунд драгоценного времени, сказав одно слово: «Прелестно».

- Пообещайте, что забудете о своих словах! – потребовала Гнера, взяв Инарана за плечи.

Угрюмо принц кивнул, не понимая причину тревоги мачехи. Успокоившаяся Гнера погладила его по чёрным волосам и добродушно сказала:

- Скоро приедет Искрос, и вы сможете поиграть с ним.

- Он всегда занят… Алирая играла с нами… и она не проигрывала…

Гнера еще что-то хотела сказать, но её отвлекла возня у входа в сквер. Жёны короля испуганно убегали и прятались во дворце.

- Инаран, мы уходим! – Гнера поднялась, поморщившись от боли в ноге.

Не успела: гость двигался быстрее.

- Решила вспомнить молодость и побегать от меня, Гнера? – раздался бархатный голос, принадлежащий высокому смуглому мужчине в чёрном костюме. У гостя были огненной расцветкой волосы и серебряные глаза с горизонтальным зрачком.

- Братик! –искренне обрадовался визитеру Инаран.

Он соскочил со стула и, до того как ему помешали, подбежал к старшему брату и был поднят им на руки.

- Генлий, мужчинам запрещено входить на территорию королевского гарема, – сдержанно произнесла Гнера.

- Я никогда не спрашиваю разрешения, – ответил он, подбросив брата в воздух и сразу поймав его.

Генлий крепко обнял Инарана и прошептал:

- Как же я счастлив, что хотя бы ты жив…

- Ты меня задушишь, – пропищал в ответ малыш, морщась от запаха курительной травы, пропитавшего одежду брата.

- Генлий, я попрошу вернуть мне ребёнка назад, иначе я приму меры! – нарушила идиллию Гнера.

- И что ты сделаешь? – сузил глаза Генлий. – Пожалуешься папочке? Может, он, наконец, обратит внимание на давно забытую хромую рабыню.

Красивое молочно-белое, но уже не молодое лицо Гнеры перекосило.

- Если потребуется… моя хромота не помешает мне передать королю о вашем интересе к его гарему!

- О, Инаран, ты только посмотри, какая у тебя грозная мамочка, – засмеялся Генлий. – Давай от неё убежим!

- Давай! – весело отозвался Инаран.

- Пока-пока, Гнера, – щелкнул пальцами Генлий.

Постепенно картинка мира сминалась, исчезали краски и очертания сквера. Фигуру старшего брата окружали вихри и всполохи красных молний. Генлий намерено тянул с перемещением ради Инарана.

С открытым ртом малыш рассматривал образовавшуюся энергетическую червоточину. Стены напоминали глотку чудовища, покрытую тонкой алой мембраной, через которую рвался иной полный опасностей мир. Нечто хотело поглотить непрошеных гостей, тянуло к принцам жадные пасти и когти. Инаран теснее прижался к брату, разглядев через мембрану огромный недружелюбный круглый глаз…

Женщины в гареме говорили, что магия Генлия – тёмная, злая. Но Инарану сила старшего брата казалась таинственной, словно огонь, к которому нельзя, но хотелось прикоснуться.

- Убежали! – задорно сообщил Генлий, когда исчез последний язычок красной энергии.

Они перенеслись в королевский сад, знакомый принцу видом с безопасной высоты балкона.

- Мне сюда не разрешают ходить, – пожаловался Инаран, осмотревшись.

- Со мной тебе везде можно.

- А если король узнает? – прошептал Инаран.

- Я его не боюсь, – таким же шепотом ответил Генлий.

Принц завистливо вздохнул. Со времени жизни во дворце, отец представлялся ему пугалом. При малейшем чихе или непослушании наложницы угрожали приходом короля и неминуемым наказанием.

- Пойдем, встретим… Искроса, – произнес Генлий, опуская ребёнка на землю и беря его за руку.

- Он приехал? – обрадовался Инаран.

- Да.

- Алирая с братишками приехала с ним?

Генлий слишком сильно сжал кисть мальчика. Инаран удивленно выдернул руку и обиженно уставился на старшего брата. В серых глазах стоял только один вопрос: «За что?»

- Извини, Инаран, я не специально.

- Я что-то сделал не так?.. Почему ты злишься?..

- Я не злюсь! – Генлий ущипнул младшего за щёку. – Как можно злиться на милашку с такими пухленькими щёчками?

Инаран поморщился – он терпеть не мог, когда его щипали и относились как к несмышленому младенцу. Но любимому старшему брату юный принц прощал многое, поэтому промолчал.

Издали послышался собачий лай. Мальчик первым заметил крупную бойцовскую собаку отца. Не задумываясь над действиями, Инаран громко и агрессивно зарычал на пса. Животное остановилось на полпути и, жалобно скуля, убежало прочь.

- Странно…

- Что странно? – недоумённо посмотрел на старшего брата Инаран.

- Ничего. Я хотел сказать, какой ты молодец, что не испугался, – снова взял мальчика на руки Генлий.

Принц надулся от гордости. Старший братик его похвалил.

В следующее мгновение Генлий шумно втянул воздух и уверено направился вперёд, раздвигая усыпанные голубыми цветами ветки деревьев.

Искроса окружили младшие сыновья короля в центре каменного сада.

Инаран крепче прижался к Генлию. Его пугали остальные старшие братья. Они казались пустыми, бездумными и страшными. В их облике присутствовали внешние уродства: клешни, рога, панцири и лишние отростки. Братьев словно лепили из глины, да долепить забыли. В гареме их побаивались и презрительно называли «полукровками».

- Тише, Инаран, они нас не видят, – прошептал Генлий, продолжая с интересом наблюдать из укрытия.

Некоторое время на поляне хранилась тишина, пока полукровки не сорвались с места и не набросились на наследника.

Искрос не сдвинулся и не уклонился. Ему хватило одного движения иссиня чёрной брови, чтобы пробить магическую защиту и разбросать противников в разные стороны, словно игрушки. Каменный сад был полностью разрушен, а полукровки больше не поднялись.

- Изящества тебе по-прежнему не хватает, каким был дуболомом, таким и остался, – вышел из тени садовых деревьев Генлий.

Заметив младшего принца, наследник печально изогнул уголок рта.

- Видишь этот взгляд, – продемонстрировал малыша на вытянутых руках Генлий, – я тоже когда-то на тебя так смотрел, как он…

- Генлий, когда-нибудь ты поймёшь меня, а теперь отдай Инарана мне.

- А этот цирк был проявлением королевской скуки? – не унимался Генлий, поставив Инарана не землю и закрыв его ногой от брата. – Тебе не кажется, что наш старик окончательно выжил из ума?! Наплодил образин и теперь не знает, что с ними делать и на ком испытать!

Искрос промолчал.

- Не хочешь со мной поговорить? – поинтересовался Генлий буднично, словно спрашивал о погоде. – Я вообще-то пытался с тобой связаться. Где ты был, когда их… убивали?! – последнее слово он процедил сквозь зубы.

- Мне нечего тебе сказать, – ответил Искрос.

- Так ты знал…

Инаран испуганно следил, как Генлий призвал боевую магию, а из его запястий под вспышки красных молний показались доклы [Докл – оружие, напоминающее хлыст с лезвиями, является частью скелета и локтевой кости].

Оба докла устремились в Искроса, но остановились, словно натолкнулись на невидимую преграду. Раздался противный скрежет и хруст.

- Не смей. Мне. Угрожать, – глаза наследника воспламенись серебряным огнём.

Генлий схватился за горло и захрипел. Доклы безжизненно повисли, лишенные энергии.

- Ты, кажется, забыл, кто я такой.

Генлий опустился на колени и отдышался, чтобы сказать:

- Я тебе никогда не прощу…

- Как-нибудь переживу.

Не вставая с колен, Генлий исчез, оставив после себя выжженный участок земли.

- Ты испугался? – тихо спросил Искрос, присаживаясь напротив Инарана.

- Я не люблю, когда вы ссоритесь…

- Мы больше не будем. Веришь?

- Нет.

- И правильно, – с усмешкой потрепал густую шевелюру мальчика Искрос.

Наследник закатал рукав Инарану и, не используя краски, нарисовал на коже брата едва заметный белый рисунок.

- Что это? – недоумевал юный принц.

- Печать… Пока ты под ее защитой, никто и никогда не сможет тебя убить. Но она имеет тёмную сторону. Из-за неё теперь ты – пленник дворца. Ты в безопасности только за его стенами.

- И я никогда не смогу жить в другом месте?!

- Когда-нибудь сможешь… – ответил Искрос и совсем тихо прошептал: – когда меня заменит другой, ты будешь свободен.

- Но у меня есть ты! Ты меня защитишь! Ты всегда защищаешь меня! Зачем мне эта глупая печать?! Я не хочу быть пленником!

- Я не всегда буду с тобой… а печать – гарантия того, что я не увижу тебя мертвым. Инаран, не покидай дворец, как бы тебе страшно и жутко не было. Только его древняя магия тебя защитит от тьмы, проникнувшей в Размараль. Наш дом – наша крепость. Помни это всегда. Доживи до дня, когда меня… заменит другой.

Юный принц коснулся щеки брата, с удивлением разглядывая капельки слёз. Он впервые видел, чтобы могущественный и бесстрашный наследник плакал.

- Ты самое дорогое, что у меня осталось, – крепко обнял мальчика Искрос. – Я очень хочу, чтобы ты выжил в этой жестокой войне.

Инаран обнял наследника в ответ. Если так говорил старший братик, то, значит, так правильно. Какие могут быть сомнения?..

***

Попавших в плен отцовских воспоминаний братьев вытащила Алирая, поднимаясь вместе с ним в воздух над озером. Мальчишки закашлялись, сплевывая воду.

- Говоришь… всегда просыпаешься, глупый микроб? – саркастически уточнил Акрас и снова закашлялся: - Не хотел бы я быть тобой…

- Представь… я от себя тоже не в восторге, – хрипло ответил Олег, вытирая веко.

Акрас повернул голову к молчаливой спасительнице.

- Вы надеялись, что они живы… – произнес он, как будто знал, о чём она думала.

Алирая устало закрыла глаза и тихо произнесла:

- Пора просыпаться, мальчики…

Глава 16

Открытые миры. Размараль

Инаран лениво обводил взглядом тронный зал с бегающими дворянами, слугами, переодетыми под слуг журналистами, тайком фотографирующих королевскую чету. Без сомнений, уже утром будет опубликовано в новостях «красивое» изображение не выспавшегося Инарана, его спящего лохматого сыночка на ручках у мамаши, накаченной наркотиками до такой степени, что её красивое лицо выглядело как у слабоумной. Еще и озаглавят: «Так выглядит равнодушие!»

Старший принц никому ничего не приказывал и не отдавал никаких распоряжений. Без его участия союз миров шумел, как огромный улей. Кто-то проболтался о побеге детей, а стоило слухам достигнуть ушей журналистов, как наступил хаос. Во всех новостях трубили об исчезновении веронского наследника. Искали везде. Строили теории, ожидали требований выкупа, обвиняли демонов и невидимых врагов.

Старшему принцу одному из первых доложили о том, что наследник снес защитные заклинания, не позволяющие покинуть замка. Инаран никак не отреагировал на информацию, зная, что сын вернется. Амрон и раньше исчезал на пару часов, но после церемонии контроль над ним ужесточился и его пропажу всё-таки заметили…

Никто не сомневался, что нанятая Завсом Ариша найдет детей, где бы они не скрывались. А вот сможет ли вернуть назад, если они не захотят, большой вопрос. Будет неосторожна, Амрон её случайно убьет и окончательно испортит отношения веронов с ариантами.

Инаран на мгновение представил, сколько придется писать извинений старому Таиншу за убийство его подданной. С нетерпимым упрямым правителем ариантов и раньше отношения не складывались. Дунгрога он ненавидел, Ганрона называл бесхребетным муженьком Лидеемы, Конрака – слизким червем, Акрона – ворчливым бревном, Искроса – нелепым щенком, а Инарана – бесполезной пылью.

Из всех веронских правителей Таинш восхищался только воинственным покойным королём Фарадом – дядей Дунгрога. Одного его он называл по имени [знак уважения у ариантов].

Инаран слышал легенду, что Фарад ариантскому правителю челюсть сломал во время дружеского спарринга. Правда или нет, сказать никто точно не мог. Свидетелей в живых не осталось из-за давности случившегося. Но Таинш всегда хорошо вспоминал о Фараде при встречах с Искросом, не забывая называть прошлого наследника нелепым щенком. К Амрону пока не прилепилось обидного прозвища от старика, и то, потому что они не встречались.

- Почему она возится так долго?! – вслух воскликнул Завс, отвлекая старшего принца от раздумий. – Они должны были уже вернуться во дворец!

Инаран промолчал. Если Завс в ближайшее время не возьмет ситуацию под контроль, вмешается совет магов, а то и стражи границы не останутся в стороне. Амрону не позволят сбежать, как брату Конрака, а Завса заменят кем-нибудь другим.