Адрес сердца: Останется в лагере?

Дальше шли страницы совершенно абсурдных наблюдений, сносок и схем.

“Раздел 1: Лера Соловьёва, далее С.

Представляет эпидемиологическую угрозу.

Основные данные: больна туберкулёзом, со слов вожатых некой закрытой формой. С. состоит в 8 отряде, 10 лет, на смене также находится её старший брат — Витя Соловьёв, 1 отряд (предположительно здоров, потому интереса не составляет).

Внешний вид: бледная настолько, что схожа с мертвецами, под глазами синие круги. Худая, низкая, т. е. хилая.

Наблюдения:День 1.

Наблюдался сухой кашель на протяжении полдника. (Примечание: по какой причине бездействуют вожатые?)

После завтрака воспитательница сопроводила С. в медпункт.

День 2.

Вожатая К. (см. раздел 2) каждый приём пищи предлагает С. добавку. С. отказывается.

Доверенное лицо сообщило, что в медпункте С. выдают некие медикаменты. (Примечание: позднее информация была проверена на достоверность.)

Обнаружены личные записи С. Объект пишет о “постоянном утомлении, сонливости по утрам” о том, что “родители слишком контролируют.”

(Примечание: благонамеренные родители не отправили бы С. в лагерь к нормальным здоровым детям.)

За 12 часов наблюдений С. чихнула 5 раз, кашлянула 6 раз. (Примечание: возможна погрешность.)

День 3.

С. не соблюдает предписания врача.

Провожу информирование отряда о постоянной эпидемиологической угрозе.

С. установила контакт с Олей Абрамовой (предположительно безопасна) и Антоном Бобровым (ревматизм, не заразен). А. и Б. — основная угроза распространение инфекции от С. (Примечание: стремлюсь держаться на расстоянии.)

С. избегает физической активности. Раздражительна.

День 4.

Кожа объекта темнеет вследствие солнечного воздействия, однако цвет загара вызывает у меня опасения — болезненно-желтоватый.

Перед сном С. увели в лазарет. Поднялась температура.

(Примечание: наблюдаю за А. и Б. на предмет симптомов.)

День 5:

С. вернулась в отряд. У объекта с большой вероятностью повышена температура.

Замечание: врачи в пионерском лагере “Большая медведица” либо профнепригодны, либо испорчены капиталистическими взглядами.

(Примечание: продолжаю вести наблюдения.)”

Витя перелистнул несколько страниц, сжимая челюсть. Что ещё накалякал этот Стас, кроме странных заметок о состоянии Леры?

Дальше были другие “разделы”.

“Помощница вожатого 8 отряда Ирина Кравцова проявляет преступно халатное отношение к безопасности пребывания детей в лагере. Старшая вожатая Юлия Сергеевна приходится племянницей начальнице лагеря Октябрине Михайловне, что указывает на кумовство. Это чуждое настоящему советскому человеку влияние окончательно подрывает авторитет организации. Завхоз Петрович крайне угрюм и неприветлив, что вызывает подозрения. Персонал столовой неприветлив, присутствуют подозрения в уменьшении граммовки порций. Физрук Василий Степанович распространяет двусмысленные юмористические рассказы на политическую тематику, что провоцирует моральное разложение молодёжи. А также ежедневно праздно свистит в свисток, не выполняя рабочую норму.

Таким образом, так называемый лагерь “Большая медведица” ни в коей мере не напоминает адекватное место отдыха детей. С чистой совестью, положа руку на сердце, могу утверждать, что родители допустили непоправимую ошибку, сослав меня в это учреждение. Здесь проводят опыты по изучению механизма распространения болезней. Администрация подкуплена либо имеет личный интерес”.

— Мелкий доносчик! — Витя, вскипев, чуть ли не отбросил тетрадь в кусты.

Изучает Леру как какой-то объект исследования, чуть ли под лупой не рассматривает, роется в личных вещах!

Нужно с ним побеседовать... Без драки, но доходчиво.

— Отправим Шустрого забить встречу в парке, — решил Тимур.

Витя хмуро кивнул.