Покорение тела

Глава 18

Когда их интерес к нашим с малышом действиям угас, они сели за стол, а мы продолжили играть в траве. Ты заметила? произнесла таинственно Мия, обращаясь к Ваннесе, но уши навострили все, перестав жевать и пить. Он не смотрит в сотовый телефон. Он не принимает звонки и не звонит сам. Он вообще не смотрит в телефон, даже когда приходят сообщения. Нет, он не пугается и не прячет сигналы, он просто игнорирует их. Он инопланетянин. Таких людей не бывает. Ваннеса поймала себя на мысли, что и она не раз уже смотрела в экран смартфона, а новенький iPhone 11 Pro Max Александра лежал безжизненно на столе, издавая редкие сигналы и открываясь свечением, выдавая сообщения о погоде. Но ей это казалось тогда чем-то необычным. А теперь в ней закрался червячок неуверенности: не может человек быть таким отстранённым от мира. И когда я подошёл к столу, меня сразу спросили: А как там с бизнесом? Не чувствуя подвоха, я ответил: Перед поездкой я перепоручил дела управляющему. Мне долили пива в ещё полную кружку, ожидая рассказов, но я продолжал наблюдать за малышом, оставив компанию без ответа. Они переглянулись недоумённо. Обычно бизнесмены постоянно болтают по телефону, заметила осторожно Мия. Я посмотрел на их не прикрытый интерес к моей персоне, оглядев всех присутствующих, и серьёзно спросил: А вы можете назвать по именам своих знакомых из сферы бизнеса? Они застыли в недоумении от моего вопроса. В их мозгах крутились мысли, они осознавали, что они никто в этом мире. Одним вопросом я почти оскорбил их: они действительно не имели не только друзей, но и знакомых. Их мир заключался в таких же удаленщиках, постоянно ищущих заработки, и все их мысли были только о продлении визы, чтобы их не выгнали из страны и не поставили штамп об экстрадиции на родину, что являлось кошмаром. Бил Гейнц, произнёс упавшим голосом Виктор. Поняв, что допустил ошибку, я попытался разгрузить обстановку и пошутил: Да, я встречался с Биллом на прошлой неделе и сказал ему не звонить без надобности. Застыла тревожная тишина. Да я шутил, признался я, выводя их из оцепенения. Но мне не поверили. Я так выбивался из круга их общения, что они верили любому моему слову. Мой партнёр по бизнесу, произнесла Ваннеса, пытаясь сгладить ситуацию, постоянно висит на телефоне. Она усмехнулась, как будто поймала меня на неточности. Я улыбнулся ей, заглянув в глаза. Они излучали тепло и в них не было подвоха. Как можно нежнее, ответил я, а ты была с ним, когда он находился на отдыхе? Она смутилась и шлёпнула меня ладошкой по коленке. Да ну тебя, отшутилась она. Все люди разные, произнёс я примерительно. Есть те, кто любит мальчиков, и те, кто висит в соцсетях. Есть и те, кто любит женщин и получает прибыль от соцсетей, а не просто выкладывает видосы, засоряя ленты. Мир такой неопределённый. Мой бизнес не связан с интернетом и покупкой-продажей. Я просто снабжаю военные базы оружием. Это было последним гвоздём в гроб их восприятия моей сущности. Да ну! удивился Виктор. Ты танки поставляешь и ракеты? Ваннеса тоже напряглась и даже немного отстранилась от меня. Ну что, друзья? сказал я примерительно. Я поставляю фильтры на вентиляционные системы и обслуживаю их. Все расхохотались от разрядившейся обстановки. – Вот так просто занимаешься вентиляцией? проговорил Коля, уже немного насмехаясь. Конечно, ответил я. Есть люди, кто занимается и обслуживанием канализации. Все снова расхохотались. Секретный сантехник! расхохоталась Мия. А как же Бил Гейнц? спросила наивно Мия. Я снова осмотрел всех, пытаясь сообразить, как бы мой ответ снова не огорошил их. Ну, Бил Гейнц тоже живёт и работает в помещении, продолжил я. А для помещений требуется вентиляция и её обслуживание. Это так просто. Все расхохотались. Ваннеса снова прижалась ко мне, восприняв, что моя деятельность не противоречит её мироощущению.

Глава 19

После того как все рассмеялись над моими «секретными» делами, атмосфера вокруг стола стала расслабленнее. Девчонки снова начали поглядывать на меня, но теперь их взгляды были чуть более игривыми, чуть более «нацеленными». Ваннеса прижалась ко мне боком, словно показывая, что её внимание полностью со мной, а Мия тихо зашептала подругам: Он вообще ни разу не смотрит на телефон… просто странный. Да нет, прошептала другая, это просто… необычно. Я улыбнулся, замечая их шепот, и спокойно продолжил наблюдать за малышом, который всё ещё копался в траве. Парни сидели сзади, пытаясь держать нейтралитет, но их выражения выдали смешение любопытства и лёгкой тревоги. Они явно ощущали, что привычные методы впечатлить меня не срабатывают. Ладно, сказал Коля, покачивая головой, а что если мы всё-таки что-то полезное узнаем от него? Он коснулся Виктора взглядом, как будто спрашивая: «Ты тоже это чувствуешь?» Хм, согласился Виктор, кажется, он совсем другой… и с ним просто невозможно соревноваться привычными способами. Я повернулся к девчонкам и тихо сказал: Главное уверенность и стремление. Остальное придёт само Ага, ответила Ваннеса с лёгкой улыбкой, ты умеешь держать внимание. Мия, не отводя глаз, добавила: И совсем не зациклен на себе. Девчонки переглянулись и тихо посмеялись. Каждое их движение теперь было чуть более намеренным: взгляд, лёгкое касание руки, игра волосами. Парни наблюдали и поняли, что в этой маленькой игре за столом они почти лишние. Ладно, сказал я, слегка наклонившись к ним, тогда начнём с простого: уверенность важнее всего, а остальное приложится. Мы готовы! хором ответили девчонки, и каждая слегка заигрывающе посмотрела на меня. Парни переглянулись снова. На их лицах уже читалось уважение, смешанное с лёгким изумлением: они поняли, что привычная «крутизна» здесь не работает, и что я полностью вне их привычного круга общения. Ваннеса тихо усмехнулась, слегка коснувшись моей руки, а девчонки продолжали лёгкое кокетство, теперь уже более открытое. Парни притихли и начали воспринимать меня всерьёз, хотя ещё оставалось чувство, что они ждут, когда я вдруг «снимусь с них» или вернусь к обычной роли немецкого увальня. Я тихо усмехнулся, понимая, что за столом формируется новая динамика: девчонки увлечены вниманием и игрой, парни смиряются с моим авторитетом, а я спокойно наблюдаю, позволяя всем почувствовать своё место в этом маленьком мире. А ты бы не мог помочь нам обустроиться в этом мире, знакомом тебе и незнакомом нам? Ведь ты наверняка не только Билла Гейнца знаешь, произнесла жалобно Мия, сложив ладошки перед лицом. Мая тоже подхватила её движение, и они смешными мордашками жалобно заныли. Шульцу такое вообще претило, и старому офицеру никак не хотелось помогать этим горе-туристам. Как можно тактичнее я произнёс: Мы не настолько близко знакомы, чтобы сразу брать вас в жёны. Ваннеса расхохоталась, а девчонки переглянулись, недоумевая. Ну всё, по домам, предложила Ваннеса, разгоняя своих друзей, понимая, что разговоры перешли в простые просьбы. Друзья предложили помочь ей с посудой, но она отказалась. Казалось, она хотела выпроводить их побыстрее. Когда стих звук моторов байков, Ваннеса принялась буднично убирать со стола, а я повёл малыша в тренажёрку, которая была полна народу. Видно, прохлада ночи и нерабочее время позволяли островитянам заниматься своим телом. Пристроив малыша у педали велотренажёра, я начал системно прокачивать мышцы. Подошёл Майк и помог мне подстраховать штангу. Я с благодарностью кивнул ему. Видно, он был благодарен мне за защиту и не знал, как отблагодарить. Краем глаза я поймал высокую тень – это Ваннеса, облачившись в тренировочный костюм, присоединилась к нам. Её сынишка, как обычно, не подбежал к ней всё его внимание было поглощено мной. Он наблюдал за моими действиями и пытался подражать, чувствуя во мне силу, и она притягивала его. Перейдя на маты, я попросил Майкла помочь мне с растяжкой. Тело Шульца, непривычное к тренировкам, постепенно приходило в форму. Майк до хруста растягивал мне связки и неприкрыто удивлялся: Ты как будто командос, вышедший из спячки. Твои действия отточены, а тело будто забыло всё это. Ваннеса, услышав это, тоже задумалась, глядя на мои движения. Но я не обращал на них внимания, поглощённый своими установками, и только изредка поправлял малыша, чтобы он не попал под руку. Мокрые от пота, мы вышли из зала. Майк попрощался с нами, закрывая дверь за последними клиентами. Ваннеса провела по моей мокрой спине. Ты вкусно пахнешь, произнесла она ласково. Я понял, что она принимает меня как своего мужчину. А ты пахнешь французским ароматом, ответил я. Она кокетливо покачала головой: А ты у нас знаток французских ароматов? спросила она с коварной усмешкой. И тут из памяти Шульца всплыло: Да, когда я был студентом, мы монтировали вентиляцию в большом офисе. Там только запахи из труб людей не видишь, только голоса и ароматы. Приходилось сравнивать их с шильдиками на флаконах в парфюмерных магазинах, чтобы давать имена запахам. Ваннеса удивлённо остановилась: И как называется мой парфюм? спросила она с интересом. Я подошёл к ней вплотную и принюхался. Вчера был «Idôle», а сегодня я чувствую наложение свежей струи Dior Адикт. Её щека прикоснулась к моей. Мальчишка подбежал к нам и обнял. Ваннеса прислонила голову к моему плечу. Он никого так не принимает, как тебя, произнесла она шёпотом. Ты ему понравился. Я взглянул в её влажные глаза и спросил: А тебе я понравился? Она встретила мой взгляд и с озорством ответила: И вопросы ты задаёшь странные.

Глава 20

Зайдя в дом, она молча раздела мальчишку, понесла его в ванную. Я слышал плеск воды, её тихий голос, убаюкивающий, почти певучий. Дом постепенно наполнялся ночной тишиной. Я остался в гостиной и пытался осознать себя в новом теле, свести к общему знаменателю наши с Шульцем воспоминания. Его прошлое и моё сознание всё ещё спорили внутри меня, как два человека, вынужденные делить одно пространство. Она вышла тихо. Подошла со спины и обняла. И всё равно ты вкусно пахнешь, произнесла она мне на ухо, щекоча дыханием. Я улыбнулся. Я сегодня воняю. Помнишь сцену из фильма «Криминальное чтиво»? Она присела ко мне на колени, заглянула в глаза. А сколько тебе лет? Тридцать семь, ответил я. Мне тридцать два, сказала она спокойно. Но я не помню, когда смотрела и вообще смотрела ли фильм «Криминальное чтиво». Ты и вправду какой-то загадочный… и слишком серьёзный для своих тридцати семи. Я приобнял её. Она подалась вперёд и поцеловала меня в губы. Поцелуй был мягкий, без спешки как проверка, а не утверждение. А тебе какие нравятся? спросил я, оторвавшись от ее губ. Мне никакие не нравятся, призналась она честно. Но ты выбиваешься из обычного круга молодых людей. Ты разговариваешь как взрослый мужчина. Ты… похож на моего отца. Значит, я тебе не нравлюсь? спросил я с ехидцей и слегка ущипнул её. Она весело расхохоталась, опрокинув голову. А тебе это важно? спросила она, снова заглядывая мне в глаза. Ты единственная женщина, с которой у меня начинаются отношения, произнёс я честно. Она встряхнула волосами, будто сбрасывая серьёзность момента. Ты меня пугаешь, сказала она, смущаясь и одновременно смеясь. И я давно уже не девушка. И меня пугают наши стремительные отношения. Я провёл ладонью по её спине. Пугают значит, важны. Она на секунду замолчала, стала серьёзной. Нет, тихо сказала она. Пугают значит, могут сделать больно. Я почувствовал, как в ней борются осторожность и желание. Она не отстранилась, но и не приблизилась. Просто сидела на моих коленях, держась за плечи, будто проверяя удержу ли. Я не собираюсь исчезать утром, сказал я спокойно. А я не хочу строить планы на завтра, ответила она. Давай просто проживём этот вечер. Она прижалась лбом к моему лбу. В доме было тихо. За окном шелестели листья. В этой тишине не было страсти была напряжённая честность двух взрослых людей, которые понимают, что уже не имеют права играть. Ты правда странный, прошептала она. Это плохо? Нет, сказала она, улыбаясь. Это опасно. И снова поцеловала уже увереннее, без смеха. А что там было дальше? спросила она. Где? переспросил я, потеряв нить разговора. Ну, в этом фильме… про «Криминальное чтиво». Я улыбнулся, вспоминая фрагмент, где герой, которого играет Брюс Уиллис, возвращается после боя и говорит своей девушке: Я сегодня воняю. Он только что пережил тяжёлую схватку, весь на нервах, на адреналине. Она отвечает ему: Ты мне нравишься, когда так пахнешь. Потом он обнимает её, притягивает к себе, и между ними возникает тихая, почти домашняя близость. Она шепчет ему: Ты сделаешь мне приятное сегодня? Он целует её и с улыбкой отвечает: Конечно, любимая. Но потом и ты мне сделаешь приятное. Я посмотрел на Ванессу и добавил: Там всё не столько про страсть, сколько про доверие. Про то, что она принимает его таким, каким он пришёл без прикрас. Я усмехнулся, заметив, как она внимательно слушает, будто речь идёт не о фильме, а обо мне. Это же Тарантино, добавил я. У него всё немного грубо, немного странно и при этом по-своему трогательно. Там важна не сама фраза, а то, как она его принимает. Он приходит после боя, весь в поте, в напряжении, с адреналином. А она не морщится. Она его чувствует живым. Настоящим. Ванесса прищурилась. И тебе нравится этот момент? Мне нравится, что она не боится его реальности, ответил я. Она не требует от него быть глянцевым. Она провела пальцем по моей груди. А я что требую? Ты проверяешь, спокойно сказал я. Нюхаешь, слушаешь, смотришь. Пытаешься понять я играю или нет. Она улыбнулась уголком губ. И что? Играешь? Нет. Ответил я. Она приблизилась ко мне ближе, почти касаясь носом. Ты правда считаешь, что женщина может сказать мужчине: «ты мне нравишься, когда так пахнешь»? Если она чувствует его своим да. А если нет? Тогда она ищет повод отдалиться. Она замолчала на секунду, потом тихо сказала: Я не ищу повод. В её голосе не было кокетства. Только честность. В фильме дальше всё сложно, продолжил я мягче. У Тарантино всегда всё сложно. Но в этом моменте это просто близость. Без масок. Без прилизанности. Просто два человека, которые принимают друг друга такими, какие они есть. Ванесса внимательно посмотрела мне в глаза. А ты… сейчас пахнешь не боем, прошептала она. Ты пахнешь после тренировки. И немного мылом. И немного… мужчиной. Это хуже или лучше? Она тихо рассмеялась. Это по-настоящему. Я провёл ладонью по её волосам. Тогда, наверное, в этом и весь смысл сцены. Не в словах. А в ощущении, что тебя принимают. Она прижалась ко мне лбом. Мне нравится, когда ты пахнешь так, сказала она почти шёпотом. Потому что я знаю, где ты был. И знаю, что ты вернулся. Я посмотрел на неё чуть серьёзнее. Я не исчезаю, Ванесса. Я заметила, ответила она тихо. И это… опасно приятно. Она снова поцеловала меня не торопясь, без вызова, без игры. Просто как женщина, которая решила не убегать первой.

Глава 21

Мы без слов встали и направились в спальню. Она мягко отвергла мои попытки провести нас в душ и вместо этого притянула меня к постели. Ты сделаешь мне приятное, произнесла она, повторяя фразу из фильма. Да, ответил я, но потом и ты сделаешь мне приятное. Мы расхохотались вместе, смягчив напряжение момента лёгкой шуткой. Положив ее на спину я задрал подол ее платья и прильнул к ее бедрам. Запах женского тела и аммиака ударил в нос . Возбуждение нахлынуло на меня . давно я не ощущал таких чувств. Я хотел эту женщину ,я хотел ее плоть и душу. Она помогла мне когда я стягивал с нее трусики. Она кинула быстрый взгляд на свои трусы словно боясь , что я там увижу что то постыдное. Ноги ее дрожали , а глаза выражали испуг . наблюдая за моим взглядам ей между ног. Выключи свет взмолилась она. Так я же тогда ни чего не увижу аргументировал я. что ты хочешь там увидеть спросила она смущаясь. Ты не поверишь но это я вижу впервые проговорил я разглядывая ворота в рай. Когда мои губы коснулись ее половых губ она застонала и за голову быстро притянула к себе. Ее руки ловко вынули мой член и заправили куда нужно . я еще раз убедился как ловко она это проделывает. Видно у нее был немалый опыт с дряблыми членом. Она застонала принимая мое тело в себя. И так же быстро затихла. Затем уткнувшись мне в плечо засмеялась от счастья. Теперь моя очередь произнесла она весело. Мы перевернулись она села на мои ноги и задрала футболку с живота. Поцеловав живот она произнесла загадочно ты вкусно пахнешь. Затем она спустилась ниже и взяла его в рот. Ее слюни теплой струйкой стекали по моей промежности . Чувствуя напрягшийся член она оторвала голову но горячая струя догнала ее расплескавшись на ее глазах . точно в цель произнес я хохоча. Она тоже хохотала , а белесая сопля стекала с ее носа мне на грудь . но тут же подхватившись она вскочила не меня верхом и принялась выкачивать из меня повторную струю. Которая не заставила себя ждать. Она застыла закрыв глаза прислушиваясь к сокращению моего члена внутри нее. Последняя капля стекла с ее носа на ее губы . она облизнула их. Причмокнув произнесла до чего я докатилась. Она склонилась ко мне и поцеловала в губы и я тоже почувствовал вкус своей спермы. Ну что нравиться произнесла она с хитринкой . понимая что ей удался ее хитроумный план. Да ответил я как сгущенное молоко . она расхохоталась . совсем нет это что то другое. Мы расхохотались. Раздались шлепки босых детских ножек . Он стоял в проеме двери и тер глазки . Она не дёрнулась и не укрылась она просто протянула ему руки и обняв прижала к себе . Убаюкав сына она положила его около меня и сама легла с другого бока обливая вытекающей из ее лона спермой мое тело. Что насмешливо спросила она , это твои дети разбежались собирай теперь сам. Зачерпнув их ладонью я размазал их ей по лицу. Ну и что произнесла она смеясь говорят это полезно и равномерно размазала вокруг глаз. В этот момент она была изумительно красива. Мы лежали молча, чувствуя ритм дыхания друг друга и тихое сопение малыша . Ваннеса медленно повернулась ко мне лицом, её волосы падали на подушку, слегка касаясь моей щеки. Знаешь, тихо сказала она, я редко позволяю себе такие моменты. Обычно я всё держу под контролем, а тут… спокойно. Это хорошо, ответил я, осторожно проводя рукой по её волосам. Иногда именно такие минуты показывают, что можно доверять. Она улыбнулась, но взгляд её остался задумчивым. Мне важно, что ты рядом, призналась она. Без игры, без показухи. Просто ты и я. Я кивнул, понимая глубину сказанного. Я не собираюсь убегать. Не сегодня. Не пока мы вместе. Она слегка прижалась ко мне плечом, и мы лежали так, почти не шевелясь. В комнате стояла тишина, только маленькие звуки ночи с улицы и лёгкое дыхание ребёнка. Ты спокойный, сказала она после паузы. И это… удивляет. Ты не торопишься, не пытаешься меня удивить. Просто есть. Иногда быть рядом уже достаточно, ответил я. Всё остальное приходит само. Она закрыла глаза и вдохнула глубоко. Я хочу, чтобы эти моменты длились дольше, прошептала она. Без спешки, без лишнего. Я сжал её руку чуть сильнее. Тогда они будут длиться. Пока мы этого хотим. Мы лежали так ещё долго, не спеша говорить, не спеша думать. Просто ощущали друг друга, тихо делились теплом и доверием, которое появилось между нами.

Глава 22

Утро наступило мягко. Солнечные лучи пробивались сквозь занавески, осторожно освещая комнату. Мальчик уже проснулся и тихо вертелся между нами, трогая пальчиками волосы Ваннесы. Она улыбалась ему, подталкивала к себе, чтобы он устроился поудобнее. Доброе утро, малыш, тихо сказала она. Спалось хорошо? Он тихо кивнул и зевнул. Я сел на кровати, наблюдая за ними. Ваннеса повернулась ко мне, её взгляд был мягким, без скрытых ожиданий. Ты тоже спал спокойно? спросила она. Да, ответил я. В таких моментах даже мир кажется проще. Она слегка улыбнулась и поднялась на локте, вытянув руку ко мне. Я взял её ладонь в свою, и мы ненадолго просто сидели так, обмениваясь теплом и спокойствием. Мальчик полез к нам между ними, и мы втроём устроились на кровати, тихо болтая и смеясь над его маленькими шутками. Он показывал мне, как он научился завязывать шнурки, а я подсказывал ему, слегка поправляя движения. Ваннеса смеялась, а её смех был лёгким и искренним, без напряжения. Смотрите, сказала она, вот так начинается хороший день. Без спешки, без забот. Мы сидели, наблюдая за утренним светом, за мальчиком, за простыми вещами, которые вдруг казались важными. Всё было спокойно, спокойно и правильно. Никакой спешки, никаких игр, только тихая близость, доверие и ощущение, что мы можем просто быть рядом друг с другом. А ты всегда будешь с нами спать? спросил он после недолгих раздумий. Мы переглянулись и рассмеялись. Конечно, сказал я, поглаживая его по голове. Ваннеса уткнулась мне лицом в плечо, и я почувствовал тепло её присутствия, её доверие и заботу. Малыш подпрыгивал вокруг нас: Ура! У меня появился папа! Мы рассмеялись вместе, а Ваннеса крепче прижалась ко мне, улыбаясь. В этот момент за окном послышался шум моторов, затем скрипнула калитка друзья пришли в гости. Она радостно поприветствовала их и принялась готовить кашу. А ты не обманываешь? ещё раз спросил малыш, глядя мне прямо в глаза. Я буду твоим папой, ответил я, улыбаясь, но это наш секрет. Он обрадовался, побежал во двор, крича: У нас с папой есть секрет! Мы с друзьями смеялись над его радостью. Они шутили: Поздравляю, ты теперь папа! Жизнь скоротечна, сказал я, вы даже не заметите, как на жопе появиться седые волосы. они нервно засмеялись переглянувшись. Ответить на это им было нечто. Да ладно- ты, сказал коля, ты как мой отец . Воо воо я понял кого ты напоминаешь . Ты говоришь , как мой отец почти выкрикнул он и в телефоне ты не копаешься и тик ток не снимаешь он такой же. Виктор тоже уставился на меня вспоминая своего отца . Если ждете признания или оправдания то зря , сказал я усмехаясь, вы такие как есть, а я такой каким меня сделала среда. Да сказал Виктор , у вас там или голубые или сразу рождаються стариками. Я не стал с ними спорить и взяв за руку малыша повел его в тренажерку.. Девочки тем временем помогали Ваннесе с кашей.. Дорогуша, да ты такая аккуратная! пошутила Мая.. Ага, подхватила Мия. И при этом ещё и мастер по каше! Ваннеса улыбнулась и подняла бровь: Не мешайте, а то каша недойтет. Пройдя рядом Мая принюхалась , дорогуша да от тебя спермой несет за километр. Мия тоже подошла и принюхалась ,а потом закатилась от смеха да у нее на волосах это она тыкала пальцем в застывшую слизь. Фуу прокричала Мая и ты нам кашу готовишь . Ты наверное даже руки не мыла. Не хотите не ешьте весело прошептала Ваннеса. Он что тебе на лицо кончал прошептала Мия обуреваемая женским любопытством. Он везде кончал шутливо произнесла хозяйка. Девчонки застыли больше от зависти чем от неожиданности . Всегда правильная , их землячка изменилась от первого парня с которым им удалось ее познакомить . Хотя раньше не было такой возможность . Все русские удаленщики были или мелкими или при девушках, а с коротыжками Ваннеса категорически отказывалась знакомиться. Давай я посмотрю за кашей попросила Мия ,но хозяйка так посмотрела на нее ,что та просто отошла и села на табурет . Закончив колдовство над кашей . Ваннеса произнесла не трогать руками я пойду в душ. Девчонки показали ей вслед язык и расхохотались. Прикинь он ее спермой залил восхищалась Мая . Мия тоже сидела задумавшись произнесла , а что если бы мы сами замутили с ним , прикинь он же в германии живет , вот мы лахушки . теперь у ванессы и мужик с германии есть и бизнес в маллаизии . Вот что значит деньги к деньгам идут , а нас метлой по ветру как всегда. Мая тоже села растерянно моргая ресницами до нее тоже дошла эта мысль . Они снова упустили свой шанс который был так близко . Они моложе и красивее этой стропило Ванессы . А эти их парни как прилипалы кружат вокруг них . Не работать сами не могут не жениться не зовут .Мы все смеялись, и утро продолжалось спокойно, с лёгкой суетой, заботой и шутками, которые делали этот день особенным.

Глава 23

Выглянув в окно, Ваннеса, не приняв душ, пришла к нам в тренажерку. Я был полностью поглощён своими упражнениями и не заметил её. Малыш крутился рядом и тоже почти не обращал внимания на маму. «Как быстро он привыкает», подумала с лёгкой тревогой Ваннеса, наблюдая, как я неистово работаю со штангой. Ещё вчера она видела два блина на грифе, а сегодня уже четыре. «Он что, на рекорд идёт?» мелькнула мысль, вспоминая слова Майка: «Как чужое тело… что-то с ним не так». Он был скрытным, не общался по телефону в наше время, когда рука автоматически тянется к гаджету при любом вопросе, это казалось странным. Она видела многих иностранцев все люди одинаково зависимы от технологий. Как же ему удалось выбиться из этого мира? Как удержаться от подсказок Гугла и одновременно заставить своё тело работать? Его живот висел, руки были не тренированы, словно он только вышел из заморозки, а теперь наверстывал упущенное. Он был самодостаточен, не боялся, не говорил о будущем, как будто оно уже было предопределено. Ваннеса вспомнила себя пять лет назад. Тогда она устроилась гидом в турагентство, еле уговорив родителей. Их успокоил лишь один довод , что она едет в глубоко мусульманскую страну. Два года она работала, как вол, но в конце поняла, что это бег на месте: вокруг одни неудачники, а её рост ещё сильнее отсеивал претендентов. Она уже была готова вернуться домой, когда встретила Джона. Ему было за шестьдесят, и первый его вопрос был прост: «Ты девочка?» Она не задумываясь ответила «да». Он предложил ей брак по контракту, показав медицинскую карту с диагнозом рак печени и уточнив, что срок её содержания максимум два года. Она решила броситься в это с головой. Подписан контракт, свадьба… и тут началось настоящее испытание. Помимо болезни, у него оказалась импотенция, а в договоре наследство предусматривалось только после рождения ребёнка и подтверждения ДНК. Ваннеса отчаялась, но воспитанная с детства спортом, не бросила полпути. Она начала планомерно приводить свои цели и контракты в жизнь, не теряя упорства и дисциплины. Она всеми возможными средствами буквально выкачивала из него сперму. И добилась своего. Он уже был немощен . Покрылся пятнами , но и тогда он сидел в сотовом телефоне , не выпуская его из рук. И когда она сообщила , что беременна . Он только ухмыльнулся. Но прежде чем пойти на этот шаг, она обошла всех юристов, тщательно проверив каждый пункт. Он угасал медленно, но она не оставила его: ухаживала, вела дела, одновременно заботясь о нём. На правах супруги она получила вид на жительство в Малайзии. Когда родился сын, он ещё был жив. Увидев малыша, мужчина заплакал и попросил у неё прощения. Вызвав юриста, он оформил завещание, передав ей полное право наследования всего имущества, включая ферму в Австралии. Она похоронила его на их фамильном кладбище в Австралии. Родственники приняли её холодно и затеяли судебную тяжбу, которая длилась два года. В конце концов, по решению австралийского суда, её сын был признан единственным наследником, а она его опекуном и управляющей всеми делами. Но жизнь в Австралии с её судебными тяжбами и постоянными конфликтами тяготила Ваннесу. После окончательного принятия гражданства она вернулась на остров Пангал, где продолжила управлять бизнесом мужа, сохранив его наследие и постепенно развивая его дела. Она вспоминала всех своих знакомых, но они были обычными людьми, а настоящую остроту характера, страсть и энергию, казалось, имели только киногерои. Они словно были выпущены из капсулы времени и стремились воспроизвести былую жизнь именно прошлое, а не современное. Когда я закончил тренировку, она неожиданно спросила: А не подскажешь, кто сейчас президент Америки? Не чувствуя подвоха, я ответил: Буш. А какой Буш? с усмешкой переспросила она. Какие Буши бывают? уточнил я, не понимая шутки. Она смахнула с моего лба капельку пота и сказала: Был Буш старший и Буш младший. Нам это не грозит, ответил я ей, у нас в России всегда постоянство. А кто канцлер в Германии? снова пристала она ко мне. Меркель, без раздумий ответил я, а потом задумался о президенте Америки. Мозг Шульца молчал, а мой, старого офицера, коварно крутанул варианты: то Обама, то Буш. Мы побежали наперегонки домой. Малыш обогнал нас и весело смеялся от счастья. Наши друзья недоуменно смотрели на нас: Долго вас ждать? произнесли они. Уже жрать охота! Во всём нужна сноровка, закалка, тренировка, пробормотал я скороговоркой. Парни переглянулись, не зная, как реагировать на наш странный азарт и весёлую энергетику.