Если она позовет

Вокруг только Люмия, ее запах, ее губы на моих губах, ее тело в моих объятиях, ее рука на моем члене. И я кончаю не успев сдержать стон.

Перед глазами пляшут черные пятна и я уверен, что еще немного и потеряю сознание. Опираюсь руками о стену, и прихожу в себя. Черт. Мне не стоило этого делать.

Я отнимаю голову от стены, и кручу кран, делая воду холоднее. Я думал, что разрядка поможет мне, но нет. Все стало только хуже. Мне мало этого призрачного образа. Я хочу больше. Я хочу ее.

Еще немного постояв под холодными струями, я выключаю воду и вытираю тело. Кидаю вещи в угол для стирки и оборачиваю полотенце вокруг бедер.

Прохожусь пятерней по волосам, придавая им хоть какое-то подобие порядка и выхожу из ванной.

Проходя мимо кухни останавливаюсь. Видимо встречи в полотенце становятся нашей традицией. Люмия сидит за столом и вертит чашку в руках. И как давно она тут?

- Привет - говорит она, слегка улыбаясь - Ты как?

- Привет - отвечаю я ей, смущаться нет смысла. Если она что-то слышала, то я даже не хочу оправдываться - Все нормально.

Она кивает и я прохожу к своей комнате, чтобы одеться, но в спину слышу ее тихий голос и усмехаюсь.

- А мне показалось, что все намного лучше, чем нормально.

Но я оставляю ее фразу без ответа.***Вот же Безликий! Его тело! Он почти голым вышел из душа, и мне понадобилось все мое самообладание, чтобы из моего рта не потекла слюна. Это было слишком.

Капли воды, стекающие по его подтянутому торсу, это чертово полотенце, сидящее так низко на бедрах, что я бы не прочь, чтобы оно нечаянно слетело с него. И мне кажется, я была бы очень даже приятно удивлена. Эта сцена была прямо списана с эротических романов, которые я раньше читала.

Тело Нокса не эталон богов, но я даю руку на отсечение, если это не было самое горячее, что я видела. Хотя с учетом моей потери памяти, я даже не знаю, что я вообще видела.

Моё тело очень странно реагирует на Нокса и я даже не хочу знать почему. Точнее не хочу это признавать.

Я вижу его раньше, чем он замечает меня, поэтому я успеваю спрятать свой взгляд в кружке. Мммм, какой же охренеть какой интересный чай.

Боже! Не могла придумать ничего гениальнее, чем спросить как он? Слышно же было, что очень даже хорошо.

Подслушивать вообще-то не хорошо. Но видит Безликий, мне понадобилось все мое самообладание, чтобы не зайти в эту дурацкую ванную после его стона. Что бы я там делала? А черт его знает! Мое тело просто рвется к нему, и я уже не знаю, как тут сопротивляться.

Когда он поворачивается ко мне спиной, я бросаю фразу, за которую мне возможно было бы стыдно, если бы он ее слышал. Я поднимаю глаза него, чтобы убедиться, что он все еще идет к комнате, и тут меня пробивает холодная дрожь.

Его спина. На ней огромный витиеватый шрам. Он похож на корни дерева. Они тянутся по всей спине от лопаток до линии полотенца. Они светлее, чем его кожа, и от этого мне становится страшно, сколько им лет? А главное, какое чудовище нанесло их ему?

С этими мыслями я принимаюсь делать нам завтрак, а точнее то единственное, что умею - бутерброды.

***Я наскоро одеваюсь и перевожу дыхание. Черт, очевидно, она видела мою спину. И видимо сейчас спросит меня о шрамах. Не особо хотел об этом рассказывать, но деваться некуда. Мне совестно, что придется снова врать, за что я их получил. Но так будет лучше для нее.

Я не знаю, как она отреагирует, если узнает, что я приехал к ним за тем, чтобы забрать и отвезти ее к матери для страшного ритуала. Я не знаю, как она отреагирует, если узнает что я чудовище, из-за которого погибло столько ведьм.

Да, я трус. Но я не хочу, чтобы она считала меня плохим. Хочу запомнить ее ласковой и светлой. А не искаженное ненавистью лицо, или разочарование, которое было у нее на лице, за мгновение до смерти.

Тряхнув головой, я отгоняю прошлое и выхожу из комнаты. Люмия на кухне что-то готовит. Мне уже страшно. Лечит она мастерски. Всякие снадобья и зелья выходят у нее лучше всех, но вот еда Тут и яды не нужны.

- Что готовишь? - осторожно спрашиваю я, подходя ближе.

- Бутерброды - пожимает она плечами и я выдыхаю.

- Ура, мы будем жить - усмехаюсь я.

Люмия смотрит на меня с непониманием.

- Лю, я знаю, что ты готовишь отвратительно.

Вижу в ее глазах печаль. Я снова напомнил ей о том, что знаю ее очень даже хорошо. А вот она меня совершенно не знает.

- Ты хочешь слушать дальше о моей жизни? - перевожу тему я, садясь на стул.

- Да, мне интересно - она ставит на стол тарелку с бутербродами и принимается за чай - И да, прости меня.

Моя рука тянется за бутербродом, но я тут же ее отдергиваю. О чем она? Смотрю на нее в недоумении, пока Люмия не поворачивается.

- За вчерашнее. - она ставит чашку с чаем себе - Я не должна была убегать.

- Ты за это извиняешься? - недоуменно спрашиваю я, и улыбаюсь, видя как она добавляет в мой чай виски. Хотя и меньше, чем добавил бы я.

- Да, мне кажется, я тебя обидела - говорит она и садится на стул - Я- она замирает, подбирая слова - Я понимаю, что мы были больше, чем знакомые - она смотрит на меня, словно ища подсказки - И даже не друзья.

- Не друзья - соглашаюсь я и она нервно вздыхает.

- Почему? - ее глаза блуждают по моему лицу, словно пытаясь воскресить меня в воспоминаниях

- Что, почему? - я недоуменно смотрю на нее.

- Моё тело помнит - я вижу, как легкий румянец покрывает ее щеки, и она выглядит очень мило - Но вот разум - нет.

- Я не знаю - я пожимаю плечами - Возможно, для тебя так лучше.

- Я не думаю, что так лучше - она опускает глаза на кружку - Я бы хотела тебя помнить.

Я молчу, не зная, что на это сказать. Я сегодня решил, что будет лучше ее оставить. Но если она все вспомнит, что будет? Она захочет остаться и время пролетит быстрее, чем я успею моргнуть, я оставлю ее. А если она вспомнит все, и будет меня ненавидеть, то я не вижу смысла в оставшемся времени. Нож в сердце был бы легче для меня.

- Нокс - вырывает из размышлений меня голос Люмии - Я не могу представить, как тебе тяжело.

Я смотрю на нее, и понимаю, что ужасно хочу коснуться ее руки, волос, лица. Мне так не хватало ее эти два года. Два года, которых нет в ее памяти, и не будет никогда, потому что она лежала в гробу, пока я как идиот пытался найти хоть какой-то способ ее воскресить.

- Но - она замирает, давая мне время сосредоточиться на ее словах - Дай мне время, вспомнить тебя - она протягивает через стол свою руку, ладонью кверху.

Я смотрю на ее руку, делаю вдох-выдох и накрываю своей. Ее маленькая ладошка так правильно ощущается в моей, что я на мгновение прикрываю глаза.

- У тебя есть все время мира - вру я ей - Я буду ждать столько, сколько тебе надо.

Ее улыбка озаряет мой темный мир, и она стискивает мою руку своей.

- Так ты продолжишь свой рассказ? - меняет тему она, но руку не отнимает и я наслаждаюсь ее прикосновениями.

- Может у тебя есть вопросы? - уточняю я - Или мне продолжить с того момента, на котором остановился?

- Да, ты можешь просто продолжить. С того момента, где твой отец показывает себя полным мудаком - морщит нос она и я смеюсь.

Мой смех это что-то нервное, но она не понимает этого. Она жалеет того мальчишку, не зная, что именно мой отец убил ее бабушку. Это еще одна тайна, которую она уже слышала однажды и ее лицо я не забуду никогда. Она видела его во мне. И это было больно.

- Да- тяну я - Звание лучший папа ему явно не достанется.

- Надеюсь, его ждет мучительная смерть - с ненавистью говорит Люмия.

- Он уже мертв - пожимаю я плечами - Не уверен, мучительно он умер или нет, но он явно не заслужил такого легкого ухода. Он должен был страдать.

- Он испортил тебе жизнь - говорит Люмия не понимая, что я так зол на него из-за нее.

- Уже не важно - я переключаюсь на другую тему - Ты готова слушать?

Она подпирает рукой подбородок и энергично кивает головой. Смотря на нее, я не могу сдержать улыбку.

- Ну тогда сегодня, я постараюсь дойти до самого значимого события моей жизни - встречи с тобой.

Глава 15. Это ты!

После того случая на базаре, я сделал для себя выводы. И больше не перечил родителям. До восемнадцатилетнего возраста уж точно.

Наши дни в замке проходили так же, как и до путешествия. Меня нагружали работой, иногда я воровал книги из маминой библиотеки. И так продолжалось до моих четырнадцати лет.

Тогда отец меня взял на охоту. Я этого ужасно не хотел, но он впервые заставил меня убить. С тех пор моя жизнь навсегда изменилась.

Отец растил меня чудовищем. Каждый раз, когда на охоту отправлялись мы вдвоем, он старался придумать изощренный способ убийства.

Иногда заставлял меня делать это голыми руками. Иногда заставлял меня втереться в доверие, чтобы мне начинали доверять, и после убивать.

Мой отец был тем самым монстром, который обычно прячется у детей в шкафу.

С каждым убийством моя человечность терялась, пока в определенный момент я не превратился в их орудие. Мне было все равно, что они заставляют меня делать, лишь бы после этого, они отстали от меня хоть на время.

Я не оправдываю себя, но мне так было проще. В городах, где мы останавливались, отец иногда давал мне время расслабиться, и там я вел ужасный образ жизни. Пил, цеплял девушек, и да, я с ними спал.

Люмия смотрит на меня с обидой и недовольством.

- Прости, лучик, я не святой - я пожимаю плечами - До тебя у меня были женщины. Но не ревнуй - она хмурится, и пытается что-то возразить - Но они были не в счет. Ты - единственная.

- Ага - фыркает Люмия - Каждой так говорил?

- Нет - говорю я лениво - Я обычно с ними не разговаривал.

- Ты ужасен - она морщит свой прекрасный носик и я улыбаюсь.

- Был ужасен - поправляю ее я - Ты меня исправила. Слушай дальше.

Мы с отцом ходили на охоту почти всегда вместе, но в тот раз мы разделились, потому что матери были нужны два разных ингредиента для зелья.

Со своим заданием я справился быстрее, за день или два. Даже успел повеселиться и подраться в местном баре.

Вернулся домой я в отличном настроении. И обычно, отец не задерживался на своих вылазках, но в этот раз я прибыл первый.

Это удивило меня, но я так же быстро про это и забыл, сдав матери то, что принес.

Но через два дня мать явилась ко мне, вручив порт-ключ к отцу. Потому что, как оказалось, его все еще не было. И мать поручила мне привести его обратно, и да, не забыть выполнить то, что должен был сделать этот старый хрыч.

Знаешь в чем суть порт-ключа? Они приводят тебя сразу к определенному человеку, если ведьма, которая колдовала над ними, лично знала его. Удобно, не так ли?

Очень удобно, только если этот человек жив

Я хватаю из рук матери порт-ключ и все мои внутренности привычно скручиваются, мир сужается и меня выплевывает в грязь.

Не удержавшись на жиже, я поскальзываюсь и падаю на одно колено. Аккуратно встаю и оглядываюсь. Я рядом с кладбищем, а отца я не вижу. Безликий бы его побрал, почему я должен за ним бегать.

Осматриваюсь внимательнее, впереди оградка кладбища, следов моего отца нигде нет, и тут мое внимание привлекает палка, которая торчит из земли чуть левее от меня.

На палке какой-то листок, который вымок от дождя, но я все еще могу разобрать надпись. Странник. Вот срань, он что, сдох?

Я смотрю вокруг импровизированного указателя, и вижу, что я стою в пятачке свежей земли, поэтому тут такая грязь.

Я не знаю, что делать Я должен его раскопать? Или нет?

Но мать явно дала понять, что мне нужно его вернуть, ее проблемы. Невнятное задание - результат посредственный.

Решаю сначала закончить с заданием, которое он явно не выполнил. Еще пару дней у меня уходит на это. И это добивает мою психику, потому что мне пришлось видеть смерть ребенка.

Раздобыв все, что матери было нужно, я возвращаюсь к могиле отца.

Если бы я знал, что он сдохнет и его решат прикопать, по доброте душевной, я бы взял лопату, но имеем то, что имеем. И мне приходится выкапывать своего отца голыми руками.

Спасибо Безликому, что на кладбище никого не было в это время, иначе меня бы явно пристукнули как мародера.

Я устал как черт, а еще, за прошествие времени, тело решило начать разлагаться и видок был так себе. Собственно, как и запах. Блеск! Именно так я мечтал провести этот день.

Но зато, я уверен, что этот мудак точно умер. И судя по характеру повреждений, он умер от яда. Я усмехнулся, и схватив его за ногу сжал в другой руке порт-ключ.

Портал выплевывает нас во дворе замка. Оглядываюсь на тело, оно вроде даже неплохо пережило перемещение. Жаль. Была надежда, что его разорвет на атомы. Мать встречать нас не вышла, а значит, она в комнате для ритуалов, и я направляюсь к ней, продолжая тянуть за собой труп отца.

Заходя в ритуальную, я протаскиваю отца по полу и бросаю его ногу. Ставлю на стол при входе мешок и сумку с ингредиентами. Мать стоит над ритуальным столом, и поднимает голову при моем появлении. Ее глаза расширяются, когда она видит тело.

- Все как по заказу - я указываю на стол, потом на пол - Ингредиенты и отец. Я пошел.

- Стоять - ее голос еле заметно дрогнул - Зачем ты его притащил?

- Я думал, ты захочешь его оплакать - с сарказмом говорю я - Похоронишь на семейном кладбище

- Заткнись - она подходит к трупу, но смотрит на него сверху вниз - Убери его отсюда.

- Снова копать? Ну уж нет - я передергиваю - Я так ради тебя старался. Постарайся и ты.

- Заткнись, щенок - мать морщится, запах начинает заполнять комнату - И убери его.

- Хоть раз используй магию - говорю я и поворачиваюсь к выхожу - Сожги его своей молнией и дело с концом.

- Указывать мне не смей - ее голос дрожит от гнева, но мне пофиг.

Я устал, и я мать его, выкопал труп отца и притащил к ней. Пусть теперь это будет ее проблема.

- Убери его отсюда - кричит она мне в спину, но я уже начинаю выходить за дверь.

Комнату озаряет яркий свет.

- Ты так получил шрам? - спрашивает Люмия, выдергивая меня из воспоминаний.

- О, нет. Это был первый звоночек - я вздыхаю - Она все же его сожгла.

- Какой ужас - восклицает Люмия - Ты расскажешь, как ты получил этот шрам на спине?

Я молчу, а Люмия поднимается и готовит нам еще порцию чая, но в этот раз в мой она добавляет листья мяты. Я усмехаюсь.

- Это же шрам от молнии? - задает она следующий вопрос.

- Да - коротко отвечаю я.

- Как можно так относится к своему ребенку? - Люмия злится, и меня трогает, что она жалеет меня ребенка.

- Если ты не заметила, мои родители не отличались особой любовью ко мне - я пожимаю плечами, и беру из ее рук кружку с чаем.

- Ненавижу ее - зло говорит она и осекается, поняв, что она сказала - А ведь я даже ее не знаю. Это ужасно?

Мне кажется, она замечает, что я дергаюсь как от пощечины, при ее словах, но ничего не говорит, и я спешу ее увести от этой шаткой тропы.

- Шрам я получил, когда решил показать ей свой характер и взбесил ее, после одного из заданий. Я сам виноват. Лежал потом пластом два дня. Ну а после, она отправила меня на другое задание.

- Она хреновая мать - констатирует факт Люмия, и я вижу жалость в ее взгляде на меня.

- О нееет - тяну я - Жалеть меня не надо. Для меня больше это не имеет значение.

- Я и не жалела - пытается она исправиться - Просто мне кажется, что это жестоко. Она же могла тебя вылечить. Это дело пары минут.

- Но это тратит запас магии - вздыхаю я - А она им очень дорожила.

В комнате воцаряется молчание. Мы оба пьем чай и не смотрим друг на друга. Каждый витает в своих мыслях. Спустя время, я решаю прервать молчание.

- Может ты хочешь, чтобы я рассказал, как мы встретились? - говорю я, смотря в кружку.

Люмия молчит, и я поднимаю взгляд от кружки на нее. Она сидит, уткнувшись взглядом в кружку, кажется она даже не моргает.

- Люмия? - осторожно зову я - Люмия, ты в порядке? - я тяну руку к ней, как меня останавливает голос.

Голос, который я не надеялся услышать настолько рано.

- Да что с ней станется - голос звучит словно из каждого уголка комнаты - Малыш, нам надо поговорить. Мне кажется ты забыл про меня.

- Забудешь про тебя тут - я откидываюсь на спинку стула - С ней точно все хорошо? - наблюдаю за Люмией, она не двигается и это пугает.

- С ней все отлично - говорит голос и я ловлю краем зрения очертания, поворачиваю голову.

В углу комнаты стоит Безликий, собственной персоны. Он как и в прошлую встречу одет словно в тени. Его черная мантия скрывает все тело, а глубокий капюшон скрывает лицо.

Он взмахивает худощавой рукой, и из воздуха материализуется кресло, в которое он садится.

- Как дела, малыш? - спрашивает он приторно сладко.

- Не называй меня так - рычу я - Зачем пришел? Явно не светские беседы тебя сюда привели.

- Я решил, что ты соскучился по мне - он подпирает рукой голову, капюшон немного съезжает, и я вижу его острый подбородок.

- Нет. - отрезаю я - Можешь идти.

Он смеется. Истерично и громко. И от этого смеха у меня по спине бегут мурашки. Он кажется душкой, но он божество. А если быть точнее, бог жизни и смерти.

- О нееет, мы еще не поговорили - он задумчиво трет подбородок - Когда мы виделись с тобой до этого?

- К чему этот спектакль? - бросаю я, тихо закипая.

- Отвечай! - его голос врывается в мое сознание и голова взрывается болью.

- Больше полугода назад - шиплю я.

- Точнее! - его власть давит меня, и мне кажется, что моя голова сейчас лопнет.

- Десять месяцев назад - цежу я сквозь зубы.

- Молодец - давление ослабевает - А ты не спешишь помочь ей все вспомнить. А ведь времени у тебя нет.

- Времени у меня достаточно. Люмия очнулась меньше двух недель назад - говорю я, потирая лоб рукой, боль начала отступать, но не ушла.

- А при чем тут ее воскрешение? - он откидывается в кресле, а по моей спине пробегают мурашки.

- Мой отсчет начинается с этого - говорю я, боясь, чтобы мой голос не дрогнул.

- Кто тебе это сказал? - усмехается он - Наша сделка состоялась в момент твоего согласия.

Меня словно бьет током. Десять месяцев назад. Черт! Черт! Черт! Я был так рад этой возможности, что упустил одну важную деталь. И был уверен, что у меня куча времени. А у меня всего

- Два месяца. - его слова как приговор - У тебя осталось два месяца - он словно прочитал мои мысли.

- Нет - говорю я тихо, словно только для себя.

- Могу прислать тебе копию нашей сделки - смеется он, и я гневно сверкаю глазами.

- Ты меня обманул! - я вскакиваю на ноги - Я хочу поменять условия!

- Если ты не умеешь слушать, я не виноват - он садится в кресле, он больше не расслаблен - Тебя предупреждали о сделках со мной. Но ты же хотел Люмию. Ты ее получил. - он скрещивает руки в замок на груди - Так ли важна цена?

- Цена моя жизнь - я злюсь, я не готов - И я хотел прожить этот год с ней. С той, ради кого, я жертвую всем.

- Ты жалеешь об этом? - он рассматривает свои ногти, или по крайней мере так кажется, из-за его дурацкого капюшона не понятно ничего.

- Нет! - вскрикиваю я - Но я думал, что у меня год!

- В следующий раз будешь умнее - он замолкает - А нет Следующего раза же не будет - он смеется, и я понимаю, что это полная жопа.

Я в полной жопе. И я не знаю, как из нее выбраться. Мне нужна помощь Старика.

- Ну все, малыш, - Безликий встает и кресло исчезает - У нас будет время наговориться.

Я молчу. Мне хочется разнести все вокруг. Я такой идиот. Я поверил богу и даже не уточнил деталей.

- Напомни все наши условия - говорю я тихо.

- Ох, малыш - он хрипло смеется - Надежда все еще жива в тебе.

- Скажи - мой голос ледяной, мне нужна хоть какая-то соломинка.

- Не забывайся, смертный. Я не добрый божок! - он подходит к Люмиии - Условия просты: твоя жизнь в обмен на ее.

- И я не могу ничего сделать? - мой голос безжизненный.

- Ты - нет - он гладит Люмию по волосам, и я дергаюсь - А вот она может.

- Что? - я опираюсь на стол напротив них -Как? Расскажи!

- Не горячись! - его голос ледяной, и в комнате словно становится холоднее на десяток градусов - Всему свое время.

Он проводит еще пару раз рукой по волосам Люмии, а затем замирает.

- Знаешь, а я подарю тебе еще один подарок - он усмехается - Да, так будет веселее - он касается указательным пальцем лба Люмии и ее глаза закрываются.

- Что? Что ты сделал? - я подскакиваю к Люмии - Люмия! Очнись - я трясу ее за плечи, повернув к себе.

Безликий отходит от Люмии и начинает растворятся, сливаясь с тенями в углу команты.

- До встречи, малыш - не вижу лица, но он точно улыбается - До очень скорой встречи.

- Что ты сделал? - кричу я, но Безликий уже исчез.

Люмия в моих руках слабо шевелиться и я возвращаю все внимание ей.

- Люмия, ты как? - спрашиваю ее я, придерживая плечи.

Люмия открывает глаза и моргает, пытаясь сфокусироваться на моем лице. Секундное осознание и она отшатывается от меня, скидывая мои руки с себя.

- Ты! - шипит она словно кошка.

- Да, это я, Люмия - я тяну к ней руки.

- Убери руки! - Люмия двигается вместе со стулом - Это ты меня убил!

Ее слова выбивают воздух из моих легких. Она все вспомнила.

Глава 16. Из-за любви

Молчание между нами давит на меня. Я не был готов к такому повороту событий. Безликий просто мудак. Он отобрал то зыбкое чувство надежды, которое только-только начинало селиться в моей душе.

Я не знаю, что сказать ей. Оправдаться? Она не будет слушать. Извиниться? Ответ тот же. Ей это не нужно.

Единственный выход - просить ее выслушать. Возможно, она поймет меня.

Её взгляд прожигает во мне дыру, и я прекрасно понимаю, что она сейчас меня ненавидит. Для нее я предатель и трус, она не знает всей истории. И я не знаю, как ей рассказать. Но я должен.

- Лю - мой голос срывается на ее имени - Люмия пожалуйста - не знаю, о чем я прошу.

Она молчит и смотрит на меня. Наверное, это можно считать за ее готовность слушать дальше, что я ей скажу, и я продолжаю.

- Прошу тебя - моя рука тянется к ней, но я себя останавливаю - Дай мне все рассказать. У меня не было времени

- Да. Не было. - перебивает меня она. Ее голос тихий, но меня он бьет словно раскат грома, резко и оглушающе - Потому что, я умерла.

- Люмия-я не знаю, что добавить, потому что она черт возьми, права.

- Я тебя выслушаю - говорит она, и это дает мне надежду - Но после ты соберешься и свалишь из моего дома.

- Но, Люмия - начинаю, я, но она меня перебивает.

- Никаких но, Нокс - она тяжело вздыхает - Ты держишь меня за дуру? - задает она вопрос, и сразу же продолжает - Ты мне врал!

На это мне нечего ответить. И я опускаю голову в знак капитуляции.

- Нокс - устало произносит она - Я вспомнила все. Но мне сложно. Ты меня предал.

- Я тебя воскресил, Люмия - говорю я, словно это может что-то оправдать.

- И ты считаешь, что я должна прыгнуть к тебе в объятия? - она горько усмехается - Может тебе еще праздничный секс по этому поводу устроить?

- Люмия - произношу я. За этот разговор я уже произнес ее имя слишком много раз, но я просто не знаю, что ей говорить.

- Что, Люмия? - она встает и нервно начинает мерить шагами кухню - Что ты от меня хочешь?

- Я не знаю - говорю я и тихо добавляю - Я люблю тебя.

- Люблю? - она злится - Именно поэтому меня и грохнули! Из-за твоей любви.

Ее слова причиняют мне боль, и я тоже хочу сорваться.

- Ну извини, что я два года, как идиот пытался тебя воскресить - взрываюсь я. - Ты не понимаешь, как мне было плохо.

- Плохо? Ух ты! Не ты лежал в гробу два гребанных года! - поднимает она голос.

- Ты там просто лежала! - срываюсь на крик я, вслед за ней.

- Я была мертва! - кричит она.

- Ну прости! Я не хотел! Слышишь, я не хотел, чтобы ты умерла - я подхожу к крану и наливаю стакан воды. Хочу сделать глоток, но подумав, ставлю стакан на стол, для Люмии.

- Я не верю! - Люмия обходит стол, берет стакан и выпивает залпом половину - Как мне тебе доверять?

- Я не знаю - говорю я и наливаю стакан воды себе - Честно, Люмия. Я так устал.

- Расскажи мне все, а потом я хочу остаться одна - она садится и скрещивает руки на груди.

- Может возьмем перерыв и я расскажу все? - говорю я и отпиваю воды.