Если она позовет

- Красавица и монстр, как символично - хмыкает он и передает мне кружку.

В этот раз наши руки соприкасаются и легкий разряд пробегает от моей ладони вверх. Я завороженно смотрю на тусклую нить магии под кожей.

Обвожу взглядом комнату, осколки стекла повсюду, занавески изорваны. Подношу кружку к губам и снова осушаю ее в один глоток.

- Что это было? - делаю круг пальцем, указывая на пространство вокруг нас.

- Судя по всему, твоя магия вернулась - он пожимает плечами - Я так себе советчик. Но похоже на выброс.

- Выброс? - я задумчиво смотрю на него.

- Ты пока не контролируешь магию, и любые сильные эмоции могут вызвать вот такое - он обвел рукой комнату.

- И что с этим делать? - я провожу пальцем по столешнице.

- Учиться контролю - говорит он и поворачивается, осматривая комнату.

- Ты поможешь? - я отворачиваюсь, чтобы не смотреть на него, мне сложно просить помощи, но пока он единственный, кто рядом находится.

Я бы могла попросить помощи у Ириды, но я не уверена, что она находится все там же, а мои ноги еще слабы, чтобы делать такой забег до ее дома. Но, когда я восстановлюсь, я обязательно ее навещу.

- Помогу - Нокс поворачивается ко мне, в его взгляде теплота, и я невольно смотрю на него в ответ, не в силах оторваться - Но сначала, тебе необходимо восстановиться.

- Спасибо - говорю я тихо, и я знаю, что он слышит.

Он кашляет, словно его смущает моя благодарность.

- Нужно тут прибраться - говорит он и оценивающе оглядывается вокруг.

- Я помогу - я поднимаюсь на ноги и Нокс подлетает ко мне.

- Нет. Стой на месте - он останавливается рядом со мной, готовый в любой момент схватить меня - Все в осколках, а ты босиком.

- Принеси обувь, и я тебе помогу - упираюсь я.

- Я сам справлюсь - уверяет он и взмахом руки сметает со стола осколки стекла - Посиди тут.

Он подхватывает меня под бедра и усаживает на стол. Искры пролетают между нами, и это не метафора. Магия искрит в воздухе. Наши взгляды скрещиваются и он не спешит убирать руки.

Его руки на моих бедрах, жаждущие губы, исследующие мою шею. Мои руки зарываются в его волосы и тянут его вверх. Наши губы встречаются и это похоже на взрыв в моем мозгу. Сердце делает один удар и пускается вскачь, вырывая меня из воспоминаний.

Я ощущаю, что я покраснела. Безликий! Все-таки между нами не просто знакомство. Его лицо слишком близко, и мне кажется, что сейчас воспоминание для нас было общим, потому что наше общее дыхание на грани аритмии, и это опаляет меня. Нокс наклоняет голову к моим волосам и глубоко вдыхает, словно пытается успокоить свое сердце.

Но видимо выходит плохо, и его руки сильнее стискивают мои бедра. Я невольно запускаю свои пальцы в его волосы и ощущаю их мягкость. Он резко вдыхает, оставляет мимолетный поцелуй на моей шее и отступает, убирая мою руку от своей головы.

- Посиди, я быстро приберусь тут - он смущен, ого, это что-то новое.

Он отворачивается от меня и взмахами рук собирает осколки с поверхностей в одну кучу на полу. Я завороженно наблюдаю за тем, как магия пульсирует в его руках. Как нити магии переплетаются с его венами на руках и это зрелище заставляет меня немного поерзать на столе. Этот мужчина определенно был очень привлекателен, и мое тело уж точно на него реагировало. Ставлю золотой на то, что у нас было что-то кроме поцелуев.

Мне срочно нужно отвлечься. Думай, Люмия. Ты же даже его не помнишь! Прописываю себе мысленную затрещину и легко встряхиваю головой.

Точно! Я его не помню. Это стоит исправить.

- Расскажи мне о себе - говорю я, продолжая пялиться на то, как он ловко собирает осколки, с помощью своей магии - Я не знаю, как скоро вернется память, и вернется ли вообще. Но я хочу вспомнить тебя.

Он поворачивается ко мне и рассматривает. Его взгляд задерживается на моих губах и я шумно сглатываю. Вот черт. Я наоборот, пытаюсь уйти от такого настроя. Нокс, ты не помогаешь. Он словно слышит мои мысли, передергивает плечами и отвечает:

- Это очень длинный разговор, и я пока не могу рассказать тебе всего - он осторожно смотрит на меня, словно снова ждет моего взрыва.

- Давай начнем с малого - я пожимаю плечами, принимая его условия - Начни с детства - он морщится - Что было до того, как мы встретились.

- Ты выбрала не самый удачный период в моей жизни - он горько усмехается - Я не смогу сказать тебе всей правды - вздыхает он - Но это пока, надеюсь позже, ты сама все вспомнишь.

- Хорошо - соглашаюсь я, устраиваюсь я поудобнее на столе, чтобы слушать его.

- Но тебе придется подождать - он улыбается, видя мое недовольно сморщенное лицо - Я закончу с уборкой, найду еще одну кружку, заварю нам чай и расскажу.

- Зачем столько всего? - я хмурюсь - Ты можешь уже начать.

- О, нет - он горько смеется - Я не вынесу этого рассказа, если не плесну себе виски в чай.

Я удивленно вскидываю на него взгляд. В нашем доме не было никакого алкоголя, кроме того, что применялся для лечения. Видимо Нокс тут давно. Но я решаю придержать вопросы. Пока он готов хоть что-то мне рассказать, будем радоваться и этому.

Я киваю ему, мол, работай быстрее, я жду. А в ответ он усмехается. Такое общение с ним начинает мне нравится.

Глава 12. Я так скучал

Мы сидим за столом с Люмией. И я должен рассказать ей о себе. Но что рассказать? Моя жизнь до встречи с ней полный ад. Жизнь в замке матери это череда побоев, голода, бесконечных издевок и выполнения заданий. Я не уверен, что снова готов видеть в ее глазах жалость.

Я сделал нам обоим чай, и не забыл плеснуть в свою кружку щедрую порцию виски. И теперь, я кручу свою кружку в руках не зная, с чего начать свой рассказ, а Люмия молча ждет меня.

Я разглядываю ее, не стесняясь. Она красивая. Даже сейчас, бледная и осунувшаяся, для меня она самая лучшая. Ее душа и внутренний свет стал моей путеводной звездой в жизни. Благодаря ее заботе и участию, я решил, что больше не хочу служить своей матери.

Я хлебнул из кружки, поморщился от вкуса и начал свой рассказ, опустив наше маленькое хобби - охоту на ведьм.

Я родился и жил в замке всю свою жизнь. Мать и отец никогда не проявляли ко мне должного внимания и любви. Для них я был ошибкой, которую они допустили, и об этом они постоянно мне напоминали.

Сколько себя помню, они всегда гнобили меня и унижали. У нас не было слуг, и когда я немного подрос, меня начали нагружать любой работой.

Таскать тяжелые ведра, когда я только научился бегать? Запросто.

Научить свежевать туши животных, до того, как я научился говорить? Проще простого.

Меня научили говорить и читать поздно, и то, только потому, что матери надоело, что я молчал в ответ на ее задания, и не мог прочесть подписи на ее многочисленных банках.

Спасибо им и на этом. Я не вырос тупым идиотом.

Я сделал еще глоток и вздохнул. Люмия ловила каждое мое слово, и по ее лицу я не мог понять эмоций. Она хмурилась, но молчала. И я продолжил.

Моя мать была ведьмой, а отец охотником. Он постоянно пропадал на заданиях матери. И я эти дни очень любил. Тогда мне нужно было просто выполнять то, что она мне прикажет, и по возможности, не попадаться ей на глаза. И я мог тайком залезать к ней в библиотеку и брать оттуда книги, и читать про другую жизнь, которой я никогда не увижу.

Только спустя время, я узнал, что на библиотеке были сильные охранные чары, и мать знала, что я беру ее книги, но закрывала на это глаза. Спасибо ей за это. Больше, пожалуй, ее не за что благодарить.

Правда, потом она мне рассказала, что книги, которые я брал, были зачарованы, и она всегда подсовывала мне книги, которые показывали мне другую жизнь. Жизнь, которая не была мне доступна. Была ли моя мать жестока? Однозначно да.

Я мечтал о том, чтобы сбежать, но на замок были наложены чары, и покинуть его я не мог. Точно так же, как и замок не мог найти хоть кто-нибудь. Поэтому, кроме своих родителей, рядом со мной никого никогда не было.

Рассказ дается мне сложно, чай закончился, и я в полном молчании завариваю нам по новой кружке. Но потом подумав, отставляю свою и наливаю виски себе прямо в стакан. Люмия вскидывает в удивлении бровь, но молчит. Ее молчание дарит мне уют, но и напрягает, в то же время. Делаю глоток обжигающей жидкости и продолжаю свой рассказ.

Впервые я увидел мир лет в 10, когда отец решил, что я уже способен на то, чтобы таскать все покупки, которые он делал каждые две недели. И взял меня с собой на огромный базар.

Столько эмоций, я не переживал ни разу за свою жизнь. Яркие палатки, дети носятся вокруг с леденцами на палочках и надутыми лягушками в руках. Вокруг витает сладковатый запах чего-то ну явно очень вкусного, но отец не останавливается и идет прямо к своей цели. А идем мы судя по всему, в самый серый и мрачный угол базара, где собрано все самое необходимое для жизни. По мнению, моего отца.

Там мы закупаемся овощами, и торговец, очень неприятной внешности подмигивает мне, улыбаясь беззубым ртом. Улыбка у него совершенно не добрая, и я прячусь за отцом, который видя это, делает шаг в сторону от меня и кивает на пакет.

Пакет, к моему сожалению в руках у этого торговца и я стараюсь быстрее забрать его, но он перехватывает мою руку прежде, чем я успеваю ее отдернуть.

Он притягивает меня к себе и осматривает. Его глаза пробегаются по всему моему телу и он поворачивается к моему отцу.

- Симпатичный малый - он снова окидывает меня взглядом - Продашь?

Его вопрос бьет меня наотмашь, и я поворачиваюсь в панике к отцу. Что это значит? Отец хмурится, и по моей спине скатывается холодный и липкий пот.

- Сколько за него хочешь? - не унимается торговец, видя, что отец задумался - Я могу щедро заплатить - подстрекает он - Я даже знаю, куда я его определю - второй рукой он ощупывает мое тело, через одежду - Подкормим его только - бормочет он, видимо уже что-то решив, и я холодею от ужаса.

Я в смотрю на отца с мольбой, но тот смотрит куда-то в сторону.

- Может быть в другой раз - выдает отец и я выдыхаю.

- Любая цена - начинает торговец, но отец его перебивает.

- Я все сказал - он грубо вырывает меня и пакет с покупками из рук торговца.

Поворачивается и тащит меня за собой к выходу из базара. Зайдя за один из красочных шатров, он бросает мне пакет.

- Будешь должен за это - его слова бьют меня - Я бы с радостью тебя продал, но я не хочу делать снова всю работу по дому сам - добивает меня он, поворачивается и уходит, зная, что я пойду за ним.

Но я не иду. Впервые я думаю о том, что смогу сбежать. И пакет продуктов в моей руке это мое пропитание на ближайшие дни. Я смотрю в спину отца, раздумываю меньше минуты, и обогнув шатер с другой стороны, убегаю в сторону леса.

Моей радости нет предела, это было легко. Вот уже и начало леса, и я ускоряюсь. В окрестностях замка много лесов, по которым я могу бродить, и этот лес поэтому меня совершенно не пугает.

Как только я пересекаю черту леса, меня словно втягивают в воронку, земля под ногами меняется местами с небом и я падаю, падаю, и падаю.

Открываю глаза, я лежу на земле. Но что произошло. Лежу так до момента, пока над моим лицом не появляется силуэт. Мой отец. Он смотрит на меня р раздражением. Он сплевывает в сторону и его сапог врезается в мое лицо. Боль пронзает мою голову.

Это была показательная порка, после которой я не мог встать с земли еще до вечера. И только накрапывающий дождь, помог мне немного прийти в себя и я смог доползти до какой-то постройки во дворе нашего замка. Как я тут оказался? Видимо отец перенес меня и бросил. Этот урок я запомнил надолго.

Я смотрю в свою пустой стакан. Мы молчим. Не уверен, что хочу сегодня продолжать.

- Давай на сегодня закончим - говорю я - Я устал - беру бутылку и наливаю себе полный стакан.

- Спасибо - тихо говорит Люмия и берет стакан раньше, чем моя делает это.

Она делает глоток и морщится.

- Ты прав, без виски этот рассказ тяжело дается - говорит она и слабо мне улыбается, я улыбаюсь в ответ.

- Верни стакан - говорю я и тяну руку.

Она шутливо бьет по моей руке и встает, отходя от стола.

- С чего это? - говорит она делая еще глоток.

- Тебе нельзя пить - я встаю за ней.

- Кто это сказал? - она пятится к двери в свою спальню.

- Мы это уже проходили, Люмия - я нагоняю ее и нависаю над ней - Скорее всего ты этого не помнишь, но ты ужасно себя ведешь, когда пьяна.

Она удивленно вскидывает на меня взгляд и делает еще один глоток из стакана.

- Например, как? - она смотрит на меня снизу вверх и я теряюсь - Так? - она привстает на цыпочки и прижимается губами к моим губам.

Я на секунду замираю, но вот уже мои руки обхватывают ее тонкую талию, и вдавливают в стену, рядом с дверью. Стакан из ее рук падает на пол, и янтарная жидкость разливается по полу. Но нас двоих это совершенно не волнует.

Наш поцелуй углубляется и она зарывается пальцами в мои волосы. Я резко выдыхаю, перемещаю руки на ее бедра и подхватываю ее, заставляя обвести ноги вокруг моей талии.

Она стонет мне в губы и этот стон вторится в моей груди.

Ее руки спускаются на мою шею, и она ногтями впивается в нее, вырывая из моего горла новый стон.

- Черт, Люмия - я отрываюсь от ее губ - Я так скучал.

Она замирает в моих руках. Я чувствую напряжение и аккуратно спускаю ее на пол. Она пошатывается, но упирает руку мне в грудь.

- Извини - шепчет она, и я отхожу, ошарашенный.

- Что я - начинаю я, но она вскидывает руку, перебивая меня.

- Мне Я - она заикается - Извини - она виновато смотрит на меня и быстро скрывается за дверью своей комнаты.

Я слышу скрежет засова и упираюсь лбом в дверной косяк. Я идиот.

Глава 13. Пробуждение

Я влетаю в комнату, закрываю засов и приваливаюсь спиной к двери.

Бездна! Какая же я дура. Что я творю? И почему это кажется таким правильным? Его руки, губы, все кажется таким родным и знакомым. Моё сердце тянется к нему, но вот мой разум не уверен, что Ноксу можно доверять. Он уже соврал мне о своем имени, что мешает врать и дальше? Я хочу ему верить, но могу ли?

Я устало тру виски, день вымотал меня морально. Бреду до кровати, и падаю в нее не раздеваясь. Хочется зарыться в эти подушки и ничего не решать больше.

Слышу, как Нокс гремит чем-то на кухне, а после закрывается дверь в его мою спальню. Наверное, я его обидела. Но он не понимает, как мне сложно. Это он помнит наше прошлое, но не я. Я вспомнила только знакомство, и мне катастрофически этого не хватает. Я одновременно хочу все вспомнить и нет. Это сложно.

Мой мозг решает, что он устал думать и медленно утягивает меня в царство сна.

***

Я просыпаюсь от кошмара. Смерть бабушки вот уже почти год мучает меня по ночам. Светловолосый мужчина с ножом обещает вернуться за мной, и я всегда просыпаюсь, когда он начинает бежать, а я прирастаю к месту и не могу даже шагу ступить.

Придется снова просить зелье для сна у Ириды, иначе скоро я буду походить на ходячий труп.

Я встаю с кровати и оглядываюсь. Скоро год, как я живу у бабушкиной подруги, но эта комната никогда не станет моей. Но в наш дом вернуться я не могу. Это слишком больно. Бабушка была для меня всем. И потеряв ее, я потеряла смысл жизни и себя. От меня прежней осталась лишь оболочка.

После того, как мы с Иридой предали прах, единственного родного мне человека, ветру, я больше не смогла находится в нашем доме. Наскоро собрав вещи, я завесила окна тканью, прибралась в последний раз, взяла бабушкин дневник и ушла к Ириде. Больше я там не появлялась. Не могу. Мне кажется, что если я увижу снова место смерти бабушки, я просто рассыплюсь. Не останется стержня, который держал бы меня на этом свете.

Я подхожу к зеркалу. На меня смотрит осунувшееся, бледное лицо. Мне жалко себя, но я не знаю, как себя собрать по кускам, и кто я без бабушки.

А еще, меня очень сильно тревожит то, что моя магия не пробуждается. Ирида успокаивает, говоря, что не у всех это происходит одинаково. Но ей перешла сила через два месяца после гибели матери, а моей бабушке сила пришла через день. А у меня, год и пустота.

Я по памяти заплетаю волосы, надеваю вчерашнее платье и выхожу из комнаты. Прохожу по коридору и заглядываю в кухню. Ирида готовит чай. Она поднимает на меня глаза.

- О, Люмия, детка, проходи - она кивает на стул.

- Я не голодна - отвечаю я, и вижу, как уголки ее губ опускаются.

Я не только себе приношу боль, но и ей. Это разбивает мое сердце, я не хочу, чтобы ей было плохо.

- Нам необходимо сегодня прогуляться, и я не уверена, что мы вернемся до обеда - говорит она, взяв себя в руки и улыбнувшись.

- Ладно - соглашаюсь я, зная, что выбора у меня нет.

Я сажусь за стол и Ирида наливает мне чашку чая. От него пахнет травами, и я принюхиваюсь.

- Это что, солнцецвет? - подношу чашку ближе к лицу, и вдыхаю глубже - Точно он, но зачем?

- Он придает сил - отвечает она, но от меня не ускользает, что себе она наливает из другого чайника - Ты хиленькая, тебе нужны силы. Прогулка по лесу будет долгой.

- Зачем нам в лес? - спрашиваю я, делая глоток чай, он слегка терпкий, но приятный.

- У меня закончились все травы - говорит Ирида и пододвигает ко мне тарелку с пышными пирожками - Твои любимые, картофельные.

Я окидываю взглядом комнату, в которой негде даже книгу положить, потому что везде сушатся разные травы, либо настаиваются какие-то мази. Странную игру затеяла Ирида, но дело ее. Чем быстрее выйдем, тем быстрее вернемся. Я беру пирожок и кусаю. Он для меня кажется пресным, как и вся еда сейчас. Да и вообще все, что есть вокруг меня.

Я наскоро запихиваю в себя пирожок, допиваю чай и мы выходим, взяв только одну корзинку, в которой, уже что-то лежало. Ирида явно что-то задумала, но я не хочу даже пытаться ее разгадать.

Мне кажется, мы уже вечность бродим в этом чертовом лесу. Ирида водит меня кругами. Все травы ей не те, и я начинаю злится. Я бы могла сейчас лежать в кровати, а не шастать по лесу в поисках того, не знаю чего.

Я устала, а Ириде все нипочем. Она бодро шагает вперед, так и не скажешь, что ей уже скоро пятьдесят. Я вздыхаю демонстративно уже, наверное, сотый раз за минуту, но меня старательно игнорируют.

Я пялюсь себе под ноги, и пинаю все, что попадается, хоть немного унять злость. Выходит плохо. Я поднимаю взгляд, и различаю знакомую верхушку дома. Нет. Нет-нет-нет. Она же не могла этого сделать. Я оборачиваюсь в поисках Ириды. Нахожу ее в отдалении от меня, и когда только она успела там оказаться.

- Прости - говорит она, грустно улыбаясь - Но тебе это необходимо.

Она делает пару пассов руками, и меня словно начинают толкать в спину все ближе к дому.

- Нет! - я пытаюсь вырваться из невидимых руки - Нет! Ирида! - кричу я - Пожалуйста, не надо - мой голос хрипит от слез.

Не знала, что они еще во мне есть. Но вот они, бегут по щекам огромным потоком.

- Пожалуйста - кричу я, вырываясь, в попытках взглянуть на Ириду - Не делай этого! Ирида!

Дом приближается, а значит приближается и поляна, где все произошло. Но я не могу. Не хочу.

Я начинаю сильнее трепыхаться, но все бесполезно, меня толкают в сторону дома силой, которой я не могу сопротивляться. И вот, я уже вижу между заднюю дверь дома и соответственно, поляну перед ним, где какой-то урод убил мою бабушку.

Я закрываю глаза, и рыдания сотрясают мою грудь. Но вот, сила перестает давить на меня, и я падаю на колени.

Ощущаю траву под пальцами и не хочу открывать глаза.

- Нет! - слезы бегут по щекам - Не хочу! - я сажусь на траву и обхватываю колени руками, начинаю раскачиваться - Забери меня! Я не хочу ничего видеть - кричу я словно в пустоту.

Ирида мне не отвечает. Она меня бросила. За что она так со мной?! Она знала, как мне больно находится тут. И привела меня сюда, для чего?

Я делаю усилие над собой и открываю глаза. Да, к сожалению, я именно на той поляне. Ненавижу ее, ненавижу все вокруг. Я опускаю руки и впиваюсь пальцами в шелковистые травинки.

Не хочу быть здесь!

Начинаю рвать траву вокруг себя.

Ненавижу! Ненавижу! НЕНАВИЖУ!

Мое тело разогревается, и я чувствую жар каждой клеточкой кожи. Становится невыносимо, и я обхватываю себя руками в попытках успокоиться, но не выходит.

Боль, гнев, жар. Все это скапливается в тугой узел в моем живот и я больше не могу его держать.

Я кричу, и вместе с этим криком из меня выходит что-то. Мне становится легче, прохладнее. Словно меня обнимают чьи-то родные руки.

Я чувствую чьи-то пальцы в моих волосах.

- Бабушка - я вскидываю голову и вижу ее.

Полупрозрачная, она обнимает меня, баюкая, как маленькую, а по моим рукам бегут нити магии.

- Тише, лучик, ты смогла - бабушка ласково гладит меня по голове и я закрываю глаза.

***

Я просыпаюсь в кровати комнате бабушки. Подушка вся мокрая, и я ощупываю щеки, я плакала. Ощущение объятий постепенно сходит на нет и я зябко ежусь. За окном еще темно, пытаюсь уснуть снова, чтобы еще немного побыть с бабушкой, но увы, мой организм истощен и я проваливаюсь в сон без сновидений. И я уже не слышу, как Нокс отходит от моей двери, и возвращается в свою комнату.

Глава 14. Я хочу тебя помнить

Утро наступает для меня слишком резко. Я всю ночь не спал, а когда услышал крики Люмии в соседней комнате, сразу же подлетел на кровати и поспешил к ее двери.

Но не смог войти. Не уверен, что она хотела меня видеть. Я стоял как идиот у нее под дверью, пока не услышал, что она успокоилась и уснула. Я жалок.

Вернувшись в комнату, я снова лег на кровать, но уснуть так и не смог. Мысли вихрем носились в моей голове.

Я не понимаю Люмию. Она сама меня поцеловала, и мне показалось, что она вспомнила меня. Но нет, когда она отстранилась в глазах не было прошлого тепла и любви.

Я хочу, чтобы она вспомнила меня. Но это неотвратимо ведет к тому, что она вспомнит и то, что в ее смерти виноват я. И это уже никак не изменить, даже тем, что я ее воскресил и все исправил.

Черт! Как же это сложно. Я разрываюсь. Мне надо помочь ей освоиться и оставить ее в покое. Я принес ей и так одни беды. А если она все вспомнит, и захочет быть рядом? Что я буду делать? Снова врать. Но потом пройдет год и я должен буду покинуть ее.

И я не могу это изменить. Старик ищет выход, но мы оба понимаем, что сделки с Безликим, это тот еще атракцион. Выход из которых - смерть. Мне надо собрать яйца в кулак и сделать все, чтобы не принести ей еще больше боли.

У меня нет выбора, я должен быть сильнее, чем мои чувства к ней. Больше не дам навредить ей.

Я тру руками лицо и встаю с кровати. Спать все-равно нет смысла, за окном уже занимается рассвет.

Решаю сходить в душ, но сначала проверяю, спит ли Люмия - снова стою к двери, прислушиваясь. Тишина. Надеюсь, хоть Люмия сегодня сможет выспаться.

Захожу в ванную комнату, сбрасываю с себя вещи. Включаю воду и становлюсь под тугие струи воды.

Набираю в ладони воду и смотрю за тем, как она утекает сквозь пальцы. Мои мысли крутятся вокруг Люмии даже если я и договорился с собой. Ее запах все еще окружает меня. Опираюсь рукой о стену, ее запах отключает мое сознание, и я вновь вспоминаю ее губы, тепло ее тела, прижатого ко мне.

Это заводит меня еще сильнее, и я не могу больше этому противиться. Рука сама по себе тянется вниз живота.

Представляю, как она обнимает меня сзади, прижимается грудью к спине, ее рука занимает место моей, и это уже больше, чем я могу себе позволить.

Вода стекает по моей спине, но я не замечаю ее. Мои глаза закрыты, и перед внутренним взором она. Люмия. Её губы, мягкие руки, тело, прижатое к моему.

Я словно вижу это все наяву. И это толкает меня к точке невозврата.

Моя рука обхватывает член и начинает двигаться, разгоняя кровь. Ее стоны, вздымающаяся грудь, мое имя на ее устах. Мой разум подкидывает мне все новые и новые порции воспоминаний. Волосы раскиданные веером по подушке, распухшие от поцелуев губы. Ее стоны, заглушаемые моими губами. Мой мозг коротит, и я уже не различаю где реальность.