Титул феникса. Последняя битва.

Что же, сразимся, как в старые добрые.

Мы схлестнулись в поединке, поочередно наступая. Проблема была в том, что мы оба отлично владели оружием и знали приемы друг друга как свои пять пальцев. Как только Кенаи отставлял правую ногу назад, я уже опускал меч вниз, отбивая удар у живота. Когда я слегка сгибал колени, брат уже подпрыгивал, ожидая подножки. Это оказалось довольно интересно. Проиграет тот, кто отвлечется и запнется. Я решил, что сейчас самое время поговорить с ним.

— Что у тебя с Меридой? — спросил я, наступая на него с серией ударов.

— Ничего, — Кенаи отбил последний и оттолкнул меня ногой в живот.

— Какой смысл врать, если все и так видно со стороны? — я вскинул меч вверх, затем развернулся вокруг своей оси и опустил вниз, отражая еще один удар.

— Ну, так если видно, чего ты от меня хочешь? — Кенаи заметно разозлился. Его удары стали быстрее и жестче, я только и успевал, что защищаться.

— Хочу, чтобы ты, дурень, не портил ей жизнь, — я наседал на него, и наши мечи плотно скрестились. Кенаи пришлось пятится. — Она замужем за королем Трэиндора, мы заключили мирный договор. Ты упустил свою возможность как с ней, так и с Ванессой, пора успокоиться.

Его лицо покраснело, глаза наполнились злобой. Кенаи вскинул руки, выбил мой меч и агрессивно размахивал своим, разрезая воздух в нескольких сантиметрах от меня. Я уворачивался, а когда подвернулся подходящий момент, прыгнул на него и снес с ног. Мы рухнули на землю, я оттолкнул его оружие подальше и смерил, как мне казалось, важным королевским взглядом.

Кенаи тяжело вздохнул и уронил затылок на землю. Я приподнялся и сел рядом, пытаясь прочитать его эмоции.

— Мы всегда считали ее малявкой, — начал признание Кенаи, — поэтому уже во взрослом возрасте мне было страшно признавать, что она мне симпатична. Когда ей стукнуло восемнадцать, мы стали проводить все больше времени вместе, и я осознал, что чувствую к ней что-то серьезное. После этого я прекратил близкое общение. Не мог переступить через себя, ведь я видел в ней ту истеричную девочку с хвостикам. — Он сел, провел рукой по волосам и посмотрел мне в глаза. — Когда король предложил выдать ее за меня замуж, если я приведу Ванессу, что-то внутри щелкнуло. Однако я упорно не признавал этого и твердил себе и окружающим, что это все ради короны.

— Продолжайте! — выкрикнул я, заметив, как все прервали тренировку и уставились на нас.

— При первой встрече Ванесса мне ужасно понравилась, и я подумал, что это шанс переключиться. Забыть о Мериде, — он закрыл лицо руками. — Я поступил ужасно, когда дал Ванессе надежду. Она стала мне дорога, поэтому я не перешел грань и рассказал ей о браке. — Кенаи вскочил на ноги, выругался под нос и пошел к обрыву.

— Погоди, — я догнал его и поравнялся плечом к плечу. — Тебе станет легче, если ты наконец проговоришь это все.

— Черт! В общем, когда мы вернулись во дворец и я встретился с Меридой, ощутил ее запах, услышал смех, и как-то все в итоге закрутилось. Ты не поймешь меня… — он поднял с земли камешек и кинул в сторону океана. — Потом оказалось, что корону по праву наследует Ванесса, и я уцепился за этот крючок, которым обманывал сам себя. Мол, если к Мериде не прилагается корона, то и она мне не нужна. Идиот… Я хотел восстановить отношения с Ванессой, оттолкнул Мериду и в итоге просрал обеих.

Я молча выслушивал его, понимающе кивая. Чувства — сложная хрень, особенно чувства к той, с кем ты вырос и нянчился. В глазах она является все еще тем сопливым ребенком.

— Когда Мерида вышла замуж, я рвал волосы на голове, злился, ненавидит себя, но понял, что это все к лучшему. Она хотела стать королевой, хотела хорошей жизни и она ее получила. А я лишь трепал ей мозги, — он взглянул на меня полными боли глазами. — Но когда я увидел ее в Трэиндоре, во время спасения вас, сердце рухнуло вниз. Я понял, что скучал по ней. Оказалось, она тоже… Я не знаю, что делать, брат… Это неправильно, да, но я, похоже, люблю эту малявку.

Я обнял его и похлопал по спине. Он не должен быть с ней вместе, но любви не прикажешь, поэтому я понятия не имел, чем ему помочь. Я знаю, что Пит — хороший человек, и если Мерида бросит его, то он не пойдет на нас войной. За это я и не переживал. Но вот люди, которые и так с трудом доверяют нам, которые ищут подвох в каждом нашем действии, — они снова разочаруются в ликанах.

Я желал брату счастья, а посему не мог или не хотел препятствовать ему. Будь что будет, наверное…

Глава двадцать девятая

Ванесса

Я проснулась, чувствуя приятную легкость в мышцах. С улыбкой на лице я потянулась руками вверх и следом уронила одну на соседнюю часть кровати. С глухим шлепком она рухнула на холодную простынь. Пусто. Я глянула в окно: уже во всю светило солнце. Ну хоть кто-то из нас занимается королевскими делами с раннего утра.

Война торопила, заставляла ускоряться даже в самых банальных и бытовых моментах, таких как чистка зубов или завтрак. Как будто, если я все это сделаю быстро, то поймаю врага на подходе к Форретии. Однако благодаря беременности я стала немного ленивее. Тревога никуда не ушла, но теперь бладгромам придется подождать, пока мамочка сделает все свои дела.

Я приняла водные процедуры, спокойно расчесала влажные волосы и подошла к напольному зеркалу в полный рост. Живот выглядел так, словно я переела. Забавно. Я слегка похлопала по нему и принялась одеваться. Как только перед глазами всплывали страшные события, я закрывала их и представляла, как будут выглядеть дети. Это помогало. Если вдруг я не успевала сосредоточиться на них, то несколько минут в панике задыхалась. Воспоминания накрывали с головой, забирая воздух из легких. Вина, словно подземный демонический змей, стучалась мне в голову и твердила об ошибке моего существования. Но не сегодня!

Сегодня я чувствовала себя богиней на все сто.

Я надела белую рубашку с рюшами, сверху — мой любимый голубой сарафан с квадратным вырезом. Ноги я утеплила шорсами и ботинками. Солнце подпекало даже сквозь окно, поэтому сверху я накинула теплое кожаное пальто. Секунду я вслушивалась в звуки на улице, и, после того как они успокоили мою тревогу, я направилась завтракать.

Насвистывая знакомую мелодию, я вошла в столовую и увидела одиноко сидящую Мериду, которая уплетала свои любимые имбирные пряники. В надежде на то, что сегодня ничего не сможет испортить мне настроение, я выдохнула и направилась к ней.

— Поздний завтрак? — усмехнулась я и уселась рядом на стул.

Сестра выглядела подавленно. Она кивнула и отпила чаю.

Заметив меня, служанка быстро накрыла на стол, принесла молочную кашу, булочку с яблоком и налила чай с запахом жасмина.

Я принялась за еду, размышляя, как же начать разговор с Меридой. Может, наши отношения слегка и улучшились, но не настолько, чтобы я могла поучать ее как старшая сестра.

Собравшись с духом, я выпалила:

— Тебе не стоит водиться с Кенаи за спиной у мужа, это может плохо кончится для королевства.

— Иди на хрен, Ванесса. Со своим Ривеном, со своим королевством. Отвалите от меня. — Она схватила последнее печенье из тарелки и вскочила на ноги.

— Погоди, я же не со зла, — я попыталась смягчить, вскочила за ней и схватила за руку. — Ты всю жизнь мечтала стать королевой, и это исполнилось, зачем рушить все ради случайного секса?

— Я залетная ошибка отца, я мечтала не о короне, а о том, чтобы что-то значить!

Она отдернула руку и выскочила из столовой, цокая туфлями.

Видимо — разговоры с младшими — это не моя сильная сторона… Наверное, воспитанием детей придется заняться Ривену. Может, у него с Кенаи разговор выйдет получше.

Я прикончила завтрак и отправилась на улицу. Между домами на аллее развернулась целая строительная площадка. Народ, который еще не отплыл, помогал вырезать колья. Ликанов пятнадцать собирали конструкцию для метания булыжников, которую мы позаимствовали у Трэиндора. Люди и ликаны сплотились, и за этим было приятно наблюдать. Каждый занимался своим делом, иногда помогая другому. Я остановилась на лестнице и услышала грохот где-то со стороны обрыва. Немного присмотревшись, я заметила блики молнии.

Где же провести день беременной женщине? Правильно, рядом с опасным и неконтролируемым богом, почему бы и нет. Иногда мне кажется, что безрассудство появилось вместе с моим рождением. Но я не могла спокойно развернуться и уйти, когда меня тянуло узнать о чем-то. Это свербящее чувство похоже на маленького таракана в голове, который в панике бегает из стороны в сторону и кричит: «Ты все пропустишь!».

Я направилась к Анту.

У одного из домов я разглядела большую квадратную лысую голову. Мондегир. Я усмехнулась, когда поняла, что он лукаво заигрывает с Мариэль. Он облокотил одну руку на дверь и нависал над маленькой женщиной, как огромная глыба. Никогда еще не видела его таким довольным. Мне кажется, людям и ликанам не хватало друг друга. Мы как две половинки одного целого, которые уравновешивали все хорошие и плохие стороны. Мариэль обратила на меня внимание. Я подмигнула ей и скрылась за домом.

Когда я вышла на открытое пространство между городом и обрывом, то заметила новые черные углубления в земле. Дела плохи. Вдалеке я уловила коричневую мантию и рядом — высокого мужчину в темно-синей рубахе и коричневых штанах с кожаными ботинками в тон. Хэнриг и Ант о чем-то активно спорили. Бог гневно вскинул руки, и тонкая белая искра выстрелила в небо. Я не успела опомниться, как большой серый силуэт появился над моей головой. Острые когти схватили меня и оторвали от земли. Я знала, кто это, не стала сопротивляться. Однако вздрогнула, когда оглушительный удар пробил землю в месте, где я стояла пару секунд назад.

— Спасибо, — процедила я с колотящимся сердцем, когда Бруно поставил меня.

Ант и Хэнриг в испуге бросились к нам.

«Так и скажи, что не можешь спокойно существовать и тебе вечно надо находиться там, где опасно. В этом смысл твоей жизни, да?» — надменно издевался Бруно.

Я нахмурилась и сложила руки на груди.

Да, блин, он был прав. Все детство я сбегала из дворца, чтобы найти приключений на задницу. Скучная и простая жизнь не для меня. Я испытываю наслаждение, когда кровь кипит, сердце ускоряется, а я задействую все свои защитные рефлексы. Я зависима от адреналина, от опасности. И в моем глубоко беременном состоянии это, к сожалению, большая проблема. Возможно, осознание того, что я бессмертна сделало меня еще безумнее.

— Вы в порядке? — с округлившимися глазами, отдышкой, хватаясь за сердце, выпалил Хэнриг.

— Да, я же вроде как бессмертна, — усмехнулась я и пожала плечами.

— Сила другого бога может серьезно ранить, — равнодушно отметил Ант.

Я напряглась. Руки невольно потянулись к животу, но я отдернула себя. Не знаю, где во взгляде Анта Ривен увидел жажду. Я наблюдала сейчас надменный взгляд заносчивого старикашки в теле молодого мужчины.

— Я могу присоединиться к тренировке? — я сменила тему и взглянула на Хэнрига.

Этот вопрос был больше риторический, так как я королева. Но мне нравилось давать людям ощущение власти. Старейшина воодушевился и махнул рукой в сторону, где они с Антом стояли несколько минут назад.

Бруно направился с нами. Эта огромная каменная гаргулья, по всей видимости, вообразила себя моим охранником. Он важно вышагивал рядом, периодически поглядывая на меня.

Когда мы дошли до места, я встала немного поодаль, чтобы никого не смущать, и наблюдала за тренировкой. Как оказалось, все это время Хэнриг просил Анта ударить в сторону океана, но его непослушная сила вырывалась совершенно в другом направлении. Бог нервничал, ругался, в общем, бушевал, как и молнии внутри него.

— А если попробовать помедитировать, прежде чем начинать занятие? — вмешалась я после того, как очередная вспышка ударила в нескольких метрах от нас.

— Я жил в царстве богов, — свирепо фыркнул Ант, — ты действительно считаешь, что можешь предложить что-то, чего не предлагали они? — он вскинул руки и накрыл ими лицо. — Всю свою жизнь я только и делаю, что пытаюсь приручить эту силу.

Во время нашего знакомства он был сама любезность. Видеть его с другой стороны оказалось странно. Я сочувственно посмотрела на него. Бедняга всю жизнь борется, от него все отвернулись, отселили подальше от себя, так еще и потом лишили времени с любимой.

— Может, ты не туда целишься? — я опустила глаза и, закусив губу, осторожно повторила попытку.

Мозговой штурм, и пусть даже глупые идеи, еще никогда никому не вредили.

— Что это значит? — одновременно удивились мужчины.

— Ну… Молния же бьет сверху, — сказала я очевидную вещь и подошла к ним поближе, — а что, если тебе целиться не в воду, а в небо над местом в воде? — указательным пальцем я провела линию от точки, куда просил ударить Хэнриг, вверх.

— Я же сказал, мы с богами уже все пере…

— А ты попробуй.

Ант протяжно выдохнул, метнул в меня исподлобья печальный взгляд зеленых глаз и развернулся к океану. Я подошла ближе и осторожно коснулась его локтя, когда он приподнял руки для удара.

Представить его силу оказалось легко. Бело-серые искры хаотично метались по его телу в разные стороны. Они никак не успокаивались и плавно не перетекали, как моя золотая лента. И как в такой буре может что-то получиться? Я направила в него поток золотой энергии. Мне хотелось попробовать утихомирить его искры. Но их было слишком много. Пока я пыталась поймать одну, другие уже исполнили целый танец. Не получается. Когда Ант готовился к удару, я увидела, как все эти молнии собираются в один огромный сгусток, а затем взрываются.

Молния снова оставила черный след и закидала нас кусками земли. Тогда я решила попробовать не успокаивать искры, а украсть их большую часть. Ант не стал противиться. Он поддался и разрешил вытянуть из него некоторые силы. Молнии внутри него замедлились, сгусток получился намного меньше, и, когда он взорвался, сила ударила в океан. Правда, примерно в нескольких километрах от места, куда он целился, но все же.

Хэнриг обрадовался, похлопал Анта по плечу и завороженно всматривался вдаль.

Я посмотрела на Анта с ехидной ухмылкой, в которой явно читалась победа.

— Не обольщайся. Боги высасывали у меня почти все запасы энергии и порционно возвращали. Даже так я не мог попасть в определенную точку, — он взял меня за подбородок и приподнял грустное лицо, — ты здесь не виновата, просто я сломанный бог и с этим ничего не поделать.

— А есть бог, который управляет тучами? — я воодушевилась от гениальной мысли, которая пришла мне в голову, — может, некоторые силы должны использоваться в паре?

Ант усмехнулся, и от недовольного брюзги не осталось и следа.

— Я такого еще не встречал.

Он снова натянут на лицо маску ехидства, поблагодарил Хэнрига за тренировку и направился ко дворцу.

Я потопталась на месте.

Спросить или не спросить?

Спросить.

Я попрощалась с Бруно и Хэнригом и ускорилась, чтобы нагнать Анта.

— Погоди, — окликнула я его, — мне нужно кое-что узнать.

— Все, что пожелаешь, — пролепетал Ант, когда я оказалась рядом.

Он зачесал волосы, поправил воротник который заполз под накинутое сверху пальто, и протянул мне локоть.

Я взяла его под руку и тяжело сглотнула. Когда мы двинулись, я все еще не знала, как правильно задать вопрос.

— Так что тебя интересует, Ванесса, — нарушил молчание Ант.

— Как ты уже наверняка знаешь, я — Нокбрид, — немного запинаясь начала я — смесь полубога, человека, ликана и бладгрома, — каждый раз проговаривая связь с последним существом на меня накатывало отвращение. — Феррит сказал, что я не могу обратиться в ликана из-за того, что другие мои сущности блокируют это.

— Природа всегда ищет баланс, именно поэтому она не может позволить существовать столь могущественному созданию, — подтвердил Ант.

— Да… но… — я попыталась собраться с духом, — я хочу обратиться, и Феррит сказал, что это возможно, только вот не пояснил, как.

Ант ощутимо напрягся, его локоть прижал мою руку к торсу, а сам он слегка замедлил шаг.

— Это довольно опасный процесс. Если я сделаю что-то не так, то ты можешь остаться вообще без божественных сил.

Услышав это, я испугалась. Как я смогу защитить жителей, если буду слабой? Однако тогда Феррит не сможет использовать меня ради своей второй способности.

— Значит, тогда я стану просто ликаном? — уточнила я, не скрывая волнения.

— Нет. Если изъять из тебя все божественные силы, даже те, которые поддерживают ликанов, то ты станешь просто человеком, — объяснил Ант.

Он остановился и развернулся ко мне лицом. В его взгляде читалось сожаление. Он нахмурил брови, заправил мне за ухо выбившуюся прядь и сказал:

— Это очень рискованно.

Если я смогу обратиться, возможно, тогда я одолею Феррита, и мы не понесем глобальных потерь. Что, если это мое предназначение? Именно я все начала, и именно я должна закончить.

Я сжала руки в кулаки.

— Что нужно сделать? — твердо спросила я и с полной решимостью взглянула в зеленые глаза.

Он поджал губы и продолжил путь, все еще крепко прижимая мою руку к своему торсу. Его молчание напрягало, а длилось оно все то время, что мы шагали к ступеням дворца.

Я думала, он так и не расскажет мне, пропустит вопрос мимо ушей. Однако когда мы оказались на ступенях и вокруг воцарился хаос из голосов, он отпустил меня.

— Та пустота которую ты будешь ощущать, если лишишься сил, может свести тебя с ума. Ее никогда и ничем не восполнить, — он сложил руки на груди и глядел куда угодно, только не на меня, — я видел, что происходит с богами, которых лишили сил. Никто на этой земле еще не проживал таких страданий. Это… это ужасно… — перед его стеклянными глазами словно появлялись образы того, о чем он говорит, — боль, которую ты будешь чувствовать ежедневно, не сравнится с теми пытками, которые ты пережила, она даже не сравнится с ломкой костей, которую ты испытывала из-за крови бладгрома.

Я тяжело сглотнула и с трудом подавила дрожь в руках.

— Это опасно для детей? — спросила я единственное, что меня волновало.

— Нет.

— Тогда давай сделаем это.

Глава тридцатая

Ванесса

— Я сказал: нет! Этого не будет, — в ярости вопил Ривен, когда мы с Антом нашли его в комнате и сообщили о том, что хотим сделать.

— Бояться нечего. Даже если не получится, то ничего страшного, — я поджала губы и покосилась на Анта. Я попросила его утаить о возможных последствиях.

— Не ври мне!

Ривен словно видел меня насквозь.

— Это наш шанс победить Феррита, — я схватила Ривена за руку, остановила его агрессивную походку из стороны в сторону и заставила взглянуть на себя. — Вдруг нам удастся избежать множества потерь.

— Каким это образом, если я все равно не пущу тебя на поле боя?

Глаза Ривена почернели настолько, что золотая полоска едва читалась. Я редко видела его злым, но сейчас он явно был взбешен.

— Может, ты дашь ей возможность самой решать? — подал голос Ант, который стоял в углу комнаты, сложив руки на груди.

— Тебя вообще не спрашивали! — оскалился Ривен и ткнул в того пальцем. — Ты вообще хоть раз такое проворачивал? Где гарантия, что все будет хорошо?

— Ее нет, — спокойно ответил Ант и пожал плечами.

Я смерила бога гневным взглядом, а затем снова переключилась на мужа. Я обхватила его лицо двумя руками и повернула к себе.

— Послушай, пожалуйста. Если я превращусь, то смогу черпать энергию, которую будет вырабатывать сущность ликана.

— Ну отлично! И тогда у Феррита появится неограниченный запас сил, — возмутился он, убрал мои руки и отошел к окну. — Если тебе нужна энергия, бери мою, — он махнул рукой в сторону Анта, — как это делал он.

— Если я не рассчитаю, то ты станешь человеком.

Ант откашлялся.

— Поправочка: оба его родителя — ликаны, и все предки были ликанами. Если ты не рассчитаешь, он не станет человеком, он просто умрет.

Я широко распахнула глаза и в панике переместила взгляд с Анта на Ривена.

— Этого я не допущу, — возразила я и невольно топнула ногой.

— А я не допущу, чтобы этот бог прикасался к тебе и непонятно что делал.

— Доверься мне, — давила я на жалость и использовала запрещенный прием. — Я не говорила тебе, но иногда я чувствую жуткую пустоту внутри себя. Словно у меня отняли нечто важное, то, что делало меня полноценной. Это тяжело. Ликан внутри меня скребется о стены, молит выпустить его и страдает.

— Я уже доверился тебе один раз, и ты, беременная, оказалась в Кровавых холмах, — он стиснул зубы и крепко сдавил край оконного проема. — Больше я не совершу такой ошибки.

Я тяжело выдохнула. С ним спорить — как об стенку головой биться.

— Ну-у… Я тогда пойду, — протянул Ант.

— Да!

— Нет!

Вскрикнули мы одновременно.

Я прожигала Ривена взглядом. Меня мучила безысходность. Злило то, что мне нужно спрашивать разрешение. Я находилась на грани и готова была разразиться криком, рвущимся наружу. Да, я вела себя как истеричный ребенок, но все это ради королевства. Ради спасения жителей и наших детей.

Аргументы закончились. Я просто стояла и кипела, как чайник.

— Я выходила замуж за человека, который уважает мое мнение и мои принципы, — прервала я тяжелую тишину.

— То, что ты хочешь сделать — полнейшее безумие.

Он вздохнул и потер ладонями лицо.

— Я безумная, вспыльчивая, безрассудная. Да, я сначала делаю, а потом думаю, но ты выбрал меня и должен принимать все это, — надрываясь, твердила я.

— Но ты должна понимать, что скоро станешь матерью, — Ривен решил зацепить меня.

— Именно поэтому я и хочу сделать все возможное, чтобы избавиться от Феррита, — я подошла к нему поближе и погладила по щеке, чтобы немного остудить наш спор. — Пока они в животе, им ничего не угрожает: я бессмертна, но когда они родятся… — голос сорвался.

Ривен притянул меня к себе, обнял и поцеловал в макушку.

— Что будет в том случае, если ты не справишься? — спросил Ривен, и я почувствовала, как он повернул голову в сторону Анта.

— Она станет человеком и, возможно, сойдет с ума. А может, и не сойдет, ну или сойдет не сразу, — издевался Ант.

— Дети не пострадают в процессе этого ритуала? — продолжал интересоваться Ривен.

— Я уверен, что они являются полубогами. И пусть сила вспыхнет в них лишь в двадцать один год, они неуязвимы, пока находятся в чреве. Ничто из того, что беспокоит их мать, не вредит им: ни стресс, ни удары, ни истерики, ни высасывание силы. Разве что, только… — Ант запнулся.

— Говори! — вырвалось у меня.

— Разве что тебе не вспорют брюхо, как свинье, — без капли жалости произнес он.

— Не смей так выражаться! — Ривен дернулся в сторону Анта, но я остановила его. — Это точно последняя безумная идея, с которой я соглашаюсь, — сдался он, глядя на меня.

Я сильнее сжала его талию и вдохнула родной аромат. Я не знала, как работает безумие, о котором говорил Ант, не знала, вспомню ли я Ривена, если очнусь человеком. Мне было страшно. Но я не собиралась сдаваться.

Ривен запер комнату и ментально приказал Брендону и Каю сторожить снаружи. Я села на широкое кресло и положила руки на подлокотники так, чтобы кисти свисали вниз. Под ними Ант поставил по одному ведру и встал за моей спиной.

— Поскольку мы не знаем, вытянул ли Феррит вместе с твоей кровью весь яд бладгрома, нужно перестраховаться и обескровить тебя.

Ант протянул стоящему передо мной Ривену нож.

— Тебе придется постоянно разрезать ее предплечья, пока я не заберу столько энергии, что процесс регенерации в ее организме значительно замедлится, — решительно сказал Ант и положил свои массивные руки мне на плечи.

Во взгляде Ривена читался страх. Он тяжело сглотнул, подошел ближе, вложил мне в зубы ремень и встал рядом. Как только он поднес лезвие к моей коже, его руки едва ощутимо дрогнули, он замер.

«Я тебя люблю, родной, все в порядке», — мысленно поддержала я его.

Я закрыла глаза, услышала шумный выдох, после чего тянущая, острая, невыносимая боль пронзила руку. Я со всей силы сжала зубами ремень, чтобы подавить крик, однако он все равно вырвался на волю глухим рыком. В предплечье словно втирали крохотные осколки, которые с каждым моим мимолетным движением пробирались все глубже в рану. Она горела пламенем.

Влажная теплая струйка потекла вбок, скопилась под рукой, и я услышала звонкий стук о металлическое ведро.

Кап.

Кап.

Пока Ривен занимался второй рукой, Ант постучался в невидимую дверь. Я впустила его, открыла доступ к энергии и представила, как золотая лента плавно перетекает по всему телу. Он ухватился за нее острой белоснежной искрой и потянул на себя.

Я вскрикнула от боли во второй руке. По телу пробежала волна жара. Зубами я так сильно впивалась в ремень, что чувствовала, как он продавливается.