Ковчег. Книга пятая. Камни Порога

Когда последний всадник скрылся за поворотом тропы, Константин повернулся и пошёл обратно в город. Впереди был долгий день. Впереди была война.

---

Глава 4. Разведка на юг

«Разведка — это не просто глаза армии. Это её разум, её инстинкт, её способность видеть в темноте. И от того, что увидят эти глаза, зависит, куда ударит меч».

Путь на юг начался с тишины.

Они выехали из Ковчега на рассвете, когда туман ещё клубился в низинах и первые лучи солнца едва пробивались сквозь пелену облаков. Пять всадников — Алиса, Зарина, Лейла, Кирилл и Тимур — двигались цепочкой, держа интервал в несколько метров. Впереди, как всегда, шла Алиса. Она сидела в седле с той особой, расслабленной грацией, которая даётся только годами тренировок, и её рыжие волосы, заплетённые в тугую косу, поблёскивали в утреннем свете. Лошадь под ней — гнедая кобыла по имени Искра, подарок Айдара, — шла ровным, размеренным шагом, изредка всхрапывая и кося глазом на обочину.

За ней следовала Зарина. Её лицо, как всегда, было спокойно, но в золотых глазах пряталась настороженность. Она привыкла к степи, к открытым пространствам, где врага видно издалека. Здесь, в предгорьях, где скалы и кустарники создавали бесчисленные укрытия, она чувствовала себя менее уверенно. Но рука, лежавшая на рукояти изогнутого клинка, была тверда.

Лейла ехала третьей. Её пустынные одежды — выцветшие, серо-бурые, многослойные — развевались на ветру. В руках она держала флейту Тамира, с которой никогда не расставалась. Иногда, когда тропа становилась шире, она подносила инструмент к губам и извлекала тихую, почти неслышную ноту — не для музыки, а для того, чтобы «почувствовать воду», как она это называла. Флейта резонировала с подземными источниками, и этот резонанс Лейла ощущала кожей.

Четвёртым был Кирилл. Он сидел в седле немного скованно — всё-таки наездником он был не таким опытным, как остальные, — но держался уверенно. В седельных сумках, закреплённых позади него, лежала портативная «Сирена» — последнее изобретение Дедушки, уменьшенное и доработанное специально для этого похода. Рядом с «Сиреной» лежали инструменты: паяльник, моток медной проволоки, запасные лампы, батареи. Кирилл чувствовал себя немного чужим в этом отряде — он был инженером, а не воином, — но Дедушка сказал «надо», и он пошёл.

Замыкал цепочку Тимур. Он сидел на своей лошади как влитой — годы, проведённые в седле, сделали его прирождённым кавалеристом. Его глаза, прищуренные от солнца, постоянно обшаривали горизонт. Он был молчалив, но его присутствие успокаивало — все знали, что Тимур, если что, не подведёт.