Пепел Безумия. Книга вторая

— Светанов! Елена! Прием! Ну что у вас там получилось? Смотрю на манометры — у нас пошла вода! Все ли у вас там хорошо?

Алексей взял у Лены рацию и нажал тангенту.

— Да, майор, мы целы. Идем обратно. У нас есть хорошие и плохие новости. Скажем так: мы здесь далеко не одни. Мир изменился очень сильно. Нам всем надо сохранять спокойствие и заново учиться в нем выживать.

Рация на мгновение замолкла, а затем голос Соколова зазвучал гораздо серьезнее, с интригующей ноткой:

— Понял тебя. Возвращайтесь скорее. Знаешь... тут по одной из частот вышел на связь твой старый знакомый. И он очень хочет с тобой поговорить.

Алексей и Лена переглянулись, обмениваясь напряженными взглядами. Кто из его прошлого мог искать с ним связи в этом разрушенном мире?

Сопровождаемые пушистой Машей и задорно семенящим бобром, они решительно ускорили шаг, направляясь обратно к школе.

Глава 3 Тень отца и новая угроза.

Солнце уже клонилось к зениту, когда их необычный отряд показался на территории школы. Молодой бобер смешно переваливался на коротких лапах, с любопытством оглядывая кирпичные постройки, а Маша гордо восседала на плече Алексея, словно капитан на мостике корабля.

У входа в школу, где Измененные уже успели соорудить крепкие баррикады из старых парт и железных шкафов, их ждала мать Алексея. Увидев сына, она бросилась к нему, крепко обняв. К ней уже вернулся здоровый цвет лица, а глаза блестели от радости и волнения.

— Лёша, слава Богу, вы целы! — выдохнула она, отстраняясь и глядя на него с гордостью. Затем ее голос задрожал от предвкушения: — Иди скорее в штаб к майору. Там по рации вышел на связь один человек... Это старый знакомый и очень близкий друг твоего отца! Он ищет именно тебя и очень хочет поговорить.

Сердце Алексея пропустило удар. Друг отца? Тот самый человек, о котором говорил майор? Переглянувшись с Леной, он быстрым шагом направился в бывший кабинет директора, ставший теперь командным пунктом.

Однако, прежде чем Алексей успел подойти к шипящей на столе радиостанции, майор Соколов преградил ему путь. Лицо бывшего военного было мрачным и сосредоточенным.

— Вода пошла в систему, манометры в подвале показывают норму. Вы совершили чудо, Светанов, — сухо, но с искренним уважением начал Соколов. — Но прежде чем ты возьмешь тангенту, нам нужно кое-что обсудить. Ситуация стремительно ухудшается. — Что случилось? — Лена поставила сумку на стул, напрягшись. — Людям стало хуже? — Нет, с медициной мы справляемся. Проблема в другом, — майор подошел к развернутой карте города. — Мы отправили несколько групп Измененных на поиск припасов и сбор выживших, которые всё еще лежат в коме. Так вот... люди пропадают.

Соколов ткнул карандашом в несколько крестиков на карте. — Мы находим пустые квартиры с распахнутыми дверями. Такое ощущение, что кто-то целенаправленно и массово собирает спящих людей раньше нас. Более того, две наши поисковые группы перестали выходить на связь. Бесследно исчезли. Я отправил разведчиков к ближайшей военной части, надеясь разжиться оружием и броней. Они доложили, что часть пуста. Ни людей, ни... тяжелого вооружения. Военное оборудование кто-то методично и грамотно вывез. Кто-то собирает армию.

— Нам нужно срочно решать вопросы выживания, — продолжил майор. — Вода у нас есть, но скоро встанет вопрос продовольствия и безопасности. Нам нужно наладить оборону.

Алексей покачал головой, вспоминая жуткий рой на насосной станции и холодные, расчетливые мысли крыс. — Товарищ майор, вам придется пересмотреть всю концепцию безопасности, — серьезно сказал Алексей. — Угроза исходит не только от тех, кто крадет оружие. Психополе, накрывшее планету, изменило животных. Они мутировали. И я говорю не только о размерах, я говорю об интеллекте и телепатии. Соколов удивленно приподнял бровь, но перебивать не стал. — Мы с Леной только что отбивались от стаи поумневших волков, а на насосной станции столкнулись с роем огромных ос, которые действуют как единый военный организм под управлением матки. Они способны заживо сожрать отряд вооруженных людей за пару минут. Если раньше человек был венцом творения и спокойно ходил по земле, то теперь мы — просто часть пищевой цепи. Мы должны быть предельно осторожны и изучать повадки новых хозяев леса и улиц.

Майор тяжело вздохнул, потирая подбородок. — Поумневшее зверье и неизвестный враг с армейским оружием... Прекрасно. Ладно, Светанов. Иди к рации. Послушаем, что скажет друг твоего отца. Может, у него есть ответы.

Алексей подошел к столу, надел наушники и нажал кнопку передачи на тяжелой тангенте. — Говорит Алексей Светанов. Прием.

Сквозь треск статических помех прорвался глубокий, вибрирующий эмоциями мужской голос. Звук был чистым, несмотря на аналоговую связь. «Алексей! Мальчик мой... Слава создателю, ты жив!» — голос дрогнул, но тут же обрел твердость. — «Это Рой. Соратник твоего отца. Я так счастлив слышать, что вы нашли способ выводить людей из комы и смогли организовать выживание!»

— Рой? — Алексей вспомнил обрывки рассказов матери о ближайших помощниках отца при создании Ассоциации. — Где вы сейчас? Что происходит? «Я нахожусь в Городе Ученых, Алексей. Вместе с миллионами других Измененных. Мы практически не пострадали от психоразряда. Наш разум был готов, мы годами тренировались противостоять подобному давлению. Мы готовы оказать любую помощь остальному человечеству, мы готовы возрождать цивилизацию... но мы оказались в ловушке в собственном доме».

Алексей нахмурился. — В ловушке? Кто может запереть миллионы людей со сверхспособностями? «Наши собственные защитные системы», — с горечью ответил Рой. — «Слушай внимательно, Алексей. Город Ученых, спроектированный твоим отцом, состоит из трех концентрических колец. Внешнее, Третье кольцо — это Кольцо Жизни. Здесь живет большинство Измененных, здесь наши гидропонные фермы, жилые кварталы. Мы можем обеспечивать себя едой годами. Второе кольцо — это производственные модули, там находятся заводы, фабрики и передовые технологии. А Внутреннее, Первое кольцо — это личный сектор твоего отца, святая святых».

Рой сделал паузу, словно собираясь с мыслями. «Сразу после психоразряда и смерти твоего отца, активировался протокол "Тени". Это специальные охранные роботы-драконы, созданные Александром. Небольшие, невероятно быстрые и смертоносные убийцы. Они полностью перекрыли доступы во Второе и Первое кольца. Искусственный интеллект, управляющий ими, отказывается подчиняться нашим командам. Он зациклился на директиве безопасности: "Так должно быть. Доступ закрыт. Любой нарушитель будет уничтожен". Мы не можем пробиться к производственным мощностям, а без них мы просто фермеры в золотой клетке».

— И чем я могу помочь снаружи? — спросил Алексей, осознавая масштаб проблемы. «Нам нужно ударить изнутри. Твой отец построил сеть транспортных тоннелей по всей планете — глубоко под землей. По ним перемещаются вакуумные капсулы, способные доставить человека почти в любую точку мира. Важно то, что эта транспортная система выходит напрямую во Второе кольцо. Вход туда "Тени" не контролируют, потому что он считается внутренней инфраструктурой».

Алексей переглянулся с Соколовым, который внимательно слушал разговор через внешний динамик. «Алексей, мне нужна твоя помощь,» — голос Роя стал предельно серьезным. — «Ты — кровь Светанова. Возможно, система отреагирует на твою биометрию. Я прошу тебя и тех Измененных, кому ты доверяешь, найти ближайший к вам подземный терминал входа, добраться по тоннелям во Второе кольцо и попытаться перезагрузить центральный ИИ или найти способ отключить "Теней". Это риск, огромный риск. Но без технологий Второго кольца мы не спасем этот мир».

— А почему эти технологии вообще работают? — внезапно вмешался Алексей, вспомнив выжженные смартфоны и машины на улицах. — Психополе сожгло всю микроэлектронику на планете! Почему ваш ИИ и роботы до сих пор функционируют?

Сквозь треск помех послышался легкий, гордый смешок Роя. «Потому что твой отец был гением, Лёша. Он не доверял кремниевым чипам и квантовым капризам. Вся архитектура Ассоциации построена на принципиально иных законах физики. Вычислительные мощности основаны не на полупроводниках, а на радиочастотном диапазоне с многомерным модулированием. Процессы идут сразу на тысячах частот, данные передаются параллельными волновыми потоками. Эта техника работает многократно быстрее обычных компьютеров, и, что самое главное, электромагнитное психополе для нее — просто фоновый шум. Она полностью невосприимчива к психоразряду. И мы готовы поделиться этими технологиями с миром, как только ты поможешь нам открыть двери».

— Я понял. Мы сделаем это, — твердо ответил Алексей. — Где нам искать этот тоннель? «Мне понадобится пара недель, чтобы взломать старые архивы и вычислить точные координаты ближайшего к вам входа», — предупредил Рой. — «А пока слушай мою сводку разведки. Опасность исходит не только от обезумевших машин и животных. Элиты... Тёмные Владыки, или Иные, как они себя называют, — выжили. Непонятным образом часть из них сохранила разум и силу. Именно они сейчас собирают спящих людей и стягивают в свои центры военные ресурсы. Они считают Измененных генетическим мусором и планируют нас уничтожить. И будьте осторожны у воды. Наши сканеры фиксируют, что подводная фауна мутировала еще сильнее и быстрее наземной».

«Береги себя, Алексей. Помоги майору выстроить оборону. Я свяжусь с тобой, как только найду координаты. Конец связи».

Рация щелкнула и замолчала. Алексей медленно стянул наушники. В кабинете повисла тяжелая тишина.

— Иные, значит... — задумчиво протянул Соколов, глядя на карту. — Это объясняет пропажу людей и оружия. Если эти "Темные Владыки" так хорошо организованы, скоро они придут за нами.

Алексей покачал головой, вглядываясь в линии улиц на бумаге. — Понимаете, майор, я много знаю об Измененных и об Иных из записей отца, включая ту информацию, которая не была общедоступной. И я не уверен, что это они воруют наших людей и тела прямо у нас под носом. — Почему? — нахмурился военный. — Потому что мы бы их заметили, — твердо ответил Алексей. — У нас здесь относительно небольшой город, население до удара было чуть больше трехсот тысяч человек. Это не мегаполис, в котором можно легко затеряться. Мы постоянно проводим разведку местности, и мы не видим никого из их числа. Их места сосредоточения не были бы для нас таким секретом. Здесь орудует кто-то другой. Что-то, что мы упускаем.

Он решительно обвел пальцем несколько ключевых точек на карте. — Нам нужно более глубоко изучить поврежденную инфраструктуру города. Водонапорная башня, электростанции, центры распределения коммунальных услуг, большие продовольственные склады. Эти узлы жизненно необходимы, и именно там может скрываться разгадка. Кроме того, школа — отличный командный пункт, но мы должны создать сеть других укрепленных центров, чтобы люди могли чувствовать себя в безопасности и контролировать разные районы. Алексей выдохнул. — Мы с Леной отдохнем до утра. А на рассвете соберем группу и отправимся в подземные коммуникации — туда, где пропали ваши две группы Измененных. Я хочу выяснить, что там произошло.

Утро встретило их густым туманом, окутавшим городскую застройку. Во дворе школы стоял прохладный воздух, пропитанный сыростью.

Алексей и Лена спускались по ступеням, проверяя снаряжение. Маша привычно крутилась под ногами, а молодой бобер, смешно топорща усы, жевал кем-то выданную ему морковку. У ворот их уже ждали два крепко сбитых парня в камуфляже с тактическими рюкзаками. — Знакомьтесь, — подошел майор Соколов. — Это сержант Климов и рядовой Серов. Они обычные люди, не Измененные. Но это одни из лучших моих бойцов, прошли горячие точки. Будут вашей огневой поддержкой и прикрытием. В подземельях бывает всякое.

Бойцы коротко кивнули. Вид огромного бобра и переглядывающихся с ним Алексея и Лены вызывал у них легкое недоумение, но дисциплина брала свое. Группа выдвинулась в сторону старого индустриального района, где находился ближайший вход в магистральный канализационный коллектор — именно там исчезли предыдущие отряды.

Пока они шли по пустынным улицам, Алексей и Лена внезапно ощутили странные, пульсирующие изменения в собственных телах. Словно психополе планеты немного стабилизировалось, позволяя их заблокированным силам вырваться наружу. Проходя мимо покореженной машины, сержант Климов неудачно зацепился рукой за ржавый край двери. На предплечье вспухла глубокая кровоточащая царапина. — Черт... — поморщился боец, доставая бинт. — Подождите, дайте я, — Лена подошла к нему. Она сама не до конца понимала, что делает, но инстинктивно положила ладонь прямо поверх раны. Из ее пальцев полилось мягкое, теплое свечение. Клетки кожи и мышц начали делиться с невероятной скоростью, связи восстанавливались прямо на глазах. Через несколько секунд Лена убрала руку — на месте глубокого пореза осталась лишь гладкая розовая кожа. Климов уставился на свою руку так, словно увидел привидение.

Алексей, впечатленный успехом девушки, тоже прислушался к себе. Он вспомнил забытое чувство телекинеза, которое тренировал до катастрофы. Сконцентрировав взгляд на тяжелом бетонном обломке весом килограммов в сорок, он мысленно толкнул его. Обломок с глухим скрежетом оторвался от земли и повис в воздухе. Воодушевленный, Алексей направил мышечное усилие и ментальный фокус вниз и оттолкнулся. Плавно оторвался от асфальта на пару сантиметров и про скользил по нему с два метра. Телекинез длилась всего несколько секунд, после чего он мягко остановился, но этого хватило, чтобы вызвать бурю эмоций.

Кошка Маша, которая в момент воздействия как раз сидела на его плече, с диким шипением спрыгнула вниз, отскочив на несколько метров. Шерсть на ее спине стояла дыбом. «Демон! Летающий двуногий демон!» — панически завопила она в голове Алексея. — «Сам носи себя, ненормальный! Я к тебе больше на плечо не полезу!» Недолго думая, кошка одним грациозным прыжком заскочила на широкую спину идущего рядом молодого бобра и вцепилась когтями в его плотную шерсть. «Всё. Теперь ты мой личный ездовой грызун».

Бобер, удивленно крякнув от такого нахальства, весело затрясся всем телом, что выглядело как раскатистый смех. «Держись крепче, пушистая королева!» — добродушно отозвался он, продолжая семенить лапами. Картина гордой британской кошки, восседающей верхом на огромном бобре, была настолько комичной, что Алексей и Лена не выдержали и рассмеялись, немного разрядив тяжелую атмосферу утра. Даже суровые бойцы спрятали улыбки.

Но веселье улетучилось, как только они подошли к открытому зеву канализационного коллектора. Из темного, наполовину затопленного провала тянуло сыростью, плесенью и чем-то еще. Алексей шагнул ближе и вдруг замер. На него из темноты обрушилась плотная, осязаемая волна чужой ненависти. Это был не просто запах или инстинкт — это было целенаправленное, тяжелое психическое давление, от которого перехватывало дыхание. Что-то очень злобное и разумное ждало их там, внизу.

— Включить фонари, — тихо скомандовал Алексей, доставая из сумки усовершенствованный инерционный арбалет. — Мы спускаемся. Держитесь вместе.

Группа медленно начала спускаться в темный зев канализационного коллектора. Ступени влажно скользили под ногами. С каждым метром вниз запах сырости сменялся густым, тошнотворным смрадом гниющих органических веществ, метана и чего-то еще, совершенно незнакомого, биологического. Липкое ощущение чужого, тяжелого взгляда в спину не пропадало ни на секунду.

Бойцы щелкнули тумблерами мощных тактических фонарей. Яркие лучи разрезали мрак, выхватывая осклизлые бетонные стены и ржавые трубы. Но не прошло и пары минут, как свет начал стремительно тускнеть, приобретая болезненно-желтый оттенок. — Что за черт? — Климов недоуменно похлопал по корпусу фонаря. — Батареи садятся. Прямо на глазах. — Мой тоже, — напряженно отозвался Серов, тряся свой прибор. — Как будто здесь что-то буквально высасывает энергию из аккумуляторов.

— Психическое поле этой твари... или что бы там ни сидело внизу, — прошептал Алексей, чувствуя, как давление на разум возрастает. — Электроника здесь не поможет.

Понимая, что в кромешной тьме они станут легкой добычей, Светанов быстро огляделся. На влажном полу валялись куски старой арматуры и черенки от инструментов. Он достал из рюкзака запасную хлопковую футболку, с усилием разорвал ее на широкие полосы и туго намотал их на концы найденных деревянных палок. Из аптечки он извлек небольшую масленку с техническим маслом, которую прихватил еще с насосной станции, щедро пропитал ткань и чиркнул зажигалкой. Вспыхнуло неровное, но теплое и надежное пламя, разогнавшее давящий мрак. Раздав импровизированные факелы бойцам и Лене, Алексей двинулся вперед.

В этом тусклом, пляшущем свете подземелье казалось еще более зловещим. По пути им то и дело попадались боковые технические помещения и небольшие склады для рабочих. Заглядывая туда, Алексей всё больше убеждался в своей утренней правоте: комнаты были абсолютно пусты. Исчезли кабели, инструменты, резервные генераторы, даже металлические стеллажи кто-то аккуратно демонтировал и унес. Здесь не было хаоса от набега диких зверей. Это был четкий, организованный сбор ресурсов.

Пройдя еще около полукилометра, отряд вынужденно остановился. Тоннель резко уходил под уклон, и дальнейший путь преграждала темная, стоячая вода. Затопление казалось обширным. Алексей вытянул руку с факелом вперед, но черная маслянистая гладь уходила далеко во мрак, и конца ей не было видно. — Людям здесь не пройти, — хмуро констатировал Серов, бросив в воду камешек и оценивая глубину по звуку. — Дна не достанем.

Молодой бобер, до этого момента тихо семенивший рядом и несший на спине недовольную Машу, радостно крякнул и звонко хлопнул плоским хвостом по бетону. «Вода! Наконец-то! Дальше — моя работа, двуногие!» — раздался в головах Алексея и Лены его задорный голос. Кошка с недовольным шипением спрыгнула с него на сухой участок парапета. — «Я поплыву на разведку и узнаю, что там впереди».

Не дожидаясь ответа, Бобер с мягким плеском нырнул в черную воду и мгновенно растворился во мраке. Ожидание тянулось мучительно долго. Люди стояли у кромки воды, напряженно вслушиваясь в гулкую, капающую тишину коллектора.

Через десять минут вода метрах в двадцати от них пошла рябью, и на поверхность, тяжело отдуваясь и отплевываясь, вынырнул их пушистый разведчик. Выбравшись на бетонный парапет к ногам Алексея, он смешно отряхнулся и сразу перешел к докладу. В его мыслях больше не было шутливости, только серьезность и легкая тревога.

«Там очень длинный затопленный участок. Расстояние приличное,» — передал бобер. — «Вода глубокая, дна я даже не задел. Затоплено почти под завязку — между поверхностью воды и потолком тоннеля остается просвет воздуха не больше полуметра. В самом конце вода уходит, там крутой подъем наверх и разветвление на несколько сухих тоннелей. Дальше я не пошел, решил сразу вернуться к вам».

— Полметра воздуха... — нахмурилась Лена, оценивая перспективу. — В принципе, проплыть можно, если держаться на спине и дышать у самого потолка. «Крайне не советую, добрая Лена», — бобер тревожно задвигал усами. — «Там, под водой, очень небезопасно. На меня напали. Какие-то мелкие твари, похожие на скользких змей или пиявок-переростков. Очень юркие и кусачие. У меня шкура толстая и зубы как долото, я отбился, парочку перекусил пополам, остальные отстали. Но у вас голое тело и нет когтей. Вы слишком медленные в воде. Если они облепят вас в темноте — вы не выплывете».

Сержант Климов, хоть и не слышал телепатических мыслей животного, по сосредоточенным и помрачневшим лицам Алексея и Лены сразу понял, что новости скверные. — Что он говорит? Водяные мутанты? — Да. Змеевидные пиявки. Агрессивные, — кивнул Алексей. — Плыть вплавь нельзя. Растерзают под водой.

Ситуация казалась безвыходной. Путь вперед был отрезан глубокой водой и подводными тварями, но именно там, за развилкой сухих тоннелей, крылась тайна исчезновения людей и похищения инфраструктуры города.

Алексей молча передал свой факел Лене. Отойдя на пару шагов от кромки маслянистой воды, он скрестил ноги и медленно опустился прямо на холодный бетон в позу лотоса. Ему нужно было успокоить разум, отсечь давящее чувство чужой ненависти, исходящее из глубин.

Сосредоточившись на внутреннем внимании, Алексей стал расширять свое ментальное поле. Он воображал, как его незримое видение проникает всё глубже и глубже в темное пространство туннеля, пытаясь нащупать какую-то связь с объектами вокруг.

Внезапно картинка перед его закрытыми глазами моргнула. Мрак подземелья сменился тусклым свечением факелов. Алексей непонимающе уставился на открывшуюся сцену. Он видел молодого парня, сидящего со скрещенными ногами на грязном бетоне. Рядом с ним стояла девушка с факелом и двое крепких солдат. Еще через секунду до него дошло. Парень, на которого он смотрел — это был он сам. Но как он может смотреть на себя со стороны, да еще и с такой низкой точки? Ответ пришел мгновенно: он смотрел на себя глазами бобра!

От неожиданности Алексей резко открыл свои настоящие глаза. Видение тут же пропало, сменившись привычным ракурсом. Он удивленно посмотрел на бобра. Животное сидело на том же месте, не двигаясь, и с легким недоумением смотрело на парня. «Что ты сейчас чувствовал?» — мысленно спросил его Алексей. Бобер задумчиво почесал когтистой лапой голову. «Ничего особенного. Всё хорошо, хозяин. А что, должен был?»

Алексей, затаив дыхание от догадки, снова закрыл глаза и погрузился в позу лотоса. Сосредоточился. И у него опять получилось! Картинка вернулась. Он снова видел себя и Лену глазами бобра. Он попробовал повернуть его голову силой мысли, но ничего не вышло. Он не мог управлять телом животного, он был лишь безмолвным пассажиром в его разуме, использующим его зрительный нерв как скрытую камеру.

В какой-то момент Алексей почувствовал, как зрительные образы начали накладываться друг на друга, двоиться. Он попытался сместить фокус своего ментального восприятия и... Оказывается, он мог переключать каналы! Теперь он видел мир не с высоты лап бобра, а чуть повыше, с выступа трубы, куда запрыгнула Маша.

Но кошка оказалась куда более восприимчивой, чем толстокожий грызун. Едва Алексей «подключился» к ее зрению, Машка резко дернулась. Она явно почувствовала чужое присутствие в своей голове. «А ну брысь из моей головы!» — возмущенно взвизгнула кошка в его сознании. Она пулей спрыгнула с трубы, выведя Алексея из состояния транса. Он открыл глаза. Машка стояла напротив него, выгнув спину дугой; шерсть стояла дыбом, а хвост превратился в ершик. «Что это было, двуногий?!» — шипела она. — Вот оно что... — прошептал Алексей, обводя своих спутников потрясенным взглядом. — Оказывается, я могу смотреть вашими глазами. Я могу видеть то, что видите вы.

— Подождите, — он поднял руку, останавливая посыпавшиеся вопросы Лены и бойцов. — Я хочу кое-что проверить.

Алексей снова закрыл глаза и попытался нащупать сознание Лены. Он искал ту же ментальную нить, но натолкнулся на глухую стену. Девушка была Измененной, и ее природный щит, даже в спокойном состоянии, не пропускал чужое влияние. Тогда он перевел фокус на солдат, обычных людей. Ощущение было странным: он чувствовал их присутствие, улавливал мутные, размытые цветовые пятна, но четкой картинки не было. Словно не хватало какой-то силы, сноровки или мощности сигнала. Он понял, что эта способность требует долгих тренировок. Возможно, в будущем он сможет смотреть и глазами людей, но сейчас его потолком были животные.

Однако, после этого неожиданного прозрения и открывшейся новой способности, он понял, как они могут действовать дальше без риска для жизней отряда. Алексей открыл глаза и, поднявшись с бетона, обратился к своим спутникам: — Давайте сделаем так. Мы отправим Машку и бобра вперед, в разведку.

Лена непонимающе нахмурилась: — Но Маша же утонет или ее съедят пиявки! — Не утонет, — улыбнулся Алексей. — Машка поедет верхом на спине бобра. Он отличный пловец и сможет защитить ее от водных тварей. Полметра воздуха над поверхностью вполне хватит, чтобы кошка не намокла и благополучно проникла на ту сторону. Когда они доберутся до сухих тоннелей, Маша пойдет дальше. А я... я буду смотреть ее глазами. Заодно и проверим, насколько далеко действует моя способность.